Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Активизация крайне правого движения в России


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие политолог Михаил Габович.

Андрей Шарый: По данным правозащитников, в России насчитывается около 50 тысяч скинхедов. Глава Московского Бюро по правам человека Александр Брод заявляет, что больше всего националистических группировок в столице России, такие же группы активно действуют в Санкт-Петербурге, Воронеже, Ростове-на-Дону и Волгограде. Политолог, шеф-редактор Московского журнала «Неприкосновенный запас» и эксперт по проблемам праворадикализма Михаил Габович считает рост влияния бритоголовых одной из главных общественных тенденций минувшего года и одной из главных политических опасностей для российского общества в году наступившем.

Михаил Габович: Активизация крайне правого движения действительно стала одним из самых печальных итогов года. И выражением этого послужила не только печально известный марш крайне правых сил 4 ноября в Москве, но и – что гораздо трагичнее – убийство антифашистского активиста Тимура Качаравы в Питере 13 ноября. Очень важной вехой на публичном уровне стало вхождение в Государственную Думу партии «Родина» в конце 2003 года, по списку которой в этот орган прошло очень много самых крайне правых партийных движений. И эта активизация, конечно же, видна на самых разных уровнях. Во-первых, в государственной идеологии все большую роль играют националистические, ксенофобские элементы – это и риторика о «пятой колонне», и многое другое.

В государственных СМИ, особенно на телеканалах все больше эфира предоставляется людей соответствующих убеждений, и видно, что власти пытаются разыгрывать националистов против либералов, ведут такую своеобразную игру. И, видимо, они убеждены в том, что они в случае чего всегда смогут проконтролировать вот это. При этом создается впечатление, что такие интеллектуалы, выступающие в больших СМИ, на телевидении, в газетах, вроде Егор Холмогорова или Александра Дугина, конечно, заведомо умеренные, раз их туда пускают. Есть еще такое радикальное крыло – на улицах, а партии ЛДПР или «Родина» любят говорить, что контакты со скинами им нужны только для того, чтобы их умерить или контролировать. На самом деле, конечно, присутствие таких деятелей в публичном пространстве легитимирует национализм и ксенофобию. Крайне правые на улице, радикально настроенная молодежь и прочие – у них возникают такое чувство безнаказанности.

И существует очень важное заблуждение, которое заключается в том, что главная опасность – в угрозе установления фашистского режима, а если этого не произойдет, то тогда, в общем, ничего страшного не будет. И очень часто, когда звучат какие-то антифашистские речи, главный тон их в том, что стране грозит фашистская опасность. А на самом деле я думаю, что фашистский режим как таковой, конечно, России не грозит, скорее можно говорить об авторитарном режиме, но ведь и без него ситуация просто ужасающая. Иностранцев избивают чуть ли ни ежедневно, регулярно убивают иностранных студентом и других, представителей самых различных молодежных субкультур тоже вынуждены опасаться за свою жизнь. И сегодня можно сказать, что основная активность, которая может быть в больших СМИ, особо и не видна, но основная активность крайне правых организаций ушла из столиц в регионы, во-вторых, она проходит именно на таком субкультурном молодежном уровне: крайне правые и скинхеды против левых или против панковских активистов и так далее.

Поэтому я думаю, что сейчас самая срочная задача – конечно, решать конкретные проблемы, решать их через государственные структуры там, где это удается (удается, к сожалению, очень редко), а где не удается, то решать силами гражданской самообороны, взаимопомощи и давления, конечно, как на властные органы, так и на самих экстремистов. Я думаю, к сожалению, только активизация общественных антифашистских сил может как-то помочь остановить вот эту волну.

XS
SM
MD
LG