Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Мода на домашние роды в России


Программу ведет Виктор Резунков. Принимают участие акушер-психолог, учредитель Общественной организации "Национальная школа традиций повивального дела" Ирина Мартынова и корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская.

Виктор Резунков: В последнее время в России все больше женщин решаются рожать дома, так что можно говорить даже о моде на домашние роды. У этой моды есть горячие поклонники и столь же горячие противники, большинство из которых - врачи.

Татьяна Вольтская: Почему сегодня в России становятся популярными домашние роды, понять не трудно: слишком уж печален был опыт деторождения в советских роддомах. Практически все женщины, которым пришлось его испытать, вспоминают о нем с содроганием. И не только из-за родовых травм малышей или из-за инфекций, сама обстановка была очень уж казенной, враждебной, так что редкая женщина не чувствовала себя там беззащитной и униженной. И все же дело не только в практических соображениях, тем более что теперь роддома выглядят гораздо более благосклонными к женщине и ребенку. Дело в том, что домашние роды - это мировоззрение, особое отношение к себе, к мужу, к ребенку. Для многих родить дома - значит, отойти от стереотипов и самой, вместо врачей, взять ответственность за себя и ребенка. С одной стороны, такие женщины всегда готовятся к родам, и это хорошо. Но все же против домашних родов есть много серьезных аргументов. Говорит доцент кафедры детской психиатрии и психотерапии Петербургской медицинской академии последипломного образования Игорь Добряков...

Игорь Добряков: Этот вопрос подробно изучался Всемирной организацией здравоохранения, и были выработаны рекомендации, как роды должны проводиться, и один из пунктов этих рекомендаций гласит, что, даже если женщина совершенно здоровая и беременность протекала совершенно гладко, в родах могут возникнуть обстоятельства, которые потребуют реанимационных мероприятий. Поэтому роды дома - это всегда риск.

Татьяна Вольтская: Игорь Добряков считает, что сегодня возможно создать домашнюю обстановку в роддоме, чтобы уменьшить стресс для матери и ребенка.

Игорь Добряков: Когда говорят о том, что на Западе в основном все рожают дома, в этом есть некое лукавство. Скажем, в Голландии действительно большинство родов проходит дома, но обязательно высчитывается расстояние, чтобы за 15 минут, если необходимо, реанимационная бригада "скорой помощи" приехала. Еще что, на мой взгляд, очень плохо: некоторые акушерки привязывают к себе мать и создают такую симбиотическую связь, когда матери внушается - только со мной ты родишь хорошо. И если вдруг эта акушерка чуть не успевает... У меня был случай, когда к одной женщине меня вызвали, она кричала, что я не буду рожать, я подожду. Почему? Потому что у нее акушерка сломала ногу и не смогла приехать вовремя. Женщина рожала в состоянии большой тревоги, хотя там ничего не предвещало, что будет что-то плохо.

Татьяна Вольтская: Игорь Добряков полагает, что в роддомах должны быть психологи, психотерапевты, что неплохо перед родами устроить женщине экскурсию в роддом, чтобы она увидела, где будет рожать, тогда ей будет спокойнее.

Виктор Резунков: О том, чем хороши и чем нет роды дома, мы поговорим сегодня с акушер-психологом, учредителем Общественной организации "Национальная школа традиций повивального дела" Ириной Мартыновой. Сколько лет вы уже занимаетесь приемом родов дома?

Ирина Мартынова: С 1980 года происходит этот процесс, неотделимый от меня. Видимо, это мне Господь повелел, и я ступила на этот жизненный путь, для которого он сюда меня прислал. Я, находясь вот в этом состоянии служения Господу, осуществляю эти уникальные действия.

Виктор Резунков: В последнее время число женщин, которые желают рожать дома, увеличивается или нет?

Ирина Мартынова: Да, женщины, которые узнали о том, что можно рожать в других условиях, не в больничных, предпочитают все-таки родить и второй, и третий раз в домашних условиях чаще всего. С чем это связано? Ну, много всяких мнений. Я сама когда-то работала в системе здравоохранения, женщине. Конечно, приятнее рожать со знакомым человеком с любимыми глазами, с теплыми руками, с душой, которая любит свое дело. Очень важно. Это самый, видимо, весомый аргумент: чтобы человек любил свое дело. Женщина, которую ты наблюдаешь, чувствует, как ты относишься к этому, как ты относишься к ней, к ее ребенку, к ее семье, и ей намного теплее рожать в домашних стенах, нежели в казенных.

Виктор Резунков: У вас были сложные случаи? Мы слышали сейчас в репортаже, врач говорил, что все-таки это большой риск.

Ирина Мартынова: Конечно, мы все перед Богом и наши дела отмечены там. Я – человек верующий, и, чтобы не было осложнений, я призываю каждую женщину очиститься духовно в первую очередь и физически. Господь везде может тебе пожурить, как я это называю. Если ты перед Богом чист, Господь всегда поможет, даже в тяжелых условиях. Конечно, есть случаи, когда приходилось женщин сдавать. Ну, это слабость родовой деятельности могла быть вторичная или даже первична, но это крайний случай. Клиническое несоответствие размеров ребенка и таза - были такие случаи. Но женщина сама понимает, что ей, видимо… Она готовилась к этому, она хотела, но человек предполагает, а Господь располагает, пути Господни неисповедимы. Но чаще получается домашний вариант разрешения, если женщина трудилась. Господь любит трудящихся, работающих женщин. Если она действительно так хотела, шла к этому, выполняла все мои назначения, которые я ей предписывала, Господь улыбается ей, и она рожает дома ребеночка.

Виктор Резунков: Давайте не будем заниматься теологическими разработками, давайте все-таки вернемся в практическое русло. Юридически как-то закреплен ваш статус акушерки? Насколько мне известно, до сих пор вы не можете иметь права, с точки зрения государства, быть акушеркой?

Ирина Мартынова: Да. Очень жалко, что в нашей стране, как в других западных странах, не принят закон о том, что женщина, желающая избрать рождение на дому, могла быть обслужена специалистами, которые могли бы ей помочь официально и выдать справку о рождении, поставить печать. Может быть, со временем мы придем к этому. Ссылок много на то, что, там, бригаду реанимации нужно поставить под окно, что женщина должна истечь кровью обязательно, умереть все там должны. Но если бы так было, мы бы, наверное… Худо-бедно, но мы размножаемся. Когда не было родильных домов, где женщина рожала 2000 лет? Роддома появились буквально 50, 60, 70 лет назад. Если бы их не было все 2000 лет, может быть, мы бы не дошли до этой точки, может быть, уже давно все вымерли, потому что удручающая такая оценка обслуживания и чувств женщин после родов. Многие сравнивают это с адом. Я два года назад принимала роды у женщины, она говорит: я бы лучше умирала дома, чем шла второй раз рожать в роддом. Что там такое устраивается? Поэтому хотелось бы, чтобы официально у нас служба была. И совершенно не нужна эта бригада реанимации. Мы же 25 лет уже принимаем без бригады и успеваем, слава Богу, в тюрьме не сидим, значит, мы как-то худо-бедно работаем и неплохо. Вот я раньше была одна в городе, а теперь у меня есть ученики, а у учеников – свои последователи, я уже давно не одна. Количество людей, которые понимают, что лучше воспитывать здорового ребенка, чем больного, растет. На Руси раньше рождаемость была намного выше, и если рождалось 7-10 детей, конечно, был естественный отбор, дети могли умирать, но их оставалось 7-8, а сейчас рожают двоих и то говорят, что два ребенка – это уже многодетная семья. Ну что это такое? И они этих двух родят, и женщина воспитывает больного ребенка, она больше и не захочет рожать. А на Руси было так принято: что Бог дал, то и будет у нас. Если есть естественный отбор, лучше родить из семерых детей пять здоровых, и они будут рожать себе здоровых… Вот оттуда и были русские богатыри. А сейчас двух родят в родильном доме травмированных. Какие там богатыри?! Эти больные дети рожают себе уже больных, потомство. И вот такое получается у нас продолжение очень плачевное.

Виктор Резунков: А чем вы это объясняете? Только ли материальным положением можно объяснить то, что люди не хотят иметь детей много?

Ирина Мартынова: Это тоже, конечно, важный фактор, что живем очень сложно, зарплаты невысокие. Знаете, когда женщина приходит в женскую консультацию, начинают ее запугивать собственным процессом и говорят: ты не думай, что ты хорошо родишь и что у тебя красивый будет ребенок. Вот мне женщины просто рассказывали, что врач говорит: у вас будет желто-синий ребенок, не думайте, что он будет у вас, как пупсик на картинках. Они не ждут вот такого изображения. Когда они рожают дома, они говорят: Боже мой, почему мы напуганы этим, а картина совсем другая. Потому что ты рожала естественно, ребенок руководил своими родами. То есть запугивание процессом в женской консультации. Потом, когда женщина переступает порог родильного дома, там начинают всех стопроцентно стимулировать, даже повторно родящая женщина, в пятый раз ей все равно пытаются ввести какой-то стимулятор. У меня был такой случай, женщина говорит: мне сразу на пороге предлагают, что нам нужно быстрее, у нас здесь конвейер, ты тут не на курорте, давай быстренько – и в сторону, следующие тоже хотят. Зачем так поступать с этим уникальным процессом? Может быть, он единственный раз у женщины будет. Это такое нежное состояние интима, где хочет присутствовать отец, поздороваться со своим ребенком. Сейчас можно сказать, что есть улучшенные отделения за деньги, и люди на это идут и покупаются очень часто. В 18-м родильном доме даже не показали ребенка после рождения, сказали: ваш ребенок умер. Заплатили люди 43 тысячи (на Солидарности роддом), а потом, когда родители потребовали – «покажите умершего ребенка», они ничего не могли предоставить. Ну, показали какие-то останки непонятные. Вот был судебный процесс. Душу врача за деньги, который не привык работать так, а привык работать по шаблону, которого так научили в институте… Им ведь внушают, что вот это должно быть вот так, это вот так. По-человечески очень мало когда удается врачу - это поток, это конвейер. Почему этот поток не уменьшить и не перевести этого врача, который наблюдал бы женщину в консультации, на домашний вариант, когда бы он смотрел, как семейный врач, семейный акушер? Это можно было сделать гораздо проще, и женщине теплее было бы с врачом. Ну, поучить их, там, чтобы они не боялись того, чему их научили в институте. Это просто обучение страхам самих врачей. Их запугали – они запугивают женщину, что это нужно быстрее-быстрее, что воды у тебя отошли, через 12 часов надо обязательно изгонять ребенка. Ничего подобного! У меня совсем недавно случай был, когда в 18 недель у женщины потекли воды, она подняла тяжелое. Я ей сохранила беременность до 35 недель. Мы вылеживали это. Я ее специально вела, специальной методикой. И в 35 недель мы родили розового ребенка 3 килограмма 150 грамм. И она после этого еще одного ребенка родила. А врачебные предписания – сразу же его вычистить надо было.

Слушатель: Это Сергей из Армавира. Вот интересный вопрос: почему женщины боятся рожать в роддомах? Да потому что там можно подхватить или СПИД, или гепатит, или придушить ребеночка или даже роженицу. Это, конечно, такие страшные вещи я говорю, но так бывает. Или, допустим, сказать, что ребенок умер, а взять элементарно и вырезать его здоровые органы - и на продажу, потому что этот бизнес сейчас ведется очень круто. Как вы посоветуете, где женщине лучше рожать – в роддоме или в домашних условиях?

Ирина Мартынова: Если я 25 лет уже приставлена к этому делу, конечно, я скажу, что в роддоме, как сами говорите, немножко, мягко выражаясь, опасно рожать. Если семья хочет, чтобы на ее глазах приняли их ребенка, положили на грудь, запеленали его, дали папе на ручки подержать, чтобы ребеночек улыбался маме и папе, конечно, это более естественный процесс. Зачинать ребенка в интимном процессе и в интимном процессе его рожать дома внутри семьи – это более естественно для человека и для этого события, не выходя из домашних стен.

Виктор Резунков: Существуют какие-то противопоказания родов дома? Ну, когда женщина себя плохо чувствует, например?

Ирина Мартынова: Вы знаете, женщина – создание разумное, особенно когда ее гормоны беременности готовят к материнству, она утончается, такое интуитивное у нее состояние, она сама не пойдет на домашние роды, если она чувствует себя как-то плохо и она нуждается в медицинском обслуживании. Это на моих глазах очень часто бывает, когда женщина вроде бы идет-идет на домашние роды, а потом говорит: знаешь, я все-таки чувствую, что мне может плохо быть, я, видимо, все-таки первый раз рожу в роддоме. И я говорю: конечно, первый период, раскрытие, ты можешь дома провести, лежа в водичке, там, где обезболивает вода. И ты уже на процесс вытуживания, на второй период родов, можешь поехать в родильный дом. Это нормально. Хотя бы тебе не делают стимуляцию, не ускоряют процесс, хотя бы первый период пройдет естественно, а уже в период вытуживания, может быть, понадобятся какие-то реанимационные действия большой бригады для ребенка, ну, всякие ситуации бывают, и психологически бывает, что женщина не до конца подготовилась, родители бывают против. То есть это нормально. Нужно только пытаться как-то максимально естественно провести беременность, а на финал можно действительно в роддом поехать.

Слушатель: Скажите, а если у роженицы откроется сильное кровотечение при родах, как вы будете в домашних условиях его останавливать? Пока будете вести ее в больницу, потеряете драгоценное время.

Ирина Мартынова: Поскольку мы - медицинские работники тоже и имеем некоторое образование, у нас люди не без понятия об этом, мы применяем и стимулирующие вещества, которые сокращают матку, у нас есть и диагностика, которая может помочь увидеть, что этой женщине не полезно рожать дома, чтобы не было кровотечения. А какое кровотечение вы имеете в виду? Когда идет отслойка плаценты, так мы просто не допускаем этого. Это видно по ходу подготовки женщины к родам. Мы беремся только за физиологически нормально отлаженную беременность. Вы понимаете, в природе все логично. Если у женщины идет тяжелая беременность и предвещает, что могут быть осложнения в родах, она логично поступает в родильный дом. В природе не бывает так, что все было у нее хорошо-хорошо, а потом сразу раз, и кровотечение такое, что опасно для жизни. Понимаете, мы бы все вымерли, как мамонты, уже давно. Не может быть такого: среди полного здоровья вдруг резкое нездоровье. Это страшилки чисто медицинского характера.

Слушатель: К сожалению, нет в живых моей мамы, она была акушеркой-гинекологом 53 года. Слушая вас, она бы сказала, что вы – преступник.

Ирина Мартынова: Конечно, да. Вы знаете, я с таким мнением сталкиваюсь. Ведь медицина порождает сначала патологию, она женщину запугивает этим страхом, которая парализовано идет на роды. Она спазмирована, она не отдает ребенка, у нее происходят тяжелые процессы от того, что она боится отдать его из-за спазмов, от страха. При страхе выделяется адреналин, адреналин зажимает родовой канал. Если женщина не боится, с ней и не происходит этого. Когда вы едете по дороге на велосипеде и вы боитесь, что вы сейчас упадете - вы действительно упадете. А когда это происходит по-другому… А акушеры сами провоцируют это, усугубляя патологическими всеми образами. Вот ты обязательно должна умереть… Им в институте преподают то, что должно быть плохо, они внушают женщине.

Виктор Резунков: Своеобразные стереотипы такие.

Ирина Мартынова: Да. А когда не думаешь, ты к себе не притягиваешь эту патологию, вот это надо помнить. А акушеры, проработав в этой системе, воспитаны на патологии. Мне их жалко. У меня сейчас гинеколог готовится к домашним родам, он даже не представляет, как это можно без перчаток все делать, он даже жену свою готов смотреть в перчатках, хотя знает, что она не больная, его не заразит, и он ее не заразит, он тоже знает свои способности и возможности. Это внушенный стереотип действия, что все женщины должны истечь кровью.

Виктор Резунков: Буквально с 1 января стала действовать в России программа родовых сертификатов. Выделяются определенные суммы. Стоимость сертификата семь тысяч рублей. Первый талон остается в женской консультации, со вторым – пять тысяч рублей – женщина приходит в выбранный ею роддом. По вашему мнению, эта схема поможет как-то увеличить, может быть, рождаемость в России или повысить уровень обслуживания женщин в роддомах, улучшить врачебную помощь?

Ирина Мартынова: Это можно сравнить с тем, что сейчас возникли те же самые оплаты дополнительные врачам, которые берутся за обслуживание женщин в родильном доме. Вот хорошо бы, чтобы к этим красивым словам и указам добавить результат – качество этой работы. Если бы еще с врача спрашивали показатели – состояние женщины и ребенка после этого обслуживания, не только денежки… Конечно, нужно врачам деньги платить за работу, конечно, это труд высокооплачиваемый должен быть. Тяжело, конечно, в эти бумаги вписать «любовь к профессии», нужно родиться акушером, чтобы любить это дело, чтобы платили тебе за то, что ты любишь и выполняешь качественно, и после тебя люди не страдают. Сейчас ведь много и платных отделений, когда человек из своего кармана платит. Но, понимаете, в народе есть такое грубое выражение: одна и та же телега, только за деньги. Люди в белых халатах в одном кабинете тебе это за деньги делают, а в другом – без денег это делают. Не может один и тот же человек сначала быть черным, потом – белым. Это один и тот же человек. Нужно не столько на деньги, сколько на человеческие факторы обращать внимание. Люди готовы платить, но только вы должны с душой, с любовью выполнять свое назначение.

Слушатель: Раньше таких специалистов называли повитухи, обычно были бабки-повитухи. Скажите, сейчас обыкновенный бюджетник может воспользоваться вашей услугой? Сколько вы берете за свою работу?

Ирина Мартынова: Любой человек, который проникся рождением своего ребенка на дому, может воспользоваться моими услугами, услугами моих учеников и моих последователей, я думаю. Деньги здесь не на первом месте, хотя люди все нормальные понимают, что мы должны и пить, и есть, и ботинки обувать, как я говорю. В Библии написано, что каждый достоин оплаты своего труда. У нас нет каких-то астрономических цен. Любой средний человек со средней зарплатой и даже из бедных людей может воспользоваться рождением на дому и приглашением специалиста к себе.

Виктор Резунков: На самом деле ваша организация называется «Национальная школа традиций повивального дела». Какие же все-таки наиболее известные традиции существовали на Руси в области повивального дела?

Ирина Мартынова: Поскольку у нас передача не религиозная, но все-таки нам приходится об этом говорить, ведь Русь была всегда православная, всегда люди боялись Бога, поэтому считали, что надо перед родами обязательно очиститься духовно. А второе очищение – физическое: через баню, через омовение холодной водой, через держание постов. Вычищение, как духовное, так и физическое, приводит к тому, чтобы детки рождались здоровенькими.

Слушатель: Я хочу сказать о своем положительном опыте родов в роддоме. У меня у сына было ягодичное предлежание. И как тепло ко мне отнеслись акушеры и врач-гинеколог в женское консультации, как они мне помогали все время! Нельзя огульно чернить тысячи врачей и акушеров – хороших, добрых, знающих. Это некрасиво, по-моему.

Виктор Резунков: Мы не черним, мы просто говорим о праве женщины на роды в роддоме и дома.

Ирина Мартынова: Да. Вы зря так поняли, что мы черним, что мы против здравоохранения и рождения детей в родильных домах. Наоборот, я говорю, что если в родильных домах люди-специалисты любят свою работу, к ним приятно идти. Но когда человек не любит свою работу, он устает за 24 часа, которые он работает, и уже физически не может выполнять ее полноценно, то это другое дело. Когда я работала, восьмичасовой рабочий день – это нормально. Но когда сутки выходит работать врач или акушер, он просто не в силах качественно выполнять свою работу. А в домашних условиях, у меня тоже женщина недавно рожала с ягодичным предлежанием, мы тоже справились прекрасно в домашних условиях. Я не против медицины, которая оказывает помощь женщинам в экстренных ситуациях. Просто, когда это естественный процесс… И 80% женщин может рожать естественно, поэтому что это от Бога предусмотренная профессия номер один для женщины, и ее ускорять или замедлять, или запугивать – это неправильно. Медицина нам нужна, я очень положительно к ней отношусь. Но бывают случаи, когда люди страдают от неправильного приема. Я очень рада за вас, я сама училась у довоенных акушерок этому ремеслу, этому делу и очень благодарна им за то, что они меня научили и шить, и принимать, и ягодичное предлежание, с которым теперь только оперируют. Сейчас же стопроцентная операция, особенно, если мальчик. На УЗИ посмотрят, что мальчик, – значит, нужно оперировать обязательно ягодичное предлежание. Если у женщины миопия –8, то, значит, тоже надо обязательно оперировать: сетчатка отслоится у нее. А у меня одновременно у женщина было и –8, и ягодичное предлежание, и мы прекрасно родили дома. Через два с половиной месяца она поехала к себе на работу на Валаам, они там занимаются погодой. Звонит мне оттуда, спрашивает: а как мне то сделать, как мне то? Советуется со мной до сих пор, в поддержке нуждается. А так, если вам повезло с бригадой, - хорошо, тем более, я чувствую, вы давно рожали, а раньше немножко было получше обслуживание. Врачи, которые меня брали на работу и в родильное отделение… Мой врач высшей квалификации Регина Матвеевна - мой любимый учитель. Я очень признательна, что у меня такой врач, любящий свое дело, передал любовь к акушерству. Я не против врачей, вы не правильно поняли меня, я против врачей, которые не любят свое дело, я за врачей, которые любят свое дело и оказывают помощь, особенно к экстремальной какой-то ситуации. Я за тех врачей, которые не стимулируют женщину в родильных домах и дают ей свободно самой рожать, не укладывая ее на конвейер, вот за что я, чтобы в роддоме не было конвейера и не было ускорения появления ребенка. Ребенок должен сам регулировать свое рождение, не надо ускорять этот процесс, ребенок знает, когда ему родиться, он это согласовал с Небесами. А в домашних условиях просто это удается больше сделать, когда все естественно, и терпение вознаграждается. Нельзя ускорять этот процесс и замедлять нельзя наркотическими веществами, которые вкалываются женщине, чтобы она спала, потому что медперсонал тоже хочет отдохнуть. Это неправильно. Старые довоенные акушерки считали, что они не имеют даже права сесть на стул и подремать, понимаете как? Когда приезжала роженица, они были возле нее и ухаживали за ней, я это видела. И они говорили: зачем сейчас все так ускоряют? Мы приходили на смену - у нас одни и те же лица, уходили со смены – одни и те же лица. Женщина спокойно, потихоньку рожала. Это так говорили довоенные акушерки, у которых я училась. Я - за эти процессы. Это можно делать и дома, если не боитесь кровотечений и всяких осложнений. Не надо влезать в этот процесс химическими препаратами, нельзя это делать, чтобы ребенок, которому укололи наркотические вещества, рождался через два часа, дыхательный центр которого угнетается этими веществами. Я же видела, мы раньше применяли морфий для того, чтобы женщину усыпить, чтобы она спала и рожала параллельно. Бывает, не сработает эта система их подхода, и через два часа у нее появляется ребенок. Морфий угнетает дыхательный центр - приходилось его оживлять. Он синий рождался. Это неправильно, когда на детях начинают применять сразу наркотики во время его рождения. Неправильно, когда беременность лечится в женской консультации, нельзя считать беременность болезнью, это естественный процесс, заложенный в женщину природой, и он должен протекать естественно.

XS
SM
MD
LG