Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Колобок. Плоды любви. К Валентинову дню


Александр Генис: Накануне 14 февраля, в преддверии Валентинова дня, в Нью-Йорке трудно найти товар, не украшенный красным сердечком. От заурядных конфет до интимных подробностей туалета, от открыток-"валентинок" до гардин, от шнурков до стаканов, от пластмассовых голубков до небоскребов - город в изобилии предлагает дорогие, дешевые и монументальные символы страсти, неги и наслаждения.

Самое странное, что в эти дни даже практикующие кулинары, знающие, как приготовить из бычьего сердца чудесную начинку к пирожкам, дают себя убедить в том, что аккуратная геометрическая фигурка, будто срисованная с игральных карт, и есть тот внутренний орган, которому мы обязаны любовью, празднику и нынешнему - романтическому - выпуску "Колобка".

Любовь, если верить поэтам, не интересуется кухней: лишенным аппетита влюбленным положено сохнуть на глазах друг у друга. Зато искусство любви охотно пересекается с искусством кулинарии за столом, умело накрытым разжигающим страсть блюдами.

Афродизиаки - бесспорная часть гастрономической истории, ибо о них упоминают уже самые старые кулинарные книги, сатирические стихи и рецепты любовных эликсиров. Опираясь на источники, ученые составили прейскурант Венеры, в который входит:

анис,
базилик,
морковь,
слюна,
луковицы орхидей,
фисташки,
аругула (в остальные дни эта травка незаменима для баранины),
турнепс,
улитки
и редкие виды ящериц.

А также, продолжает справочник, откуда я усердно списываю эти данные, любая вкусная еда, которой редко было вдоволь.

Это мне уже понятнее. В пору моей небогатой молодости прекрасным афродизиаком служили, например, плавленые сырки "Дружба", особенно, когда ими закусывали бобруйский портвейн и воронежский вермут.

Не желая, однако, навязывать слушателям свои ностальгические вкусы, я, как всегда в сложных случаях, обратился к незаменимому эксперту "Колобка" Анне фон Бремзен с неизбежными в канун Валентинового дня пикантными вопросами.

Эротическая кулинария существует у очень многих народов, не так ли?

Анне фон Бремзен: Я бы не сказала, что у каждого народа, а скорее, в азиатских странах. В Японии, например, чисто какие-то ритуальные блюда. В Индии вообще эротическая культура очень развита. В основном это какие-то настойки, какие-то специи, связанные с эротическими чувствами. Например, в Китае, если съесть что-то редкое, например, член тигра, то это тебе передается. Или, например, акульи плавники, но это опять же чисто символически, потому что это сильная, смелая рыба и если ты съешь какую-то часть ее, тебе передается эта верильность и мужественность. В основном это все скармливается мужчинам.

Александр Генис: Я сам, правда, никогда не ел, но видел блюда, сделанные из членов быка. Считается, что это очень дорогой и редкий афродизиак, который подают на Тайване. Вы никогда не слышали, не пробовали его?

Анне фон Бремзен: Вы знаете, я пробовала в Гонконге. Просто висела какая-то странная вещь, я думала: что-то похожее на член. Мне говорят: попробуйте, девушка. Действительно, это был... Знаете, как куриные пупки, такой странный какой-то вкус. Но опять же в азиатской культуре едят вещи именно из-за символического смысла.

Александр Генис: А есть афродизиаки в русской или американской кухне?

Анне фон Бремзен: В русской я не знаю, потому что настолько не разрешалось об этом говорить, что эта культура не возникла. Может быть, есть что-то, о чем я не слышала. Американская кухня - они просто берут все и со всего мира. Тоже таких традиционных афродизиаков, по-моему, нет.

Александр Генис: А бычьи яйца, устрицы прерии? Я слышал о таком блюде.

Анне фон Бремзен: Да, есть такое блюдо, но я не знаю, имеет ли оно какой-то эротический смысл. То, что доказано научно, это шоколад, потому что шоколад влияет на ту же зону, на которую влияет секс. Чувство удовольствия, какая-то химическая реакция, действительно, в шоколаде есть, поэтому на День Валентина дарится шоколад. Еще символично то, что пары всегда едят, это устрицы. Опять же устрицы - из-за того, как их едят, что-то в этом есть очень интимное.

Александр Генис: Какая еда традиционно считается самой романтической?

Анне фон Бремзен: Обед, который начинается с устриц, потом что-то такое с икрой, просто потому что это люкс, и ужин должен закончиться шоколадным суфле или пудингом.

Александр Генис: Вы привели меню романтического ужина, а завтрака?

Анне фон Бремзен: Для меня самый романтический завтрак - это такой мягкий омлет с большим количеством икры.

Александр Генис: Из всех вышеописанных лакомств лично меня больше всего привлекает самое банальное, (особенно - в Валентинов день) - шоколад.

В моей родной Риге шоколадная фабрика так и называлась "Лайма", то есть, "счастье". Сегодня с ней согласны врачи, химики и диетологи. Шоколад содержит вещество, название которого я не могу произнести, а вы запомнить. Тем не менее, именно оно и ввергает нас в безопасную (если речь не идет о чужой жене) эйфорию. Об этом прекрасно знали открывшие какао ацтеки. Их последний король Монтесума выпивал в день по 50 чашек шоколада. Его примеру следовал Казанова и все те, кто ему завидовал.

Шоколад, впрочем, хорош и без любовного умысла. Лучшие его сорта мне довелось попробовать в Бельгии, где умеют делать ассорти из ста конфет, ни одна из которых не повторяет другую. Я в этом убедился, попав на кондитерскую улочку старинного города Брюгге. Только купив все, на что упал жадный взгляд, я узнал, что бельгийцы предпочитают готовить свежий, рассчитанный на немедленное употребление, и потому самый вкусный в мире шоколад. Оставшись наедине с двумя килограммами скоропортящегося блаженства, я сперва растерялся, но теперь могу признаться, что те два дня были не худшими в моей жизни.

Конечно, хорошая шоколадка от нас требует не многого - достаточно ее развернуть и, может быть, окунуть в шампанское.

Шоколад, однако, бывает не только целью, но и средством на пути к наслаждению. В этом случае его толкуют как сырье, ждущее обработки. Самый нежный рецепт предлагает смешивать горькие, а значит содержащие не менее 70 процентов какао, сорта с воздухом, готовя шоколадный мусс. На первый взгляд этот десерт не так уж сложен. Достаточно смешать растопленный шоколад с маслом, сахаром и раздельно взбитыми желтками и белками. Однако, чтобы достичь нужной эфирной консистенции, приходится столько экспериментировать, что в тот единственный раз, когда я добился успеха, на кухне не осталось чистой кастрюли.

Проще и эффектней устроить в Валентинов день декадентский ужин из шоколадного фондю. Вопреки французскому названию, начинать нужно с бани: в большую миску с кипящей водой поставить маленькую с наколотым шоколадом, к которому не вредно добавить рюмку-другую вишневого ликера, ложку-другую сахара и толику терпения. Когда стоящая на малом огне смесь станет жидкой, как густая сметана, в расплавленный шоколад можно макать, насадив на длинную вилку, все, что соблазняет обоих - очищенный, но не нарезанный банан, кружки ананаса, дольки апельсина без косточек или стружки яблок (лучше всего кислую антоновку, которая, увы, избегает западного полушария). Самой красивой из фондю выходит клубника, сытнее всего - бисквиты. Впрочем, последнее не важно, ибо ужин в Валентинов день стремится не утолить плотский голод, а усилить его.

XS
SM
MD
LG