Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблемы фольклорно- этнографического центра Петербурга


Программу ведет Татьяна Валович. Гость в студии - директор фольклорно-этнографического центра Анатолий Мехнецов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская.

Татьяна Валович: Вчера в связи с переездом из здания Синада и Синода закрылся читальный зал Российского государственного архива. Когда исследователи вновь получат доступ к фондам, не знает никто. Но если в случае с российским госархивом все-таки ясно, куда он переезжает, то что будет в ближайшем будущем с другим архивом, Фольклорно-этнографического центра, ясности нет.

Из-за проходящего в России сокращения бюджетных учреждений Фольклорно-этнографический центр Петербурга лишился финансирования от Роскультуры. Если у центра отберут помещение, может пострадать уникальный фонд из 300 тысяч записей.

Татьяна Вольтская: Российский фольклорно-этнографический центр возник в 1991 году при петербургской Консерватории, на основе лаборатории народного музыкального творчества. Архив, с 60-х годов собиравшийся музыкантами в экспедициях, вырос, приобрел самостоятельное значение, потребовал дополнительных средств. Сначала Центр существовал на самообеспечении, в 1997 году получил финансирование из Министерства культуры. Говорит заместитель директора Центра Галина Лобкова.

Галина Лобкова: В конце 80-х материалы 60-х годов уже использовать невозможно было, они стали рассыпаться. Места в консерватории не хватало катастрофически, средств не было на содержание такого архива. Требуется постоянная работа с этими материалами, по их содержанию, по их описанию, по их систематизации, по объединению в культурный процесс.

Татьяна Вольтская: В Центре всего 23 человека, но они ведут огромную работу по сохранению культуры народов России. И вот теперь Центр снова хотят слить с Консерваторией - для оптимизации процесса бюджетного обеспечения.

Галина Лобкова: Мы исключены из перечня федеральных учреждений. Конечно, мы очень обеспокоены. Целевое выделение средств на это направление, естественно, будет остановлено. Будет финансироваться Санкт-Петербургская Консерватория, мы становимся структурным подразделением образовательного учреждения, как мы и были ранее. Нам говорят, что культура входит в сферу услуг. Значит, она должна обеспечивать сама свое существование.

Татьяна Вольтская: Сейчас Центр оказывает огромное количество услуг всей стране, а не только студентам. Отойдя к Консерватории, архив автоматически станет более закрытым. Об этнографической работе - собирании старинных костюмов и музыкальных инструментов - и вовсе придется забыть.

Ученые продолжают делать уникальные открытия в деревнях - кое-где, оказывается, еще и сейчас играют на гуслях, которые можно отнести к инструментам не только древнерусским, но и древнеславянским. Но, видимо, современная культурная вертикаль больше не нуждается в уникальных открытиях.

Татьяна Валович: У нас в гостях сегодня директор фольклорно-этнографического центра Анатолий Мехнецов.

Анатолий Михайлович, в 1997 году был годом для России экономически не очень удачный. Однако Министерство культуры посчитало возможным тогда найти деньги на финансирование этнографического центра как самостоятельного учреждения. Что же поменялось сейчас?

Анатолий Мехнецов: Мне кажется, сейчас идет волна свертывания программ, связанных с государственным подходом к культурной политике в целом. Это касается разных направлений нашей культуры, в первую очередь, традиционной народной культуры. Народная традиционная культура - это основа всех других форм не только художественной деятельности, но и поддержки национального сознания, это и традиции землепашества, домостроения, это нормы поведенческие, это связь поколений: старики, дети.

Татьяна Валович: О которой говорят, что она прерывается. Молодые люди не так относятся к старшему поколению, как должно. Но когда такое отношение на уровне государства к тому, что нужно сохранять хоть какие-то части, крупицы, что же говорить тогда о состоянии общества.

Анатолий Мехнецов: Вот в этом все и дело, что по сути дела, это должна одна из первых забот государства - состояние общества. Консолидация общества может проходить только с учетом доминант традиционной культуры, то есть этнокультурный характер всего, что происходит в нас, и все беды, которые возникают в нарушении этих традиций, беды нашего общества, они связаны с необходимостью проведения государственной политики в этой области. Сейчас идет свертывание и научно-исследовательских направлений, в первую очередь, конечно, образовательных форм. Включение фольклора, других форм художественной культуры в образовательные программы это требует очень серьезной подготовки, государственного подхода.

Татьяна Валович: Хочу заметить, что последние «Рябининские чтения», они проводятся раз в 4 года, в 2003 году прошли последние там как раз отмечалось, что как и во всей науке, высшей школы России наблюдается тенденция, что нет молодежи, нет молодых кадров.

Анатолий Мехнецов: Фольклористика в целом - это достаточно сложная университетская программа. В фольклористику включились музыковедческие силы, одна из наиболее сложных областей фольклора, потому что требует специальной подготовки. Для того чтобы подготовить музыканта высокого класса требуется не менее 15-20 лет, а в такой сфере как народная сфера, которая по праву считается душой народа, здесь происходит подмена понятий - использование сценических форм, академических средств, сложившихся в профессиональном искусстве, в приложении к народной песне. Народная песня теряет свое лицо. Петр Ильич Чайковский не зря писал о том, что нельзя безнаказанно касаться своей святотатственной рукой такой художественной святыни как русская народная песня, если ты не чувствуешь себя к тому вполне готовым и достойным. Так вот, подготовка специалистов сейчас разворачивается и в рамках консерватории.

Открыто вчера мы как раз отметили первое заседание кафедры этномузыкологии. Специалистов в этой области не хватает. Сейчас, чтобы обеспечить потребности народного образования, художественной деятельности самодеятельной, народные праздники, детские учреждения требуется большой отряд специалистов.

Татьяна Валович: Наряду с этим происходят сокращения.

Анатолий Мехнецов: Один единственный сегодня в России Фольклорный этнографический центр, который располагает не только научной базой, хорошо оборудованные рабочие места, современные методы, компьютерные обработки звука, оцифровка его, организованное хранение и рукописных, и видео, и аудиоматериалов, которые сегодня составляют у нас более 300 тысяч единиц по тексту.

Татьяна Валович: То есть сейчас это может быть передано куда-то в другое место? Вы поступаете как бы под юрисдикцию Консерватории, а Консерватория вам бюджет даст остаточный.

Анатолий Мехнецов: Конечно. Речь идет о том, что сегодня мы работаем по целому ряду направлений, специфических направлений, которые обеспечивают всю полноту энциклопедического характера, включение, во-первых, сбор экспедиционная работа, во-вторых, профессиональное хранение, архивные фонды. Много сил мне пришлось вложить в дело передачи государству личных архивов не только собственных (я 40 лет хожу по России), но сейчас мы ставим задачу объединения частных коллекций путем обмена, записями и перевод частных коллекций в государственную форму хранения.

Татьяна Валович: Ректор Консерватории нынешней Александр Чайковский, с уважением говоря о нашем Центре и комментируя ситуацию, заявил, что у Консерватории сегодня нет помещений, в которые можно было бы принять огромное количество материалов.

Анатолий Мехнецов: Совершенно верно. Сегодня Центр располагает на правах аренды специально оборудованным помещением.

Татьяна Валович: Оно где находится?

Анатолий Мехнецов: Оно находится на Исаакиевской площади.

Татьяна Валович: Это центр города?

Анатолий Мехнецов: Совершенно верно.

Татьяна Валович: Не видите ли вы всю проблему в том, что кому-то понадобилось ваше здание в центре города или место, земля? Только вчера закрылся госархив России, закрылись читальные залы в связи с переездом его ближе к окраине. Может и у вас все дело в том, что нужно кому-то помещение?

Анатолий Мехнецов: Я думаю, что это может быть и так, а может быть и нет, потому что здание само по себе некорыстно ни в коммерческом отношении, ни для целей расположения какого-то солидного представительного дома.

Татьяна Валович: А как вам объяснили это? Вас заранее поставили в известно, что вы лишаетесь финансирования?

Анатолий Мехнецов: Конечно, нет. Есть распоряжение правительства, которое принималось в административном порядке без консультаций с нами. Речь идет о том, что если мы переходим в Консерваторию, то мы подчиняемся уставу Консерватории как образовательного учреждения.

Татьяна Валович: Анатолий Михайлович, вы стали говорить о том, что произойдет изменение даже функций, вы превратитесь в придаток учебного заведения. Что за этим последует?

Анатолий Мехнецов: За этим последует сокращение штата. За этим последует сокращение направления деятельности. Мы будем обязаны работать как структурное подразделение учебного заведения.

Татьяна Валович: То есть будут более закрыты эти ваши фонды, архивы?

Анатолий Мехнецов: И это тоже, но главное, что целый ряд направлений, которые связывают нас с региональными центрами, помощь региональным центрам в собирательстве, фондовой работе, методической, образовательной деятельности, мы не сможем этой деятельностью заниматься. Мы будем полностью включены в учебный процесс, хотя и сегодня на музыкально-этнографическом отделении все наши сотрудники, по сути дела, являются преподавателями этого отделения.

Татьяна Валович: В центре на сегодняшний день, насколько я знаю, 23 человека.

Анатолий Мехнецов: Да.

Татьяна Валович: Что, была такая огромная сумма, которая выделялась вам Министерством культуры, что решили ее сократить, и это принесет кому-то такую большую пользу?

Анатолий Мехнецов: Думаю, что это экономить на спичках. 3,5 миллиона годовой бюджет наш - это небольшие деньги. Корысти здесь тоже нет, но зато мы теряем возможность постоянно работать с нашими корреспондентами - Вологда, Пермь, Екатеринбург, Барнаул, Воронеж.

Татьяна Валович: Все они пользовались вашими фондами, имели возможность приехать сюда?

Анатолий Мехнецов: Мы постоянно сотрудничаем. Тем более, мне пришлось испытать и тяжесть шапки Мономаха в качестве президента Российского фольклорного союза, который был 15 лет тому назад организован. С тех пор в 70 регионах России существуют наши группы инициативные творческие. Мы постоянно проводим фестивали в разных регионах России и методическую работу, мастер-классы, экспедиционную работу.

Татьяна Валович: Этого теперь, в основном, экспедиции вообще можно лишиться?

Анатолий Мехнецов: Для Консерватории это не приоритетное направление.

Татьяна Валович: Да и Консерватория сама получает финансирование, скажем так, не в полном объеме.

Анатолий Мехнецов: Конечно. Но речь идет еще и о том, что за всеми этими формами нашей работы стоит еще одна проблема. Старшее поколение уходит, это естественный процесс, и уносит память прошлых событий, память о традиционных формах народных праздников, обрядов, народной песни. Эти потери усугубляются еще и тем, что сами деревни в последние годы только за 15 лет стерты.

Татьяна Валович: Вымерли.

Анатолий Мехнецов: Не то, что вымерли, они разрушены.

Татьяна Валович: И все-таки хотела спросить. В нашем репортаже прозвучала такая вещь, что до сих пор из экспедиций удается привозить какие-то открытия. Это действительно так, еще что-то можно найти?

Анатолий Мехнецов: Действительно так, но это связано с тем, что сам научный аппарат усовершенствуется. Наш взгляд на явление традиционной культуры становится все тоньше и тоньше и глубже по содержанию.

Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста, мы слушаем.

Слушатель: Георгий из Санкт-Петербурга. Я бывший выпускник этой Ленинградской консерватории по классу фортепиано. Меня интересует ваша область. Изменения в этой смежной области они, что носят уже необратимый характер, или это временные трудности, или это окончательно будет выживать эта область?

Анатолий Мехнецов: Если вы говорите о вымирании традиционной культуры, то здесь достаточно оптимизма, если будут приняты соответствующие меры. В первую очередь нужно не свертывать программы государственного подхода фольклористики, а наоборот помогать и развивать. Тогда мы успеем и сможем сделать народную песню в ее необычных проявлениях достоянием общества.

Татьяна Валович: В 60-е годы теперь уже прошлого века был достаточно такой взрыв интереса к фольклорному в том числе, например, Жанна Бичевская, Марина Капура. Они используют в широком своем творчестве народные какие-то элементы. Как вы оцениваете сейчас возможности такого же всплеска? Есть ли тенденция такая?

Анатолий Мехнецов: Она была всегда еще в XIX веке. Народная песня шла на эстраду концертную, искала своего слушателя. Но она не заменяет аутентичных форм, естественных форм бытования. В этом году, да и каждый год много лет мы проводим Масленицу в Юсуповском саду. К сожалению, это, вероятно, была одна из последних Маслениц. Полный сад народу, дети, энтузиасты, костры, стенка на стенку. Живая форма.

Татьяна Валович: Та история российская народная. Вы говорили о союзе фольклорном. Как-то он отреагировал на то, что с вами произойдет? Какие ваши дальнейшие действия?

Анатолий Мехнецов: Российский союз отреагировал. Было обращение в Комитет по культуре Государственной Думы. Состоялся депутатский запрос в правительство. Я писал письмо Владимиру Владимировичу Путину по этому поводу.

Татьяна Валович: Есть какие-то реакции?

Анатолий Мехнецов: Реакций реальных нет.

Татьяна Валович: Спасибо большое.

XS
SM
MD
LG