Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Международный институт гуманитарно-политических исследований выпустил трехтомник "Антология самиздата. Неподцензурная литература в СССР (50-80-е годы)"


Программу ведет Никита Татарский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Тамара Ляленкова

Никита Татарский: В Москве Международный институт гуманитарно-политических исследований выпустил трехтомник "Антология самиздата. Неподцензурная литература в СССР (50-80-е годы)". В "Антологию" вошли наиболее представительные произведения, ходившие в самиздате, различные по жанру и идеологии. С автором и составителем этого проекта, членом-корреспондентом Международной академии информации Марком Барбакадзе встретилась Тамара Ляленкова.

Тамара Ляленкова: Удивительно, но попытка издать "Антологию самиздата" за время так называемой гласности была всего одна и несколько в ином роде, чем нынешняя, под редакцией Вячеслава Игрунова, обладателя самой крупной библиотеки самиздата.

В 4 книги, 3 тома автор проекта и составитель Марк Барбакадзе включил наиболее яркие и наглядные образцы поэзии, прозы, документы, мемуары, эссе, которые когда-то, как опасное и драгоценное знание, передавались из рук в руки. Теперь все это в "Антологии" распределено хронологически. Я спросила Марка Барбакадзе: почему выбран именно такой принцип?

Марк Барбакадзе: Первые два тома - это до 65-го года, процесс Даниила Синявского. С процесса самиздат пошел волной, рекой, потопом. И после 73-го года, после высылки Солженицына - последний, завершающий период, когда преобладал тоже самиздат. В каждом томе начинали с той рубрики, которая в этот период преобладала. И по документам, и по моему собственному восприятию, все начиналось именно с поэзии - Волошин, Цветаева, Ахматова, с 65-го это Даниэль Синявский, Солженицын, Максимов, пошла проза, Шаламов, а последний том - больше всего публицистики.

Тамара Ляленкова: Среди публицистики последнего тома - материалы секретных документов и советской печати (обстоятельства, в которых тогда существовала неподцензурная литература). Нужна ли антология самиздата теперь, когда самиздат перестал быть самиздатом? Этот вопрос я задала члену-корреспонденту Российской академии наук Виктору Данилову-Данильяну...

Виктор Данилов-Данильян: Я огромное значение придают контексту. Встретить хорошо известное, наизусть известное мне стихотворение Мандельштама "Ленинград" в четырехтомнике Мандельштама или в его сборнике из "Библиотеки поэта" - это одно, а встретить в этом самиздатовском контексте - это другое, я вижу иначе это стихотворение и слышу его иначе. "Антология" тем и хороша, что она погружает читателя в определенную среду, в определенный контекст. Ну, для тех, кто жил в те годы и читал самиздат, это, конечно, замечательный памятник собственной молодости.

Тамара Ляленкова: От имени следующего поколения я попросила высказаться Ирину Хакамаду...

Ирина Хакамада: Это история формирования свободных людей в условиях подполья. Прослеживать от произведения к произведению, кто издавал, как издавал, какие идеи двигались в художественных, например, образах и публицистике, я думаю, это, в общем-то, изучить историю неофициальную своей стран. Тем более сейчас, мне кажется, времена возвращаются, и людям, которые будут читать всю эту антологию, это будет что-то напоминать.

Тамара Ляленкова: Вот так, помимо очевидных литературных и исторических достоинств, издание "Антологии самиздата" обладает еще и практической ценностью. И это, повторяя слова Александра Галича, вполне весомая примета, что новые настали времена.

XS
SM
MD
LG