Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Общественная акция по спасению Дома писателя в Екатеринбурге


Программу ведет Светлана Толмачева. В программе принимает участие Юрий Казарин, председатель правления Екатеринбургского отделения Союза писателей России.

Светлана Толмачева: Литераторы Екатеринбурга начали общественную акцию по спасению Дома писателя. Особняк, где находится Дом писателя, перестраивается варварскими методами, считают организаторы акции. Об этом мы будем говорить сегодня с гостем нашей студии - председателем правления Екатеринбургского отделения Союза писателей России Юрием Казариным.

Доброе утро, Юрий.

Юрий Казарин: Доброе утро.

Светлана Толмачева: Предлагаю ввести в курс дела наших слушателей. О чем идет речь? Что происходит с тем зданием, где находится Дом писателя?

Юрий Казарин: Обычно это квалифицируется как некий конфликт. На самом деле, я думаю, это не конфликт и не какая-то одноразовая история, ситуация. Я думаю, что это некая типичная ситуация сегодня, может быть, для нашего города (не знаю, как в других городах), когда у нас некие здания, какая-то недвижимость принадлежит одновременно двум-трем каким-то сторонам. Если есть какой-то частный собственник, то он почему-то естественным образом начинает пытаться полностью завладеть вот этим зданием или каким-то помещением и так далее.

Вот наша ситуация такова. Я думаю, что «Маркет-сервис» просто-напросто превышает свои полномочия, и в данном случае застраивает без каких-либо разрешений на земли, которые рядом с памятником находятся, каким-то образом нарушает... в общем-то, это ведь памятник истории и культуры, и там вообще ничего нельзя делать без разрешения. Ну вот, к сожалению, постоянная перестройка, скажем, устранение каких-то несущих конструкций, стен – все это происходит постоянно в течение уже трех лет.

Светлана Толмачева: Митинг писателей, который вы организовали накануне, он, по вашему мнению, может как-то повлиять на решение этой проблемы?

Юрий Казарин: Это скорее был не митинг, это был какой-то другой жанр – какая-то акция протеста речевого. Мы там все собрались, мы показали, что реально происходит, и журналистам, и людям, и писателям, и творческой интеллигенции. Я думаю, что вообще-то такие акции не помогают, это мое убеждение. А вот в данном случае то, что произошло в прошлую пятницу, я думаю, что подход к нам... Там были люди государственные, так скажем. Евгений Вадимович Розин, депутат Государственной Думы от Екатеринбурга, он твердо пообещал передать наше обращение в тот же день Юрию Михайловичу Золотову, заместителю генерального прокурора по нашему округу.

Светлана Толмачева: В этом разговоре, конечно же, нам не обойтись без мнения представителей другой стороны этого конфликта. Предлагаю послушать сообщение, которое подготовила моя коллега Евгения Назарец.

Евгения Назарец: Митинг литераторов около Дома писателя проходил под наблюдением сотрудников Общества с ограниченной ответственностью «Маркет-Сервис». Своего присутствия они не афишировали и перед собравшимися выступать не стали. Как сказал юрист «Маркет-Сервиса» Сергей Козлов, с писателями воевать никто не собирается, а что касается реконструкции первого этажа и сооружения пристроя, то работы будут продолжаться.

Сергей Козлов: Мы потихонечку двигаемся, собираем документацию, и большая часть документов на строительство и на реставрацию этого здания у нас есть. То есть с Министерством культуры договариваемся по поводу того, чтобы была произведена реставрация фасада и ремонт крыши. То есть крыша течет, ни канализации, ни водоснабжения вообще в здании нет. То есть частично что-то есть, но уже все «мертвое». У нас есть заключение о том, что мы это здание, наоборот, усилили. И вот в каком плане. Мы фундаменты усиливали для того, чтобы это здание не упало. А износ-то здесь около 70 процентов. С пожарной лестницей, поверьте на слово, ее нужно было снимать тогда, когда это еще все начиналось. Пожарная лестница висела на одном гвозде. Причем мы поинтересовались у писателей: «Давайте мы вам сделаем новую лестницу». Нам сказали: «Нам пока и так неплохо. И вообще нам пожарный выход не нужен». Вообще никто не собирался воевать с общественной организацией. Мы отделению писателей России неоднократно предлагали заключить с нами мирное соглашение.

Евгения Назарец: На первом этаже, по словам Козлова, откроется дорогой ресторан итальянской кухни. А пристрой за Домом писателя выше первого этажа возводиться не будет. Литераторы не верят – у них перед глазами пример другой стройки в центре Екатеринбурга. Около Дома кино сейчас возводится торговый центр. Как говорит член Союза кинематографистов сценарист Геннадий Бокарев, он тоже должен был встать вровень с двухэтажным зданием Дома кино.

Геннадий Бокарев: По начальному плану этот дом в два этажа должен быть. Теперь тут уже пять этажей. И более того, он перекрыл нам свет во многих комнатах. И управу мы на него также найти не можем.

Евгения Назарец: Представители «Маркет-Сервиса» надеются уладить конфликт. Но сейчас, по мнению пресс-секретаря Министерства культуры Свердловской области Татьяны Шороховой, это будет нелегко сделать. Прежде всего потому, что у «Маркет-Сервиса» оформлены далеко не все документы, разрешающие строительство.

Татьяна Шорохова: Передо мной лежат два документа. Первый – это акт областного государственного учреждения культуры «Научно-производственный Центр по охране и использованию памятников истории и культуры Свердловской области», это акт, касающийся нарушений со стороны ООО «Маркет-Сервис». В акте констатируется, что работы осуществляются без согласования землеотводных документов, без государственной экспертизы и согласования проекта документации, а также без разрешения органов охраны памятников и Государственного архитектурно-строительного надзора. Второй документ – это копия ответа прокуратуры Ленинского района города Екатеринбурга Юрию Казарину. В ответе прокуратуры есть утверждение о том, что пристрой, который сегодня ведет ООО «Маркет-Сервис», юридически неправомерен и он никем не разрешен.

Евгения Назарец: Во время митинга писатели собирали подписи под обращением с просьбой остановить строительные работы. Обращение было передано сотрудникам отдела Генеральной прокуратуры по Уральскому федеральному округу. Литераторы надеются, что разбирательство не затянется – особняк окружной Генеральной прокуратуры стоит напротив Дома писателя.

Светлана Толмачева: Юрий, если верить юристу «Маркет-Сервиса», фирма на свои средства буквально спасает здание, а что касается пристроя, то выше первого этажа, как человек утверждает, он не поднимется. Собственно, сейчас этот самый пристрой, о котором шла речь, не выше первого этажа – это видели все люди, которые присутствовали на вашей акции. Получается, что писатели сработали на опережение, чтобы не получилось так, как с Домом кино вышло?

Юрий Казарин: Да, мы просто были напуганы тем... я был напуган, по крайней мере, тем, что сейчас лето, хорошая погода, и как раз наступали выходные, и я боялся за выходные, за два дня будет просто возведен этот второй этаж - и наши окна закроются. Вот этого я боялся действительно. Все, что касается остального, а я сейчас внимательно слушал Сергея, конечно, это просто моментально и очень хорошо сориентировавшийся человек в ситуации, и он быстренько скорректировал какие-то несуществующие моменты.

На самом деле здесь ведь не конфликт между «Маркет-Сервисом» и Союзом писателей России, а на самом деле здесь конфликт между какой-то общественной организацией, нашей общероссийской, и чиновничеством. Потому что чиновники, правоохранительные органы, которые были обязаны вообще-то остановить «Маркет-Сервис» еще три года назад, на самом деле этого не делают до сих пор, и ни прокуратура Ленинского района, ни прокуратура города Екатеринбурга. Вот они, вообще-то, здесь должны были бы прислушаться и как-то отреагировать.

Светлана Толмачева: А действительно, почему нет никакой реакции? Все мы слышали, какие документы пришли в ответ на ваши запросы. И Научно-производственный Центр по охране и использованию памятников, так же районная прокуратура вам ответила, что, действительно, законы нарушаются, действительно, документов нет. Но санкций нет, а строительство идет. В чем здесь дело-то, собственно?

Юрий Казарин: Я думаю, что просто в России, да и во всем мире, наверное, это объясняется очень просто. Любой «острый» документ, или «горящий» документ, он погашается каким-то образом. В качестве «влаги» какой-то здесь, наверное, играют роль деньги, я думаю.

Светлана Толмачева: Есть звонок от нашего слушателя. Доброе утро.

Слушатель: Меня зовут Алтай, я из Алма-Аты, из Казахстана. У меня такой вопрос. Как товарищ писатель относится к тому, что были отменены все ранее действовавшие льготы для инвалидов, как представитель культуры, как интеллигентный человек? Я хотел бы, чтобы он это прокомментировал.

Светлана Толмачева: Вы имеете в виду закон о монетизации льгот?

Слушатель: Вообще отношение к инвалидам.

Светлана Толмачева: Спасибо за ваш звонок.

Юрий Казарин: Очень хороший вопрос и очень актуальный вопрос. Конечно, мы относимся отрицательно к тому, что происходит. Не подготовлены в нашей стране какие-то реформы и так далее. Особенно это касается детей, инвалидов.

Например, мы постоянно работаем с инвалидами. И вот в сентябре даже будет у нас марафон. Мы хотим организовать марафон для детей, для инвалидов и для ветеранов. И вот инвалидов мы в данном случае хотим вытащить просто на свет Божий, чтобы люди увидели, что они существуют. Что касается финансов, мы, к сожалению, помочь им не можем. Но вот как-то духовно, морально, нравственно мы поможем.

Светлана Толмачева: И, конечно же, вы поддерживаете членов Союза писателей России, которые живут в Екатеринбурге и которых задела монетизация льгот.

Юрий Казарин: Естественно. У нас ведь очень много пожилых. И здесь нужно отметить, что правительство Свердловской области помогает. Есть определенные надбавки, доплаты к пенсиям от Росселя Эдуарда Эргартовича, от нашего губернатора Свердловской области. То есть они помогают, конечно. Ну, не очень, но все-таки какие-то деньги есть. Хотя эта проблема, я думаю, остро стоит по всей России.

Светлана Толмачева: И вновь к истории конфликта. Коммерсанты говорят о том, что возможна мировая. На каких условиях, по вашему мнению?

Юрий Казарин: Дело в том, что я вообще не имею права с ними ни ссориться, с «Маркет-Сервисом», ни мириться. Потому что я арендатор. Мы, Союз писателей России, арендуем данный второй этаж в этом особняке на 49 лет. Ссориться вообще здесь должны, конечно, Министерство по управлению госимуществом Свердловской области, но они почему-то с «Маркет-Сервисом» не ссорятся. Ссоримся мы. То есть мы люди опосредованные в данном случае, в цепочке мы не самые главные, но, тем не менее.

Здесь ведь проблема-то вот в чем. С 1934 года это здание не принадлежит, а арендуется постоянно Союзом писателей, тогда еще СССР, Союзом советских писателей, а сейчас Союзом писателей России. Если сегодня мы уступим вообще вот эту территорию... На самом деле, конечно, Доронин Александр Алексеевич, владелец этой фирмы, пытается захватить все здание. Это лакомый кусок, это географический центр города. Господи, ну что тут объяснять!.. И так все понятно, я думаю.

Светлана Толмачева: В результате этого конфликта должен остаться один, вы так считаете?

Юрий Казарин: Я считаю, да. Я думаю, что вот сегодня подан иск Министерством культуры в Арбитражный суд по поводу деприватизации или принудительной продажи первого этажа, то, что сейчас принадлежит «Маркет-Сервису». Я думаю, что такой прецедент будет в городе, дай Бог, это получится, и тогда, может быть, остальные будут более бережно относиться к памятниковому имуществу.

Светлана Толмачева: Есть еще один звонок от наших слушателей. Доброе утро.

Слушатель: Это Виктор из города Омска. Я хочу вот что сказать по этому поводу, что, в любом случае, интересы общества, они всегда выше, в общем-то, интересов отдельных групп, как бы мы об этом ни сожалели. Это, кстати, вне зависимости от политической системы – либо это Германия, либо США, либо где-то еще. Всего хорошего!

Юрий Казарин: Спасибо.

Светлана Толмачева: Юрий, если, действительно, в результате этого конфликта вам останется это здание, то получится, что в результате конфликта писатели даже в чем-то где-то и выигрывают. Потому что первый этаж, действительно, осталось только отделать. Что там насчет несущих конструкций – это, конечно, разбираться строителям. Но на самом деле первый этаж готов к эксплуатации. Получается, что конфликт в данное время, он выгоден, прежде всего, писателям.

Юрий Казарин: Я думаю, он не выгоден писателям, он выгоден, наверное, все-таки литературе. Потому что здесь, на Урале, сегодня сложилась ситуация уникальная. У нас есть несколько блестящих поэтов, известных и в России, и за рубежом, скажем, Николай Коляда – это бесспорное имя, Геннадий Бокарев. Есть прозаики замечательные. То есть сегодня мы можем говорить об уральской школе. И я думаю, выиграет уральская школа литературы, поэзии, драматургии и прозы. А писатели лично ничего ведь с этого иметь не будут, естественно.

Светлана Толмачева: И вновь есть слушатель, который хочет задать вопрос Юрию. Доброе утро.

Слушатель: Михаил из Москвы. Я просто хочу вот что спросить. Дайте оценку нашему народу. Вот когда наш народ лишили права бесплатно кататься на транспорте, он вышел на улицы. А когда гробы пошли из Чечни, никто не вышел. Хотя Явлинский созывал митинг и так далее, никто не вышел. Вот какова ваша оценка, как писателя, нашему народу?

Юрий Казарин: Я думаю, что сегодня, к сожалению, может быть, наш российский народ, русский народ и все остальные этносы, которые, в общем-то, и наполняют некое национально-культурное единство, в недоумении. Вот последние, может быть, 18-20 лет народ находится в недоумении. Поэтому он и не выходит на улицы, поэтому он, возможно, столь пассивен. Хотя я знаю, что, в принципе, пока еще, слава тебе Господи, менталитет русский, русское самосознание, русское миросознание, оно, в общем-то, является уникальным. И пока что оно не слилось с американским и так далее. Поэтому давайте подождем.

Вот эти все перемены, все эти странные события, которые происходят в России уже на протяжении 20 лет, они каким-то образом притормозили нашу реакцию – и нашу социальную реакцию, и нашу нравственную реакцию, интеллектуальную реакцию и духовную реакцию – на то, что происходит. Нужно, чтобы народилось новое поколение людей. Для этого нужно ждать 25-30 лет. Я думаю, что в ближайшие 5-10 лет наступит, возобновится опять активность нашего русского, российского сознания внешнего. И я надеюсь, что, в общем-то, многое изменится к тому времени и в социальной жизни. И гробов будет меньше, и денег будет больше.

Светлана Толмачева: Юрий, сейчас вы готовитесь сразу к четырем поэтическим марафонам, которые, несмотря на конфликт с Домом писателя, все-таки должны пройти в Екатеринбурге. Скажите, вот среди тех стихов, которые, возможно, прозвучат во время этих марафонов, есть ли те, которые можно назвать острополитическими? Реагируют ли поэты на ситуацию в стране?

Юрий Казарин: Да, и еще как! Это процентов 50-60, наверное, от всех текстов, как правило, - это тексты острого политического содержания – или это сатира, или это ирония, или вообще это фактологическая поэзия, которая является каким-то протестом, какой-то, может быть, реакцией негативной, оценочной на то или иное событие. Это нормальное явление вообще в русской провинциальной поэзии. Ведь у нас большинство поэтов, стихотворцев приезжают из деревень, из сел, из маленьких городишек Свердловской области, Урала, Курганской и других областей. И вот, наверное, этот блок поэзии, он самый интересный. Поскольку люди настолько искренние, настолько заинтересованные и настолько вообще честно говорят обо всем, что, я думаю, даже крупным изданиям можно поучиться у них этому.

Светлана Толмачева: Есть еще один звонок от нашего слушателя. Доброе утро.

Слушатель: Доброе утро. Петр Алексеевич из Екатеринбурга. А зачем нам вообще нужен Дом Союза писателей, кинематографистов, театральный, то есть лицедеев? У нас жизнь больше зависит от хозяйственников – инженеров, юристов, медиков. Почему у них такого дома нет для обмена идеями? До революции был Дом инженеров. Спасибо.

Юрий Казарин: Я думаю, что лучше не идти таким путем: давайте закроем Дом писателя и откроем Дом инженеров. Я думаю, давайте откроем еще один дом – Дом инженера, Дом экономиста, Дом бухгалтера, Дом кассира и так далее. По крайней мере, учтем интересы всех профессиональных слоев нашего общества.

Странный вопрос. Но, в принципе, он интересен тем, что люди просто, наверное, не понимают, что если не будет литературы, то не будет ничего. Это я говорю точно. Поскольку языковая деятельность, эстетическая языковая деятельность лежит в основе любой другой – и инженерной деятельности, и бухгалтерской, и кассирской, и экономической, и так далее.

Светлана Толмачева: Начали мы уже говорить о поэтических марафонах. Прошлогодний поэтический марафон прошел «на ура», с огромным аншлагом. Для тех слушателей, которые, может быть, не представляют себе, о чем идет речь, Юрий, в двух словах, как это организуется – поэтический марафон – на примере прошлого года.

Юрий Казарин: Ну, это событие, скорее всего, «геопоэтического» характера, а не чисто поэтического. Я называю это вообще «спортивно-художественное мероприятие». Во-первых, мы просто-напросто поднимаем людей из глубинки. Они приезжают – и впервые оказываются в крупном городе, в мегаполисе, впервые говорят в микрофон и впервые вообще общаются со своими читателями и коллегами. Я видел людей, которые, может быть, делали это в первый и последний раз. Очень пожилые люди приезжали просто из дальних деревень. Возможно, они уже не найдут средств для того, чтобы приехать еще раз. И вообще это люди, которые в процессе марафона открывали себя. Я видел, как люди плакали, например, как люди понимали, что они не зря прожили жизнь, написав два-три стихотворения, которые вызвали аплодисменты, сочувствие в зале.

А всего побывало у нас около 3 тысяч человек. Марафонцев было 350, где-то в этом пределе. И я думаю, что мы как раз доказали, что литература – это тоже демократическое явление, в глубоком, в качественном смысле.

Светлана Толмачева: То есть каждый из участников читал по три своих произведения. И нескончаемым потоком шли поэты, даже в ночное время не прекращался марафон. Сколько он часов шел?

Юрий Казарин: И не по три стихотворения. Марафон шел 120 часов – это пять суток. Читали по 20 минут, по 40 минут, кто-то 5 минут, кто-то одну минуту, в зависимости от количества и качества написанного. Скажем, Андрей Петрович Комлев прочел перевод «Слово о полку Игореве» свой – ну, это долго длилось. Аркаша Застыриц, замечательный наш поэт, он читал где-то полтора часа, около двух часов свои стихи, поскольку женщины его не отпускали. Шло это вот так постоянно. Это, скорее, не марафон, а эстафета. Один передавал другому микрофон, и все это длилось в течение 120 часов.

Светлана Толмачева: Длится долго, действительно. Скажите, вот в этом году четыре марафона. Почему решили разделить?

Юрий Казарин: Потому что, я думаю, мы не уделили достаточного внимания в прошлый раз детям, пожилым людям и инвалидам. Мы каким-то образом отсеивали детей, поскольку дети пугались в ночное время и так далее. А сейчас мы будет проводить все это в дневное время, с 9 утра до 9 вечера. 12 часов – дети, и 12 часов на другой день будут у нас инвалиды, а потом уже ветераны. И я думаю, что сейчас мы посмотрим уже не на географическую сторону поэзии, а на социальную.

Светлана Толмачева: Каким образом можно принять участие в этом поэтическом марафоне? Наверное, те слушатели Радио Свобода, которые заинтересовались этим, наверняка хотят об этом у вас спросить.

Юрий Казарин: Нужно просто позвонить нам по телефону – 371-33-70 – это наш секретарь, он сидит там постоянно. Или зайти к нам на улицу Пушкина, 12. Адрес простой: Екатеринбург, Пушкина, 12, Союз писателей России.

Светлана Толмачева: Иногородним слушателям что делать? Звонить?

Юрий Казарин: Да, лучше позвонить, конечно. 343 – код города Екатеринбурга – 371-33-70. И сказать: «Я хочу участвовать в марафоне», - записаться, а мы потом спишемся с ним, с этим человеком, и пригласим его.

Светлана Толмачева: И вновь слушатель в нашем эфире. Доброе утро.

Слушатель: Здравствуйте. Меня зовут Антон. Я бы хотел вот что спросить у вашего гостя. Для творца, для творческого человека, что дает этому человеку, пишущему, четыре стены с дверьми – обычное помещение? Я понимаю, при советской власти организации нужно было одобрять партийные решения, и в таком духе они собирались, это такая тусовка. Ну а сейчас, что, для того, чтобы творить, человеку нужно помещение? А то, что вы говорите, что там собираются люди, ну, это такой клуб по интересам, он не требует помещения.

Юрий Казарин: Мне вопрос понятен. Спасибо за вопрос. Очень хороший вопрос, потому что люди не понимают функциональной направленности Дома писателя. На самом деле писателю для того, чтобы писать, не нужно ничего, вообще ничего не нужно, даже бумаги не нужно. Потому что существуют случаи, когда поэты писали в изолированном состоянии и запоминали свои тексты навсегда, а потом уже их записывали.

Дом писателя – это вообще центр живого слова. Там работает Литературный театр, там работает детский литературный клуб, там работают несколько литературных студий, куда приходите вы, наши слушатели, вот кто сейчас звонил, вы можете прийти к нам, если вы сочинитель, и мы вам поможем научиться писать. Существует у нас так же и постоянно действующая череда вечеров творческих. Это, в принципе, центр живого, нормального художественного слова.

Светлана Толмачева: А если это устраивать на чужих площадях, за это надо платить опять же.

Юрий Казарин: Естественно. Да и не пустят просто.

Светлана Толмачева: Итак, осенью в екатеринбургском Доме писателя пройдет сразу четыре поэтических марафона. Будут ли какие-то победители этого марафона, Юрий? Или, собственно говоря, участие – это лучшая награда для поэта?

Юрий Казарин: Вообще нужно начать с того, что если обществу нужно некое шоу, так скажем, то мы пытаемся создать литературное шоу. И поэтому мы хотим установить четыре рекорда Гиннесса и четыре рекорда русского клуба «Левша». Первый рекорд – это детский марафон 12 часов, потом инвалидов, потом ветеранов. И общий марафон, который я не знаю, сколько продлится. Мы стартуем на четвертый день, будем читать стихи о любви. И вот сколько это продлится?.. Но это будет четвертый рекорд Гиннесса. Если народу нужны рекорды, мы будем их делать, поскольку это все-таки художественно-спортивное мероприятие.

Светлана Толмачева: И вновь переходим к вопросу о Доме писателя. Все-таки не такие уж и больше площади этого старинного особняка в центре Екатеринбурга. Где будете размещать всех желающих послушать стихи? Наверняка их будет много, так же много, как и в прошлом году.

Юрий Казарин: У нас ведь есть еще и параллельные площадки. И нам обещала администрация города как-то помочь. У нас есть Литературный музей, Камерный театр, у нас есть детские библиотеки, где дети будут. И есть улица, в конце концов, обещали нам дать даже место на плотинке, где мы хотим устроить несколько интересных состязаний поэтических, дуэлей и так далее.

Светлана Толмачева: То есть это исторический центр Екатеринбурга, вы туда выйдете и вместе...

Юрий Казарин: Да. В общем, там будет такой фокус, не знаю, сюрприз - мы даже хотим спуститься с неба, руководители нашей организации Союз писателей России. На чем – не скажу, но вот спустимся.

Светлана Толмачева: Как будете отбирать стихи? Какие стихи точно не попадут на этот марафон?

Юрий Казарин: Не попадут стихи, которые стилистически и в культурно-речевом отношении нарушают нормы современного русского языка – это вульгаризмы, матерщина и прочее – все это, конечно, не пройдет.

Светлана Толмачева: Есть еще один звонок от нашего слушателя. Доброе утро.

Слушатель: Доброе утро. Сергей Викторович из Москвы. Во-первых, конечно же, можно поддержать такую борьбу за Дом писателя. Очень нужно такое место. И во-вторых, тут слушатель говорил о гробах из Чечни. Но в Чечне армия воюет за правое дело. И в-третьих, хороших ведущих подбирает Радио Свобода. С первых слов влюбляешься в вас.

Светлана Толмачева: Сергей Викторович, спасибо. Мне приятно слышать ваши слова, несомненно. Но, тем не менее, мне бы хотелось, чтобы вы задали какой-то вопрос нашему гостю. И слова поддержки ему тоже приятны, если иметь в виду конфликт вокруг Дома писателя. Спасибо большое, Сергей Викторович, за звонок.

Юрий, скажите, пожалуйста, что, собственно говоря, дальше должно происходить? Июль на дворе, осенью вы должны уже, собственно, провести свои марафоны, но вот этот конфликт, он, действительно, если будет развиваться, то он будет мешать вашим планам, в том числе и творческим. Что должно происходить поступательно? Как вы прогнозируете развитие ситуации?

Юрий Казарин: Я думаю, что сейчас, если вмешается все-таки Генеральная прокуратура, то все будет хорошо. На местном уровне, на городском, районном уровне и областном ничего сделать нельзя, я думаю. Только Золотов Юрий Михайлович, заместитель генерального прокурора. Но мы будем работать дальше. Вот у нас будет презентация – мы альманах выпустили «Поэтический марафон-2004» - и будем презентовать наше издательство Союз писателей. Это произойдет в августе. А там в День города будем читать стихи.

Светлана Толмачева: День города приходится на 20 августа в Екатеринбурге. А марафоны когда планируются? До какого числа можно подать заявку на участие?

Юрий Казарин: То есть уже можно прямо сейчас начинать. И все это будет регистрироваться до двадцатых чисел сентября. В конце сентября будет марафон.

Светлана Толмачева: Скажите, пожалуйста, я понимаю, что недостатка в поэтах у вас нет, а вот нет ли недостатка в слушателях? Хотят ли люди слышать поэзию?

Юрий Казарин: Еще как! Вот когда был марафон, люди приходили и говорили: «Почему вы не выносите динамики на улицу? Люди, которые будут ходить мимо, они будут слушать ваши стихи». И вообще зал был почти всегда полным, и это, в общем-то, удивляло.

Светлана Толмачева: В том числе и в ночное время?

Юрий Казарин: И в ночное время.

Светлана Толмачева: Насколько мне известно, даже беспризорники, которые в это время в центре города находились, они заходили «на огонек» в Дом писателя.

Юрий Казарин: Да. Они зашли и спросили: «Здесь что, храм?». И Галина Сергеевна сказала: «Да, здесь храм – храм литературы».

Светлана Толмачева: Вы не выгоняли беспризорников, вы даже кормили их, я знаю.

Юрий Казарин: Мы их накормили, да. Они послушали стихи. Потом заходили еще несколько раз.

Светлана Толмачева: Какая-то социальная функция у марафона, кроме того, что там прочитают стихи инвалиды и ветераны Великой Отечественной войны, какая-то еще социальная функция сохранится у поэтического марафона в связи с этим?

Юрий Казарин: Я думаю, да. Потому что если мы будем работать с пожилыми людьми и инвалидами, я думаю, мы им конкретно и прямо поможем и в плане здоровья – а это самое важное, поскольку человек пожилой, когда он выступает публично, он просто заряжается, наверное, энергией. Это с одной стороны. А с другой стороны, мы их самоутвердим, конечно, то есть поможем им самоутвердиться. Это хорошо и самое главное.

Светлана Толмачева: Спасибо большое.

Юрий, в завершение наших бесед с утренними гостями мы всегда спрашиваем – что вы планируете на сегодняшний день? Этот же вопрос я хочу адресовать и вам. Что вы запланировали на эту неделю?

Юрий Казарин: Я побегу сейчас в Дом писателя и буду смотреть, что там происходит у нас с внешней стороны, что там исходит от наших соседей. Конечно, мы будем продолжать сейчас писать письма, продолжать бороться за наш Дом писателя. Вот такие планы.

XS
SM
MD
LG