Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Москве начинается юбилейный фестиваль в честь Майи Плисецкой


Программу ведет Арслан Саидов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Марина Тимашева.

Арслан Саидов: В Москве начинается юбилейный фестиваль в честь Майи Плисецкой. В афише: выставки в театральном музее имени Бахрушина, в Новом Манеже, в Доме фотографии, фестиваль игровых, телевизионных и документальных фильмов с участием Майи Плисецкой в кинотеатре "Иллюзион", а также балеты на Новой сцене Большого театра. Предваряя все эти события, Майя Михайловна Плисецкая два часа отвечала на вопросы балетных критиков и журналистов.

Марина Тимашева: В честь Майи Плисецкой будут представлены "Лебединое озеро" и "Дон Кихот", премьера "Игры в карты" на музыку Игоря Стравинского в хореографии главного балетмейстера Большого театра Алексея Ратманского и возобновление легендарной "Кармен-сюиты" Бизе-Щедрина, которая впервые была представлена публике в апреле 1967 года. Репетировать балет со Светланой Захаровой и Андреем Уваровым едет автор спектакля Альберто Алонсо. Говорит Майя Плисецкая...

Майя Плисецкая: "Дон Кихот" - это праздник танца, праздник бытия. "Кармен-сюита" - это совершенно другое, это для нас была не новая, а новейшая хореография, настолько непривычная, что люди даже это поначалу не приняли, уже не говоря о начальстве, которое было просто в панике. Война была за этот спектакль. Когда мне сказали: "Кармен" умрет, я ответила, что "Кармен" умрет тогда, когда умру я. А вот теперь я могу сказать, что я могу умереть, а "Кармен" будет жить. Тогда сказали: это нельзя танцевать и нельзя никуда вывозить, потому что это не лицо Большого театра. Вот теперь, когда прошло столько лет, я смотрю программку: Большой театр, японская, и на обложке я в "Кармен". Думаю: а, значит, все-таки лицо. Правда, пускай она будет очень трудная, торжествует, в искусстве во всяком случае. "Кармен" я могла бы показать, но тут приехал Альберто Алонсо. То, что он будет это делать так, как он считает на сегодняшний день, это очень правильно. А в "Кармен" важно, действительно, зачем ты на сцене и что означает жест, глаз, нога, взгляд, там все про это, там не обязательно ноги драть.

Марина Тимашева: Ту же тему Майя Плисецкая продолжила, отвечая на вопрос о любимых современных балеринах.

Майя Плисецкая: В Большом театре очень хорошие балерины и их немало. Есть русская балерина Полина Симеонова, которая танцует в Берлине, изумительная артистка, я это больше всего ценю. Есть Эгле Шпокайте в Вильнюсе. То есть для меня самое главное - не ногу задрать, а быть артисткой, слышать музыку и знать, зачем ты на сцене, знать свою роль, что ты хочешь сказать даже, а не как показать. Я смотрю на это не безнадежно. Мне нравится то, что сейчас делают. Вообще, техника - нечего даже об этом говорить, раньше не было такой техники. Даже старые, очень старые фильмы бледные сейчас смотреть трудно: какие-то балерины, которые были нашими кумирами. Сейчас смотреть даже как-то удивительно: чем же мы восторгались? А это просто время меняется. В драме тоже как-то голос не так ставили, говорили не так. Остаются только великие полотна - Рембрандта, например, музыка.

Марина Тимашева: Майя Михайловна произнесла много нежных слов в адрес Большого театра.

Майя Плисецкая: Ностальгия у меня всю жизнь по Большому театру, она у меня была даже тогда, когда я выходила на сцену Большого театра. Я ее обожала и обожаю.

Марина Тимашева: Майе Плисецкой нельзя польстить. Самая сложносочиненная лесть оказывается правдой. Но то, как выглядит Майя Плисецкая, можно считать чудом.

Майя Плисецкая: Я как-то так случайно напала на собственную байку. И, возможно, что так и существует в жизни. Я в жизни получила очень много цветов, очень много роскошных роз. Я за ними ухаживала, подрезала корни, на следующий день я снова подрезала и меняла им воду, с любовью относилась к цветам, считая, что это одно из чудес Божьих. При том что я совершенно одинаково за ними ухаживала, проходило 2, 3, 4 дня, постепенно одна головка повисла, другая, третья, и, в конце концов, через неделю из всех цветов стояла одна. Вот также происходит с людьми: кто-то завял рано, кто-то подольше, как эти розы.

Марина Тимашева: Так отвечает Майя Плисецкая на вопрос о ее внешности. Но правда содержится в ее ответах на другие вопросы.

Майя Плисецкая: Каждый раз, когда я выходила на сцену, я чувствовала радость бытия. Я думаю, что искусство не только меня спасает, я думаю, всех. Настоящее остается, настоящее тлен не берет.

Марина Тимашева: Радоваться бытию, искать спасения в искусстве и быть настоящим - таковы рецепты сохранности не внешности, но личности от великой балерины, которая сама выйдет на сцену в завершающем фестиваль гала-концерте.

XS
SM
MD
LG