Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблемы рынка ЖКХ в России


Программу ведет Татьяна Валович. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Дмитрий Казнин. Гость студии - член ЖСК № 1076 Валентина Алехина.

Татьяна Валович: В ближайшие три месяца во Фрунзенском районе Петербурга должно появиться около 70 новых товариществ собственников жилья. А к концу года в целом по Петербургу должно быть образовано около тысячи новых ТСЖ. Однако в целом такой процесс в Петербурге идет крайне медленно. А отсутствие рынка управляющих компаний в сфере ЖКХ может привести и к экономическому и к социальному кризису.

Дмитрий Казнин: В Петербурге, по заверениям городских властей, продолжается реформа ЖКХ. Некоммерческий фонд «Единство», пришедший на этот рынок с компанией «Питер Дусманн», начав работу в Адмиралтейском районе, теперь собирается создавать Товарищества собственников жилья и во Фрунзенском районе города, беря в управление целые кварталы. Президент фонда Владимир Конюхов считает, что рынок ЖКХ, до последнего времени отсутствовавший в России, нужно создавать, но на самотек пускать нельзя, - это грозит экономическим и социальным кризисом.

Владимир Конюхов: Это может быть очень болезненно для граждан. Если компания себя не зарекомендовала, не имеет определенных финансовых возможностей, не имеет опыта работы, то может произойти банкротство - и это уже социальный взрыв. Я, например, сторонник дотаций управляющих компаний со стороны государственных органов. Но дотации - это не значит, что нужно давать деньги. Нашим компаниям деньги давать нельзя. Дотации - это, допустим, финансирование или кредитование покупки техники, покупки различных материалов. Есть лизинговые схемы. Потому что на сегодняшний момент это настолько сложный социальный срез - ЖКХ, что здесь не должно быть резких банкротств, потому что это вызовет волнения. Город должен это чувствовать. Переход к рынку будет очень болезненным, на наш взгляд.

Дмитрий Казнин: Таким образом, получив поддержку городских и районных властей, "Питер Дусманн" и фонд "Единство" уже осваивают второй район. Часть жителей Адмиралтейского района, где начался так называемый эксперимент, недовольна принудительным созданием ТСЖ, боясь, что все это делается не ради их благополучия, а ради коммерческих интересов компании. Говорит житель Английской набережной Аркадий Осипян.

Аркадий Осипян: Компания "Питер Дусманн" собирается взять управление нашими домами на себя, потом начать достраивать этажи прямо у нас над головой, чтобы вернуть свои деньги, обустраивать подвалы. Часть домов будет признана аварийными, и жители этих домов подлежат расселению. Это 12 кварталов, которые находятся как раз по периметру вокруг Адмиралтейского завода. Это глубоководные причалы, с которых сходят подводные лодки. У этих причалов встанут круизные лайнеры, и туристов с этих круизных лайнеров нужно будет где-то селить. Вот наши дома, мы так подозреваем, пойдут под снос, а на месте наших домов встанет даунтаун.

Дмитрий Казнин: Во многих странах мира рынок ЖКХ очень рентабелен. В России - не так. Старая система не может начать работать на людей, она работает на себя. Как заявил Владимир Конюхов, в их управляющей компании нет ни одного человека, работавшего раньше в системе жилищно-коммунального хозяйства.

Татьяна Валович: А сегодня у нас в гостях член ЖСК № 1076 Валентина Алехина. И мы попытаемся взглянуть изнутри, как же горожане видят, как идет реформа, дается ли в управление то, что есть, самим горожанам.

Валентина Алексеевна, ваш ЖСК как раз во Фрунзенском районе, как мы слышали, и его называют передовым, идет там все прекрасно. Все время говорится о том, что реформа ЖКХ продолжается. На ваш взгляд, как она продолжается?

Валентина Алехина: Она еще даже не начиналась - в этом весь вопрос. Дело в том, что основным недостатком всех ЖСК, и нашего в том числе, в первую очередь, является то, что не проводятся общие собрания членов ЖСК, а только мы - собственники - обязаны решать вопросы расходования денег, вопрос эксплуатации здания, вопросы ремонта здания. Самоуправление подменяется самоуправством председателей, а в нашем случае - двух лиц - Габриелян Ирины, 77 лет, и Могуновой Анны, 82 лет.

Татьяна Валович: Валентина Алексеевна, вы понимаете, что ЖСК - это как бы свое собственное мини-государство. Кроме членов ЖСК, никто не может провести собрание. То есть никто из городских властей или чиновников не может вам назначить председателя. То есть, должно быть какое-то активное движение изнутри.

Как вы оцениваете, сейчас жители, в том числе члены вашего кооператива, они достаточно активную занимают позицию?

Валентина Алехина: Нет, они не занимают активную позицию. Потому что у нас прежний председатель Григорий Самуилович очень правильно вел хозяйство дома и наш дом был лучшим в микрорайоне, и привыкли доверять правлению. Поэтому им перестроится очень трудно и понять все эти козни вокруг нашего дома. Кроме того, наш теперешний председатель Ирина Габриэлян все делает для того, чтобы люди не получили этой информации. Прошло три собрания, ни на одном из собраний она не дала возможности мне выступить и рассказать. Приближенная к правлению группа людей захлопывает, заговаривает и на этом все кончается.

Татьяна Валович: Например, ваши оппоненты говорят о том, что вы не даете нормально работать правлению, постоянно жалуетесь, насылаете какие-то комиссии, в связи с чем, естественно, не может работать правление нормально. Что у вас есть задолженность по квартплате, в связи с чем даже были обращения в суды.

Валентина Алехина: Я действительно жалуюсь во все инстанции.

Татьяна Валович: В связи с чем?

Валентина Алехина: В связи с тем, что дом ненадлежаще содержится, и есть документ комитета содержания жилья, подтверждающий это. Есть документ администрации Санкт-Петербурга, который также подтверждает это.

Татьяна Валович: То есть это не голословное какое-то утверждение?

Валентина Алехина: У меня не голословное утверждение, а все подтверждено документами. Нарушена планировка дома, выдано предписание управления государственной противопожарной службы, по 14 пунктам нарушения. Я до сих пор добиваюсь исполнения того, что там записано.

Теперь о задолженности. Исключительная компетенция общего собрания - решать начисление обязательных и членских взносов членам ЖСК. У нас не проводилось общего собрания с 2000 года, а проводимые собрания уполномоченных нелегитимны на сегодняшний день, это доказано тремя решениями судов и подтверждено. Я не плачу полностью начисления, которые делает мне правление, как мы выяснили, самовольно, и хочу, чтобы мне объяснили, за что начисляются мне эти платежи. Потому что я человек в этом вопросе грамотный, разбираюсь.

Татьяна Валович: То есть ваша позиция такая: если вы поймете, что эти деньги необходимо заплатить, то вы погасите задолженность.

Валентина Алехина: Да, безусловно. Я никогда не отказывалась и это свое мнение я изложила письменно, как только был подан первый иск по задолженности.

Татьяна Валович: А в связи с чем вам не разъясняют, куда какие деньги собираются? Разве в том квиточке, который вы получаете, не должно быть расписано, что на какую статью расходуется?

Валентина Алехина: Статьи расходов там расписаны. Но вот в чем вопрос. Дело в том, что есть постановление правительства 1099 и есть 102-ое распоряжение Санкт-Петербурга (да и закон по защите прав потребителей требует того же), начислять оплату жителям, а членам ЖСК тем более, по фактическим расходам предоставляемых услуг. То есть, стоит у нас водомер на доме, и у меня есть письмо от "Гупводоканал", который подтверждает, что ЖСК оплачивает за фактические расходы по этому водомеру.

Татьяна Валович: То есть это общий домовой счетчик?

Валентина Алехина: В нашем случае он, в нарушение закона потребления, не на доме, а на пять домов установлен был.

Татьяна Валович: Все равно, на пять домов, там же можно посчитать.

Валентина Алехина: Очень просто можно посчитать, потому что количество жильцов известно во всех пяти домах, общий расход известен, разделить, получить расход на одного человека воды, умножить на количество жильцов в доме. А в квитанции у меня записано по тарифу платеж. Этот платеж, это уже доказано не только мной, очень много пишется в средствах массовой информации, что эти платежи по тарифам очень завышены.

Я задаю вопрос, где разница, и мне не ответил никто и нигде, ни в контролирующих органах, ни в нашем правлении. Поэтому я добиваюсь получения такого ответа в суде. Но даже в суде я этого тоже не получила, потому что суды ошибочно принимают за основание начисления платежей в ЖСК тарифы вместо сметы доходов и расходов, утвержденной общим собранием членов ЖСК, как того требует 72-й закон.

Татьяна Валович: Валентина Алексеевна, в городе, например, существует такая ассоциация товариществ собственников жилья, которая как раз призвана решать какие-то спорные моменты. Пытались ли вы обратиться туда за помощью?

Валентина Алехина: Вы имеете в виду ассоциацию Акимовой?

Татьяна Валович: Да, она официально называется как Ассоциация ЦСЖ, ЖСК.

Валентина Алехина: Да, обращалась. Как только я о ней узнала, решила, что это та ассоциация, которая очень поможет нам. Пришла туда, Галина Алексеевна, которая вела прием, мне сказала: "Вы не состоите в нашей ассоциации, поэтому мы не будем вмешиваться в жизнь вашего дома".

Татьяна Валович: Ваше ЖСК не состоит.

Валентина Алехина: Да. Если в 2001 году я, будучи в хорошем заблуждении, предлагала даже на собрании вступить туда, то теперь я категорически против этой ассоциации. Потому что мы взяли юриста из этой организации на слушание дела по решению этого собрания и проиграли судебный иск только потому, что этот адвокат международного класса составила неправильно дополнительное исковое заявление. После чего женщины нашего дома купили Жилищный кодекс и стали сами разбираться в юридических вопросах. Понемножку разобрались и поняли.

Татьяна Валович: То есть даже юристы в тех казусах и в той казуистике законов, которая существует сейчас по оплате ЖКХ и коммунальных услуг в сфере ЖСК, они не в состоянии разобраться?

Валентина Алехина: Да, не в состоянии. Она не разобралась даже в простейшем вопросе. Дело в том, что мы в иске требовали обязать председателя провести общее собрание. Но суд затянул рассмотрение дела и Габриэлян провела собрание. Нужно было изменить один пункт, вместо обязать, признать неправомерным это собрание. А юрист указала, что изменяется предмет и основания - оба. А в этом случае 34-я статья Процессуального кодекса не рассматривает такое заявление. И мы проиграли.

Татьяна Валович: С 1 марта этого года вступил в силу новый Жилищный кодекс, причем в нем говорится, что все ЖСК должны быть де-юре переведены в так называемые ТСЖ. У вас как-то идет это реформирование, в вашем ЖСК?

Валентина Алехина: Никакого реформирования у нас нет и мы не можем добиться с 1999 года даже такого элементарного вопроса, как переработки устава ЖСК? Потому что он у нас составлен в нарушение 72-го закона. Единственный пункт, относящийся к исключительной компетенции - это ликвидация ЖСК.

Татьяна Валович: К нам дозвонился слушатель. Пожалуйста, ваш вопрос.

Слушатель: Александр. Я мечтаю сделать наш дом абсолютно автономным хотя бы теплоснабжению. Если это будет устраивать всех жильцов, что мне скажут в ЖКХ?

Валентина Алехина: Решить этот вопрос в жилищном комитете чрезвычайно трудно. Потому что в жилищном комитете, по-моему, не осталось грамотных и желающих защищать эти вопросы специалистов.

Татьяна Валович: Вы так безапелляционно заявили. Вы контактировали с жилищным комитетом, обращались со своей проблемой?

Валентина Алехина: Да, я с 1999 года выходила на всех замов председателя, начиная с Хренова. Был единственный первый заместитель Попов Станислав Станиславович, который с приходом Щербаковой был уволен оттуда, остался еще Орлов, но он в единственном числе и не очень желает брать на себя эти вопросы.

Татьяна Валович: С какими проблемами вы обращались в жилищный комитет?

Валентина Алехина: С очень многими проблемами. Первая проблема - непроведение собраний, нарушение планировка дома, нарушение расчетов членов ЖСК. То есть по всем жизнеобеспечивающим вопросам я обращалась в разные комитета, к разным заместителям.

Татьяна Валович: И что, вам не давалось просто ответов?

Валентина Алехина: Нет, почему? Я получила везде и всюду. Я не одна, у нас был актив организован, я обращалась не одна, несколько человек нас приходило, нам отвечали: "Вы – государство в государстве, вы в праве решать свои вопросы сами. Собирайте собрание и разбирайтесь. А нас это не волнует".

Татьяна Валович: На это есть прокуратура. Во всяком случае все юристы, который сейчас анализируют и Жилищный кодекс, и все правоустанавливающие документы, говорят, что такой ответ для ЖСК, государство в государстве, он неприемлем, потому что в любом случае город обязан следить за состоянием жилья, независимо от форм собственности. А тем более сейчас, когда всех пытаются перевести в эти товарищества собственников жилья, организовать мини-ТСЖ, к чему придет нынешняя реформа ЖКХ.

Валентина Алехина: Это верно, обязывает 140-ая статья Гражданского кодекса. Я это выучила и тоже везде писала и говорила. И в прокуратуру я обращалась к трем прокурорам нашего района, начиная с Литвиненко, Маякова, сейчас Бедниченко. Бедниченко на личном приеме последний раз мне ответил: "Валентина Алексеевна, вам лучше выехать из дома".

Татьяна Валович: То есть как?

Валентина Алехина: Вот так.

Татьяна Валович: А чем он это мотивировал?

Валентина Алехина: Ничем не мотивировал. Было предложено, чтобы лишиться всех проблем, которые я ему излагала. А я уже излагаю не только в районную прокуратуру, а теперь и в городскую прокуратуру, и была на личном приеме у Чижова.

Татьяна Валович: Как вы считаете, действительно, может быть стоило переехать? Может, в другом кооперативе у вас не будет таких проблем?

Валентина Алехина: Я Бедниченко так и сказала. А куда переехать? Недалеко от нас 713 ЖСК находится, где такая же председатель Ковалева, так же нарушает все права и даже обратилась в уголовный суд на члена ЖСК, якобы та ее избила.

Татьяна Валович: То есть, во всяком случае, это не единичный случай в вашем ЖСК.

Готовясь к передаче, мне пришлось посмотреть очень много откликов горожан о том, что происходит в жилищно-строительных кооперативах на сегодняшний день. Очень многие жалуются на некомпетентность своего правления и председателя. Но ведь дело остается только в том, что все равно кроме членов ЖСК их никто не сможет переизбрать. Как в этой ситуации вы планируете что-то делать? Как решить эту проблему, чтобы вырваться из этого замкнутого круга?

Валентина Алехина: Я пытаюсь решить эту проблему с 1999 года. Обратившись к полномочным представителям президента, к замгенерального прокурора по Северо-западу, в городскую прокуратуру, к прокурору.

Татьяна Валович: Разве у них есть какие-то юридические рычаги, чтобы заставить людей придти на собрание, чтобы был кворум и был переизбран или изменен устав кооператива?

Валентина Алехина: У них есть другие рычаги - 140-я статья старого Жилищного кодекса...

Татьяна Валович: А в новом кодексе?

Валентина Алехина: Новый я еще не прочитала, но думаю, что там то же самое. Поскольку я веду речь о прежних обращениях, и действовала именно эта статья, они обязаны были обеспечить сохранность жилья. А действия нашего председателя Ирины Габриэлян совместно с руководством жилищной администрации района, по моему мнению, намеренно разрушают дом, а деньги, накопленные прежним председателем, более 70 миллионов рублей, разворованы и продолжают разворовываться. Поэтому я считаю, что эти органы не могут оставаться в стороне от этих фактов и суд тоже не имеет права проходить мимо. Потому что там есть статья, которая говорит, что мимо бесхозяйственности руководителей не имеет права проходить суд. Все проходят мимо.

Татьяна Валович: Валентина Алексеевна, посмотрите, что происходит. Сейчас предлагают горожанам образовывать товарищества собственников жилья с тем, чтобы они уже нанимали те управляющие компании, которые будут осуществлять непосредственно все жилищно-коммунальные услуги. На вашем примере мы видим, что если человек, который хочет получить какую-то ясную и четкую, обоснованную информацию о том, за что же он платит, подвергается и судебным преследованиям, и даже физическому воздействию, каким образом тогда люди должны осуществлять то руководство собственностью?

Валентина Алехина: Хочу заметить, что в нашем ЖСК любой активный человек подвергается гонению. 249-я квартира, Скиба Нина Викторовна, она протестовала в судебном порядке против установки перегородки поэтажной в коридоре. Она была избита бывшим членом ревизионной комиссии, ее мужем Алексеевым Борисом Николаевичем, и в суде она тоже ничего не добилась, потому что суд 290-ую статью, общедолевую собственность, не признает. И это не единственный кооператив, который с этим иском обращался.

Татьяна Валович: А сейчас в связи со вступлением нового Жилищного кодекса, как вы думаете, будут ли какие-то изменения вообще в системе?

Валентина Алехина: Они должны быть. Но даже и намека нет на изменения, потому что чиновники всего города не исполняют своих обязанностей и не пользуются законами. Они подменяют законодательство своим мнением. У меня есть масса ответов от чиновников различных рангов, различных уровней, которые подтверждают это и направляют граждан в суд. Суды тоже не работают так, как они обязаны и должны работать.

Посудите сами, во Фрунзенском суде мировой судья Лебедева начинает работать правильно. Когда ЖСК 713 предъявил иск к квартире 121 о неплатежах и ответчик заявил о том, что у председателя нет полномочий, она не набрала трех голосов (это Ковалева, о которой я уже говорила), он отложил слушания дела, направил запрос во Фрунзенский федеральный суд, есть ли там действительно такой иск. Отложила разбирательство дела до решения во Фрунзенском федеральном суде этого вопрос о правомочности председателя.

В моем же случае происходят странные вещи. Григорьева в том же федеральном суде принимает иск в нарушение 135-й статьи пункта четвертого Процессуального кодекса, выносит быстренько заочное решение и доводит до исполнительного производства 150 процентов, вместо 100 по решению.

Теперь повторяет эти же ошибки судья Венедиктова. Она точно так же возбуждает исполнительное производство, но в еще лучшем варианте: нет решения суда, вступившего в законную силу, а исполнительное производство уже возбуждено.

Татьяна Валович: Валентина Алексеевна, в структуре администрации Петербурга существует непосредственно объединение собственников жилья, которое должно регулировать все как правовые, юридические, тарифную политику в ЖСК. Во всяком случае в жилищном комитете создан специальный отдел. Чем тогда он занимается и взаимодействовали ли вы с ним?

Валентина Алехина: Да, есть такой комитет и начальник Управления объединения собственников жилья Виктюк Олег Викторович. Как только появилась эта должность, естественно, мы ринулись туда и при первой же встрече мы поняли, что не очень желает и он заниматься вопросами. Потому что первый вопрос, с которым я обратилась, это с жалобами о начислении платежей. Получила отписку, что это не в его компетенция, что есть ревизор в ЖСК и вот пусть он этим и занимается. Хотя при первой же встречи с ним мы рассказали о том, что ревизоры - это лица, которые фиктивно занимают эти места, практически руководят нашим ЖСК только два человека - Габриэлян и Могунова. Могунова с 1982 года в ЖСК, с основания, а Габриэлян с 1995 года.

Дальше, невзирая на то, что мы поняли, что он не сделает ничего нам хорошего, мы продолжали с ним контактировать, постоянно обращаться к нему по различным вопросам, направлять к нему свои жалобы. И я добилась одного, чтобы он прислал нам разъяснение о том, что начисление платежей относится исключительно к компетенции общего собрания, что в том случае, если отсутствует общее собрание или не кворумное, то начисления платежей неправомерны. Он этот вопрос, естественно, знал, но с октября 2003 года он такого разъяснения не давал. И только после многократных обращений к вице-губернатору Виролайнену, поскольку он курирует этот вопрос, 27 декабря 2004 года, наконец, он прислал такое разъяснение. По распоряжению вице-губернатора Виролайнена было также дано указание комитету провести проверку злоупотреблений председателя и правления ЖСК. И Щербакова, будучи в то время председателем жилищного комитета, дала такое распоряжение Виктюку провести эту комиссию. Он назначил комиссию, много раз ее назначал, но она так до сегодняшнего дня и не провела проверки. И в результате в этом письме 27 декабря 2004 года Виктюк написал: "Председатель и иные члены правления ЖСК 1076 неоднократно приглашались в Управление по работе с объединением собственников жилья и управляющими компаниями на прием с необходимой документацией с целью разрешения конфликтной ситуации в ЖСК 1076.

Указанные должностные лица на прием не явились, требуемую документацию не предоставили. Жилищный комитета правительства Санкт-Петербурга не имеет юридических полномочий по привлечению членов правления ЖСК 1076 к ответственности в случае их неявки по вызовам".

То есть фактически правительство города в лице жилищного комитета, представленном Олегом Викторовичем Виктюком, расписалось в своем бессилии.

Татьяна Валович: В таком случае, как же тогда будет в дальнейшем складываться судьба вообще всей жилищно-коммунальной системы города, если те чиновники, которые поставлены для того, чтобы блюсти создание ТСЖ, также скажут всем, "вы государство в государстве". Так получается?

Валентина Алехина: Да, так и скажут. Когда я окончательно это поняла, я стала искать общественные организации в городе, которые могли бы мне помочь. И к моему счастью я нашла такого человека - это Галина Геннадьевна Белкова, возглавляющая ассоциацию территориального объединения собственников жилья. И она мне очень помогла во многих вопросах. То есть я ей давала документы и она по этим документам составляла обращение в Генеральную прокуратуру.

Татьяна Валович: То есть вам пришлось осваивать и юридическую профессию, и правозащитную?

Валентина Алехина: Да. Сначала я направляла генеральному прокурору и уполномоченному по правам человека свое обращение, а потом собирала документы, чтобы она грамотно излагала обращение к генеральному прокурору и уполномоченному по правам человека, и это достигло своих результатов. Потому что в настоящее время городская прокуратура занимается этим вопросом, а районная прокуратура по заданию городской прокуратуры тоже начала вникать в нашу жизнь. Я получила приглашение в районную прокуратуру, это небывалое событие.

Татьяна Валович: То есть как-то начала меняться все-таки ситуация.

Валентина Алехина: Я не знаю, насколько она изменилась, какие будут результаты, но, во всяком случае, такие действия произошли. И за это я должна сказать огромное спасибо Галине Геннадьевне, которая очень много сил отдает для защиты прав граждан города.

Татьяна Валович: А ваша деятельность? Насколько я понимаю, в вашем кооперативе она тоже поддерживается не всеми. Кто вас поддерживает, а кто нет? Как вы считаете, какой процент людей желают реально ощутить себя собственниками?

Валентина Алехина: Вы знаете, я сразу немножко как бы рассердилась на жильцов своего дома, потому что они меня сами втянули в это дело. Я вообще этим не занималась. История началась так. Пришли две женщина, Скиба Нина Викторовна и Борькина Людмила Ивановна, и сказали: "Ты, грамотный человек, сидишь здесь, а там маразматички собираются на собрании и неизвестно что решают, а ты никак не можешь заняться этим". И я включилась в эту работу.

Татьяна Валович: Теперь у вас есть какая-то поддержка со стороны жильцов?

Валентина Алехина: Теперь, к несчастью, Людмила Ивановна поставила себе перегородку, в коридоре прихапала площадь и спокойненько вышла из актива дома. Нина Викторовна просто устала. Но самое главное, я ощутила, что она внутри морально перестроилась и уже на последнем собрании даже против меня голосовала.

Татьяна Валович: Как вы считаете, почему так приосходит? Может быть, действительно вы не совсем правы?

Валентина Алехина: Нет, я права на 200 процентов и это дает мне уверенности и это подтверждается всеми документами. А происходит это, потому что люди понимают безысходность решения этого вопроса. Они считают, что ничего нельзя больше добиться, и только поэтому я не оставляю этого вопроса и продолжают добиваться результатов. И самое главное, что поддерживают меня, я считаю, очень многие в доме. Потому что в доме живет около тысячи человек, 321 член ЖСК. Они не приходят на собрание (многие мне сказали об этом), для того, чтобы не создать кворума. То есть максимум из 321 человека приходило только 72. То есть они молчаливо защищают себя и меня, но не выступают открыто, потому что правление оказывает давление, моему сыну дважды разбивали машину. Они обоснованно боятся. Потому что милиция ничего не сделала для того, чтобы защитить меня.

Татьяна Валович: Понятно. Ну что ж, спасибо, Валентина Алексеевна. Будем надеятся, что ваша борьба послужит примером другим людям, которые будут отстаивать свои права.

XS
SM
MD
LG