Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Женщины и бизнес в России


Программу ведет Олег Вахрушев. В программе принимает участие Валентина Самсонова, директор Свердловского регионального Фонда поддержки женского предпринимательства.

Олег Вахрушев: На территории России только в одном регионе – в Челябинской области – действует специальная губернаторская программа поддержки женского и семейного предпринимательства. Власти других субъектов Федерации не видят в этом целесообразности.

О том, насколько трудно сегодня российской женщине заниматься бизнесом, с какими проблемами ей приходится сталкиваться, мы будем говорить сегодня с директором Свердловского регионального Фонда поддержки женского предпринимательства Валентиной Самсоновой.

Здравствуйте, Валентина.

Валентина Самсонова: Доброе утро.

Олег Вахрушев: Я прошу наших слушателей высказать мнение по вопросу, наверное, несколько провокационному: может ли женщина составить конкуренцию мужчине в бизнесе? Валентина, скажите, пожалуйста, в предпринимательстве в Екатеринбурге, в Свердловской области сколько участвуют женщин?

Валентина Самсонова: По последним аналитическим исследованиям, которые мы проводили, процент женщин от общего числа предпринимателей – 45 процентов. Но он с каждым годом увеличивается. По той простой причине, что трудовые ресурсы в России – в основном это женщины. И, естественно, когда мы говорим о том, что бизнес развивается, в бизнес, так или иначе, женщины все равно приходят. Им негде работать, и они думают о том, чтобы создавать себе сами рабочие места.

Олег Вахрушев: За что тогда боретесь, ведь все хорошо – женщин в бизнесе все больше и больше? За что боремся?

Валентина Самсонова: Вот слово «бороться» мне очень не нравится. Дело в том, что наша организация была создана в свое время по той простой причине, что в огромном количестве приходили ко мне, как к консультанту, женщины с таким вопросом: «Я хочу организовать бизнес». И для меня это было очень удивительно. И в результате мы провели исследование, которое нам показало, что у нас основные трудовые ресурсы в России – это женщины. 65 процентов в среднем по России составляют в структуре населения. И безработица на тот период – это 1995-1996 годы – 82-85 процентов. И я вам хочу сказать, что по прошлому году в Екатеринбурге она составляла 78 процентов от общего числа. Вот у меня есть последние данные, которые мне предоставил Свердловский областной Центр занятости, сейчас эта цифра, на мой взгляд, очень резко упала, официально – 64,8 процента. Хотя я знаю, что многих женщин просто не регистрируют, их не ставят на учет. И даже вот эта официальная статистика говорит о том, что так оно и есть. И проблема, в общем-то, остается очень серьезной.

И наша задача, нашей организации... вот слово «бороться» я не люблю, а мне бы хотелось, чтобы у нас был конструктивный диалог с властью, которая бы понимала, что, во-первых, экономика – это ведение домашнего хозяйства. И если мы на бытовом уровне совместно ведем домашнее хозяйство, то на уровне района, города, страны ведение домашнего хозяйства тоже нужно обязательно вести совместно. Тогда, может быть, у нас и поменяется социальная обстановка в России. А инструмент вхождения женщин в бизнес дает возможность самой женщине решать свои социальные вопросы. И я думаю, что мы как раз хотим конструктивного диалога для того, чтобы власть поняла, что нужно вкладывать деньги в женщин, нужно им создавать условия для того, чтобы они входили в бизнес и снимали очень многие социальные проблемы в стране.

Олег Вахрушев: Мне казалось, что вопрос равноправия давно уже решен. Но, видимо, нет. Но об этом потом.

У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Доброе утро. Василий Сергеевич из Екатеринбурга. Я руководитель, и заметил такое явление, что женщины в 50 лет (плюс-минус 5 лет), то есть когда у них начинает вырабатываться мужской гормон тестостерон, начинают вникать в производство, и резко растут знания и умение у них. И на пике их производительности труда в 55 лет наступает пенсионный возраст, и начальство требует их увольнять. То есть пенсионный возраст женщины установлен без учета мнения ученых-биологов, произвольно и неправильно. То есть нужно менять пенсионный возраст женщин. Спасибо.

Олег Вахрушев: Василий Сергеевич, видимо, со знанием дела это все говорит. Видимо, женщинам нужно пенсию установить до 50 лет, а потом уже отправлять работать.

Валентина Самсонова: Вы знаете, я думаю, что до 55 лет у женщины оптимальный срок трудового стажа, по той простой причине, что она выполняет очень много в течение своей жизни функций. И говорить о том, что после 55 лет она работает лучше, чем 30-летняя женщина... Ну, может быть, у человека есть свои какие-то жизненные наблюдения.

У нас не решены многие социальные вопросы в стране. И когда мы женщине (я просто представляю) скажем, что она будет работать до 70 лет, я думаю, что мы получим очень интересную реакцию со стороны этих же женщин.

Олег Вахрушев: И у нас еще один телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Интересную вы, конечно, затеяли передачу, во-первых. Но я бы хотел сконцентрировать внимание вот на чем. Констатировать, конечно, что женщина – бизнесмен, я бы не стал. Все-таки я бы отнесся к этому как «гражданин – бизнесмен». А во-вторых, действительно, женщина, как вид, может заниматься бизнесом, если она, например, жена Лужкова, если она жена Кудрина, если она жена чиновника. У нее прекрасно это получается. Мне даже это нравится. Спасибо.

Олег Вахрушев: Женщина, как вид, - хорошо сказано.

Валентина Самсонова: Дело в том, что как раз, в принципе, в обществе и существует миф о том, что если женщина идет в бизнес, то у нее есть некая защита со стороны семьи, причем семья должна быть достаточно состоятельной. Так вот, как раз деятельность нашего Фонда говорит о том, что любая женщина состоятельна. И когда мне говорят «деловая женщина», допустим, о какой-то женщине, я говорю: «А вообще, покажите мне не деловую женщину в нашей стране». Любая женщина, которая в нашей стране выживает, я по-другому просто не могу сказать... если вы приедете в любой поселок Свердловской области, если вы увидите, что у нее на руках трое детей, или двое детей, и она выживает, и после этого не сказать, что она не деловая женщина, у меня язык не поворачивается. Потому что она не идет ни к кому, она сама решает свои вопросы. И мало того, государство в последнее время вообще не интересует ее судьба – вот в чем проблема.

Олег Вахрушев: Кстати, в подтверждение ваших слов сейчас я предлагаю послушать рассказ Ирины Мурашовой об одной достаточно успешной бизнес-леди Екатеринбурга.

Ирина Мурашова: Ресторатор и владелица салонов красоты Ольга Зайченко с детства хотела быть врачом. После 8-го класса жительница провинциального Краснотурьинска с отличием окончила училище по специальности «фельдшер», работала на «скорой помощи». Потом переехала в Екатеринбург и получила диплом логопеда. Интересная работа, зарплата в 120 рублей, укороченный рабочий день и 45-дневный отпуск ее устраивали, но на дворе было уже начало 90-х. Поняв, что семью так прокормить не получится, Ольга по примеру подруги занялась челночным бизнесом. Турция, Арабские Эмираты, кофточки, игрушки, огромные тюки. Сейчас она вспоминает это время с ностальгией.

Ольга Зайченко: В то время мы умели дружить, мы помогали друг другу всегда. С нами летал один человек, и у него просто на рынке украли деньги, паспорт, а тогда считалась каждая копейка. Мы просто сложились, дали ему деньги, чтобы он мог что-то купить, перевезти.

Ирина Мурашова: Ольга говорит, что поводом для занятий бизнесом было не только желание заработать деньги, но и любознательность. Эта жажда знаний вылилась сначала в челночные поездки, потом в свои киоски, потом в джинсовый и промтоварный магазин. С классическим рэкетом начала 90-х Ольга не столкнулась, зато хватило проблем с поиском денег для развития дела – кредитов тогда не давали, - и с государственными структурами – такими, как налоговая полиция и ОБЭП. Это не помешало ей открыть в 1995 году пивной ресторан «Ирландский дворик». Проведя мини-соцопрос среди коллег-челноков, какое заведение им было бы интересно, Ольга выяснила, что ирландский бар с качественным пивом и уютной запоминающейся атмосферой был бы нелишним.

Ольга Зайченко: Я хотела бы пожелать нашим мужчинам, которые у нас заседают в Думе, доверять все-таки женщинам, женской интуиции. Потому что женщина чувствует лучше.

Ирина Мурашова: Сейчас у Ольги два ресторана – ирландский и мексиканский - и два салона красоты. Некоторые из своих предприятий она готовится расширять. Говорит, что может заниматься только тем, что ей близко. Если бы что-то было выгодно, но неинтересно – не стала бы.

Что не любит Ольга – так это процессы согласований. То, на что за границей уходит три месяца, у нас занимает гораздо больше времени.

Ольга Зайченко: У тебя есть помещение, ты вложил деньги. Деньги не любят, когда они лежат, они любят, когда они работают. А получается так, что вот эти все пункты, по которым нужно согласовывать, - это ходьба по кругу. Во-первых, это затратно очень. Во-вторых, это достаточно тяжело.

Ирина Мурашова: Сейчас Ольга Зайченко охотно делится секретами своего успеха - готовность к риску, ненормированный рабочий день, постоянные курсы повышения квалификации. А если что-то идет не так, как вы хотите – мешают чиновники, например, то надо помнить, что это все – игра, в которой кто-то диктует правила. И им надо подчиняться. Но взяток давать не надо. Зато в итоге появится возможность для хобби – тренажерных залов, чтения, кино и поездок за границу. Правда, Ольга работает и на отдыхе. Она изучает тамошние салоны красоты и бары.

Олег Вахрушев: Валентина, вот честно говоря, мне кажется, что женщине в отношениях с властными структурами несколько проще, чем мужчинам. Согласитесь, что и в ОБЭП, и в налоговой инспекции, и в налоговой полиции все равно мужчины там есть. А у женщины есть такое оружие – обаяние, и масса всего прочего. И мне кажется, ей проще общаться с чиновниками. Нет?

Валентина Самсонова: Вот очередной миф. На самом деле все наоборот. Во всяком случае, вы правильно подметили, что везде существует так называемый человеческий фактор. Я вам могу привести кучу примеров, когда женщина как раз не может решить свои проблемы во властных структурах. И вы задали совершенно четкий вопрос вначале: может ли женщина конкурировать наравне с мужчиной? Так вот, когда наступает вопрос, что она на самом деле составляет конкуренцию уже на рынке мужчине, вот здесь как раз женщина не может этот вопрос решить.

И у меня буквально сейчас находятся вопросы по одной из наших женщин-предпринимательниц, к которой применяет администрация города Екатеринбурга совершенно... то есть они выработали некий внутренний документ, благодаря которому один предприниматель решает за счет нашей клиентки свои финансовые вопросы. Когда я стала добиваться аудиенции у одного из руководителей в городской администрации, мне совершенно четко было отвечено: «Он не считает нужным (через секретаря мне ответили) с вами встречаться». Вот вам и пожалуйста...

Олег Вахрушев: Я понимаю. Но в такой же ситуации может оказаться и мужчина.

Валентина Самсонова: Дело вот в чем. Давайте вернемся к тому, что вы говорите о том, что у нас равноправие. У нас разные возможности. И женщина исторически всегда была на вторых ролях и в быту, и на производстве.

Олег Вахрушев: Согласен.

Валентина Самсонова: Поэтому, во-первых, у нас у всех 80 лет отсутствовал опыт предпринимательства, а у женщины он отсутствовал вдвойне и втройне, потому что, как правило, не было еще и опыта управления.

Как раз наша организация имеет три основных направления – это информационное, консультационное и образовательное. И мы как раз женщину учим ни пользоваться, как вы говорите, ее сильной стороной, с точки зрения, может быть, обаяния или еще каких-то женских штучек, а именно конструктивно общаться с властью. Мы обучаем их для того, чтобы они действительно были конкурентами на этом рынке. И здесь я очень многим оппонентам говорю, что женщина должна иметь равные возможности в бизнесе. А для того чтобы она имела равные возможности в бизнесе, ее надо этому научить. И мы этим как раз и занимаемся.

Олег Вахрушев: Хорошо. Мы вскользь начали уже говорить о проблеме диалога женщины-предпринимателя с властью. Челябинская область – единственный регион в России, где на областном уровне существует специальная губернаторская программа содействия женскому и семейному предпринимательству. Об этом репортаж Александра Валиева из Челябинска.

Александр Валиев: Челябинская область – это единственный регион, где на поддержку женского предпринимательства есть отдельная статья. Это дает положительные результаты. Игорь Лашманов, заместитель министра экономического развития Челябинской области, говорит, что депутаты сначала смеялись, но теперь тоже считают себя инициаторами нового направления. Хотя, конечно, истинными зачинателями этого дела были сами женщины.

Женский деловой центр существует в Челябинске с 1992 года. Сначала прошли выставки и конференции по перспективам развития женского и семейного предпринимательства, а что было потом – рассказывает руководитель Женского делового центра Челябинска Любовь Конарева.

Любовь Конарева: Следующий этап был – это конкурсы городского, областного и российского уровня, конкурс «Женщина – директор года». И они еще много ярких звезд показали в Челябинской области, достойных российского уровня. И вот благодаря тому, что власть увидела, сколько интересного в малом бизнесе происходит и какие действительно имеются серьезные достижения, то наш губернатор Петр Иванович Сумин поддержал идею самостоятельной программы по развитию женского и семейного предпринимательства. И в прошлом году она впервые начала работать. Это уникальный опыт вообще для России.

В этом году Петр Иванович практически вышел с предложением удвоить вклад финансовый в эту программу. У этой целевой программы есть ряд радикальных, новых направлений – через кредитные союзы финансировать мини-проекты для начинающих предпринимателей женского и семейного бизнеса как в городе, так и на селе. Такого прецедента нет. Помощь оказывается в регионах кредитным союзом, а вот здесь безвозмездная грантовая помощь через кредитные союзы на поддержку малого бизнеса – это тоже уникальный опыт. Второй год проходят очень важные конкурсы – конкурс на право получить грант губернатора. А это вообще безвозмездная помощь уникальная тем, кто уже сам встал на ноги, внес, так сказать, определенный вклад в развитие региональной либо местной экономики.

Александр Валиев: В конце июня в Челябинске прошла конференция «Перспективы развития женского и семейного предпринимательства». В ее рамках были названы лучшие женские бизнес-проекты и выделены гранты женщинам-предпринимателям. Жительницу города Коркино Челябинской области Наталью Чекалову назвали «предпринимателем года». Несколько лет назад на базе запущенного цеха она создала собственное производство повидла, и за три года вышла на российский рынок. В рамках программы поддержки бизнеса область в этом году выделила 30 грантов на 95 миллионов рублей.

А 8 августа губернаторские гранты на общую сумму в 5 миллионов рублей получили победители челябинского областного конкурса «Лучшая программа поддержки и развития женского и семейного предпринимательства». На конкурс были представлены 92 инвестиционных проекта. Итоги подводились по десяти номинациям, в каждой номинации определялись не менее трех призеров.

Олег Вахрушев: Что происходит, Валентина, почему в Челябинской области существует такая программа, а вот, к примеру, в Свердловской области нет?

Валентина Самсонова: Ну, этот вопрос уже надо переадресовать нашей местной власти. Дело в том, что мы очень активно на протяжении многих лет общаемся, и до сих пор у нас партнерские отношения с женскими организациями Челябинской области. Они принимали активное участие в наших различных мероприятиях. То есть это такое деловое женское сотрудничество.

И, в принципе, ни для кого не секрет, что региональный Фонд поддержки женского предпринимательства добивается того, чтобы на федеральном уровне была разработана государственная программа по поддержке женского предпринимательства. Хочу заметить, что такие программы существуют во всех развитых странах мира, где уже давно сложилась рыночная экономика. И, тем не менее, там эти вопросы существуют. А уж для России эта проблема очень серьезная.

И я очень рада, что Любовь Николаевна сейчас выступала и говорила о том, как замечательно, что губернатор Петр Иванович Сумин и его, так скажем, специалисты Министерства экономического развития и правительства Челябинской области все-таки поняли экономическую целесообразность вложения денег в женщин. Потому что вот мы с ними договорились, что мы будем отслеживать по нескольким критериям эффективность вложения денег в женщин Челябинской области. Вот у нас, например, у нашего Фонда есть такой опыт, когда мы совместно с международным партнером финансировали стартовый капитал. Вот по 2004 году я вам хочу сказать, что всего нужно 60 рублей на создание одного рабочего места для женщины – вот какая экономическая эффективность. Это, понимаете, цифры совершенно реальные. И я хочу, чтобы власть это поняла.

И недавно у нас был координационный совет по малому и среднему бизнесу при полномочном представителе президента в Российской Федерации, и я Петру Михайловичу сказала, что нужна просто политическая воля со стороны властных структур в России, для того чтобы заниматься этой работой. Потому что когда мы будем вкладывать деньги в женщин, мы увидим, что у нас многие социальные болезни просто исчезнут. И я вам могу привести огромное количество примеров, когда женщина, находясь в бизнесе, она обогащается детьми. И демографические вопросы решаются. Она это делает со знанием дела. У нее все в порядке в семье, как правило. Вот челябинцы совершенно правильно сделали программу женского и семейного предпринимательства, потому что женщина, как правило, в бизнес идет при внутренней поддержке семьи.

Олег Вахрушев: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я звоню из Москвы. Вопрос у меня такой. Во-первых, есть общая Конституция Российской Федерации. Если женщина, как гражданин, будет принимать участие в делах страны с общеполитической позиции, не концентрируя, что это женщина, с общеполитической, я еще раз повторяю, чтобы каждому человеку – женщине, мужчине, ребенку – было хорошо, тогда, я думаю, будет толк. И не будет размежевания – женский бизнес, мужской бизнес. Вот в чем суть зарыта. И если чиновник создает условия, что плохо всем живется, дели, не дели – женщина, мужчина, все равно всем будет плохо. А женщина, уже просто как колокольчик, уже в последней стадии чиновнику говорит, что «я уже занимаюсь бизнесом, мне плохо, потому что я уже занимаюсь бизнесом, вместо того, чтобы рожать». Это первый вопрос.

И второй вопрос. Скажите, пожалуйста, количество заболеваний женщин-предпринимательниц, если вы ведете такую статистику? Хотелось бы очень узнать.

Валентина Самсонова: Я могу сказать о себе, потому что мой Фонд – это тоже структура, которую мы создали сами, и она не является государственной.

А по поводу статистики насчет заболеваемости среди женщин-предпринимателей я вот хочу сказать, что я просто такого практически не знаю. Почему? Потому что когда человек занимается своим делом, он внутренне свободен, хотя у него масса проблем. Я уже не говорю о том, что женщины наши обогащаются детьми. Я, например, не знаю таких случаев, чтобы у женщины был повод заболеть. Потому что она болеет совершенно другим – она болеет своим делом, и это очень важно.

А что касается того, что вы говорите о том, что будут решены вопросы, связанные с условиями для всех граждан, да я не спорю, но просто их нет. Вы правильно сказали слово «если». Вот слово «если» пока на территории России не работает.

А что касается непосредственно женских функций рожать, ну, такова природа, женщины и так рожают. Но я вам хочу сказать, что какой смысл рожать женщине детей, если у нее нет работы, если у нее нет перспективы завтрашнего дня. Она будет рожать тогда, когда она будет чувствовать в себе уверенность. Я вам не зря сказала, почему женщина, находясь в бизнесе, она занимается и обогащением своей семьи, имя в виду, что она рожает детей, значит, она уверена уже в завтрашнем дне, у нее есть внутренняя уверенность в этом, что она их воспитает, что они будут нормальными членами общества.

И я вам хочу сказать, что именно когда правительство Российской Федерации будет именно на уровне правительства оказывать хотя бы моральную поддержку тем фактом, что какая-то программа существует, мы получим огромный экономический эффект. Для любого человека важна еще и моральная поддержка.

Олег Вахрушев: В нашем разговоре речь уже зашла о том, что на Западе, в странах с развитым рынком, где рыночные отношения на должном уровне находятся, место женщины определено, и оно достаточно высоко. И сейчас я предлагаю послушать рассказ Сергея Джаняна о скандинавских странах, о том, как себя там чувствуют женщины.

Сергей Джанян: В опубликованном Международной организацией «Мировой экономический форум» рейтинге равноправия полов первую пятерку мест занимают скандинавские страны – Швеция, Норвегия, Исландия, Дания и Финляндия. И это вряд ли кого удивит – всем хорошо известно, что государственное устройство стран Северной Европы с их развитой системой социальной безопасности, ориентировано на поддержку наименее защищенных членов общества.

Впрочем, термин «незащищенность» к скандинавским женщинам уже вряд ли применим: ведь сегодня они наравне с мужчинами принимают участие практически во всех областях общественной жизни – в том числе, и в столь традиционно мужской сфере, как политика. Целенаправленно применявшаяся на протяжении многих лет система квот для женщин в органах государственной власти и политических партиях привела к тому, что степень участия скандинавок в политике сегодня является самой высокой в мире - около 40 процентов.

Достижения стран победившего феминизма имеют однако, и свою оборотную сторону - сегодня мужская половина жителей Скандинавии сталкивается с неоднозначными изменениями в культурном и социальном облике своих подруг.

Весьма показателен в этом смысле пример Дании. За три последних десятилетия возраст вступающих в брак женщин повысился во всех странах Евросоюза, но именно у датчан показатель этот рекордный - невесты «постарели» здесь в целом на десять лет (в Португалии, для сравнения - на полгода). И возраст вступающей в первый брак среднестатистической датчанки составляет сегодня без малого 32 года.

При этом скандинавских женщин все больше равняют с мужчинами не только права, но и вкусы: по данным опросов 79 процентов датских рожениц перед зачатием регулярно употребляли спиртное. Та же картина и с табаком: статистический ежегодник Совета министров Северных стран свидетельствует, что по курению датчанки сильно обгоняют своих европейских товарок - дымит здесь свыше трети женского населения.

Но приметы феминизма укладываются не только в цифры. Само понятие «женственность» в Скандинавии считается чем-то вроде проявления слабости, ибо общественная мораль диктует - женщины не обязаны делать то, что должно и может нравиться мужчинам. Такой стиль поведения имеет и побочный эффект: по мнению шеф-консультанта женской Ассоциации «Afrodite» Метте Бок, у ее соотечественниц появилась агрессивность - качество, еще 20-30 лет назад считавшееся абсолютно неженственным.

Косвенным образом это подтверждает все та же неумолимая статистика: согласно ей, поведение датчанок за рулем все более приближается к мужскому. А социологи констатируют: в датских семьях командные позиции сегодня окончательно закреплены за женщинами. Именно они наиболее часто руководят домашними, отдавая втрое больше распоряжений, нежели их спутники жизни.

Олег Вахрушев: Вот так, Валентина Петровна, не только положительные стороны есть от того, что женщина стремится к какому-то лидерству в той или иной сфере, но и отрицательные вещи. Что скажете?

Валентина Самсонова: Дело в том, что мне не очень понравилось, что ваш коллега журналист, он почему-то сделал акцент на этом. Так вот, в свое время региональный Фонд поддержки женского предпринимательства, он еще был создан по той простой причине, что нам хотелось дать женщине экономический инструмент в руки, но чтобы она оставалась при этой женщиной. И не надо бояться того, что если у нас будет с вами государственная программа поддержки женского предпринимательства, то это приведет к тому, что женщина, начиная с семьи и дойдя до властных структур, скажем, поставит мужчин на место или, так скажем, будет игнорировать мнение мужчин. Я думаю, что для России это очень длительный путь. И я думаю, что у нас своя особенность, российская. И бояться этого не надо.

И каждый раз, когда я слышу слово «феминизм», я хочу задать вопрос – а что вы понимаете под этим словом? Потому что дословный перевод слова «феминизм» - это наука, которая изучает женщин, и ничего в этом страшного нет. И не беда женщин, что есть такая наука, а нет науки, которая изучает мужчин. Потому что, по-видимому, это очень тонкий инструмент, и есть что изучать.

И вот как раз хочу об этом всегда напомнить мужчинам, что не причина в том, что женщина, у которой будет больше возможностей, она и больше сделает для страны и для своей семьи. И когда я вам сказала, что экономика – это французское слово, и в переводе оно означает «ведение домашнего хозяйства», вот как раз на бытовом уровне у нас женщина и занимается домашним хозяйством, как правило, в России. И я вам в свое время задавала вопрос: в вашей семье кто у вас, так скажем, ведет хозяйство? И вы сказали совершенно хорошее, ключевое слово - «вместе». Так вот, вместе в семье, вместе в городе, в районе, в стране вместе – вот тогда у нас будет больше порядка в стране во всех сферах.

Олег Вахрушев: И вот такой, мучающий меня, вопрос. Бизнес – это такая сфера, в которой без трезвого рассудка, холодного ума, как говорится, делать нечего.

Валентина Самсонова: И без знаний.

Олег Вахрушев: Да, и без знаний, конечно же. Женщина – существо тонко организованное, эмоционально крайне пластичное. Как вот это может совмещаться?

Валентина Самсонова: Совмещается. И я вам приведу примеры, что сейчас женщины (у нас есть такие примеры и в Свердловской области), они занимаются восстановлением заводов брошенных, леспромхозов. Потому что у них растет управленческий опыт, и они больше могут, и они берутся за те вещи, которые, допустим, 10 лет назад они даже не представляли, что они смогут с этим справиться. У женщины появляется управленческий опыт. Сначала научится управлять собой. Потом она учится управлять небольшим количеством подчиненных, которые у нее появляются. И сейчас в среднем женщины, которые руководят бизнесом... есть достаточно известные бизнесы, которые Фонд и воспитал, и сопровождает эти бизнесы, списочный состав от 100 и выше человек.

Олег Вахрушев: Но ведь вы же сами говорите, что при каких-то неприятностях женщина же может... ну, у нее же все на виду, здесь же все очень близко в смысле эмоций.

Валентина Самсонова: Да. Вот, к сожалению, нашей женщине приходится сталкиваться с тем, что против нее проявляется агрессия с различных точек зрения. То есть ей приходится решать очень много вопросов. И вот если государство поймет, что по отношению к женщине не нужно проявлять никакой агрессии... Вот ваш коллега сказал, что датчанки стали более агрессивными. А я думаю, что отсутствие социальных программ в России и полное игнорирование женских вопросов, я имею в виду семьи, когда у женщины есть дети-инвалиды, когда она одна воспитывает детей – двоих, троих, когда у нее практически отсутствует финансовая составляющая в бюджете – вот откуда может появиться агрессивность со стороны российских женщин, вот чего нужно бояться.

И я думаю, что задача государства сделать так, чтобы женщина имела эти возможности себя реализовать. И я вам хочу сказать, вот у меня как раз есть справочка по поводу того, что собой представляют женщины, которые получили статус безработных. Там большой процент женщин, которые имеют высшее образование. Но самое интересное, меня страшит и статистика о тех женщинах, которые зарегистрированы и имеют статус безработных, - огромное количество стало женщин, которые вообще не имеют образования – 16 процентов. Так что же ждет Россию, когда население будет безграмотно?.. Когда население безграмотно, мне кажется, тоже появляется агрессия, и об этом тоже надо думать.

Олег Вахрушев: Я не могу сказать с полной уверенностью, но мне кажется, что и мужчины здесь точно в таком же положении.

Валентина Самсонова: Да-да. Я и говорю, если мы будем заниматься тем, что не будем обращать внимания на граждан...

Олег Вахрушев: Валентина, скажите, пожалуйста, насколько вероятно появление на государственном уровне программы, касающейся женщин, на ваш взгляд?

Валентина Самсонова: Если, допустим, такое понимание появилось в правительстве Челябинской области, я надеюсь, что такое понимание появится и на других территориях Российской Федерации. И я думаю, что здесь в большей степени должна быть просто политическая воля и со стороны законодателей, и со стороны исполнительных органов власти.

Олег Вахрушев: Спасибо, Валентина, за участие в программе.

XS
SM
MD
LG