Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Структура акционерной собственности "Газпрома"


Программу ведет Марк Крутов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Сергей Сенинский.

Марк Крутов: В минувшую пятницу Государственная Дума России одобрила в первом чтении законопроект, предполагающий отмену ограничений на покупку акций "Газпрома" иностранными инвесторами. Сами акции будут продаваться на многих биржах, а не на нескольких, где разрешено, как сегодня. Одновременно повышается минимально допустимый объем участия государства в уставном капитале "Газпрома" с 35 до 50 процентов плюс одна акция, то есть законопроект попросту утверждает существующее положение. Тему продолжит Сергей Сенинский.

Сергей Сенинский: Еще несколько месяцев назад государству принадлежало примерно 40 процентов акций "Газпрома". Весомая часть оставшихся - подразделениям самой компании. А какова в общих чертах структура акционерной собственности "Газпрома" сегодня? Аналитик инвестиционной компании "Проспект" Дмитрий Мангилев.

Дмитрий Мангилев: Сейчас структура акционерного капитала "Газпрома" в общих чертах выглядит следующим образом. 50 процентов акций плюс одна акция находятся в собственности государства. Еще порядка 10 процентов до сих пор остаются в собственности дочерних структур "Газпрома". Остальные бумаги фактически можно причислить к свободным акциям. Большая часть из них принадлежит институциональным инвесторам, то есть они не находятся на рынке. Причем, 10 процентов - это АДР, которые могут покупать иностранцы.

Сергей Сенинский: "Газпром", с одной стороны, превращается в еще более государственную компанию, а с другой - в компанию нефтегазовую, а не просто газовую. Контролируемые государством нефтегазовые компании существуют и в Норвегии, и в странах Персидского залива, и Латинской Америке. На ваш взгляд, по самой модели, к каким именно из них "Газпром" оказывается ближе? Аналитик финансовой компании Rye Man & Gor Securities Дмитрий Царегородцев.

Дмитрий Царегородцев: Судя по тому, что сейчас происходит с "Газпромом", скорее всего, компания все-таки не будет очень сильно загосударствлена. Покупка нефтяных активов была продиктована не желанием государства установить контроль над отраслью, "Газпром", таким образом, озвучил один из возможных подходов к диверсификации собственного бизнеса и устранение рисков, связанных с цикличностью цен на свой основной продукт. Я думаю, что заметного огосударствления "Газпрома" именно в связи с переходом к нему частных активов не должно произойти. Скорее всего, нам будет близка модель Норвегии, то есть государственная компания, бумагами торгуемая на бирже, открытая для инвесторов, заинтересованных в привлечении капитала.

Сергей Сенинский: Сегодня существует два рынка акций "Газпрома" - внутренний и внешний, то есть для зарубежных инвесторов, которые в целом не могут владеть более чем 20 процентами акций компании. Это ограничение и предполагается теперь отменить. Но с принятием нового закона, исчезнет ли граница между этими двумя рынками, или необходимы еще какие-то решения?

Дмитрий Мангилев: После принятия поправок к Закону "О газификации" для того, чтобы снять все ограничения с рынка "Газпрома", необходимо будет еще принять два постановления правительства и один указ президента. После этого фактически все законодательные ограничения с торговли акциями "Газпрома" будут сняты. Останется только принять технические меры - пройти листинг "Газпрома" на российских биржах, кроме той, на которой он торгуется, и на западных биржах. В результате после принятия всех поправок, иностранцы смогут покупать акции "Газпрома", в том числе и на российских биржах.

Сергей Сенинский: В канун рассмотрения законопроекта в Государственной Думе некоторые политики заявляли, что после либерализации рынка акций "Газпрома" его общая стоимость увеличиться в 5-6 раз. Насколько вы разделяете такие прогнозы?

Дмитрий Царегородцев: В этом вопросе нужно очень четко разделить краткосрочную и стратегическую компоненту. Безусловно, стратегический "Газпром" будет дорожать. Если сказать, как поведут себя бумаги "Газпрома" через 5-10 лет, они наверняка вырастут в несколько раз, но не в 5-6, а как минимум в 2-3 раза. Однако сразу же после либерализации может иметь место другой эффект. На фондовом рынке часто используют выражение "покупай на слухах, продавай на фактах". Когда либерализация, столь долго ожидаемая, станет фактом, многие инвесторы, которые покупали акции в расчете именно на эту либерализацию, начнут их сбрасывать, фиксировать прибыль. Возможно, сразу после законодательного утверждения этих изменений мы увидим краткосрочный, но достаточно сильный спад.

Сергей Сенинский: Условно говоря. "Газпром" убыточен сегодня на внутреннем рынке ввиду заниженных цен на газ, но при этом является весьма прибыльной компанией на рынке внешнем. На ваш взгляд, с либерализацией рынка акций компании и соответственно грядущим изменением структуры акционеров, насколько вероятно, что новые собственники, возможно, объединившись для этого в группы, будут добиваться ликвидации этого дисбаланса или каких-то других крупных перемен в управлении компанией?

Дмитрий Мангилев: В результате либерализации рынка акций "Газпрома" не стоит ожидать, что структура его уставного капитала в значительной степени поменяется. Основные акционеры останутся прежними, а контроль останется у государства. Вполне вероятно, что новые инвесторы могут захотеть увеличить прибыльность компании, в том числе и за счет того, чтобы увеличить прибыль от продаж газа на внутреннем рынке. Но их доля в уставном капитале будет очень незначительной. Поэтому мало вероятно, что они смогут оказать какое-то существенное влияние на текущую ситуацию.

Сергей Сенинский: На сегодня крупнейшим зарубежным инвестором "Газпрома" является немецкая энергетическая компания "ЕОН" - примерно 6,5 процентов акций. С намечаемой либерализацией рынка акций "Газпрома" в целом можно ли, на ваш взгляд, ожидать интереса к ним других крупнейших зарубежных энергетических компаний?

Дмитрий Царегородцев: Я не думаю, что приход стратегических инвесторов в капитал "Газпрома" примет какой-то массовый характер. "Газпром" неоднократно высказывался в том смысле, что ему интереснее сотрудничать с крупными западными партнерами на уровне отдельных проектов, то есть формировать совместные предприятия, уже в них привлекая иностранный капитал. Ситуация, подобная то, что случилась с "Лукойлом" (покупка 20-25-процентного пакета каким-то стратегическим партнером за рубежом), уже сейчас кажется маловероятной. Все-таки капитализация "Газпрома" довольно велика. Собрать на рынке такой блокирующий пакет, не сильно задирая цены, практически невозможно.

XS
SM
MD
LG