Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Роль и место Общественной палаты в российской жизни


Владимир Кара-Мурза: Сегодня Государственная Дума приняла во втором чтении внесенный президентом законопроект об Общественной палате Российской Федерации. У нас в гостях заместитель председателя думского Комитета по делам общественных организаций и религиозных объединений, член фракции «Родина» Александр Чуев. Как проголосовали вы лично? И какой смысл вкладывает Дума в этот обсуждаемый сегодня законопроект?

Александр Чуев: Лично я в данном случае голосовал «за», поскольку являлся одним из разработчиков и участников этого процесса. В Комитете соответственно занимался, в том числе, доработкой этого закона во втором чтении, там есть ряд моих поправок. Это моя договоренность с фракцией, потому что фракция приняла решение не поддерживать этот закон, мотивировав это тем, что Общественная палата вряд ли будет иметь серьезное значение. Может быть и потому, в частности, что в данном случае полностью инициатива создания Общественной палаты – это инициатива партии власти, и это также играло роль при определении этого решения. Я же считал, что просто по этическим соображениям не мог голосовать против, потому что участвовал в разработке. Кроме того, у меня есть личное видение роли и места Общественной палаты в нашей жизни.

Владимир Кара-Мурза: Александр Викторович, у вас же был собственный опыт работы в предыдущих совещательных органах еще во времена президентства Бориса Ельцина?

Александр Чуев: Да, у меня был такой опыт. Поскольку ранее я возглавлял российскую Христианскую демократическую партию, которая не прошла на первых выборах в Государственную Думу и, соответственно, когда формировалась Общественная палата, то мы принимали участие в ней. Соответственно, после этого был политический консультативный совет, она была преобразована. Также принимал участие в нем по моей тематике, по моему профилю - я был заместителем председателя Комиссии по делам общественных объединений и религиозных организаций. Собственно, чем я сейчас Думе и занимаюсь.

Владимир Кара-Мурза: О принципах, которые должны соблюдаться при формировании подобных органов, рассуждает бывший глава президентской администрации Сергей Филатов.

Сергей Филатов: Что хочу о нашей палате сказать? Что такое 42 человека, выдающихся общественных деятелей? У нас их тысячи. Кто будет выбирать из этих 42? Чиновник будет выбирать. Чиновник всегда будет выбирать по вкусу, всегда будет выбирать человека, с которым удобно работать. Это уже первый недостаток. Потому что в Общественной палате, если мы хотим получить нормальную рекомендацию, которая действительно неудобна иногда бывает чиновнику, но с которой он должен будет считаться, и законодатель должен считаться, тогда этот человек для чиновника несимпатичен, и он будет делать все для того, чтобы этого человека или этого представителя не было в Общественной палате. Я сам был чиновником и знаю свои вкусы тоже. Мне тоже хотелось иметь людей, с которыми очень удобно работать. Это характеристика любого чиновника. Поэтому надо находить какие-то иные механизмы, чтобы туда попадали люди, которые неудобны для чиновника, но которые являются яркими представителями того или иного слоя, который может действительно защитить и разумно что-то предложить в качестве поправки к законопроекту.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем звонок из Петербурга от радиослушателя Владимира.

Слушатель: Добрый вечер. Хотелось бы по-культурному высказаться по этому отношению, по этому вопросу. Но, мне кажется, нижняя палатка, верхняя палатка, теперь общественная палатка, а хозяин один – господин Путин. Спасибо.

Владимир Кара-Мурза: Смысл вопроса, наверное, в том, была ли инициатива самих парламентариев в создании подобного органа или эта идея появилась после Беслана в рамках президентской администрации?

Александр Чуев: Нет, инициатива, безусловно, была, и у меня лично была подобная инициатива, еще у ряда людей. Причем не только у правящей партии. Фракция «Родина» давно вынашивала идею такой палаты. Даже было письмо, подписанное господином Кутафиным, господином Скоковым, адресованное как раз президенту Путину. Потому что мы считали, что инициировать этот процесс должен президент. Но просто мы видели Общественную палату по-другому. Конечно, безусловно, есть такая проблема когда чиновник, как сказал Сергей Александрович Филатов, выбирает 42 представителя. Конечно, он выбирает тех, кто удобнее. Но просто это не чиновник, а президент Российской Федерации, фигура политическая и масштабная в масштабах страны. Поэтому, я думаю, что такое право надо за ним оставить. Мы делаем не просто некий общественный орган, а мы делаем орган, который будет принимать определенные решения, в том числе обязательные к рассмотрению и в Государственной Думе. Вторая часть Общественной палаты, как известно, формируется путем конкурсного отбора. Условия конкурса будут публичные – этого мы добились, была поправка такая, они будут опубликованы в прессе. Из общероссийских общественных объединений, которые пожелают участвовать в работе этой Общественной палаты. И третья часть, как известно, формируется на региональных собраниях общественных объединений, региональных и межрегиональных, которые выдвигают своих представителей в Общественную палату, и дальше идет отбор по известной процедуре, публичной процедуре 42 представителей из примерно 70 человек.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем звонок из Петербурга от Алексея.

Слушатель: Здравствуйте. У меня к вам три вопроса. Один к депутату, который представлял Христианско-демократическую партию. Там был в свое время то ли убит, то ли в ДТП погиб один из ваших учредителей. Чем эта история закончилась? А потом вопрос по поводу палаты создающейся. По какому она будет признаку формироваться - классовому? У нас сейчас образовалась буржуазия, пролетариат, крепостные фактически крестьяне и так далее. И третий вопрос к Филатову: когда они учреждали новую конституцию послесоветского периода, то почему он лишили права голоса детей? Матери четырех детей не имеют права голоса за этих детей. В результате получается обделенность их, то есть они не могут голосовать за будущее своих детей.

Владимир Кара-Мурза: Очевидно, вы вправе отвечать на второй из поставленных вопросов.

Александр Чуев: Я просто хотел бы сказать следующее, что я не припоминаю таких событий, может быть в какой-то другой партии, просто партий было много. У нас, слава богу, только своей смертью умирали, и дай бог всем здоровья. Что касается матери, я на последний вопрос отвечу. Да, возможно, при принятии конституции не учитывалось мнение детей. Да оно и часто у нас в стране не учитывается. А что, при принятии 122 закона мнение детей учитывалось, когда их лишали детских пособий и отправляли в регионы? Может быть мнение пенсионеров наших учитывалось? Вы знаете, если так подходить к вопросу, то многих мнений людей не учитывается. Надо просто понимать, что в какой-то степени зависит от нас, от нашей активности, в том числе и гражданской. Почему я за Общественную палату, какая бы она куцая ни была, пусть она будет палаткой, пусть она будет относительно полузависимым механизмом. Очень важно, что все-таки это маленький шажок в сторону усиления общественной инициативы. Все-таки там будут не политики, не государственные служащие. В этой Общественной палате будут представители общественных организаций, и они смогут высказать свое мнение. Я считаю, что в любом случае, даже если это мнение может быть наполовину свободным, все равно шаг вперед.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Игоря Моисеевича из Хабаровска.

Слушатель: Здравствуйте, коллеги. Позвольте высказать наше мнение. Дело в том, что мы слушаем вас, нас шесть человек. Общественная палата подразумевает наличие общества. В России его нет и никогда не было. Наблюдая за тем, как расширяются, увеличиваются, упорядочиваются органы управления, мы пришли к выводу, что это напоминает восстание Павловского полка. Как известно, через шпицрутены прежде чем прогонять, выстраивали с той и с той стороны по пятьсот солдат и заставляли их несколько часов плевать друг в друга в лицо для того, чтобы увеличить ненависть. После этого прогоняли несчастного, который наказывался. Смертная казнь была отменена, но разрешали прогонять. И в конце был кусок мяса. Так вот все наши общественные органы – это то же самое. А прогоняется источник податей, налогов и повинностей. Но мы ждем, когда им тоже надоест плевать друг другу в лицо за те подачки, которые они имеют, и за те гарантии, которые им обещаются для спокойной старости, и тоже поднимут хоть какое-то подобие восстания.

Владимир Кара-Мурза: Спасибо, Игорь Моисеевич. Вот видите, какие настроения в регионах. Очевидно, необходимость в таком органе, может не в такой форме, она назрела?

Александр Чуев: Она действительно назрела. Вы знаете, когда начинают говорить о восстании, как правило, говорят люди, которые не понимают, о чем они говорят. Это самое страшное и самое ужасное, что может быть. Не дай нам бог пережить какое-либо восстание. Все-таки, дай нам бог, по-другому, мирным путем разобраться, желательно внятным и понятным большинству людей. Потому что восстание всегда кровь и всегда гибнуть невинные люди, а потом на костях этих людей пришедшие к власти новые люди утверждают свой новый порядок. Ни в коей мере кровь не оправдана младенца или невинного ребенка никогда и ничем. Что касается такого сравнения, что я могу сказать? Я еще раз хочу повторить: конечно, нельзя сегодня утверждать, что эта Общественная палата - орган замечательный. Но все-таки это в определенном смысле дверь, в которую граждане могут постучаться. То есть это орган, который будет напрямую с ними работать. То есть туда можно обратиться и можно обратиться со своей болью. Конституционный суд может не принять обращение, Верховный суд может тоже долго рассматривать. Общественная палата все-таки орган, который ближе к обществу, он будет принимать эти обращения. Потом, там же не только члены Общественной палаты будут работать, там будут работать аккредитованные при Общественной палате организации. То есть те, кто не вошел в Общественную палату, будут иметь статус аккредитации. Будут работать комиссии, рабочие группы Общественной палаты. И они смогут, мало того, что рассматривать обращения граждан, но они смогут защищать интересы граждан. Есть право, в законе прописанное, подавать соответствующие запросы, почти как у депутатов. И на эти запросы и решения обязаны органы власти давать ответ в течение месяца, а иногда в течение 15 дней, чего даже у депутатов Госдумы нет. Причем должно давать ответ то лицо, к которому был вопрос или его заместитель, то есть нельзя переадресовать ниже. Вот это очень важная добавка в законе, которая позволит каким-то образом отстаивать права граждан, на что я очень надеюсь

Владимир Кара-Мурза: Лидер Демократического союза Валерия Новодворская считает создаваемый орган неким рычагом для управляемости правозащитников.

Валерия Новодворская: Разумеется, и правозащитники должны стать управляемым. И почему бы для этого не создать им какую-то палату, где они будут под хорошим присмотром. Наши правозащитники получат статус, титул и содержание. Каждый, кто переступит порог этой палаты, уже не будет заслуживать даже рукопожатия. И будет пользоваться теми же номинациями, которые имеет в глазах правозащитного сообщества власть. То есть он станет на одну половицу с Глебом Павловским.

Александр Чуев: Я хотел прокомментировать. Я, конечно, понимаю, есть очень важное и серьезное основание. Действительно, по России босиком к народу – это очень здорово. Но если говорить о серьезной защите прав граждан, то все правозащитные организации давно уже действуют цивилизованно и работают достаточно серьезно и с органами государственной власти сегодня. Насчет того, что будут ли они под колпаком? Под колпак их могли взять десять раз разными способами. Пока не получается до конца это сделать. Я не думаю, что Общественная палата будет каким-то колпаком. Там даже председателя нет, там есть секретарь, председатель там будет сменный. Скорее это попытка власти создать некое оппозиционное, относительно оппозиционное образование, которое бы позволило избежать неприятных и досадных ошибок, как 122 закон о монетизации льгот, позволить провести какую-то общественную экспертизу, то есть как бы подстраховать власть. А почему именно оппозиция? Потому что Общественная палата не претендует на власть. Поэтому опасна для власти как претендент на власть быть не может, и таким образом становится очень выгодным партнером.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем звонок из Петербурга от радиослушателя Дмитрия.

Слушатель: Здравствуйте. Любой неправовой институт не имеет ответственности и тем более общинного происхождения. Ведь в совете действует не право, а дух. А дух бесконечен и неконкретен и поэтому безответственен. Здесь скорее религиозный замысел для построения неких идеологий и их обкатки. Власть всегда стремится быть безответственной, а это требует хорошей идеологической подготовки для обоснования и своих действий, и промахов. Вспомните Политбюро, Съезд советов – это общинные образования, которые живут не правом, а духом. Отсюда правовая порука и полная безответственность.

Александр Чуев: Действительно, очень интересное выступление. Но в данном случае все наоборот. Мы принимаем именно закон об Общественной палате, которая будет четко правовым образом регламентировать ее деятельность. Наоборот, дух может быть еще непонятен Общественной палаты. Как уж она сработается, как соберется, кто вообще в ней будет, куда они будут вести эту Общественную палату. Но право четко определено сегодня. Я думаю, что когда мы примем закон в третьем чтении, то в соответствии с этим правовым механизмом палата будет создана, но тогда посмотрим, какой в ней будет дух.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Закира из Казани.

Слушатель: Здравствуйте, Владимир, здравствуйте, уважаемый гость. У меня несколько вопросов, я попробую кратко изложить их. Планирует ли Общественная палата в своей деятельности учитывать национальные принципы, защищать интересы национальных меньшинств, проживающих в России, если можно так называть? Второй вопрос: как вы относитесь к тому, что Конституционный суд запретил татарскому языку перейти на латиницу? Имеет ли кто-то моральное право запретить мне - татарину - писать на латинице, получать образование, интегрироваться в Интернет, в международное информационное пространство на латинице? Как вы считаете, должна ли быть создана палата национальностей отдельная как таковая, которая бы защищала интересы национальных меньшинств, сохранение языка, культуры? И еще один вопрос: ваша партия каким образом будет в этом направлении работать, учитывая интересы, с учетом того, что мы живем в многонациональной России?

Александр Чуев: Что касается защиты прав национальных меньшинств. Безусловно, палата будет этим заниматься, и национальных меньшинств, и религиозных организаций. Единственной, что в палате четко запрещено – это создание внутренних образований по религиозному или национальному какому-то политическому принципу, фракции. Иначе палата распадется, не сможет выполнять свои функции. Конечно, защищать она, безусловно, будет эти права, поскольку это конституционные права, а для этого она и создается. Что касается права перехода на латиницу. Вы знаете, насколько я знаю, это не мнение всего татарского народа, это тоже определенная политика, которая велась в Татарстане. Вы имеете такое мнение, другие представители вашей же национальности могут иметь другое мнение, их тоже нельзя лишать права писать так, как они пишут. Поэтому здесь вопрос очень непростой. Подходить к нему с простым решением нельзя. Когда вы говорите о самом себе, вы можете писать как угодно, хоть по-японски. Но когда речь идет об официальной письменности, об официальном языке, здесь вступают в дело совершенно другие вещи. И здесь надо уважать права представителей всего народа в целом. Если мы какой-то группой решим за народ, то можно породить очень большие проблемы. Все-таки Татарстан в данном случае – это часть России, а Россия имеет главный, официальный язык, государственный язык и письменность. Хотя у нас, безусловно, многонациональное государство, есть языки других народов. Что касается вообще принципа межнациональных отношений в стране. Я считаю, что на сегодняшний день идет деформация этого принципа. Если бы наше государство было бы унитарным в смысле равноправия субъектов Российской Федерации, в частности, то, может быть, именно для национальных образований ситуация была бы гораздо лучше. А что происходит сегодня? Сегодня происходит определенное напряжение. И, с моей точки зрения, есть еще один перекос, когда основной, главный, государствообразующий народ России большинство России - русские, сегодня имеют меньше прав, чем другие нации. Например, другие нации имеют право создавать свои национальные школы в рамках национально-культурных автономий. К сожалению, русские этого права лишены. И то небольшое количество русских национальных школ, которое сегодня существует, к сожалению, сокращается и может быть вообще будет сведено до нуля. Вот такая проблема у нас сегодня есть.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Андрея.

Слушатель: Добрый вечер, господа. Мне представляется создание этой организации очередным таким муляжом, который создается по инициативе инфантильных романтиков или идеалистов. Мы это все уже проходили. Вспомните Первый съезд, когда филателистов пытались в парламент представителей включать, разных коллекционеров, садоводов. Как могут 126 человек, будь они хоть самыми лучшими, представляющих 140 миллионов населения, выявлены для включения туда? Президент отбирает одну треть, каждый из этой трети по вашей технологии приводит второго для того, чтобы было удобнее лоббировать всякие интересы. Это превратиться моментально в систему для лоббирования различных интересов. Если вы туда религиозную общественность будете привлекать, то это полный караул. Потому что Россия и так уже стоит на грани попыток создания какого-то православного шариатского государства. РПЦ лезет во все дырки. По утрам передает радиостанция Свобода, один час идет из Екатеринбурга, Там постоянно они то налоги на бездетность предлагают, то еще что-то. Церковь прямо-таки лезет в управление государством.

Александр Чуев: Вы знаете, церковь не лезет, церковь пытается вернуть себе часть позиций, которые были утрачены. Это касается не только Русской православной церкви. А что касается детей и всего прочего, если страна вымирает более чем на миллион в год, то это не может не беспокоить. Безусловно, не может не беспокоить и религиозные организации. На мой взгляд, сегодня как раз проблема в том, что церкви не дают возможности действовать свободно. В политику церкви практически нельзя, налоговых льгот почти всех лишили. Более того, обязали платить все налоги, в том числе и на землю под храмами и так далее. Есть такая проблема, сложно ее решать. Передача храмов затормозилась. На самом деле это проблема. И Общественная плата может быть отдушиной, может быть возможностью более активного участия религиозных организаций в социальной жизни. Ничего плохого в этом нет, потому что роль социальную религиозных организаций переоценить трудно. Сколько помогают тем же беспризорным детям, инвалидам и так далее, и совсем не за государственные деньги. А то касается того, что Общественная палата будет органом искусственным, я еще раз хочу объяснить - это не парламент, это ни в коей мере не парламент. Это консультативный орган, который будет давать рекомендации, который будет проводить общественную экспертизу тех или иных законопроектов, а конституционных в обязательном порядке. То есть он не будет принимать решений, обязательных к исполнению.

Владимир Кара-Мурза: Первый председатель Государственной Думы Иван Рыбкин считает, что Общественная палата – это некий новый орган для угождения президенту.

Иван Рыбкин: Невежество, как и холуяж, в стране крепчает и становится модой. Что такое Общественная палата? Наверное, Общественная палата должна представлять некий слепок с того гражданского общества, который сегодня есть в стране. И собственно в структуре гражданского общества должны быть партии, движения общественные организации, организации по интересам, союзы творческие, союзы профессиональные, разные. И все они, если уж Общественная палата создается, должны там присутствовать. И тем более те партии, которые по тем или иным причинам не представлены в парламенте. Вот если бы думали, то, наверное, этих людей не президент назначал, а выдвинули как раз те движения, партии, творческие союзы кого посчитали бы нужным. По крайней мере, они точно несли бы информацию иную, чем хочет ее слышать и видеть президент. Господа Грызловы, Мироновы, Фрадковы и иже с ними никакой правдивой информации президенту не несут. Думаю, что Общественная палата в таком варианте точно так же будет действовать – ублажать президента.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Москвы от Леонида Владимировича.

Слушатель: Спасибо за возможность задать вопрос. Конституция России держится на трех основах – на праве на жизнь, праве на свободу и праве на экономическую состоятельность. Какое из этих прав нарушено 122 законом? Это первый вопрос. И второй вопрос: каким образом, каков механизм защиты этих основных неотъемлемых конституционных прав будет осуществлять палата?

Александр Чуев: Я думаю, что в той или иной степени все нарушены - это я скажу честно и откровенно. И если будем разбираться, то прямо или косвенно многих людей поставили просто на грань выживания. Сегодня, например, в новостях прозвучало сообщение, что в Нижегородской области 60 тысяч рецептов не отоварено лекарствами, и это значит, что часть людей может умереть – это нарушение права на жизнь. Если говорить о той роли, которую Общественная палата смогла бы сыграть, если бы она существовала, я думаю, в обязательном порядке она бы рассматривала законопроект на своем заседании. Я понимаю эмоциональное состояние Ивана Петровича Рыбкина, мы с ним в свое время в консультативном совете работали политическом, который существовал, как раз я считаю, что он принадлежит к категории демократов, которые идеалистами являются сегодня, с моей точки зрения. Зачем нужна палата, которая будет угождать президенту? И Думы достаточно, и так угождает, по-моему, дальше некуда. Как Дума угождает, сегодня трудно больше угодить. И правительство угождает, и Совет федерации, зачем еще один орган нужен, если так разобраться. Угождают так, что даже не дают иногда «Родине» выступить на заседаниях. Тем не менее, хочу сказать, если бы Общественная палата разбирала этот закон о монетизации льгот, я более чем уверен, независимо от того состава, который бы в ней был, абсолютно уверен, что большинство членов Общественной палаты не поддержало бы этот закон. И ее заключение, которое обязательно должно было бы учитываться Государственной Думой, и от него нельзя было бы как от фракции «Родина» отмахнуться, это законом прописано, пришлось бы рассматривать, и те доводы, которые там изложены, пришлось бы учитывать. И возможно, если бы это мнение было, то и правительству пришлось бы пересмотреть кое-какие положения раньше, чем закон вступил в силу. И соответственно, может быть и президент раньше увидел, что будет происходить после введения этого закона, какова реакция общества на него.

Владимир Кара-Мурза: А какой планируется механизм работы общественной палаты? На постоянной основе?

Александр Чуев: Она не может быть на постоянной основе. Если будет на постоянной основе, то, действительно, будет некая кормушка и раздача должностей. Никаких окладов, никаких машин, кабинетов и прочих льгот, конечно же, не будет. Это общественная нагрузка. Члены Общественной палаты будут собираться два раза в год на пленарные заседания. Между этими пленарными заседаниями будут работать в более частом режиме комиссии Общественной палаты и рабочие группы. Соответственно, все это делается на общественных началах. И из бюджета финансируется только аппарат Общественной палаты, который обеспечивает технологически ее работу, и из бюджета финансируются командировочные расходы соответственно тем членам палаты, которые приезжают на ее заседания из регионов. Никаких окладов, льгот и прочих вещей нет и не предусматривается. Поэтому в таком режиме палата будет работать. Кроме того, при ней будут работать уже не 126, а я думаю, что порядка 700, а то и тысячи организаций, которые будут иметь определенную аккредитацию при Общественной палате. Так что здесь мы серьезно расширяем возможность дискуссии. И эта дискуссия будет проходить на уровне комиссий и рабочих групп Общественной палаты. Ну, а уже решения или рекомендации будет принимать пленарное заседание.

Владимир Кара-Мурза: Предусмотрена какая-то ротация, ограничения по возрасту?

Александр Чуев: Предусмотрен срок действия Общественной палаты, срок состава – два года. И она через каждые два года будет ротироваться.

Владимир Кара-Мурза: Как Конституционный суд, когда его формировали, не было возрастных ограничений, потом ввели.

Александр Чуев: Здесь мы не говорим о возрастных ограничениях, мы говорим только о дееспособности. Там есть определенные ограничения на членство в палате. Член палаты может быть большинством палаты выведет из состава, если он ведет себя аморально. Будет определенный моральный кодекс, этический кодекс работать в палате. Я думаю, там будет чуть поприличнее, чем в Думе, так ругаться не будут. К сожалению, у нас есть комиссия по этике, но она не может лишить депутата ничего, кроме голоса. Палата может лишить депутата голоса на день или на месяц. В палате будет жестче немножко в этом отношении, этический кодекс будет предусмотрен. Будет регламент деятельности палаты, который будет принят палатой. Никаких председателей там не будет, я еще раз это подчеркиваю, не заместителей председателя. Ведущие будут меняться. Будет только совет Общественной палаты, который будет формировать повестку дня и решать какие-то другие технические вопросы.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Николая из Санкт-Петербурга.

Слушатель: Здравствуйте. Майор запаса Пантюхов Николай Николаевич, город Ленинград. Я считаю, что Общественная палата для сегодняшнего режима антинародного – это пустое место. Это одна еще возможность правительства, власти показать, что какая-то демократия существует. Это просто бесполезный будет орган. Слушая Ивана Рыбкина, его рассуждения о холуяже, я сделал вывод, что сам Рыбкин - это яркий представитель холуяжа ельцинского. «Родина» повторяет холуяж уже путинский. От них толку не будет никогда.

Александр Чуев: Остается только добавить «ура! ура! к победе коммунизма!», «даешь национализацию всего имущества нашей страны!». Это я понимаю. Вы знаете, можно рассуждать и о холуяже, можно рассуждать о том, будет она работать или не будет. Я вам честно скажу, если она превратится в том, о чем вы говорите, она перестанет существовать и с ней перестанут считаться. Мы ее просто не заметим, она будет нам неинтересна никому. Я буду первый, кто будет смотреть на это, как на какую-то организацию, которая никому не нужна. Какой-нибудь общественный совет при министерстве. Такие сегодня существуют, и мы о них даже не знаем. Вот и палата будет такая же. Но я думаю, что этого не произойдет уже по составу людей. Там очень много правозащитных организаций участвует и в подготовке документов, в рабочей группе. Я думаю, что это не получится. Дискуссия, которая развернулась на начальном этапе строительства этой палаты, надежду определенную дает на то, что серьезную роль какую-то будет играть. Конечно, переоценивать ее трудно, но все-таки она играть будет, все-таки позитив в этой палате будет.

Что же касается «Родины», «Родина» никогда не скрывала, что в определенном смысле изначально была создана и создавалась с определенным пиететом к президенту Путину. Эти вещи мы декларировали, но мы также декларировали и сегодня декларируем, в том числе и наш лидер, что определенный лимит времени, который мы считали и наделись на президента, кончается. И определенное недоумение по поводу его позиции по ряду вопросов мы уже высказывали. И мне кажется, после голодовки и достаточно жестких выступлений, которые были, говорить о том, что мы ничего не делаем, наверное, не стоило бы.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем радиослушателя Михаила из Москвы.

Слушатель: Добрый вечер, господа. Я что хотел сказать, вопреки большинству, хотя, конечно, было много сказано по поводу правил выбора совершенно одиозных в эту общественную организацию. Тем не менее, мне кажется, это не так уж и плохо может получиться. Во-первых, не исключено, что туда попадут люди культуры и люди просто образованные. Мне лично симпатична сама идея диффузии вертикали. У меня, если можно, три полу-риторических вопроса. Первый так: приблизительно можно очертить круг вопросов полномочных этой будущей организации? Второе: организация эта заявлена как общественная. Можно ли считать официальным признанием нашей власти того, что нынешняя Дума таковой не является, то есть общественной. В-третьих: какова гарантия, что там рано или поздно не объявится, назовем его Грызилов, который заявит что палата не место для дискуссий?

Александр Чуев: А также Кусалов и Хваталов. Я хочу аналогию привести. Буквально сегодня у нас было заседание рабочей группы в Государственной Думе. Существует такой общественный совет при Федеральной службе исполнения наказаний. Казалось бы, общественный совет и общественный совет. Входят туда общественные деятели, правозащитники, руководит представитель этой службы. Казалось бы, наверное, они «одобрямс» делают и решают какие-то задачи. Ничего подобного. Уже два законопроекта подготовили, один из которых принят в первом чтении об общественном контроле за местами заключения, а второй законопроект о социальной помощи лицам, отбывшим заключение, то есть когда они выходят. И вы знаете, удалось очень серьезно продвинуться в вопросах гуманизации исполнительного законодательства и гуманизации этой службы. Многие сотрудники смотрят на вещи по-другому. Правозащитники там играют очень серьезную роль. И они там не ждут, пока им что-то скажут или разрешат, они действуют сами и достаточно жестко. Вот такой общественный совет. Можно по-разному работать. Это к слову о том, сможет Общественная палата работать или не сможет. Смотря кто там будет. Будут сильные люди, будут люди, имеющие принципы определенные моральные и позиции свои, конечно, сможет, почему нет, закон ей это позволяет. Посмотрите: он дает Общественной палате час на государственном телевидении ежемесячно для высказывания своих идей. По 15 минут каждую неделю Общественная палата имеет право публично высказывать мнение. Чем трибуна? На мой взгляд, достаточно серьезная трибуна. Не всегда в Думе мы можем такую трибуну получить. Потому что правящая партия имеет определенную поддержку в СМИ, а оппозиция, увы, не имеет таких возможностей. А там будет такая возможность высказываться. Кроме того, Общественная палата может принять к рассмотрению любой законопроект, вносимый в Государственную Думу, и начать его рассматривать для того, чтобы дать по нему заключение – это ее инициатива. Не то, что президент спустил и сказал: ну-ка рассмотрите мне поправки к конституции или какой-либо законопроект, предложенный Кудриным и Грефом. Ничего подобного, Общественная палата решает сама, что она принимает к рассмотрению. Конечно, президент ей может предложить и попросить рассмотреть законопроект, но у нее такое право есть самостоятельное. Наверное, я бы сказал еще следующее, что Государственная Дума и Общественная палата - вещи разные. Государственная Дума не может быть общественной, она политическая, это, вообще говоря, парламент страны. Он принимает законы, которые в дальнейшем должны исполняться. Общественная палата, наоборот, орган не политический – в этом состояла задача. Орган, в котором соединены разные взгляды разные интересы, разные группы люди людей, которые вырабатывают то, что называется общественным резонансом, общественной реакцией на ту или иную государственную инициативу. Власти там быть не может ни прямо, ни косвенно, депутатов там быть не может ни прямо, ни косвенно, членов политических партий там не может быть ни прямо, ни косвенно. Если члены Общественной палаты участвуют в выборах, они обязаны сложить с себя на это время полномочия, приостановить полномочия в Общественной палате. То есть они в выборах не участвуют. Максимально постарались ее деполитизировать и направить именно на то, чтобы выкристаллизовать, вычистить и дать возможность общественным организациям свое мнение представить.

Владимир Кара-Мурза: Член фракции ЛДПР Алексей Митрофанов, говоря об идее Общественной палаты, напоминает, что извратить можно любую идею.

Алексей Митрофанов: Все можно превратить в кукольный театр - и парламент, и правительство, можно и Общественную палату. Все будет зависеть от того, каких людей туда соберут, и действительно ли нужно будет руководству страны независимое мнение. Если оно будет нужно, то это будет серьезный орган. Таких людей мы хотим получить. А зачем же мы одних и тех же туда и посадим в Общественную палату? Так было при Ельцине. При Ельцине собрали странное в свое время, Рыбкин был председателем Общественной палаты, какое-то странное сочетание неудавшихся политиков с отставными политиками. Вот этого делать не надо.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем звонок из Москвы от Василия Михайловича.

Слушатель: Я вот что хотел сказать об Общественной палате. Это как будто представляется для того, чтобы знать общественное мнение. У нас сейчас достаточно организаций, чтобы знать общественное мнение и правительству нечего подсказывать. Разве правительство не знает и Путин, что выборы сфальсифицированы, что Государственная Дума собрана, она не отражает волю избирателей. Если пересчитать голоса, была бы более правильно представлена воля, и Общественной палатой была бы Государственная Дума.

Владимир Кара-Мурза: Кстати, была инициатива фракции КПРФ и партии «Яблоко», не прошедших, и у нашего Комитета-2008, но не получилось.

Александр Чуев: Не то, что не получилось. Насколько я понимаю ситуацию, они действительно пытались делать свой независимый параллельный подсчет. Но или расхождения были не столь велики, как утверждалось, насколько я понимаю, либо не хватало протоколов. Потому что для того, чтобы провести независимый подсчет или вообще, чтобы подать в суд на итоги выборов, надо иметь копии протоколов всех участковых избирательных комиссий. То есть нужно иметь наблюдателей на участках, собрать копии и просто пересчитать то, что написано в протоколах, после этого документы могут быть поданы в суд. Этого все-таки не было выполнено, потому что в противном случае мы бы имели совсем другой процесс.

Владимир Кара-Мурза: Общественная палата может усомниться в результатах выборов хотя бы с той точки зрения, равные ли возможности были предоставлены телевидением фракции «Родина» и партии «Единая Россия»?

Александр Чуев: Давайте мы здесь тоже разделим ситуацию. Все-таки предвыборный процесс – это предвыборный процесс, процесс политический. Усомниться в выборах могут и политические партии, и представители наблюдателей, и избирательные комиссии, может и Общественная палата, безусловно, если она сочтет, что есть определенные нарушения закона. И она может выступить с определенным обращением или заявлением по этому поводу – это факт. И оно обязательно рассмотрено на заседании комиссии или Государственной Думы. То есть здесь у общественной палаты достаточно широкие полномочия, чтобы мнение общественности высказать. Но давайте поймем ситуацию, что Общественная палата не создается как орган для того, чтобы решать вопросы власти. Все-таки вопрос выборов – это вопрос власти. И здесь, если у нас несовершенное законодательство, если у нас несовершенный контроль за выборами, позволяющий их в той или иной степени фальсифицировать, значит просто надо решить вопрос законодательным путем, принимать новый закон или корректировать действующий. Возможно, это нужно. Я могу согласиться, что есть проблема, особенно в некоторых регионах, национальных регионах в том числе. Но в этом смысле будет решать Государственная Дума, безусловно. Потому что ей только принадлежит право законы в Российской Федерации, никому другому мы это право отдать не можем, потому что тогда надо менять государственный строй и разделение властей.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Александра из Санкт-Петербурга.

Слушатель: Добрый вечер. И все-таки, господин Чуев, это стратегический замысел партии «Родина», амбициозной фракции, которая не имеет достаточно голосов, чтобы как-то влиять на деятельность Думы. Поведайте нам все-таки. Вы тут открещивались от того, что вы кремлевский проект. Действительно, вы были кремлевским проектом, потом отошли, как в свое время «Единая Россия» была проектом Березовского – это всем известно. Все-таки поведайте нам стратегический план. Я не верю, что если это была инициатива фракции «Родина», что ваша фракция рассматривала это как тактическую задачу. Невозможно сейчас по-другому влиять на Думу, необходимо создать Общественную палату. Все-таки у вас есть амбиции, вы амбициозная партия. Поведайте, господин Чуев.

Александр Чуев: Хочу сразу сказать, что эта Общественная пала в том виде, как она прописана законе, не является инициативой фракции «Родина». Инициативой фракции «Родина» являлось совсем иное устройство Общественной палаты, в том числе определенные принципы ее формирования. Да, мы считали, что президент имеет право определять часть Общественной палаты и, может быть, не большую часть, чем сейчас. Но мы видели другой состав и другие задачи Общественной палаты. Это не реализовано в законе, поэтому фракция не поддерживает в таком виде. Хотя идею Общественной палаты фракция поддерживает. Что же касается наших амбициозных планов. Вы знаете, по-моему, наши планы не секрет, они все прописаны в наших документах, на сайтах, зайдите, в том числе на сайт «Родины», или на мой сайт, или сайт нашего лидера Рогозина. Мы, безусловно, сейчас говорим о том, что то, что произошло в стране с принятием ряда законов, оно очень серьезно не только нарушило права людей, оно обострило ситуацию в стране. Мы намерены бороться за то, чтобы, тем не менее, закон о монетизации льгот приостановить, ввести мораторий. Мы считаем, что в таком виде закон работать не будет, и мы видим, несмотря на те два месяца, которые дали правительству, все равно ситуация в регионах ухудшается и будет ухудшаться. И отставки, о которых мы говорили, они предрешены сегодня - это видно. Кроме того, мы еще раз говорим, что если оппозиция не будет услышана в Думе, то значит люди будут выходить на улицу. Мы участвуем сегодня в региональных выборах, и по многим регионам у нас очень сильные позиции, мы их еще более усиливаем. И, конечно, мы смотрим на 2008 год, безусловно. Я думаю, что следующая Дума при любом политическом раскладе будет в своем составе иной, и такого безобразия и такого «большинства», а на самом деле кнопочного механизма для решения вопросов, которые ставит правительство, уже не будет в следующей Думе. Во всяком случае, фракция «Родина» и партия «Родина» постарается все для этого сделать.

Владимир Кара-Мурза: Лидер фракции «Родина» Дмитрий Рогозин сомневается в целесообразности создания Общественной палаты в нынешних условиях.

Дмитрий Рогозин: Нужна ли была бы Общественная палата при нормальных условиях жизнедеятельности политической системы России? Да, думаю, нужна. Но тогда отбирать представителей в эту палату должен не президент, а должно отбирать само общество. Вот если таким образом подходить к формированию Общественной палаты, то она получится, действительно превратится в некий авторитетный орган, способный решительным образом повлиять на парламентскую деятельность и деятельность исполнительной власти. Если то, как будет сейчас все, то это будет напоминать рыбкинские «круглые столы», президентские, пропрезидентские, околопрезидентские советы всяких популизов и так далее. К сожалению, пока ситуация развивается по негативному варианту.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос Надежды из Санкт-Петербурга.

Слушательница: Здравствуйте. Общественная палата, видимо, хорошее начинание и идея хорошая. Но скажите, пожалуйста, не превратиться ли это в очередной действительно холуяж? Потому что у меня знакомая работает в общественной организации. Она не знает, сколько хлеб стоит, она не знает, сколько одежда стоит, она не знает, сколько стоят лекарства. Она, смеясь, получает все оттуда. Государство отпускает большие деньги, и до людей это не доходит – это я знаю точно не по наветам каким-то. Она приходит ко мне и начинает хвастаться. Я после этого выставляю ее. И на слово «общественный», я даже не знаю... Мне кажется, спустится это все, вот такой грязью закончится.

Владимир Кара-Мурза: Не оторвутся ли члены Общественной палаты от народа?

Александр Чуев: Вы знаете мне интересно, что это за общественная организация, которой настолько здорово помогает государство. Я наоборот вижу общественников, которые ходят, деньги на конференцию просят, не хватает у них средств на какие-то общественные акции. Это очень интересно. Я хочу сказать, что общественная организация общественной организации рознь – это мы должны понимать. Если бы не общественные и не коммерческие организации, а некоммерческие тоже будут участвовать в формировании Общественной палаты, то на самом деле многих и социальных вещей в стране бы не было. Сегодня в стране действует порядка 370 тысяч общественных и некоммерческих объединений. И только они на сегодняшний дают надежду на то, что какие-то вещи, которые государство не делает, не выполняет по отношению к гражданам, в той или иной степени, хоть в десятой части, но каким-то образом будут реализованы. Я говорил о бывших заключенных, есть работа с инвалидами серьезная общественная, с детьми беспризорными и так далее. Это все общественные организации. Религиозные тоже общественные организации, они имеют статус такой, это вид общественных объединений религиозные организации. Поэтому, превратится или нет? Как вам сказать? Я еще раз хочу подчеркнуть: формирование пошло не по тому сценарию как хотела «Родина» - это другой вопрос. Я считаю, что все будет зависеть от членов Общественной палаты. Если это будут представители правозащитных объединений некоммерческих, они не позволят Общественной палате превратиться в «одобрямс» общественный для президента или правительства, это будет рабочий орган. Если придут какие-то другие фигуры, тогда это может быть орган совершенно ненужный даже. Но в этом случае вреда от него тоже не будет, он будет незаметен и невлиятелен, он не будет авторитетным. А смысл Общественной палаты, как построено в законе, зиждется на ее авторитете. Если к ней не будут прислушиваться, если она будет неавторитетна, то, я думаю, что она недолго просуществует.

XS
SM
MD
LG