Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Создание государственного англоязычного телеканала «Russia Today»


Владимир Кара-Мурза: Сегодня российской общественности был представлен проект создания государственного англоязычного телеканала «Russia Today», призванного рассказывать о России западной аудитории. Специфику восприятия нашей страны зарубежным телезрителем обсуждаем с Генрихом Боровиком, классиком отечественной тележурналистики.

Генрих Боровик: Добрый вечер. Спасибо за классика. С детства играю в «классики» и сейчас продолжаю.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, пришло ли время для создания, даже в советское время, по-моему, не было такого телеканала на западную аудиторию, были только радиостанции?

Генрих Боровик: Было Иновещание, которое велось на разных языках, тогда это была прямая пропаганда. Не только пропаганда, были интересные вещи и даже иногда объективные вещи. Но, конечно, идеологически все это Иновещание было пропитано очень серьезно. Но работали. Не знаю, приносило это пользу или больше вреда было.

Владимир Кара-Мурза: Как воспринимает американский обыватель новости, если в чистом виде он бы посмотрел советскую телепередачу? Если в чистом виде он увидит, например, «Вести, но только на английском языке, поймет ли он что-либо?

Генрих Боровик: Поймет, он же не полный дурак. Другое дело, что он удивится, потому что у нас некоторые телеканалы перебарщивают с показом власти, недобарщивают с разными мнениями, перебарщивают с однотипными мнениями – это все есть. Я думаю, что каналы разные, есть и более в этом смысле демократичные и широкие. Прежде всего, я думаю, что не очень большое количество американцев стало бы смотреть наше российское телевидение, потому что они народ, они народ конкретный, они интересуются своими делами, они знают, что они во главе всего мира, во всяком случае, у них убежденность такая есть. Зачем им смотреть, что у нас происходит в городе Притыки? Тем более, что Притыки и нечасто показывают.

Владимир Кара-Мурза: А как вы считаете, какие темы, которые могло бы осветить российское англоязычное телевидение, были бы интересны западному зрителю?

Генрих Боровик: Это она из главных проблем нашего нового, как я понимаю, телевизионного канала, который будет на английском языке вещать. Тут есть две проблемы. Первая проблема: преодолеть традиционное недоброжелательство, которое существует в Америке по отношению к России давнее, еще до революции было. Россию называли жандармом Европы, громадная страна, опасная страна – все это было. Холодная война велась не только в 50 годы.

Владимир Кара-Мурза: Америка союзником была нашим в Первой мировой войне.

Генрих Боровик: Первая мировая, безусловно, но не слишком большой след оставила в сознании американцев. Вторая Мировая война –это другое дело. Хотя, я помню, это было начало 80 годов, был опрос общественного мнения американского студенчества или школьников, я боюсь сказать, в общем, молодежь. Не могу точно сказать процент, но процент, который меня ошарашил, может быть было 14, а может быть было 18% американских подростков считали, что во время Второй Мировой войны Соединенные Штаты воевали против Германии и Советского Союза.

Владимир Кара-Мурза: Так и было первые два года.

Генрих Боровик: Первые два года Америка не воевала. Тем не менее, это было, к сожалению. Это все, конечно, оставляет след. И у большой аудитории, я думаю, интереса не будет. У специалистов будет интерес. И мне кажется, сама идея – хорошая идея. Дополнительная информация, которую могут получать не только американцы, но вообще англоязычные люди, – это хорошее дело. Хотя я не очень представлю, насколько это будет популярно в странах, где английский язык не родной. Туристы –да, какая-то интеллигенция – да, и то больше специалисты по России. Специалисты, если они хорошие специалисты, они говорят по-русски, необязательно слушать радио. Я не хочу давать советы – это их дело, дело руководства канала. Но здесь две проблемы. Одна проблема, чтобы сразу не подтвердить, они предполагают, что это государственный канал, а это государственный канал, и что он будет отражать государственную точку зрения. То есть это будет пропаганда. Другое дело, что информация о государственной точке зрения на внешнеполитические процессы, которые происходят в мире – это важно. Но что касается образа России, то, конечно, они будут с самого начала ожидать, что это будет пропаганда более или менее ловкая.

Владимир Кара-Мурза: Там один из идеологов Михаил Лесин - помощник президента по электронной прессе.

Генрих Боровик: Это все понятно. Это с одной стороны, и это надо преодолеть и преодолеть сразу, потому что народ чуткий и специалисты чуткие. Будут смотреть специалисты с большим интересом, и по возможности будут издеваться, если найдут возможность это сделать. Широкие массы, конечно, смотреть не будут, они и Си-Эн-Эн широкие массы не особенно смотрят, но все-таки смотрят. И еще трудность состоит в том, что сравнивают этот новый канал с Си-Эн-Эн, американской новостной программой, которая круглосуточно вещает. У Си-Эн-Эн есть кредит доверия, происходящий из того, что эти же программы показывают в Америке. А здесь эти программы идут на английском языке, никакого отношения к российскому телевидению не имеют. Конечно, это будут рассматривать с подозрением еще большим, чем заложено так или иначе в общество. Так что я, например, приветствую эту идею, но, как было сказано в пьесе нашего хорошего драматурга Рощина, была такая пьеса очень хорошая «Старый Новый год». И там, если вы помните, один из героев приглашает маляра клеить обои, какого-то Кузьмича. И спрашивает: «А что, Кузьмич, красиво будет?». Кузьмич, почесывая затылок, говорит: «Да как сделать». То есть можно те же обои поклеить плохо, вкривь и вкось, а можно хорошо. Так что все зависит от того, как сделать. Первая проблема – это доверие, а вторая проблема – просто физический интерес. Это должно быть физически интересно для слушателей, если они хотят, если наши будущие руководители этого канала, чтобы аудитория насчитывала не десятки или сотни людей, а, как минимум, тысячи или десятка тысяч людей.

Владимир Кара-Мурза: Главного редактора «Московских новостей» Евгения Киселева удивил странный выбор команды нового канала.

Евгений Киселев: При всем моем уважении к тем молодым людям, которые, очевидно, судя по тому, что Маргарита Симонян, девушка 25 или 26 лет от роду, которая вчера еще была всего лишь корреспондентом «Вестей», в силу каких-то то ли неизвестных мне заслуг, то ли неизвестных мне талантов назначена главным редактором такого большого и ответственного проекта. Можно тратить деньги на то, чтобы ликвидировать последствия десятилетней войны в Чечне, а можно посадить девочек, мальчиков, которые будут уверять остальной мир, что этих проблем не существует и что под мудрым руководством нашего президента Владимира Владимировича Путина мы движемся к светлому будущему, когда у нас все удвоится и когда все заживут дружно и счастливо.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Петербурга от Александра.

Слушатель: Добрый вечер. Как раз хотел подхватить тему Генриха Боровика по поду Кузьмича, который клеит обои. Понятно, что это пиаровский канал, и опыт у нас есть уже. Два вопроса в связи с этим. Первый: насколько было адекватным восприятие СССР и насколько был продвинут пиаровский канал по линии Союза Советских Социалистических Республик? У нас было масса таких каналов. Второй аспект. Если посмотрим наше телевидение, фасадно оно европейское. Любой канал переключите, есть там инкрустации, где показывают нищую Россию, карауловские программы и прочее, но в основном это респектабельное телевидение фасадное. Если просмотреть, мы совершеннейшие европейцы. Как они планируют, если мы совершеннейшие безликие европейцы, то это, наверное, не будет интересно. Для России нужна экзотика.

Генрих Боровик: Как они планируют, мне трудно сказать.

Владимир Кара-Мурза: Что было бы интересно на Западе?

Генрих Боровик: Как ни странно, на Западе интересно то, что глубинно интересно нам. К сожалению, на Западе будет интересно насилие, которое, к сожалению, интересно и нам. Которое, к сожалению, переполняет наши, я не имею в виду даже документальные.

Владимир Кара-Мурза: «Криминальные вести», «Дорожный патруль».

Генрих Боровик: Да все, что угодно, и наши сериалы. Был такой анекдот в 70 годах. Сидит мужик, и включил первый канал, там Брежнев произносит речь, включил второй - там Брежнев произносит речь, переключает на третий, а на третьем сидит сотрудник КГБ и говорит: «Я тебе попереключаю». Сейчас этого нет. Но вы переключаете, не буду говорить каналы, чтобы не обижать, но с одного канала на другой, на первом канале (я имею в виду не номер канала, а как смотрит по порядку канал) там стреляют из пистолета в левый висок, на другом канале в правый висок, на третьем канале сзади, в затылок. Вроде все разное, но все одинаковое. Это очень тяжко. Я не думаю, что этим мы сможем удивить, потому что у них своего много такого рода. Какие-то человеческие истории – да. Конечно, для специалистов, для интеллигенции внешнеполитическая оценка Россией событий может представлять интерес. Хотя, честно говоря, те, кто интересуется этим, имеет возможность читать в газетах, которых много в Соединенных Штатах. Надо очень точно и очень тонко знать психологию аудитории. Дело не в годах, 26 лет – это прекрасный возраст, можно в этом время много знать, у меня нет оснований сомневаться, кроме самого возраста. Но надо знать аудиторию, на которую будет работать эта станция. То, что она не будет показываться в России – это не кредит доверия, это не укрепляет доверия, наоборот уменьшает.

Владимир Кара-Мурза: Секретарь Союза журналистов России Михаил Федотов так же считает, что важно знать целевую аудиторию канала.

Михаил Федотов: Рассчитывать на то, что у этого телеканала появятся зрители, которым просто интересно, а что там происходит в России, хорошо, может быть кто-то заглянет на минуту на две минуты. Тратить такие деньги, как 30 миллионов бюджетных средств, на подобную работу, я бы, честно говоря, не стал, мне было бы жалко. В данном случае, на мой взгляд, проявляется просто психология еще времен холодной войны. Создавать англоязычный канал, который будет конкурировать с Си-Эн-Эн, на мой взгляд, смешно. Тем более, у Си-Эн-Эн есть корреспонденты практически по всему миру, а у этого нового телеканала будет только четыре корпункта во всем мире.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Владимира Ивановича из Подмосковья.

Слушатель: Интересно слушать ваш диалог. Во-первых, хотел бы остановиться на таком аспекте, как несопоставимость идеологий, которые высвечивают данные каналы. Если взять ваш канал и взять телевидение, совершенно несопоставимые вещи по всем идеологическим составным. Во-первых, ограбленная страна. И идеология ограбленной страны – сила, куда вы ни глянете - сила. Война, убийства и все, что с ней связано. Если взять, например, я не хочу превозносить идеологию Америки, но там идеология активности. То есть экономическая активность. Конечно, это не делает лицо Америке, что она влезла в войну с Ираком, совершенно не делает. Но идеология определения страны, как совокупность мотиваций капитала и непосредственно самого последнего американца, его социум в данной стране - это делает честь.

Генрих Боровик: Собственно, тут рассуждение, конечно, идеология разная и разное национальное сознание. Можно сомневаться, есть ли у нас национальная идея, нет ли ее. Вроде бы сейчас ничего нет, кроме денег. Все сложно. Я согласен с тем, что говорил Михаил Федотов, конкуренция с Си-Эн-Эн – это громко сказано, не только с Си-Эн-Эн, с Би-би-Си, с любыми англоязычными радиостанциями. У них большое преимущество, что они работают и на свою аудиторию, на свою историческую родину, а у нас это будет чисто экспортный вариант. И кредит доверия будет невысоким. Будет ли это улучшать образ страны, а понятно, что цель именно такая, я глубоко сомневаюсь. Информация о нас довольно большая. Рассказывать о том, что у нас хорошо хозяйство идет? И что вы об этом скажете? Или что у нас есть реальная экономика? Что вы об этом скажете? Я так понимаю, что одна из целей этого замысла – привлечение инвестиций. Для этого они должны знать, что у нас все хорошо, все благополучно, законы у нас и так далее. Но мы уже столько наворошили ошибок по этой части, когда я говорю слово «ошибки», я мягко выражаюсь, что восстановить их при помощи такого канала довольно сложно. Траты действительно очень большие. Хотя, еще раз говорю, начинать надо, потому что холодная война, как ни крути, она все равно идет. Она идет, может быть, в экономике, но она идет в психологии людей. Я уж не говорю о том, что изначально американцы, а это прежде всего канал на американцев, настороженно, мягко говоря, относятся к нашей стране – это безусловно.

Владимир Кара-Мурза: Телеведущий Первого канала Михаил Леонтьев считает, что все зависит от того, что именно будет рекламировать этот канал Западу.

Михаил Леонтьев: Ничего плохого в том, что англоязычная аудитория, причем небольшая аудитория по проценту, уж не больше, чем Си-Эн-Эн смотрят или Би-Би-Си – это очень небольшая аудитория, увидит несколько иную трактовку, несколько другую верстку новостей, несколько другой взгляд на мир. Причем есть люди, которые в разных странах болезненно воспринимают российскую позицию и которым это будет смотреть неприятно, есть люди, которые болезненно воспринимают позицию американскую, в контексте каких-то глобальных проектов продвижения имиджа России. За всю историю России никто не относился к России так здорово, как относились при Горбачеве. Но при этом страна рухнула и развалилась. Я абсолютно уверен, что именно эта составляющая была частью позитивного отношения к ней – способность красиво, быстро рухнуть и развалиться. Надо сначала мускул нарастить, а потом его показывать в телевизоре.

Генрих Боровик: Я с Михаилом не очень согласен, что к нам так замечательно относились при Горбачеве. К Горбачеву относились с нарастающей симпатией, к стране, думаю, что нет. Я в это время довольно много путешествовал, в том числе и ездил с Михаилом Сергеевичем, был в составе его сопровождающих, экспортной группы и так далее. Я видел это все. Не так все просто, никакой эйфории по этому поводу не было. Что касается его собственного обаяния и собственного прорыва от холодной войны к более таким позитивным делам, то, конечно, это вызывало много симпатий на Западе – это понятно. Но лучшим, самым лучшим способом завоевать новый имидж и продвинуть положительный имидж – это решить наши собственные внутренние проблемы, о которых знает весь мир. Если говорят, что у нас четыре миллиона детей наркоманов, а мы будем говорить: нет, не четыре, а три с половиной.

Владимир Кара-Мурза: Я думаю, что вообще на эту тему не будут говорить.

Генрих Боровик: Если бы мы решили эту проблему, если бы мы решили проблему стариков, если бы мы решили проблему медицинского обслуживания, образования, мы теряем несколько поколений людей, которые выходят после школы совершенно необразованными людьми, то тогда это было значительно сильнее. Хотя еще раз говорю: внешнеполитическая оценка Россией каких-то событий в мире – это важно. Но для этого нужно 30 миллионов тратить - это я не очень себе представляю.

Владимир Кара-Мурза: То, о чем вы сказали, это сейчас при очень высоких ценах на нефть.

Генрих Боровик: Ну что вы, это понятно. Нам крупно повезло, хотя мы из этого не сделали ничего, во всяком случае, очень мало полезного для себя, для своей страны.

Владимир Кара-Мурза: Судя по всему, эти 30 миллионов этого происхождения нефтяного.

Генрих Боровик: Хотя на медицинское обслуживание и образование можно было с большим КПД истратить. Жизнь противоречива, но все равно надо двигать свой имидж. Но прежде всего его надо двигать реальными изменениями в собственной стране.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Михаила из Новосибирска.

Слушатель: Добрый вечер. У меня два на данный момент вопроса, хотя их значительно больше, по поводу этого телеканала. Первый вопрос стандартный на этот случай жизни: есть ли у вас официальный сайт, где это все расписано?

Владимир Кара-Мурза: Генрих Боровик не отвечает за этот телеканал, он просто идею обсуждает.

Генрих Боровик: Я там не работаю, и не был инициатором создания.

Слушатель: Тоже связано с идеей. Дело в том, что явление это не новое. Будете ли вы использовать идеи из уже имевшегося опыта? Дело в том, что Советский Союз вел иновещание на нескольких языках.

Владимир Кара-Мурза: Генрих Валерьянович может только посоветовать.

Генрих Боровик: Посоветовать я тоже не могу, поскольку в иновещании я тоже не работал. Но я знаю, конечно, о чем они говорили, как они говорили. Я работал в Соединенных Штатах корреспондентом «Литературной газеты» Агентства печати «Новости» с 66 по 72 год. Я приблизительно представляю себе тот опыт иновещания. Если так будут вещать, то пиши - пропало. Тогда надо 30 миллионов списать неизвестно куда.

Владимир Кара-Мурза: Это получается три миллиона в месяц, больше, чем федеральный.

Генрих Боровик: Это много. 30 миллионов – это говорится. Потом потребуется еще одна машина, еще один компьютер и еще сто компьютеров и еще сто корпунктов и так далее. Могу сказать, что в те время я в Нью-Йорке располагался, и меня сотрудники миссии при ООН меня попросили, они знали, что у меня много знакомых деятелей культуры, чтобы я спросил их мнение о последней речи генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева. Попросили, я двух-трех своих знакомых спросил. Во-первых, были расширенные глаза, ответ был такой: «Я своего президента речи не читаю, буду еще читать и слушать». Я именно точно так и сказал. «Но ты же знаешь их настроения, ты бы мог написать». Я говорю: «Нет. Сам я писать не буду». Они не слушают, что вы сделаете? Я даже предложил такую наивную вещь: слушайте, у них там существует Гелла-пол, заплатите триста долларов, они сделают вам опрос общественного мнения по поводу последней речи Леонида Ильича. На это мне сказали, что я над ними издеваюсь. Я боюсь, что, конечно, не очень многими нашими внешнеполитическими заявлениями мы сможем завоевать аудиторию для этого канала, я имею в виду простых людей и даже интеллигенцию. Конечно, это будет интересно специалистам. Но, повторяю еще раз, специалисты знают это из других источников, они получают ленты, они получают Интернет, знают Интернет и так далее. Так что это должна быть очень серьезная и очень трудная работа для того, чтобы завоевать аудиторию и что-то сделать для улучшения образа страны.

Владимир Кара-Мурза: Тележурналист и депутат думы Александр Крутов сомневается, не упущено ли время для создания подобного канала.

Александр Крутов: Мы, к сожалению, разучились работать с иностранным зрителем, с иностранным слушателем. И в этом, я думаю, одна из задач сегодняшнего проекта – создание такой мощной задумки, мощного проекта как «Россия сегодня». Для нас, депутатов, для нашей фракции будет, естественно, задан вопрос: нужно ли тратить такие средства для достижения той цели, которая для нас еще четко, ясно неясна? Да, нужно представить образ России, какой он должен быть. Потому что мы бы хотели, чтобы деньги наши сегодня расходовались с умом и, если можно, на нашего телезрителя.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Георгия из Санкт-Петербурга.

Слушатель: Здравствуйте. Мне кажется, что вы несколько односторонне открываете будущее. Мы же точно не знаем, что из этого воспоследует. Мне кажется, что при любой трактовке это будет какая-то новая веха. Я помню, в советское время была фраза: если вы думаете, что инструкции придумывают дураки, то вы ошибаетесь. И вопрос второй: чья это инициатива – только России или то-то из других стран тоже подсказал нам эту идею?

Владимир Кара-Мурза: Я думаю, это спутниковое лицензионное вещание.

Генрих Боровик: Инициатива наша, но, я думаю, что, конечно, есть люди, которые с интересом будут это слушать, но их очень немного. Стоят ли они 30 миллионов, я не знаю. Тем более, можно использовать Интернет, можно издавать журнал на английском языке или газеты на английском языке. Но я еще раз хочу сказать, что в принципе это нужно. Другое дело, как это будет сделано. Крутов Саша говорил, что мы разучились работать на иностранную аудиторию. Мы, я должен сказать, не очень сильно умеем работать на собственную аудиторию тоже. Потому что возьмите, например, как в результате некоторых изменений на каналах телевизионных, как изменилась степень доверия к ним. Достаточно серьезно изменилась. Это значит, что чего-то, то есть я точно знаю, чего, но это долгий уже разговор, чего-то не умеем.

Владимир Кара-Мурза: Бывший телеведущий, ныне главный редактор «National Geographic» Станислав Кучер считает, что это провальная идея.

Станислав Кучер: Для меня совершенно очевидно, что этот канал смотреть не будут. Не будут по той просто причине, что исчезла необходимость вещания на иностранном языке, рассказывать о проблемах и о радостях своей страны миллионам зарубежных телезрителей. Иными словами, такая необходимость существует только у тоталитарных режимов, либо режимов, находящихся в состоянии жесткой конфронтации с другими странами, скажем, во времена железного занавеса. Остается вопрос тогда: зачем же его создали? Мне кажется, что люди, которые сейчас занимаются работой над этим каналом, я не имею в виду главного редактора, я имею в виду реально серьезных людей, которые занимаются распределением финансовых потоков и знают, что такое телевидение, в том числе и Михаил Лесин, например, я думаю, что эти люди, рано или поздно, запустив этот канал в режиме работы на английском языке, они переведут его на русский. А еще через какое-то время, возможно, он сможет стать инструментом в политической борьбе.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Марину.

Слушательница: Здравствуйте. По-моему, вообще были в бюджете в нашем совершенно тайно заложены такие странные статьи расхода, как на программу толерантности или помощи семье пресловутой. Вообще во вред это шло. А если взять во внимание радиоиновещание – это приличная аудитория, есть на 32 языках по минимуму, и люди слушают, пишут и принимают это радио. Я знаю очень хорошо, что во многих странах хотят это телевидение. Поэтому никакая эта идея не провальная, она приветствуется. Но главное, она с упреждением, потому что интерес к России возрастает. Я думаю, что если грамотно поставить, то будут смотреть. Я думаю, что улучшится имидж России. Кроме того, мы можем спокойно делать то, что мы всегда делали.

Генрих Боровик: Я не понял, что мы можем спокойно делать.

Владимир Кара-Мурза: Пропагандировать советский образ жизни.

Генрих Боровик: Пропагандировали, другое дело, каковы результаты этой пропаганды. Пропагандировали, действительно. Конечно, Кузьмич был прав из той пьесы – как сделать. Может быть, это можно сделать хорошо. Но я сомневаюсь, это сложное дело.

Владимир Кара-Мурза: Гендиректор «Интерньюса» Манана Асламазян считает, что вряд ли получится аналог Си-Эн-Эн.

Манана Асламазян: Это, конечно, попытка выстраивания образа, которая по большому счету, если мы говорим про Си-Эн-Эн или Би-Би-Си, интересна огромной части аудитории, а если мы будем говорить про «Россия сегодня», то пока, я думаю, что это канал может представлять интерес только для экспертов. Наверное, этот новый канал в некотором смысле будет похож на иновещание, точно так же, как «Голос Америки» похож на ту Америку, которую хотят видеть американцы в сознании всего мира. Точно так же, как другие такого же рода радио-проекты. Радийные проекты существуют, потому что, очевидно, они дешевле, и радио может достигнуть самых отдаленных уголков. Телевизионных проектов такого рода я, честно говоря, не знаю. До этого нужны много англоговорящих, хороших, серьезных репортеров, а это очень трудно. То есть скорее всего она будет вызывать любопытство, но рассчитывать на то, что она коммерческую конкуренцию может составить с мировым информационным каналом – вряд ли.

Генрих Боровик: Я не думаю, что здесь цель создавать коммерческую конкуренцию. Тем более, как я понимаю, не коммерческий канал. Там даже говорили, что не будут давать рекламу, во всяком случае я читал такие вещи. Другое дело, что он может перерасти в коммерческое, тогда должно стать гигантом огромного размера и, наверное, захватить нашу страну тоже. Дело не в том, чтобы составить конкуренцию. Дело в том, что какую-то часть мира, англоязычного в данном случае мира снабдить объективной информацией. У меня есть сомнения, во-первых, что информация будет объективна, во-вторых, у меня есть уверенность в том, что при первых двух-трех ошибках, что-то мы умолчим, о чем-то мы скажем мягче, чем это стоит сказать, и сразу отношение к этой телевизионной программе пошатнется. Если кто-то с симпатией ждет и с интересом ждет. Хотя таких, еще раз хочу сказать, мало. Американцев просто мало, только эксперты будут смотреть.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Евгению Михайловну из Москвы.

Слушательница: Добрый вечер. Я хочу сказать об образе России. Образ у нас, конечно, очень плохо, потому что много понаехало отрицательного в перестройку. Нас не уважают, а мы сами выставляем себя чем-то совершенно несуразным. Сегодня открыли памятник Александру Второму. У него в Европе живут потомки. Живут не по уголовного кодексу, даже не по правилам приличия, а по кодексу чести – это нам непонятно. А те, кто инициировал этот памятник и открывал его, они даже уголовный кодекс не чтят. Это там смешно. Я думаю, что Александр Второй на них просто плюнул.

Владимир Кара-Мурза: Вы имеете в виду, что основатель судебной реформы в России, которая сейчас выродилась в Мещанский и Басманный суды. Кстати, потомков Александра Второго позвали, насколько я знаю, ныне действующих Романовых. Слушаем Николая москвича.

Слушатель: Добрый вечер. Генрих Валерьянович, не кажется ли вам, что сама проблема нашего имиджа рассматривается несколько наивно. Ведь имидж, который нам создается на Западе, он заведомо необъективен, и он создается такой, который Западу выгоден, и он очень мало зависит, зависит, конечно, но реальная действительность является материалом для создания имиджа, который его реально не отражает.

Генрих Боровик: Это абсолютно правильно. Безусловно, самый лучший способ создания своего положительного имиджа – это достижения собственной жизни, но и рассказ об этом тоже.

Владимир Кара-Мурза: Например прямой трансляцию штурма Белого дома вел канал Си-Эн-Эн, наши не вели в 93 году. Прямой репортаж из Беслана.

Генрих Боровик: На крыше Си-Эн-Эн я рассказывал о том, что происходит. Я ездил по Москве, а Артем был в это время в Белом доме.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Нину Ивановну.

Слушательница: Добрый вечер, господа. Меня удивляет, почему вы до сих пор живете в этой стране, которую вы так ненавидите. Скажите, пожалуйста, почему заранее нужно оплевать канал? Пришла молодая девочка, она способная, она талантливая. Почему не возмущались, когда Таню Миткову восемь или десять лет назад назначили главным редактором?

Владимир Кара-Мурза: Ее назначили четыре года назад всего.

Генрих Боровик: Я думаю, что вы неправы, невнимательно слушаете наш разговор. Потому что я, например, говорил о том, что эта идея хорошая, но все зависит от того, как это будет осуществляться. И кроме того, я говорил о том, какие трудности нас ждут с этой идеей на Западе, потому что и уже предоплаченная настороженность к нам, мягко говоря, и враждебность к нам, и боязнь и так далее – это все понятно. Как завоевать аудиторию, для этого нужны очень большие вложения и очень большие усилия. Судя по тому, как мы пытаемся это сделать внутри страны, это не всегда у нас получается.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Аллу Даниловну из Петербурга.

Слушательница: Доброй ночи, господа. Я так рада, что Боровика наконец услышала. Насчет канала у меня мнение однозначное: хотели как лучше, получилось как всегда. Вопросом в итоге заинтересуется прокуратура. Это первое. А второе: меня Боровик интересует. Я хочу вашу книгу достать эссе по Америке, я ее сто лет ищу. С тех пор ее нигде не могу найти. Как мне эту книжку заполучить?

Генрих Боровик: Спасибо. Книжка называется «Пролог». Она состоит из очерков, написанных в 66 году об Америке. Это критический год – это год убийства Мартина Лютера Кинга, это убийство Кеннеди, война во Вьетнаме, антивоенное движение, такой год со слезами и с кровью на глазах. К моему удивлению, и я ее не могу найти. У меня всего три экземпляра дома. Тираж ее был, вы не поверите, по нынешним временам вообще фантастика – пять с половиной миллионов экземпляров. И ее на развалах нет, это значит люди ее не продают, а держат у себя дома. Спасибо вам за добрые слова. Помочь, к сожалению, не смогу. Я пишу сейчас новую книгу об Америке, туда войдет часть той книги.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Сергея из Петербурга.

Слушатель: Добрый вечер, господа. Я бы хотел призвать присутствующих и слушающих перестать волноваться. Я перестал смотреть центральные телеканалы после всего того, что я увидел по поводу войны в Ираке. Телевидение прекрасное, прекрасные славянские образы, журналисты вещали, а я смотрел, что сзади. После этого я перестал смотреть. Что получится после этой затеи? Когда дипломатический корпус России устанет отвечать на различного рода неприятные вопросы относительно того, что они увидели на этом канале, они будут дружно слать в Москву телеграммы – перестаньте. И перестанут. Кстати, здесь есть еще одно ключевое слово – деньги бюджетные. Уверяю вас, если бюджет будет большой, но не за счет увеличения корпунктов.

Владимир Кара-Мурза: Вы смотрите Евроньюс? Нравится вам это?

Генрих Боровик: Это «Культура»? Нет, я иногда утром смотрю, но нечасто, честно говоря. Это не мое занятие.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Антона.

Слушатель: Здравствуйте. Я считаю, идея прекрасная, только бюджет маловат, миллионов бы триста. У нас все дети с раком уже вылечены, все трубы поменяны. Надо устроить в конце концов всех талантливых девочек, всю украинскую, армянскую диаспору. Это очень талантливые люди.

Генрих Боровик: Что касается подбора фамилий, то это дело вашей совести. А что касается, что это не выверенная идея, во всяком случае, она будет выверяться в работе, все зависит от того, как это будет сделано. Просто отбрасывать ее совсем было бы, я думаю, неверно. Хотя деньги жалко.

Владимир Кара-Мурза: Юлия Латынина, обозреватель «Новой газеты», считает, что возрождается пропаганда советских времен.

Юлия Латынина: Канал будет играть роль абсолютно аналогичную иновещанию в советское время, когда господину Брежневу клали на стол вырезки из этих иновещательных вещей, которые в свою очередь цитировали газет Morning star, существовавшую в значительной степени на советские деньги. И они взаимно повторяли друг друга. Брежневу докладывали, что в мире растет уважение к Советскому Союзу и стремление к коммунизму. А какое это отношение имело к реальной действительности? Никакого. Главная проблема, что если руководство страны живет в полном разводе с действительностью, то ему нужны не только внутренние средства массовой информации, которые отражают позицию руководства страны, но ему нужно быть какие-то иноязычные СМИ, которые будут отражать ту же самую позицию.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Николая из Костромы.

Слушатель: Добрый вечер. Я хотел что сказать. По-видимому, в стране сейчас такая ситуация, что у власть предержащих больше денег, чем фантазии. Сегодня им пришла фантазия, что Россию можно попытаться продать Западу, к примеру, как какого-то неожиданно выскочившего черта из табакерки можно продать народу в качестве президента. Завтра решат, что какой-то можно создать музей, куда все произведения всемирного искусства или искусства, вывезенного из России, типа яиц Фаберже, свести и тогда в России будет процветать и потекут инвестиции.

Владимир Кара-Мурза: Кстати, с точки зрения инвестиционной, может окупится такой проект, если Запад заинтересуется? В Китае же есть такой канал.

Генрих Боровик: Вы думаете, из-за этого канала в Китай идут инвестиции?

Владимир Кара-Мурза: Я думаю, что так подумали кремлевские политтехнологи.

Генрих Боровик: Огромные инвестиции идут, но не из-за канала. Канал – это составная часть. Реальной экономики из-за реальных успехов, которые у них есть из-за реального порядка, который у них есть.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Геннадия Сергеевича из Смоленской области.

Слушатель: Здравствуйте. Здравствуйте, Генрих. 50 лет слушаю вас. Уважаемые господа, кто-то сказал об имидже нашей страны - поднять. Страна опущена ниже дна. Вы сами судите, 99% населения нашей страны имеет возможность смотреть только первый канал и не всегда. Я советовал бы нашим руководителям запустить этот канал на международную орбиту. Генрих, вы помните, раньше, когда в Америке принимали Россию, американцы говорили своим детям: вот так жить нельзя. А вот сейчас, когда выйдет их канал на орбиту, там будут говорить на президента Путина так: вот этот дядя уничтожает своих соотечественников в Чечне.

Владимир Кара-Мурза: Вряд ли о Чечне, о детской беспризорности будут первые репортажи на этом канале.

Слушаем Аллу Павловну, москвичку.

Слушательница: Здравствуйте. Я считаю, конечно, имидж России обязательно улучшится. А когда будут показывать речи президента при встрече с премьер-министром, что надо увеличить расходы на оборону или когда очередной фильм о Ходорковском покажут, какой он вор. Обязательно должен улучшиться имидж наш.

Генрих Боровик: Я понимаю иронию.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Ивана Ивановича, москвича.

Слушатель: Уважаемый господин Боровик, вы знаете, вы как бывший советский пропагандист, естественно, говорите многое правильно, я имею в виду, что этот канал, безусловно, будет неинтересен для американского зрителя. Но повторяю, как бывший советский пропагандист вы недоговариваете, почему. Поэтому получается ваше выступление как продолжение вашей деятельности еще до перестройки. Вы не можете объяснить нашему народу, что американскому народу совершенно непонятно все, что происходит в нашей стране.

Генрих Боровик: Вы знаете, я думаю, что вы немного невнимательно слушали то, что мы говорили здесь, потому что как не будет интересно это, во всяком случае, если мы будем делать, базируясь на опыте каналов. Не будет это интересно большей части населения, а будет интересно в узком очень смысле для экспертов. Хотя экспертам не нужен английский язык, они все знают русский. Бжезинский, я думаю, будет очень внимательно слушать этот канал и напишет, наверное, откликнется по этому поводу.

Владимир Кара-Мурза: Да, я думаю, англоязычных экспертов показывать, Бжезинский будет в их числе.

Генрих Боровик: Не думаю.

Владимир Кара-Мурза: Вы бы поставили у себя дома этот канал, когда он заработает?

Генрих Боровик: Да нет. Меня это мало интересует, честно говоря.

XS
SM
MD
LG