Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Генеральная прокуратура возбудила уголовное дело против экс-премьера Михаила Касьянова


Владимир Кара-Мурза: Сегодня Генеральная прокуратура возбудила уголовное дело против экс-премьера Михаила Касьянова по фактам махинаций с недвижимостью, описанных в депутатском запросе Александра Хинштейна. Суть предъявленных обвинений обсуждаем с депутатом Государственной думы от Центрального округа Москвы, бывшим председателем Моссовета Николаем Гончаром. Что удивило вас во времени и месте избранных Генпрокуратурой для возбуждения уголовного дела против экс-премьера Касьянова?

Николай Гончар: Ничего не удивило. Меня это удивило бы, если бы это было сделано более тонко и грамотно. А то, как это было сделано - да как всегда. Ничего не удивило. Государственная дума закончила работать, возникает эта тема на мертвый сезон, задается тональность. И дальше, я думаю, акценты будут несколько иначе расставлены. И та бумага, которая передо мной, с сообщением Интерфакса, дело, насколько я понимаю, не против Касьянова, если он является покупателем, а против того, кто ему продал, то есть против федерального государственного унитарного предприятия ВПК «Инвест». Это другая постановка вопроса. Если федеральная собственность продана с нарушением, то первый вопрос не к покупателю, а к продавцу. И в такой постановке вопроса она может толковаться расширительно: а как вообще в последние годы продавалась подобного рода федеральная собственность? Ее же покупали не только бывшие должностные лица, но и те, кто сегодня у власти. И вот в такой плоскости разобраться с тем, как продавалась очень дорогая собственность не только в черте Москвы, но и вдоль Рублево-Успенского шоссе, вообще собственность когда-то, 15 лет принадлежавшая управлению делами ЦК КПСС – вот этот вопрос поднять и разобраться было бы очень интересно. Я думаю, что в сентябре месяце этот вопрос всплывет в Государственной думе.

Владимир Кара-Мурза: Директор Института проблем глобализации Михаил Делягин считает, что тем самым Кремль убирает политического конкурента.

Михаил Делягин: Как только кто-то помянул о том, что Касьянов может быть хорошим президентом России – это вызвало немедленную истерику в администрации президента, немедленное давление на Касьянова с целью вынудить его уехать и получить политическое убежище в любой стране мира. Они боятся Касьянова в России. Точно так же, как Ходорковскому очень долго предлагали уехать и все будет по-хорошему, когда стало окончательно ясно, что он не уедет, тогда его посадили, точно то же сейчас предлагают Касьянову. Дело в том, что Путин, как многие слабые люди, не может простить Касьянову того, что он уволил Касьянова очень грубо, с нарушением всех аппаратных и просто человеческих приличий. Это произошло чудовищно уродливо. Такие увольнения в истории России бывали, но они бывали, если люди совершали чудовищные ошибки.

Николай Гончар: Не согласен ни с пафосом, ни с содержанием того, что было сказано. Хотя, согласитесь, если бы я со всем соглашался, наверное, не стоил бы меня приглашать в эфир. Итак, первое: я думаю, что Касьянов в качестве кандидата в президенты очень удобен для Кремля. Потому что долго и искать не пришлось. Это одна команда, работавшая четыре года и, что называется, все про всех все знают. Теперь второе: Касьянов - не политик, а Касьянов - хороший дипломат. Как говорят, я его в деле не видел в этой части, всегда финансовые переговоры о реструктуризации долгов - дело очень деликатное, но говорят, что он был очень хорош в этом качестве. Но это не политик. Политик – человек, озабоченный прежде всего своей репутацией и с младых ногтей. Он абсолютно не представляет никакой угрозы для системы – раз, для Путина, конечно – два. Может быть для отдельных людей в окружении, но это не самая большая проблема. Давайте прямо скажем: связка Касьянов-Путин проработала полный президентский срок. Вспомним Бориса Николаевича, вспомните, сколько было премьеров за последние годы его работа. Касьянов проработал практически весь срок, оставалось практически несколько недель. Это не что-то экстраординарное, заканчивался срок и, очевидно, были какие-то подковерные моменты, о которых мы до конца не знаем, их знают два-три человека. Но в общем нормы приличия были соблюдены. Итак, Касьянов - не угроза. Угроза другой человек, человек, не системный, не связанный незримых сетью обязательств, контактов, обменом информацией и многое другое. Что касается Касьянова, никакой угрозы ни для организации, ни для системы.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Владимира из Санкт-Петербурга.

Слушатель: Добрый вечер. У меня такой вопрос: во-первых, как ушат холодной воды, что с Касьяновым, что в Англии случилось. А вопрос у меня такой: как вы думаете, кто в Москве управляет – КГБ, Путин и Чубайс, СПС?

Владимир Кара-Мурза: Я думаю, что Владимир просто сторонник теории заговора. Слушаем Георгия, слушателя из Санкт-Петербурга.

Слушатель: Здравствуйте. Какое-то интересное кино получается. Ближайший соратник нашего президента, который производил серьезное, основательное впечатление, выходит тоже как бы жулик. Во-первых, очень трудно в это поверить. Я наоборот думал, что вот пригодный президент будет, зачем искать еще других.

Николай Гончар: Михаил Михайлович Касьянов известный человек – раз. Это означает, что не нужно тратить усилий на его, как говорят специалисты по пиару, раскрутки. Это правда. Но повторяю еще раз, я считаю, что он не представляет угрозы для системы с точки зрения каких-то революционных изменений. Вот когда говорили о том, что Тимошенко возглавит правительство, еще когда она не возглавила, многие люди говорили, что она плоть от плоти, кровь от крови. И она сама очень хорошо представляла в бытность свою одним из крупнейших бизнесменов Украины, как это делается. Вот именно по этой причине она, будучи прежде всего политиком, став политиком в результате гонений не очень умных со стороны президента Кучмы, именно она для системы представляла угрозу. Она была в этот момент изгоем, и она ее очень хорошо знала. Касьянов изгоем не является и в силу этого угрозу не представляет. Теперь, что касается - жулик, не жулик. Вот сейчас Генеральная прокуратура разбирается с федеральным государственным унитарным предприятием ВПК «Инвест», и повторяю еще раз, Генеральная прокуратура не сможет ограничиться этой сделкой и не поднять при этом все остальные. Хотя, как говорит английская пословица, кто живет в стеклянном доме, не бросается камнями.

Владимир Кара-Мурза: Сопредседатель Республиканской партии России Владимир Лысенко считает, что прокуратура наносит удар по «большой семье».

Владимир Лысенко: Выдвижение Касьянова, его заявление, что он готов возглавить демократическую оппозицию, выдвинуться кандидатом в президенты на следующий срок явилось главной причиной уголовного дела. Причем самое любопытное, что все это происходило в то время, когда Касьянов возглавлял путинское правительство. И в этом отношении попытка искать какие-то правонарушения у тех людей, которые закончили служить у Путина, становится дурной традицией в нашем обществе. Я опасаюсь, что это может привести к резкому усилению конфронтации между «семьей», имеется в виду семья Бориса Николаевича Ельцина в широком смысле слова, в которой Касьянов был одним из ключевых людей, и питерской командой, ее тоже можно назвать «семьей», которая фактически пытается полностью монополизировать политическое пространство в нашей стране.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Николая из Смоленской области.

Слушатель: Добрый вечер. Во-первых, это дело несомненно возникло в связи с решением Касьянова участвовать в президентских выборах. Во-вторых, у Михаила Касьянова нет ничего кроме привлекательного лица для женщин-избирательниц. И в этом смысле он Путину не соперник, он не боец, не вождь, не лидер. Кто на него надеялся, надеялись напрасно. И в-третьих, мне возмутили слова депутата Гончара, что нынешняя Госдума работает. Нынешняя Госдума – это клуб миллионеров, которые скрываются за депутатской неприкосновенностью от налоговой инспекции.

Владимир Кара-Мурза: Напомню, что Николай Николаевич был депутатом и прежних дум, и депутатом Совета федерации, поэтому не в его адрес этот упрек.

Николай Гончар: Потом, к сожалению, нечего скрывать от налоговой инспекции. В адрес Государственной думы упреки я не могу комментировать, потому что я депутат Государственной думы.

Владимир Кара-Мурза: Тем более независимый.

Николай Гончар: И еще: и они в значительной степени справедливы. Теперь второе: замечательная фраза по поводу того, являлся Касьянов реальной угрозой для Кремля или нет. Солидарен по всем позициям с только что позвонившим радиослушателем. Еще одно: я совершенно не уверен в том, что демократическая оппозиция готова была воспринять Касьянова как лидера. Если бы это произошло, это было бы, с моей точки зрения, серьезной дискредитацией идеологии демократической оппозиции. Это что же, мы готовы взять кого угодно в лидеры, у кого есть известность и деньги? И все? Это очень сложный вопрос.

Повторяю еще раз: в Российской Федерации уже сформирована определенная политическая система, и я не думаю, что сегодняшняя демократическая оппозиция взяла бы Касьянова в качестве своего лидера. Это вовсе не значит, что он не мог бы быть кандидатом в президенты, это вовсе не значит, что он не мог представлять угрозу для тех, кто категорически этого не хочет. Но как лидер демократической оппозиции Касьянов не мог быть. Я не знаю, знаете ли вы, я не знаю, каких взглядов политических придерживается Касьянов, а это известный человек. Кто-то из радиослушателей может сформулировать, каково его отношение, скажем, к свободе прессы? Касьянов был премьер-министром, когда разворачивалась история вокруг НТВ, мы все ее помним. Мы помним внятные заявления Касьянова по этому поводу? Не по поводу Ходорковского, а по поводу НТВ – это разные истории.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Елену Владимировну москвичку.

Слушательница: Здравствуйте. По поводу сделки Касьянова с Госкомимуществом. Когда человек на уровне премьер-министра выкупает собственность по явно заниженной цене, тут сказать уже нечего – это явная коррупция. Как такого человека можно выдвигать на выборах в президенты? Это очень хорошо, что подняли такой вопрос, неважно политические или какие соображения были.

Владимир Кара-Мурза: Во-первых, судом не доказано то, о чем вы говорите. Но в целом именно это дело выдернуто из контекста для того, чтобы, мне кажется, неприглядный образ создать бывшего премьера.

Николай Гончар: Естественно. То, что это проявление одной из наших главных бед, а эта проблема называется выборочное применение, избирательное применение закона. Вы захотели и закрыли глаза на что-то, а захотели и открыли. И эта повязка, которая должна быть на глазах у правосудия, она вдруг почему-то с одного глаза сползает. Хочу сказать о другом. В настоящий момент есть возможность поставить вопрос иначе, а именно: как продавалась и продается, как меняет собственника такая привлекательная собственность, как элитные земельные участки и строения, на них расположенные? Я думаю, появится такая возможность у меня осенью, я поставлю вопрос о том, а где, собственно говоря, вся та собственность, которая в 90 году принадлежала управлению делами ЦК КПСС? Что там с лесопарковым защитным поясом? Я думаю, что Генеральной прокуратуре будет чем заняться. А бывший председатель Моссовета, последний председатель Моссовета, который в том числе занимался этой проблемой в 93 году, это, конечно, случайное совпадение, но в тот передел собственности и Моссовет разогнали. Пока я депутат Государственной думы, воспользуюсь своим правом поставить вопрос так.

Владимир Кара-Мурза: Бывший пресс-секретарь президента Ельцина Павел Ващанов видит в происходящем чисто политические причины.

Павел Ващанов: Не полез бы Касьянов в политику, не было бы никакого ажиотажа вокруг его имени, не было бы уголовного дела, не было бы статьи Саши Хинштейна. Скорее всего через какое-то время мы увидим или услышим то, как Касьянов сделает заявление, что он вообще никогда не хотел идти в политику и вообще его извращенно поняли, у него и в мыслях этого не было. А потом пройдет два-три месяца и уже никто не вспомнит ни о даче, ни о земле, ни о чем другом.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Дмитрия.

Слушатель: Добрый вечер. Николай Николаевич, будьте добры, у меня к вам такой вопрос: для чего Касьянову были нужны две дачи, а не одна? Второй вопрос: как вы относитесь к закону 122?

Николай Гончар: Начну с конца: я голосовал против данного закона. Не знаю, ответил или нет? Отсюда и все отношение. Причин голосовать против было много. Отдавал себя отчет, что его реализовать невозможно в те сроки, которые были обозначены. Одна из проблем сегодняшнего правительства состоит в том, что в его составе практически нет людей, чей жизненный опыт включает работу в низовом звене управления. Главное, что есть в моей биографии – это работа председателем Бауманского райисполкома и вообще в районе, и поэтому я представляю, как воспринимается, в какие сроки реализуется, с какими упущениями эти «гениальные» генеральные указания. Хотя бы взяли и посчитали, в какие сроки можно пропустить всю ту массу пенсионеров. Вы посчитайте, какие есть возможности отделов соцобеспечения, сколько там сотрудников, окошек, сколько часов могут принимать людей и многое другое. Не профессионализм в решении задач.

Теперь, первый вопрос прозвучал: зачем две дачи? Не знаю. Чувство меры – признак культуры. Очевидно, не хватает второго, поэтому нет и первого. Вообще, сколько дач, какие дачи? Я думаю, Михаил Михайлович человек не бедный, не остро нуждающийся в дополнительном жилье и поэтому нужно просто разобраться. Раз такой вопрос возникает, нужно разобраться.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Диану.

Слушательница: Добрый вечер. Николай Николаевич, я за вас всегда голосовала и никогда не жалела об этом. Сейчас у меня с вами мнения немножко расходятся по поводу Касьянова. Вы знаете, дело в том, что когда он работал премьером, как многие говорили, что он был бы достойный президент. И внешние данные, дипломатичность, достаточно умный, достаточно образованный – это все сразу видно, культурный человек. Это первое. Второе: когда сейчас говорят о том, что у него дача, сколько она стоит, он за три копейки приватизировал. Вы знаете, давайте подумаем: мы все приватизировали квартиры, многие приватизировали дачи государственные, какие угодно. Знаю, что люди приватизируют за три копейки. Главврач какой-то больницы, который до войны работал, это строило три копейки. Сейчас это стоит миллионы долларов.

Николай Гончар: Итак, первое: у нас должна быть возможность поспорить. Я не говорил, что по всем позициям, которые вы сформулировали, я тут же соглашусь. Я не говорил, что Касьянов был бы плохим президентом, вовсе нет. Не всегда в нашей стране хороший президент одновременно хороший политический деятель. И тем паче, у Касьянова прекрасная внешность, неслучайно рота почетного караула, умный человек. Я же говорю о другом. Идет идеологический спор. Демократическая оппозиция выдвигает не другого человека - другую точку зрения. И очень важно, чтобы человек после выборов не говорил: а теперь, ребята-демократы, пошли вон. А чтобы он говорил: мы исповедовали эту точку зрения до выборов, и я теперь буду ее реализовывать. Наша главная проблема, что человек пришел к власти и забыл все, что он говорил до выборов. Поэтому я и хочу знать не как фамилия будущего президента, а какую идеологию он будет исповедовать.

Вы знаете, Диана, у меня 13 числа с 18.00 прием. Если у вас есть вопросы, я с удовольствием на них отвечу, милости просим.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Дмитрия из Курской области.

Слушатель: Добрый вечер, Владимир, добрый вечер, Николай Николаевич. Хотелось бы выразить два мнения. Первое: конечно, эпоха Путина пройдет, путинского окружения, и потом будут такие же дела, связанные с приобретением госимущества группировкой Владимира Путина, какие-то скупки иностранной недвижимости, конечно, все это будут знать. Касьянов попался под горячую руку. И второе: пока у нас в государстве будет покупаться недвижимость дорогая или какие-то предметы роскоши за те деньги, которые чиновник не то, что не заработает за год, даже за десять лет, тогда у нас будут продолжаться такие дела и обсуждение таких тем.

Николай Гончар: Конечно, эти вопросы неизбежно будут всплывать в дальнейшем. Кстати говоря, то, что возможность их обсуждения публичная сохраняется – это хорошо. Говорят: а как же с остальными? Может быть в данном случае мы поднимем тот вопрос, с которого я начал и постоянно к нему возвращаюсь: давайте разберемся, как и какая собственность продавалась. Понятно, что задним числом сделки, если они совершены в соответствии с законом, расторгнуть нельзя, но можно посмотреть о целесообразности индивидуального налогообложения.

Владимир Кара-Мурза: Справедливости ради надо сказать, что все сделки, совершенные окружением Бориса Ельцина, никак за эти годы не обсуждаются.

Николай Гончар: Почему?

Владимир Кара-Мурза: То, на что надеется наш радиослушатель из Курской области. Дочери его и так далее. Раньше в «Московском комсомольце» публиковалось, уже затихло.

Николай Гончар: Во-первых, обсуждается. Во-вторых, в «Московском комсомольце» разные журналисты, господин Хиншейтн - журналист «Московского комсомольца». И когда говорят: как же Хинштейн такое сказал? Какой журналист откажется от использования такого сенсационного материала? Хиншейтну, как журналисту, сложно предъявить претензии. Еще раз повторяю: система, неспособная к самоочищению, нежизнеспособна вообще. Поэтому давайте из этой ситуации что-то полезное для страны, разберемся, как и почему собственность уходит к действующим или бывшим высшим должностным лицам страны.

Владимир Кара-Мурза: Первый зам директора Центра политических технологий Борис Макаренко считает, что в запросе Хинштейна состоит тонкий политический расчет.

Борис Макаренко: Господин Хинштейн человек тертый, так что москвичи и не только москвичи, «Московский комсомолец» читают за пределами столицы, конечно, эту статью прочли и восприняли наверняка по-разному. Кто-то сказал: мы всегда знали, что во власти воруют, и Касьянов такой же, как другие. Кто-то сказал: а, это Хинштейн, он опять, помня, что у Хинштейна это не первый случай скандальных разоблачений. Несмотря на это, господин Касьянов, безусловно, самый компетентный российский бюрократ в хорошем смысле этого слова, и мне он известен как человек достаточно либеральных взглядов и на экономику, и на политику. Вспомним, что бывшие премьеры становились президентами в результате «оранжевых революций» и похожих событий и в Киргизии, и на Украине, так что определенный испуг, конечно, есть.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Новосибирска от Михаила.

Слушатель: Добрый вечер, уважаемые господа. Во-первых, необходимо полностью согласиться с репликой господина Ващанова. Что самое смешное, что такое же уголовное дело может быть возбуждено на главу государства. Тоже госдача в районе Балтики, про остальную шантрапу говорить нечего. На эту тему публиковала документы «Новая», а также не так давно один из гостей Радио Свобода рассказывал. Неужели режим не мог откапать что-нибудь другое, например 2%? Кстати, уважаемый господин Гончар, а что это за афера, за которую господин Касьянов получил такое прозвище? В двух словах, пожалуйста, если можно.

Николай Гончар: Итак, что касается того объекта: этот вопрос в Государственной думе поднимался, я говорю не про публикации, а про те материалы, которые есть. Что касается дачи в Прибалтике, там не было акта купли-пропажи, там не было нарушения закона – это уже проверяли. Теперь второе: что касается фразы «Миша два процента». Михаил Михайлович Касьянов начал свою карьеру не с должности премьер-министра, до этого он работал в Министерстве финансов и занимался проблемой внешнего долга Российской Федерации. Успешно занимался – об этом нельзя не сказать. Говорят, был талантливым переговорщиком, хорошим дипломатом, а человек, который занимается проблемой внешнего долга, урегулированием этой проблемы, не обладающий подобными качествами, ничего не добьется. Он, повторяю еще раз, очень неплохо занимался этой проблемой. Но в прессе в том числе была распространена точка зрения о том, что инсайдерская информация, информация, имеющая на рынке очень высокую цену, уходила, и те, кто придумал эту фразу или те кто ее цитировал, считали, что Михаил Михайлович Касьянов делился этой информацией и использовал ее не только в интересах государства. Вот о чем идет речь. Это была не какая-то конкретная афера. Речь идет не об афере, речь идет о том, что сегодня вечером вы ведете переговоры и к концу дня знаете информацию, которая завтра, в случае если она будет неожиданно, может принести вам или тем, кто действует от вашего имени, очень большие деньги.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Евгению Витальевну.

Слушательница: Добрый вечер. Николай Николаевич сказал, что признак политика, например, отношение к свободе слова. Сегодня Явлинский во главу своего политического деяния ставит именно свободу слова. Мне хочется узнать, что же такое свобода слова и зачем она нужна? Года два тому назад Леонтьев заявил, что Илья Клебанов отдал Израилю последние разработки наших новейших самолетов. Я подумала, накажут кого-нибудь либо за клевету, либо за шпионаж. Ничего. При советской власти, если в «Известиях» критиковали какого-то номенклатурного работника, население знало, что его накажут. Если в «Правде» критиковали, то население знало, что его уже сняли с работы. Что такое сегодня свобода слова?

Владимир Кара-Мурза: Мы не далее как сейчас осуждаем депутатский запрос, опубликованный в газете «Московский комсомолец», - вот вам свобода слова.

Николай Гончар: Возьму на себя смелость утверждать, что это не свобода слова - вот мы взяли и поспорили. Свобода слова есть возможность высказывать альтернативную точку зрения, альтернативную власти, а не альтернативную коллеге. Мы сидим сейчас и спорим. Да какая же это свобода слова? А если есть возможность не согласиться с властью, сделать это публично и быть в определенном смысле гарантированным, что послезавтра ты не пойдешь по тракту – это она есть.

Владимир Кара-Мурза: Никита Белых, председатель СПС, который в свое время предложил место в списке Михаилу Касьянову, считает уголовное дело против него давлением на оппозицию.

Никита Белых: Уголовное дело, которое возбуждено по факту публикации, является очередным звеном в цепи последующих событий политических, которые были начаты с дела Ходорковского. Любое лицо, которое может ассоциироваться у власти с лидером оппозиции, происходит такой пресс силовых механизмов и инструментов, по отношению к лицу, которое все чаще и чаще стало называться в качестве возможного кандидата на пост президента в 2008 году.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Николая Александровича из Петербурга.

Слушатель: Здравствуйте, господа. Я как всегда по своей теме. Изучая философов и изучая конституционные основы множества государств, я могу сказать, что ни одна наша конституция вообще не соответствовал никаких основам общественного существования и развития, особенно взаимодействия человека и общества. И тем более не было и нет тех самых положений, о которых вы говорите, про свободу слова. У нас записано свобода мысли и только потом слова.

Владимир Кара-Мурза: Может быть.

Николай Гончар: Знаете, по общему мнению специалистов-правоведов, сталинская конституция была образцом демократии. Вопрос, что было в жизни, не в книжке, а за дверями вашей квартиры, когда стучали в дверь и кого брали. А конституция была. Салтыков-Щедрин: в России строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения. Поэтому для меня важнее то, что происходит в стране, а не то, что написано на страницах конституции. У нас, к сожалению, это не одно и то же.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Алексея.

Слушатель: Добрый вечер. Я хочу сказать, что эти ребята, которые пришли к власти, они пришли надолго. А тот, кто с ними работал, взять хотя бы Касьянова, такими людьми эти ребята не будут бросаться. Сейчас поставлен такой вопрос: он не является обвиняемым, он будет свидетелем. Если сейчас он выйдет чистым из этого положения, он работал вместе с ними, я хочу сказать – это первый шаг на президентский пост.

Владимир Кара-Мурза: У нас любят гонимых, наверное, это имел в виду Алексей.

Николай Гончар: Нет, он имел в виду, что это хитрый способ раскрутить человека и придать ему ореол гонимого. Я сомневаюсь, что в данном случае речь идет об этом.

Владимир Кара-Мурза: Вряд ли стал по этому поводу утруждать себя «Московский комсомолец». Слушаем Михаила, москвича.

Слушатель: Господа, доброй ночи. Я был бы искренне рад, если бы наша элита была бы способна на такие витиеватые поступки. К сожалению, на мой взгляд, все гораздо более скучно. Действительно, Михаил Михайлович системе угроз никаких не представляет. Но, не представляя системе, он может представлять угрозы конкретным персоналиям, то есть какому-нибудь Иванову, Петрову, сидорову. Еще одно, не совсем по теме: Владимир, просьба не забывать об озере Селигер. Хорошее озеро, интересные там вещи.

Владимир Кара-Мурза: Мы защитой природы тоже занимаемся. Обозреватель Интернет-журнала Александр Рыклин считает, что заведенное сегодня уголовное дело – это крючок для Михаила Касьянова.

Александр Рыклин: Было понятно, что резкие заявления Михаила Михайловича Касьянова в адрес нынешней российской власти, когда он подверг достаточно резкой критике и политику Владимира Путина, и политику вообще всей власти нашей российской, было очевидно, что все это не останется без последствий. То, что в качестве посланца «черной метки» выбран Александр Хинштейн, в этом нет ничего удивительного. Все-таки это скорее предупреждение. Я думаю, что если Касьянов с точки зрения наших российских властей будет вести себя правильно, то есть тихо, то скорее всего делу этому ход не будет даден. Потому что надо понимать, что на таком крючке, на котором оказался подвешен Касьянов, сегодня подвешены, я думаю, подавляющее большинство тех топ-чиновников, топ-менеджеров российской власти, которые в последние 15 лет руководили нашей страной.

Николай Гончар: Если вы помните, я говорил о том, что с моей точки зрения, Касьянов не политик. Вот такие крючки в жизни государственного деятеля на каждом шагу, будь любезен, смотри под ноги и не глотай эти крючки. Соблазнов много. Если ты думаешь о судьбе страны и видишь свое место в этой судьбе, будь любезен, не соглашайся на такого рода предложение, даже если система тебе его делает. Это первое. Теперь второе, по поводу заявления Белых, вообще такого рода предложения делаются не человеком, а съездом политической партии. Я о том, чтобы съезд СПС или конференция сделала предложение Касьянову, не слышал, хотя внимательно за этим слежу. Я помню только одну тему, по которой Касьянов заявлял точку зрения, отличную, скажем, от позиции Путина – это дело ЮКОСа. Вот тогда неоднократно, по-моему, в Сибирь он улетел и сделал несколько заявлений, которые можно было расценивать как определенный афронт. Но и после этих заявлений в отставку он отправлен не был. Даже если бы, допустим, Черномырдин позволил бы себе при Ельцине, да не позволил бы сотую долю чего-то похожего, с Ельциным не согласиться публично, до конца своего выступления не доработал бы премьером, если бы Борис Николаевич услышал.

Владимир Кара-Мурза: Говорят, что его по тем же основаниям сняли, что он имел президентские амбиции.

Николай Гончар: Предположение о том, что премьер имеет президентские амбиции, неизбежно. Вторая должность в государстве. Более того, в случае, не приведи господь, что-то с главой государства, премьер автоматически становится исполняющим обязанности. Добровольный уход, как это было с Борисом Николаевичем, или… Поэтому мы все это знаем. Для меня важнее идеологическая база, взгляды Касьянова. Я возьму на себя смелость утверждать: из одного только отношения к делу ЮКОСа такого рода выводов, что это демократ, что это убежденный сторонник развития малого и среднего бизнеса и так далее, облегчения налогового бремени, я такого сделать не могу. А может быть наоборот. У нас были радикальные предложения о снижении, значительном снижении НДС, и они поддержки в правительстве не находили. Сложный вопрос и в нем можно предметно разбираться. Теперь, что касается публичных заявлений Касьянова с жесткой критикой режима. Я несколько раз с карандашом в руках читал тексты его выступлений, не было там никакой критики. А уж если бы Касьянов захотел, то сказать ему есть что.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Юрия Николаевича.

Слушатель: Здравствуйте. Я очень разочарован сейчас тем, что говорит Гончар Николай Николаевич. Я хочу сказать, что простой народ, к которому я отношусь, очень не любит Касьянова, у него слишком холеная, надменная физиономия. Я знаю, что очень многие знают, что Касьянов защищал интересы богатейших слоев населения, когда работал в правительстве. Вы ему ставите в заслугу, что он прекрасно справлялся с выплатой внешнего долга. А что же он о своем народе не думал, о том, что внутренний долг надо платить, хотя бы самым незащищенным слоям населения?

Николай Гончар: Еще раз: если я говорю о том, что человек умеет делать ту работу, которой он занимался, работая в Минфине – это так. Нравится, не нравится - я говорю правду. Для кого-то, для Дианы, он хорошо, а для нашего радиослушателя, который был в эфире, он плох. Еще раз повторяю: очень важно быть объективным. То, чем занимался Касьянов в качестве главы правительства, как и в качестве главы Минфина, хорошо известно, этому можно посвятить отдельную передачу. Но мы сейчас говорим даже не столько о Касьянове, мы говорим, как система реагирует на потенциальное появление неугодного ей кандидата на пост президента.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Ирину Николаевну.

Слушательница: Добрый вечер, господа. Николай Николаевич, вы затронули вопрос о выплате наших задолженностей другим государством. Помните, в свое время Международный валютный фонд выделил нашему государству 4 миллиарда 800 миллионов долларов, а потом куда-то эти деньги пропали, потерялись. Деньги конкретно нашему государству выплатили, и мы долги выплачиваем. А конкретно эти деньги, где они, заблудились?

Владимир Кара-Мурза: Это во времена Кириенко

Николай Гончар: Это в 1998 году, летом, июль – начало августа. Отдельная передача, готов придти и рассказать всю эту историю.

Владимир Кара-Мурза: Вкратце расскажите, имеет отношение Михаил Михайлович Касьянов.

Николай Гончар: И Касьянов, и все остальные участники этой драмы 98 года под называнием дефолт, знают и я знаю, где эти деньги. Но нужно сначала рассказать, на что они были направлены. Я в оставшиеся полторы минуты, к сожалению, не успею. Но если ведущий сочтет возможным пригласить меня, приду и расскажу.

Владимир Кара-Мурза: Тележурналист Сергей Доренко считает, что заведенное уголовное дело – это способ выдавить Касьянова в эмиграцию.

Сергей Доренко: Одна из целей была пугнуть Касьянова, и наверняка, кроме публичной стороны дела существует и конфиденциальная. Наверняка Касьянову уже шепнули, что его посадят на 9, 18 или 27 лет с надеждой, что он останется за границей, где будто бы он сейчас и находится. То есть пугнуть его так, чтобы он не вернулся. Для того, чтобы стать человеком, которого ждут, возвращение которого возможно, триумфальное, на белом коне, он должен вернуться под этот приговор, может быть лучше всего сесть и быть освобожденным революцией. Не знаю, насколько он захочет занять койку рядом с Ходорковским, но кузница реальных политиков будущей России сегодня неподалеку от койки Ходорковского, от шконки Ходорковского, извините за неправильную терминологию.

Николай Гончар: Ну состязаться в образности с Сергеем Леонидовичем мне, конечно, не по силам. Сказано сильно. Я думаю все-таки, что Касьянов конечно вернется. Уж очень он человек системный. Ему сделан намек, дан сигнал, и в силу целого ряда и субъективных, и объективных обстоятельств, я думаю, что он обязательно вернется. Я думаю, что вопрос о его участии в будущих президентских выборах как-то незаметно сойдет.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Сергея из Петербурга.

Слушатель: Добрый вечер. Поскольку обсуждаемый сюжет содержит как минимум три аспекта и помимо персоны Михаила Касьянова речь идет об образе действий Генпрокуратуры и образе деятельности средств массовой информации, я бы хотел спросить вот о чем: почему в средствах массовой информации так скудно освещается ход судебного разбирательства трагических событий в Беслане? И права ли, что со стороны Генпрокуратуры, государственного обвинения нападкам подвергаются не только потерпевшие во время этой трагедии матери Беслана, но уже и председатель парламента Северной Осетии?

Владимир Кара-Мурза: Это отдельная тема. Кстати, не был тогда премьером Касьянов.

Николай Гончар: С точки зрения той информации, которой я обладаю, нет, неправда. Продолжает свою работу комиссия по расследованию событий в Беслане, в сентябре созданная в Совете федерации. В ее работе принимают участие и несколько депутатов Государственной думы. И в данном случае, с точки зрения Генеральной прокуратуры, нет никакого давления на участников процесса и участников этого расследования. Я думаю, и быть не может. Генеральный прокурор утверждается в своей должности Советом федерации, поэтому вряд ли это возможно по определению. Хотя очень важно, чтобы мы узнали правду. И прежде всего очень важно, чтобы узнали и поверили в то, что сказанное правда, жители Северной Осетии.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Василия из Вологодской области.

Слушатель: Добрый вечер. Николай Николаевич, вы очень позитивная личность, не хотели ли вы сами баллотироваться на пост президента? За вас бы очень многие проголосовали.

Николай Гончар: Спасибо. Я не могу, я считаю, что на такой пост должен баллотироваться человек лет на десять меня моложе. Я считаю, президент - очень тяжелая работа. Если этот человек действительно думает о судьбе государства – это не простая ноша.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Наташу.

Слушательница: Добрый вечер. У меня такой вопрос: было известно, что после выборов на второй срок президента будет меняться правительство. Какой смысл, если не разделываться с Касьяновым, был разгон того правительства касьяновского, когда известно было, что буквально через пар-тройку месяцев все равно будет новое?

Николай Гончар: Обязательно должно было быть новое правительство. Как свой шаг объяснял Путин, напоминаю. Он сказал: я хочу перед выборами дать сигнал стране. Но дальше он сказал другими словами, но для него это было важно именно на фоне разговоров об обязательствах Путина в первый президентский срок. Он хотел сказать до выборов, подчеркиваю: мои обязательства перед семьей Ельцина закончились, я дальше буду действовать так, как считаю нужным. И если Касьянов, мы этого не знаем, был обязательством Путина перед Ельциным, он хотел до выборов сказать, что он заканчивает с этим.

XS
SM
MD
LG