Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Рост национализма, ксенофобии, религиозной нетерпимости среди российской молодежи


Владимир Кара-Мурза: Сегодня обнародован доклад Московского бюро по правам человека, констатирующий опасный рост национализма, ксенофобии, религиозной нетерпимости среди российской молодежи. Ситуацию обсуждаем с Анатолием Пчелинцевым, директором Института религии и права, главным редактором журнала «Религия и право».

Обращались ли правозащитники к вашему институту за данными о росте национализма и религиозной нетерпимости?

Анатолий Пчелинцев: Да, такое обращение со стороны директора правозащитного центра «Московское бюро по правам человека» Александра Брода в наш адрес было. В прошлом году мы помогали собрать факты. Мы их анализировали. Главным образом, это факты, связанные с религиозной нетерпимостью – ксенофобия в адрес религиозных меньшинств.

Владимир Кара-Мурза: Александр Брод, директор Московского бюро по правам человека в России, изложил сегодня суть своего доклада.

Александр Брод: В докладе проанализирована деятельность группировок скинхедов, «Русского национального единства», «Славянского союза», движения против нелегальной эмиграции, Национально-державной партии России, то есть тех объединений, которые в основу своей идеологии положили идеи шовинизма, превосходство белой расы и неполноценность этнических меньшинств, выходцев с Кавказа, чеченцев, евреев и иностранцев. Сейчас подключаются к изданию подобной литературы и вполне респектабельные издательства, которые печатают многотысячными тиражами книги ксенофобского характера. Кроме того, это активное использование ксенофобной риторики нашей политической элитой. У нас был отдельный доклад, посвященный высказываниям депутатов «Родины», ЛПДР, КПРФ, которые переполнены ненавистью в отношении кавказцев, в отношении евреев.

Владимир Кара-Мурза: Чем ваш институт объясняет рост религиозной нетерпимости в российском обществе?

Анатолий Пчелинцев: Я думаю, что причин, на самом деле, очень много. К сожалению, я могу констатировать такой факт, что одной из причин, что весьма печально, является то, что нередко, особенно на местах, за такими проявлениями стоят органы исполнительной власти. Я мог бы такие примеры приводить.

Владимир Кара-Мурза: То есть они покрывают?

Анатолий Пчелинцев: Они не только покрывают, но в ряде случаев и провоцируют это. Это объясняется, наверное, той экономической сложной ситуацией, которая существует в регионах. Может быть, это делается с такой целью, чтобы отвлечь внимание общественности от каких-то социальных проблем экономического порядка, найти врага в виде представителей других народов, других религий. Я бы мог такие примеры привести, даже не идти в глубину России, в ближнем Подмосковье.

Вот город Балашиха. Симпатичный город, быстро строящийся. Но посмотрите, что там происходит. Мы сейчас там ведем два судебных процесса. Мы представляем интересы Просвитерианской церкви и Церкви евангельских христиан-баптистов. Это две протестантские традиционные для России церкви. Органы власти, местный мэр, подал исковые требования в суд о том, чтобы отобрать у обеих общин недвижимость – здания. Что является основанием для такого обращения? Евангельские христиане-баптисты, традиционно существовавшие в России, построили здание. Они получили для этого землю, разрешительную документацию, согласовали и построили на месте свалки прекрасное, красивое здание церкви. Но кому-то это не нравится. С подачи кого-то (я сейчас не буду называть фамилии, у меня есть небезосновательные догадки) идут нападения на эту церковь - неоднократно били стекла, во время богослужения распыляли газ. Люди вынуждены были выбегать. Каждое воскресенье около здания церкви евангельских христиан-баптистов проводятся богослужения (православный батюшка там присутствует) об изгнании сектантов из Балашихи. Понимаете, что происходит? Это разжигание религиозной вражды.

Мы обращались к прокурору города с требованием прекратить это безобразие, это беззаконие вплоть до того, чтобы возбудить уголовное дело по факту разжигания вражды. Ответа не последовало. Последовало то, что потом подожгли это здание. Подвезли пятиметровую лестницу, облили бензином крышу и подожгли.

Во время нападения скинхедов на эту церковь, даже были установлены конкретные фамилии сотрудников милиции, которые поощряли молодых 17-летних молодых людей – бейте, но не до смерти, а то у нас будут проблемы. Мы тоже обращались в прокуратуру. Реакция нулевая.

Сейчас в Арбитражном суде мы дело выиграли, отстояли, суд обязал зарегистрировать это здание как положено недвижимость в собственность, чтобы было все на законных основаниях. Но кто за этим стоит? Органы власти.

Тоже самое с Просвитерианской церковью. Это что, не наши люди? Это наши сограждане, россияне, которые в четвертом, пятом поколении исповедуют протестантизм.

Город Чехов. Там в течение короткого времени подожгли церковь баптистов, просвитериан опять же и пятидесятники. Пятидесятнический пастор дважды был избит, один раз жесточайшим образом. Отец малолетних четверых детей. 16 раз на голове ему зашили, сотрясение мозга, находился в реанимации. Он просто боялся выходить на улицу. Дети боялись выйти на улицу, поскольку постоянно шли угрозы в их адрес. В конец концов, он подал документы в ООН в миграционную службу на политическое убежище. Ему такое убежище недавно было предоставлено. Кто за этим стоит? Очень часто, к сожалению, это не просто бездействие властей, но в ряде случаев и их поощрение.

Владимир Кара-Мурза: Один из представителей законодательной власти, заместитель председателя думского Комитета по безопасности Виктор Илюхин не верит данным сегодняшнего доклада.

Виктор Илюхин: Правозащитники сегодня несколько преувеличивают ту опасность, о которой они говорят, о которой пишут. Я глубоко убежден, что нет этих 15 тысяч, как говорится, взрослых людей, вооруженных людей, готовых идти на любые действия, в том числе и связанные с применением насилия. Нет и 50 тысяч скинхедов, о которых они тоже ведут речь. А кого они считают скинхедами? Это один из главнейших вопросов.

У нас в России распространено такое понятие. Если хулиган, если подебоширил на улице публично и высказал какие-то лозунги, процитировал кого-то, заявил какой-то протест, это все – скинхед. Я думаю, что здесь они допускают серьезнейшую ошибку.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от москвича Григория.

Слушатель: Помогите разобраться. Сегодня утром на вашей радиостанции я слышал факт то, что националистическое проявление ксенофобское было – это убийство таджикской девочки в Петербурге. Но на вашем же канале некоторое время назад слышал от корреспондента из Петербурга о том, что там дело было связано с наркоманией, то есть отец этой девочки был наркодилером.

Владимир Кара-Мурза: А девочка оказалась виноватой.

Слушатель: Владимир, понимаете, что это криминальная среда, если родители занимаются таким делом. Наркоманы пришли, им отказали, началась драка.

Владимир Кара-Мурза: Спасибо, Григорий. Насколько власти объясняют националистические проявления криминальными мотивами? У вас в Балашихе это можно объяснить борьбой за недвижимость, а отнюдь не разжиганием религиозной розни.

Анатолий Пчелинцев: Мотивы всегда могут быть самые разные. Эти мотивы очень часто завуалированы, не видно, кто за чем стоит. Я сейчас принимаю участие в одном деле как адвокат в Перми. Крупная пятидесятническая община, протестантская община, которая насчитывает около десятков тысяч прихожан, купила Дворец культуры. Им не оформляют в собственность органы власти это здание. Почему? Я сейчас высказываю свое предположение, я это не утверждаю. Дело в том, что сейчас исполняющим обязанности губернатора области является Олег Черкунов. Я с ним встречался недавно, мы с ним имели длительную беседу по этому конфликту, встречался с вице-губернаторами некоторыми. Якобы мотив тот, что это единственный символ веры у людей, особенно коммунистов, остался от того светлого прошлого для этих людей.

Владимир Кара-Мурза: Дворец культуры?

Анатолий Пчелинцев: Да, Дворец культуры. Но он в таком ужасном состоянии. Церковь говорит: «Мы сохраняем профиль этого здания. Все детские кружки, которые там существуют, они так и будут существовать. Там отдельные входы есть. Но у здания должен быть хозяин». Сегодня он принадлежит Мотовелихинским заводам. Он им не нужен, он непрофильный для них. Исполняющий обязанности губернатора либеральных ценностей человек (его должен скоро подтверждать президент), много делает для региона, но вокруг него есть помощники, советники, которые заинтересованы в этом конфликте. У меня такое ощущение создается. Сегодня не дают оформить это здание. Церковь отказывается от этого здания и просит другое здание, просит землю, чтобы построить. Им ничего не предлагают. Они сами находят, но им опять не дают оформлять. Вот этот конфликт специально инспирируется людьми, которые не хотят, чтобы сегодняшний губернатор был не и.о., а утвержден в качестве этой должности, чтобы кто-то из силовиков пришел на эту должность. Вот это четко я сегодня вижу.

Вот этот религиозный конфликт, который сегодня создается, а там этот конфликт обретает очень серьезные такие масштабы - митинги прошли, публикации идут в прессе, это муссируется в средствах массовой информации с разных точек зрения. У этого конфликта есть конкретные заказчики – люди, которые в этом заинтересованы, чтобы придать этому какую-то политическую окраску.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от москвича Александра.

Слушатель: Слушая все это, достаточно сложно увидеть какую-то ксенофобскую подоплеку. Мы знаем и слышим сплошь и рядом о противостоянии государственных структур по вопросам недвижимости с Русской православной церковью. Часто мы слышим о гонениях на православных священников. Так что именно ксенофобскую подоплеку здесь трудно увидеть. При этом когда происходит кощунство в отношении православных святынь, государство бездействует. Центр Сахарова привлекал должностных лиц, видных представителей гражданских институтов. Надо просто понимать, последние десятилетия либеральная интеллигенция упраздняет всяческие критерии, но при этом думают, что будут эксклюзивными пользователями этой свободы.

Владимир Кара-Мурза: Кстати, о православии. Не кажется ли вам, что при равенстве всех религий, отделения церкви от государства, официально Московская патриархия пользуется режимом наибольшего благоприятствования? Сейчас открывается телеканал «Спас», хотя у других конфессий нет эфирного времени.

Анатолий Пчелинцев: На самом деле у многих конфессий нет того, что есть у Русской православной церкви. Где-то это, наверное, оправданно. Потому что если возьмем статистику, то все-таки православных верующих больше. С другой стороны, я очень критически отношусь к тем начинаниям, которые исходят из лона Русской православной церкви, связанные с просвещением. Тот же самый телеканал «Спас». Когда я узнал, что одним из ведущих на этом телеканале будет священник Дмитрий Смирнов, я очень критически отнесся ко всей этой идее просветительской. Чему может научить этот священник, который неоднократно публично высказывал мысль о том, что сектантов надо идти и громить, если они есть в вашем районе? За это он не привлекался к ответственности. Я не исключаю того, что в какой-то завуалированной форме тоже самое прозвучит и на «Спасе». А с точки зрения отца Дмитрия Смирнова, сектанты – это все, кто не православные.

Сейчас обсуждается идея введения основ православной культуры в школе. Мы помним учебник Аллы Бородиной, вокруг которого были очень широкие дебаты. Дело уголовное было даже возбуждено по факту антисемитизма. Конфликт был сглажен. Но сейчас появляются другие учебники. Я недавно принимал участие в судебном процессе в Смоленске. Во время судебного процесса директор школы, обращаясь и к суду, и к присутствующим участникам сказал, а что вы от нас хотите, если нам сегодня дали учебник «Основа православной культуры Смоленской области», где на странице 162 буквально дословно написано следующее, что «время демократии и вседозволенности заканчивается. Сегодня всем протестантам и сектантам приходит конец». Директор, обращаясь к присутствующим, говорит: «Как мне быть как директору школы, как себя вести, если у меня в классе есть дети православные и есть протестанты?» В Смоленском крае традиционно всегда было много баптистов. Вот как вести себя директору школу, когда появляются такие учебники? Причем учебник под редакцией митрополита Кирилла. Вот эти непродуманные до конца учебные пособия, несут в себе колоссальную, к сожалению, отрицательную нагрузку.

Сейчас вот вышел учебник в Москве «Основы жизнедеятельности и безопасности личности» для 10-11 классов. Там есть глава, которая называется «Борьба с терроризмом». Когда я читаю, что к террористическим организациям в этом учебники причислена религиозная организация «Армия спасения», у меня как у специалиста, кроме улыбки это ничего не вызывает. Но у детей, которые верят большим дядям, которые эту чушь пишут, они это искренне воспринимают. Никаких доказательств, ничего.

Владимир Кара-Мурза: Автор сегодняшних публикаций в «Новых известиях» Александр Колесниченко считает, что власть сама провоцирует ксенофобию.

Александр Колесниченко: Везде стоят патрули, везде останавливают людей, которые не так одеты, не тот цвет кожи, не та форма носа, требуют у них документы, что унизительно и, в принципе, бессмысленно. Тем более, что тот же глава московской милиции Владимир Пронин признал, что у террористов, захвативших «Норд-Ост» с документами все было в порядке. Плюс к этому московская милиция регулярно публикует статистику, что чуть ли не половина преступлений совершается приезжими. Если начнутся массовые выступления оппозиции, всегда можно выпустить контролируемых властью и спецслужбами националистов, спровоцировать столкновение, приравнять одних к другим, то есть хулиганов и погромщиков к оппозиционерам, а затем при помощи милиции это все доблестно разогнать и отрапортовать, что задача по поддержанию общественного порядка выполнена.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Андрея из Подмосковья.

Слушатель: Хотел бы поговорить на счет сект. Одни мои знакомые вступили в секты Свидетели Иеговы и пятидесятники. Потом продали квартиры, а сами оказались в психушке. Как вы на это смотрите?

Анатолий Пчелинцев: Когда такой вопрос задают, я всегда требую конкретного факта, где, кто продал. Вот эти общие заявления о том, что продают квартиры, попадают в психушки, меня не убеждают. Мне нужны доказательства. Я приведу пример. Я принимал участие в судебном процессе в Магадане, где я представлял интересы пятидесятнической общины. В чем ее обвинили? В том, что она причиняет вред здоровью гражданам, разрушает семьи, в том числе обирает своих прихожан. Мы взяли статистику. Сколько разводов в Магаданской области? Нам ее принесли. 80 процентов браков распадается в течение первого года. Грустная статистика, печальная. Берем статистику в этой церкви. Ни одного развода. Более того, мы в суде приводим доказательства, что даже те браки, которые распались, когда одна из сторон пришла в церковь, привлекла к этому бывшую вторую половину, они опять сошлись и у них крепкая семья. Даже статистика не подтверждает этого.

Говорят, что причиняют вред психическому здоровью. Опять же приглашаем в зал судебных заседаний главного психиатра области. Он дает статистику, что на учете стоит до 6 процентов населения. В общине пятидесятнической полторы тысячи прихожан. Сколько прихожан стоит на учете? Ни одного. Одна женщина была, но она пришла уже с патологией.

Обвиняют в том, что они десятину несут в церковь. Десятина – это то, что Библии написано, что каждый христианин, в том числе и православный, должен церкви отдать десятую часть того, что имеет. Мусульмане 2,5 процента милостыни обязаны отдать нуждающимся. Что в этом плохого? Это свободный выбор человека. Он эти деньги дает на благотворительные цели. Когда говорят, что квартиры продают, я допускаю, что где-то это делается. Такие факты бывают. Приходят ко мне с конкретными фактами. Люди продавали квартиры и приглашали меня как адвоката, чтобы я помог им. Но я вам скажу, что с такими фактами ко мне приходит далеко не секта, ко мне приходят православные, которые свои квартиры завещают монастырям. После, приходя туда послушниками, разочаровываются, уходят, но не могут назад получить деньги и квартиру. Когда мы о таких фактах говорим, надо говорить конкретно – где это было, когда, с кем.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Георгия из Петербурга.

Слушатель: Как вы считаете, эти явления негативные являются временными или постоянно возвращаются? Какие конечные цели они все-таки преследуют? Может быть, они являются просто ширмой, обычным отвлекающим маневром от более важных планов?

Владимир Кара-Мурза: При царизме еще до отделения церкви от государства так притесняли иные конфессии?

Анатолий Пчелинцев: Безусловно. В этом году мы 100-летие отмечали указа о веротерпимости 1905 года. А до 1905 года все иные конфессии преследовались. У них были большие проблемы. За исключением мусульман, в меньшей степени иудеи, а у остальных были серьезные проблемы.

Владимир Кара-Мурза: То есть это такая традиция национальная?

Анатолий Пчелинцев: Это национальная наша традиция, к сожалению. Никуда мы от нее не денемся. Я должен привести факт, что 22 июня этого года ПАСЕ опубликовал доклад о религиозной ситуации в России. Там как раз отражаются очень серьезные тенденции ксенофобские, религиозной нетерпимости.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Михаила из Санкт-Петербурга.

Слушатель: Хотел бы пару слов сказать о росте ксенофобии. Дело в том, что я не думаю, что здесь какой-то рост. Вопрос – откуда он взялся? – тоже не очень уместен. Мне уже почти 40 лет. В этом году 20 лет, как я закончил школу. Учился в обычной питерской средней школе. Будучи евреем, наслушался там выше головы за свое детство и юность «теплых» слов от своих соучеников. Но они же не сами это придумали, значит, они это где-то дома подобрали, у родителей.

Владимир Кара-Мурза: Кстати, антисемитизм не только в Петербурге развит. Есть ли проявление именно религиозной нетерпимости к представителям иудаизма? Недавно в Марьиной Роще были избиты два раввина.

Анатолий Пчелинцев: Безусловно, есть. Таких фактов много. Но наученные горьким опытом, иудеи и священнослужители более осторожны. У них своя служба безопасности есть. Если незнакомый человек придет в молитвенный дом, в синагогу, к нему будет пристальное внимание. Факты такие есть. Периодически о них сообщают средства массовой информации – поджоги, избиения. Мое такое мнение, то, что сегодня происходит, к сожалению, рост, тенденцию к усилению ксенофобии, антисемитизму, все фобии к представителям других национальностей, этнических групп.

Владимир Кара-Мурза: Вице-спикер Государственной Думы от фракции «Родина» Сергей Бабурин сомневается в тезисах сегодняшнего доклада.

Сергей Бабурин: Шовинистическое насилие чуждо русскому человеку, ибо в русском национальном характере настолько много доброго и открытого в отношении людей всех национальностей, что говорить о насилии, каких-то вооруженных формированиях… Я не верю, что в России можно сформировать такие отряды. Значит, готовят это извне, подобно тому, как боевиков готовили в Польше и Литве для того засылки на Украину перед выборами.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Владимира Анатольевича.

Слушатель: Я хотел бы две вещи сказать. Мне кажется большая ошибка, что вы думаете, будто бы православие стоит в основе ксенофобии. Единственная сила, мне кажется, которая может противостоять национализму и ксенофобии – это только православие. Именно православное воспитание способно человека направить в русло любви к ближнему. И вот это передергивание оно не правильное. Потом я слушаю, что вы обсуждаете православие, оно черное, оно плохое. Но вы ведь никогда не тронете ислам, никогда не тронете иудаизм, буддизм. Вы только склоняете православие. Это большая ошибка, серьезная ошибка. От нее надо избавляться. Вы вольно или невольно сами являетесь ксенофобами.

Я говорю о скинхедах. Мне доводилось присутствовать, как скинхеды нападали на негра в автобусе. Так весь автобус русского народа встали на защиту этого негра.

Владимир Кара-Мурза: На счет православия. Мы здесь не обобщали, а говорили про конкретного священника.

Анатолий Пчелинцев: Я удивлен, как наш уважаемый слушатель передергивает факты. Мы не утверждаем, что в основе ксенофобии лежит православие. Нет. Мы говорим о множестве причин, которые сегодня порождают экстремизм. К сожалению, одной из причин являются неправильные действия православных священников и тех изданий, которые издаются. А как иначе говорить? Недавно широко освещался судебный процесс в Таганском суде по поводу погрома в Доме Сахарова, когда была разгромлена выставка «Осторожно, религия!». Кто за этим стоит? Все с ног на голову. Я не одобряю эту выставку. Я на этой выставке был. Я совершенно случайно, проезжая мимо, заехал посмотреть. Я там больше 10 минут не был, я ушел. Мне не понравилось, и я ушел. Но государство поощряет. Когда выставка была разгромлена православными активистами, вместо того, чтобы их к ответственности привлечь…

Владимир Кара-Мурза: Сначала их к ответственности привлекли, а потом переквалифицировали дело.

Анатолий Пчелинцев: Потом их полностью оправдали. Привлекли организаторов.

Владимир Кара-Мурза: Дело возбудили по факту погрома.

Анатолий Пчелинцев: Вот о чем мы сегодня говорим. Вот эти вещи недопустимы. Нужна четкая юридическая оценка этим действиям. К сожалению, не всегда она есть.

Владимир Кара-Мурза: Главный редактор журнала «Дружба народов» Александр Эбаноидзе рассуждает, откуда идет волна ксенофобии.

Александр Эбаноидзе: То, что мы часть общества отсекли и выбросили как бы, оттуда они и подпитываются. Те люди, которые возмущаются, им кажется, что их какие-то трудности житейские связаны с тем или иным наличием торговцев с юга или западных бизнесменов. Случаи начала каких-то волнений, каких-то событий, схожих с «оранжевой» революцией на Украине или с другими явлениями такого рода на постсоветстком пространстве вот возникают такие комбинации. Есть предположение, что эта комбинация не сама собой возникает, а что ее заранее заготавливают.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвичку Евгению Витальевну.

Слушатель: Я уже когда-то говорила в вашей программе, что у меня дед священник был расстрелян в 1924 году. При советской власти нас не водили ни в какую церковь, но дух деда оставался. То, что я вижу сегодня, это как-то совсем не то. Чтобы свою мысль прояснить, приведу Михаила Булгакова. Он, конечно, был воспитан более религиознее чем Алексий II. Если вы помните в «Белой гвардии» один из героев попадает в рай и видит красные палаты, приготовленные Богом для большевиков. Он говорит Богу: «Господи, они же в тебя не верят!». А Бог отвечает: «Ну и что». В этом как-то сразу все проясняется. А у нас в нашей церкви Алексия II они гарантируют, что в рай попадет только «Единая Россия» и Путин. Это обижает, может быть, это и вызывает какой-то протест. Все остальные оказываются обиженными.

Анатолий Пчелинцев: Хороший пример привели из Булгакова. Я другой пример хочу привести. Недавно патриарх Московский и Всея Руси Алексий II награждал одного крупного бизнесмена очередным орденом церковным. Тот искренне сказал: «Ваше святейшество, я и в Бога-то не верю». На что патриарх ответил: «Это неважно, что вы в Бога не верите, главное, что вы к церкви хорошо относитесь». Неважно, что вы в Бога не верите. Вот в этом беда наша.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем радиослушателя из Рязани Валентина.

Слушатель: Я бы хотел сказать, что людям разномыслящим в области веры очень трудно проживать вместе, я имею в виду на житейском уровне, на бытовом. Все остальное это чистая уголовщина, о ней и речи не должно быть. Но как-то должны разделяться люди: верующие – налево, другие верующий – направо, неверующие – уж не знаю куда.

Владимир Кара-Мурза: Как в Рязани обстоит дело с веротерпимостью?

Анатолий Пчелинцев: В Рязани у меня дел еще не было. Какие-то сигналы доносились, но, я думаю, такие чисто рабочие моменты. По-моему, все нормально там.

Владимир Кара-Мурза: Максим Шевченко, руководитель Центра стратегических исследование религии и политики современного мира, считает, что истинный национализм не агрессивен.

Максим Шевченко: Как правило, националистические организации – это организации, где существует культ здорового тела. Их преступления начинаются не с того момента, что они думают, что они говорят, а с того момента, когда они начинают совершать действия, которые противоречат свободе другого, противоречат Уголовному кодексу. Парадокс в том, что мы не можем заставить замолчать или даже собираться в лагеря, естественно, невооруженные тех, с кем мы не согласны.

Что же касается скинхедов, то опасность скинхедов сильно преувеличена, как мне кажется. Скинхеды в России курировались структурами МВД достаточно долгое время. Говорить о скинхедах, как об организованной силе, я бы не решился.

Владимир Кара-Мурза: Вопрос от Алексея из Подмосковья.

Слушатель: Я человек неверующий, но хорошо знаю историю Русской православной церкви, занимался этим. В истории было много примеров, когда церковь стояла вместе с народом в защиту интересов государства, нравственности, морали, причем в очень смелой форме. Сегодня, я смотрю, церковь строит храмы, церковь берет подачки от олигархов громадные – золото на крыши и так далее. Как бы не получилось так, как в 1917 году – строим, строим, церковь была с царем, царя прогнали ненужного и церковь начали громить.

Владимир Кара-Мурза: Падает ли авторитет религиозных учреждений за этим их служением мамоне?

Анатолий Пчелинцев: Сейчас буду говорить правду, и опять будут возмущенные радиослушатели. Если откровенно, то падает. Вы сегодня процитировали конституционный принцип отделения церкви от государства и равенства религиозных объединений перед законом, этот конституционный принцип не соблюдается. Сегодня идет сращивание Русской православной церкви с государством. Я с сожалением констатирую, что Русской православной церкви это нравится. Она получает некоторые блага, близость к телу руководителей региона или страны, участвуют в различных церемониях страны и так далее и тому подобное. Но церковь при этом забывает основную свою миссию - это служение Богу, это служение нуждающемуся человеку, милосердие. Сегодня эту миссию перехватили и очень активно протестантские церкви, создают центра реабилитации наркозависимых, алкоголиков.

К счастью или к сожалению, я не берусь это констатировать, мы наблюдаем, что Русская православная церковь свои позиции постепенно сдает. На рубеж выдвигаются очень активно протестантские церкви. Даже если мы будем смотреть по статистике, у них прогрессия по количеству регистрируемых религиозных организаций у них растет не в арифметической, а геометрической прогрессии.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Юрия Николаевича.

Слушатель: Я крещен в православии, но в то же время я состою в рядах Коммунистической партии Российской Федерации, где провозглашается принцип интернационализма. Руководствуясь этим принципом или идеологией, я зарегистрировал таджиков на своей площади. Знаете, какое я осуждение получил в нашем доме от бабушек, которые ходят в церковь и так далее. Они меня просто заклевали. Я сейчас разочаровался в православии, даже хочу перейти в общество Свидетелей Иеговы.

Владимир Кара-Мурза: Ощущается ли дискриминация мусульман в исконно православных регионах России?

Анатолий Пчелинцев: В связи с террористическими актами, ростом религиозного экстремизма сегодня, к сожалению, в традиционно православных регионах мы наблюдаем элементы дискриминации очень серьезные в отношении мусульман, причем законопослушных мусульман. Боясь каких-то террористических проявлений, когда сотрудник милиции останавливает на улице человека кавказской внешности, как говорят, как бы мы сегодня к этому уже все привыкли. Но если бы только этим ограничивалось. Сегодня подбрасывают наркотики, сегодня подбрасывают взрывпакеты, патроны. В ряде случаев это в судах доказывается.

Только что недавно закончился судебный процесс в городе Омске, когда молодому человеку, мусульманину, вменялось то, что он разжигает вражду религиозную, а он распространял книги Саида Нурси. Саид Нурси – это турецкий просветитель начала ХХ века. Его книги достаточно веротерпимы абсолютно. Они не несут в себе никакой отрицательной нагрузки. По этому поводу проводились экспертизы религоведческие. Ничего в них не нашли, но, тем не менее, ему вменили все равно эту статью. Суд оправдал его. А поскольку доказательств было недостаточно, сотрудники милиции подбросили ему взрывпакеты. В суде было доказано, что взрывпакет был подброшен. Он был полностью оправдан. Вот это реальность сегодняшнего дня. Суд второй инстанции, когда прокуратура обжаловала решение суда в первой инстанции, в кассационном порядке вынес частное определение в адрес Управления внутренних дел Омской области о том, что сотрудники милиции сами провоцируют межрелигиозные конфликты. Как написано в этом частном определении, они формируют у представителей законопослушной исламской общественности отрицательное отношение к государству. Вот это факт.

Еще один пример приведу. Заявление прокурора Краснодарского края, которое он недавно сделал публично на совещании представителей прокуратуры. «Мы будем бороться, - как он заявил, - с сектами всеми законными и незаконными средствами, если это понадобиться». Если это говорит прокурор, такого прокурора надо грязной метлой гнать из прокуратуры. Он как бы, тем самым, благословляет сотрудников – давайте, подбрасывайте наркотики, патроны, все что угодно делайте. В его понимании секта – это все те, кто не православные. Сейчас в Краснодарском крае идет судебный процесс. По местному телевидению показали передачу, где Церковь адвентистов Седьмого дня (это традиционно протестантская конфессия) обвинили в том, что они приносят в жертву людей. В городе Ейске якобы они убили двенадцать человек за год. Подняли статистику. В Ейске за год убито всего одиннадцать человек. Это все криминальные убийства. И их все повесили на Церковь адвентистов Седьмого дня. Вот где прокурору надо реагировать на такие передачи. После такой передачи стекла дважды разбили в церкви, угрозы по телефону идут в адрес членов Церкви. Вот где должен прокурор реагировать. Но он не реагирует. У него свое представление о законности, о Конституции, как ее надо исполнять. Он будет с ними бороться. С кем? С нашими гражданами? С людьми, которые законопослушные?

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Петербурга от радиослушателя Сергея.

Слушатель: Хочу сказать о своих наблюдениях. Недалеко от меня есть православный храм. У них такой маленький магазинчик есть. Там крестики продаются, иконки и прочее. Я насчитал там пять или шесть книг, откровенно говорю, фашистского содержания. Эмблема на одном была. Но это же все с ведома батюшки этой церкви идет.

И еще. Вот если у нас вызвать милицию на кражу, она ехала 1 час 20 минут – 1 час 40 минут. В то же время молодые ребята какой-то христианской конфессии бесплатно раздавали Библии, Евангелия и еще что-то, милиция приехала через 3 минуты. Часть книг выбросили и заставили их убраться. Я сам человек православный, вот у меня такие наблюдения.

Владимир Кара-Мурза: Это определенный пример сращивания властей с какой-то определенной конфессией.

Слушаем москвича Сергея.

Слушатель: Я неверующий, но я был возмущен, увидев и прочитав книгу, изданную по благословению преосвященного Вениамина, епископа Владивостокского и Приморского. Я более антисемитской книги не видел!

Анатолий Пчелинцев: Наши радиослушатели добавляют наши наблюдения, наши рассуждения. Мы в одном направлении думаем.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем радиослушателя Владимира из Липецка.

Слушатель: Хотел бы спросить, а не усугубляем ли мы эту тему во взаимоотношениях конфессий, религий, граждан? Не говорить нельзя, но может быть не в таких категоризмах оперировать? Может быть на сегодня не это столь актуально, а актуальна более составляющая? Сам термин «скинхеды», вы же понимаете, что в расшифровке это не применимо даже к молодежным движениям.

Владимир Кара-Мурза: Если проблему не обсуждать, то мы ее загоняем вглубь. Поэтому мы как раз противники этого, почему и называем вещи своими именами.

Анатолий Пчелинцев: Может быть, где-то даже умышленно обостряя некоторые вещи, чтобы привлечь внимание к проблеме, которая существует.

Владимир Кара-Мурза: Тем более что сейчас растет общественный интерес к этой теме. Слушаем москвича Александра.

Слушатель: Я хожу в приход, где настоятель Дмитрий Смирнов. Он постоянно в своих проповедях говорит о терпимости к разным нациям, постоянно проповедует толерантность. У меня к вам вопрос как к юристу. Действия в сахаровском центре, где выставлялись оскверненные иконы, оскорблялись святыни, они не нарушают религиозные права граждан, в том числе исповедующих протестантские деноминации. Когда женщина вырвала антисемитский лозунг у дороги, она нарушила чье-то право на творческое самовыражение? Это был погром? Только не говорите, что экспонаты в сахаровском центре имеют большую художественную ценность, чем антисемитский лозунг у дороги.

Анатолий Пчелинцев: Я вообще не увидел никакой художественной ценности в этой выставке. Я сказал свое отрицательное отношение к ней. У нас есть свобода художественного творчества, свобода слова, свобода на самовыражение. Художник имеет право на свое выражение в каком-то художественном образе того, что он видит в повседневной жизни. Например, на этой выставке какие экспонаты я видел? Я видел бутылку водки.

Владимир Кара-Мурза: Это пародировалась причастность церкви к беспошлинному ввозу алкоголя.

Анатолий Пчелинцев: Это ответ художника на то, что не должна церковь делать. Он в своем образе, в своем мировоззрении так это понимает. Он пытается до зрителя это донести, но осуждать его за это нельзя. Мне не понравилось, я ушел, но он имеет на это право. Он имеет право привлечь внимание общественности, что церковь не должна заниматься алкоголем, не должна заниматься табаком. А как иначе? Вот он так это видит.

Владимир Кара-Мурза: Заместитель председателя по делам религиозных организаций Александр Чуев считает, что проблему ксенофобии раздувают искусственно.

Александр Чуев: Говорить о какой-то серьезной националистической опасности сегодня, с моей точки зрения, мягко говоря, необоснованно. Может быть, в этом заинтересованы те, кто уже достаточно долгое время раздувает эту националистическую опасность для того, чтобы изменить законодательство. На этом фоне и на фоне того, что существуют внутренние межнациональные проблемы, существует серьезная проблема вымирания русского народа, конечно, национальные настроения в народе растут. Другое дело, что задача власти постараться каким-то образом направить эти настроения в конструктивное, созидательное русло, чтобы это не привело к появлению каких-то разрушительных идеологий. Но если мы будем постоянно пугать национализмом, если мы будем постоянно везде кричать о том, что вот уже 15 тысяч боевиков и так далее, мы тем самым будем способствовать еще большей радикализации наших граждан.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Геннадия Васильевича из Санкт-Петербурга.

Слушатель: Пугать, наверное, не следует. Мы и так напуганные. 20 лет перестройки вполне достаточно. Большевики тоже в свое время, когда не получилось по-ихнему, потом они начали и церковь, и парки уничтожать, а потом и за народ взялись.

Владимир Кара-Мурза: Будем считать это репликой. Слушаем вопрос от Олега из Петербурга.

Слушатель: У вас в передаче прозвучало обвинение отцу таджикской девочки в торговле наркотиками. Адвокат не защитил его этого обвинения. Но, как известно, обвинение ему в торговле наркотиками предъявлено не было, а таджикская девочка просто каталась на горке в позднее время суток.

Владимир Кара-Мурза: Велик ли рост ксенофобии? Велика ли его угроза? Как констатируют сегодня правозащитники?

Анатолий Пчелинцев: С моей точки зрения, такая угроза реально существует. Тенденция к увеличению ксенофобии наблюдается в нашей стране.

Владимир Кара-Мурза: Какие меры, по-вашему, следует предпринять?

Анатолий Пчелинцев: Думаю, что со стороны государства сегодня нужны реальные меры. Не такие, как в свое время было постановление правительства о формировании толерантного сознания среди молодежи. Оно оказалось пустым, к сожалению. Реально никаких положительных сдвигов не было. Сегодня нужна какая-то государственная программа. Сами государственные мужи, первые лица государства должны показывать пример уважительного отношения к представителям иных национальностей, религии, этнических групп и так далее.

XS
SM
MD
LG