Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Замена праздников в России


Владимир Кара-Мурза: Сегодня впервые в послеоктябрьской истории день 7 ноября не был праздничным. Однако вопреки замыслу авторов идеи его замены на День народного единения 4 ноября, колонны митингующих коммунистов и их союзников были как никогда многолюдны. Как воспринимать сегодняшние события, как воспринимать события октября 17 года и почему власть демонстративно их игнорирует? Об этом беседуем с Борисом Славиным, советником президента Михаила Горбачева, доктором философских наук, специалистом по истории Октября 17 года. Как вы считаете, удастся власти, отменив 7 ноября как праздничный день, вытеснить эту дату из сознания соотечественников?

Борис Славин: Я думаю, это просто невозможно, и по многим причинам. Праздник, символизирующий революцию, которая тоже не зависит от власти, является стихийным явлением, воплощаясь в праздник, становится достоянием народа, искоренить просто невозможно. Это же было событие, которое перевернуло в буквальном смысле мир. Потому что впервые к власти в октябре 17 года пришли низшие классы общества, чего не было до сих пор. И это событие укоренено в российском народе, и изменить, просто по чиновничьему указу отменить этот праздник просто невозможно. Это первое.

Второе – это только у нас в России чиновники могут делать такие вещи. Например, если возьмем Францию, то она до сих пор гордится тем временем, когда произошла великая Французская революция. И хотя французы по-разному относятся к этому празднику, но никому в голову не приходит отменять его.

Владимир Кара-Мурза: День Парижской коммуны не все французы отмечают.

Борис Славин: Это тоже так. Но гимн, который сопровождал революцию, до сих пор является гимном французов.

Владимир Кара-Мурза: Тележурналист Сергей Доренко считает отмену 7 ноября оскорблением нации.

Сергей Доренко: 7 ноября – это часть жизни, часть истории, с которой люди не согласны расставаться. Просто люди привыкли к этому – это часть. Им обидно, что у них как бы отняли историю, как бы отняли их собственную жизнь, жизнь их отцов. Поссорить их с дедами, с отцами. Вот это неприятно не только коммунистам, но и в том числе советским консерватором. Так что власть сделала ошибку. И еще важная вещь – власть не дала полноценной замены. 4 ноября, которое призвано стать полноценной заменой и с помощью церкви сформулировать некую новую идеологему власти, было перехвачено возможно, а возможно власть это и замышляла, нацистами.

Владимир Кара-Мурза: Как вы относитесь к новой дате 4 ноября?

Борис Славин: Я полностью согласен с Доренко. Во-первых, эта дата не укоренена в нашем народе, во-вторых, носит в известной степени шовинистический характер, ибо настраивает Россию против Польши, а Польшу против России. Насколько мне известно, это уже проявилось со стороны поляков, которые отреагировали на введение этого праздника. Потом чисто исторически трудно понять, что были за события 4 числа. Как мне говорили профессиональные историки, 4 числа был подписан указ, в результате которого был освобожден только Китай-город. А на самом деле освобождение началось 7 ноября. Так что, даже следуя этой логике, нужно было ввести. Дело не в этом, я хотел среагировать на Доренко, на его выступление. Я хочу сказать, что он выдвинул идею, что это стимулировало фашистские, националистические настроения – совершенно точно. Выбивая левых в России, вы всегда получите крайне-правых. К сожалению, власть этого не понимает, что очень прискорбно.

Владимир Кара-Мурза: Он считает, что власть это делает сознательно и культивирует крайне-правых. Это перебор?

Борис Славин: В известной степени - это да. Придя к власти как либералы, они становятся консерваторам. Если судить по такому идеологу как Михалков, этому новому Суслову у нас, то дело будет двигаться именно к этому.

Владимир Кара-Мурза: Кстати, о Михалкове. Главный редактор газеты «Завтра» Александр Проханов так и не признал день 4 ноября.

Александр Проханов: Праздник, придуманный Михалковым, он же проходит под эмблематикой изгнания из Москвы чужеземцев, изгнание из Москвы чужестранцев. Поляков, шляхов, то ли евреев, то ли азербайджанцев с таджиками – это неважно. Поэтому молодые люди шли под лозунгами «Москва для москвичей», «очистим Москву от иноземцев и инородцев». А это на фоне происходящего в Париже сейчас чревато огромной стратегической бойней.

Власть устроила борьбу праздников, борьбу идеологий, она устроила борьбу костей. Нашему народу предлагается такая доля гробокопателей и этим самым отвлекается опять внимание от идеи развития.

Борис Славин: Проханов говорит совершенно правильные вещи. К сожалению, только в своей газете он не всегда отражает правильные идеи. У него очень часто в газете мелькают те идеи, против которых он сейчас высказался.

Владимир Кара-Мурза: Это парадокс - он журналист, хотя отчасти и политик. Слушаем вопрос из Армавира от радиослушателя Сергея.

Слушатель: Добрый вечер, господа. Дело в том, что, судя по сегодняшнему дню, многие люди хотят праздновать 7 ноября. Лично о себе скажу, я никогда не был коммунистом, не стремлюсь к этому, но даже у нас в городе собирались. Хочу еще сказать, согласны вы или нет: перенесли 4 ноября. А в Америке 4 июля, неужели какое-то знаковое число? И если отменили 7 ноября, то давайте отменим 9 мая. Потому что 9 мая была победа, Германия фашистская воевала против советской власти, а 7 ноября – это советский праздник.

Владимир Кара-Мурза: Спасибо, Сергей. Как вы считаете, загоняя в подполье праздник 7 ноября, придает ли власть ему дополнительную привлекательность, как когда-то при царизме было с 1 мая?

Борис Славин: Безусловно. Это особенно для России запретный всегда сладок. И чем больше будут запрещать праздник, тем больше людей будут к нему тянуться. И сегодня, слушая телевидение, я понял, что это происходит. Стали уменьшать цифры участников демонстрации 7 ноября, говорить, что это гораздо меньше, чем заказано. В то же время вынуждены сказать, что, несмотря на дождь и снег, во многих городах люди вышли на улицу. Вот все это как раз следствие того, что запрещают то, что люди хотят делать и хотят отмечать. Самое главное, что власть презентирует себя как власть демократическую, а запрещать то, что празднуется народом, какая же это демократия?

Владимир Кара-Мурза: Радиослушатели по пейджеру напоминают, что Французская революция не всегда была праздником. В годы реставрации Бурбонов это был тоже запрещенный праздник. Нечто похожее на 7 ноября.

Борис Славин: Этот человек проводит аналогию. У нас тоже своеобразная бурбонизация России происходит.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от москвича Сергея.

Слушатель: Здравствуйте. Вопрос такой может риторический в большей степени. Я не пойму, как можно праздновать праздник, который явился началом, когда положили несколько десятков миллионов человек. Какой нормальный человек может праздновать этот праздник?

Владимир Кара-Мурза: Празднуется не день политических заключенных и начало массовых репрессий, празднуется день Октябрьской революции.

Борис Славин: Во-первых, надо отметить, что Октябрьская революция, если этот день имеет в виду, этот праздник, она была одной из самых бескровных революций в истории. Погибло несколько человек в Петрограде и несколько десятков человек в Москве, что по сравнению с другими революциями или гражданской войной в Америке является совершенно бескровным явлением. Если он имеет в виду, что были положены миллионы людей в ходе гражданской войны, то этот вопрос нужно специально обсуждать, каковы причины, и какова мера красного и белого террора. Это особый вопрос.

Владимир Кара-Мурза: Герольдмейстер Российского императорского дома Станислав Думин считает, что идет логичный процесс смены государственных праздников.

Станислав Думин: Если говорить о Дне национального примирения и смутного времени, конечно, такой датой национального единения стала дата избрания царем Михаила Федоровича Романова. Вот это был акт единения. Появился новый глава государства, и люди сумели преодолеть рознь. Если бы наше правительство было бы более последовательно, то может быть и названия наших улиц звучали по-другому. Но до сих пор революционная символика присутствует не только в Москве, но и в других городах. Мы живем в переходную эпоху, когда в нашей идеологической сфере, в сознании людей еще не устоялось отношение к собственной истории.

Владимир Кара-Мурза: Вопрос от радиослушателя был риторическим, и звучало мнение герольдмейстера Российского императорского дома Станислава Думина, что власть недостаточно последовательно в смене праздников. Надо было отмечать и реставрацию монархии, в данном случае, воцарения Романовых и надо было бы переименовать все улицы, которые связаны с героями 7 ноября.

Борис Славин: Я никак не могу с этим согласиться. Монархия ушла в прошлое, в историю. Можно говорить о конституционной монархии, но монархия, которая держалась на помещичьем укладе и отмена которого началась 61 года 19 столетия, сегодня ностальгировать по этому времени, мне кажется, противоречие всему ходу истории. Что касается переименования улиц, то я абсолютно не сторонник этому. Каждое новое время должно давать имена новым улицам. И таким образом выстроить целый ряд истории, можно обучать по улицам молодых людей нашей истории. Но когда переименовываются улицы и возвращаются старые называния совершенно нелепые. Например, была переименована улица имени выдающегося демократа Герцена. Чем он помешал демократической власти, совершенно непонятно. Такие метаморфозы, мне кажется, не украшают нашу власть.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Санкт-Петербурга от радиослушателя Александра.

Слушатель: Добрый день, Владимир. Сергей Кара-Мурза, как мне только что подсказали – это ваш двоюродный брат с великолепной статьей «Плевок в прошлое» в газете «Россия». Блистательная статья, все акценты абсолютно точно расставлены. Я как антикоммунист, которым всегда останусь, тем не менее, хотел все-таки две параллели провести. Точнее, антикоммунист я в плане проекта, но не в плане идеи, в плане идеи я как раз и есть коммунист, как и большинство этого социума, который был организован как соборный этнос и таковым и останется, что бы нам ни говорили. Две параллели, которые хотелось провести. Николая Второго причислили к лику святых. Когда начинаешь возмущаться, говорят: его же причислили не за то, что его кровавое воскресенье, Ходынка, ввержение в первую империалистическую войну. А за то, что он пострадал как великомученик, был безвинно расстрелян. В связи с этим и октябрь в этом смысле как мечту человечества они не хотят принимать. Я так понял установки нынешних бывших комсомольцев, большинство профсоюзных боссов акцент как раз на то, что превратить страну из страны соборной страну холопов и господ.

Владимир Кара-Мурза: Справедливости ради скажем, что бывший член политбюро президент Ельцин все-таки не дошел до того, чтобы отменить выходной день 7 ноября.

Борис Славин: Я думаю, что это разумно, что даже Ельцин до этого не дошел, а сегодня решились на это. К сожалению, не задают вопросы. Это вопросы-реплики, когда он начал говорить о весне человечества и так далее, будучи антикоммунистом, тоже не очень понятно. Но самое главное он ухватил. Он ухватил то, что революция – это явление, которое не заказывается и которое совершается самим народом, поэтому и праздник отмечается самим народом, в принципе невозможно отменить. Ибо последствия революции и люди, которые совершали, и дети и внуки, они будут помнить этот праздник. Это понятно, потому что еще живы те люди, отцы которых и деды которых совершали эту революцию, в отличие от праздника 4 ноября, где полностью связи потерны абсолютно. Может быть они хранятся только в православной церкви, а самим народом они не понимаются и не отмечаются.

Владимир Кара-Мурза: Это отчасти сродни тому явлению, как во времена советской власти справляли тайком христианские праздники. Может быть и сейчас перевернулось.

Борис Славин: Но здесь советская власть совершила ошибку. Я считаю, что атеизм, навязанный силой, не способствует атеистическому воспитанию, а плодит как раз верующих.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Игоря Анатольевича из Москвы.

Слушатель: Добрый вечер, Борис Федорович. Я помню нашу последнюю встречу, когда вы работали в газете «Правда» на 8 этаже, с Махриным, кажется, напротив сидели. И вот тогда вы говорили о русской нации, что русские - была до революции такая нация шовинистов, угнетателей других народов. Большевики пришли к власти, аннулировали эту нацию как таковую и все мы стали советскими. И говорить о том, что я - русский (тут вы делали выражение лица) – да это же национализм, шовинизм. Скажите, пожалуйста, вы до сих пор так прочно стоите на этих позициях?

Борис Славин: Я думаю, что я вообще в принципе не мог этого говорить. Я сам по убеждениям являюсь интернационалистом. Интернационалист – это не космополит, который отказывается от национальной принадлежности, а человек, который видит за национальностью социальные корни, ищет их и исходит из них. Это не значит, что он отрицает те или иные нации. Поэтому говорить о том, что я подменил слово «русский» словом «советский» или пытался отрицать русскую нацию – это просто нонсенс какой-то. Может быть он с кем-то спутал меня.

Владимир Кара-Мурза: Может во времена газеты «Правда» шла дискуссия, нужна ли российская компартия, не было же российских институтов в рамках СССР, в частности, компартии.

Борис Славин: Если он упоминает те времена, тогда как раз ставился вопрос о создании российской компартии, которая сегодня образовалась в КПРФ, преобразовалась. А проблема игнорирования национального вопроса – это явление совершенно несвойственно подлинным марксистам и коммунистам того времени.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем Николая, радиослушателя из Курской области.

Слушатель: Уважаемые господа, если разрешите, я коротко, что увидел за эти дни. Во-первых, двух орденоносцев господина Пушкова и Глазунова, которые хотели для России все как лучше. Глазунов сказал, что самое главное для России, чтобы ее возродить – это смертная казнь, начиная с проституции и так далее, не буду дальше комментировать. Пушков сделал большой уклон – врагов много, и поляки такие-сякие, и оранжевая зараза. И УПА приравнял, все время подчеркивал, что на стороне фашистов воевали. Я думаю, что за это пора на него подавать куда-нибудь. Беларусь очень интересно было, все-таки у них старый флаг и настоящий праздник проводится. Я бы хотел напомнить, что у нас было 15 миллионов коммунистов, может в живых осталось 7, представляете, если бы они вышли. Они никогда не выйдут, многие, наверное, забыли все это дело. И буквально я еще хотел сказать: поползали нам возложение цветов. Он взмахнул рукой, все пошли - молодые табачные капитаны, нахимовцы были. И сегодня ГДР - Гвардейская девятая рота, министр обороны раскритиковал максимально, а сегодня все каналы показывали с одного ракурса, где министр обороны смотрит в рот и все кивает и кивает великому фильму.

Владимир Кара-Мурза: Тоже радиослушатель подметил рост шовинизма и даже который льется с телеэкранов. Ощущаете ли вы такую тенденцию?

Борис Славин: Это трудно не ощущать. Вы недавно делали передачу о националистических выступлениях. И сегодня мы видим с экранов антипольские выступления. Этот шовинизм порождает ответный шовинизм со стороны польской стороны, который сегодня говорит о том, что Россия катится к империи.

Владимир Кара-Мурза: Фильм «9 рота» воспевает афганскую войну.

Борис Славин: Это тупиковое явление. Я думаю, что правление, я называю либеральным консерватизмом, которое сегодня утверждается нашей властью, - это совершенно тупиковое явление, будет только плодить социальный и национальный конфликт.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Юрия Николаевича.

Слушатель: Здравствуйте. Я хочу сказать, что в программе КПРФ, возглавляемой Геннадием Андреевичем Зюгановым, есть пункт, провозглашающий равноправие всех народов, запрет национализма и шовинизма. Отменив этот праздник 7 ноября и учредив 4 ноября, кремлевская власть намеревается внедрить в сознание общества идеи национальной розни, нетерпимости. Утвердив этот чертов праздник 4 ноября, Россия продемонстрировала свою вражду с Польшей. Воюя на Кавказе с собственным народом, эта бездарная власть натравливает дебилов, маршировавших 4 ноября, на народы кавказской национальности.

Владимир Кара-Мурза: Я думаю, что вряд ли 7 ноября отменили из-за того, что у Геннадия Андреевича Зюганова такая гуманистичная программа. Вряд ли этим руководствовалась власть.

Борис Славин: Я не хотел бы комментировать Зюганова, он сегодня вы ступал на митинге и говорил вещи, что 7 ноября – это праздник, который объединяет и православных, и верующих и неверующих, и левых и правых. Я лично с этим не согласен. Я считаю, что 7 ноября – это праздник, связанный с революцией, которая совершалась как раз под руководством левых сил. Будучи социал-демократом по убеждениям, я хочу сказать, что тогда социал-демократия по-разному отнеслась к этому празднику. Одни приняли революцию, другие ее критиковали, третьи умеренно к ней относились. Но говорить о том, что этот праздник не выражает интерес громадной части населения сегодня с различными убеждениями, мне кажется, совершенно неверно. Сегодня, когда говорят и выступающие на митинге, я видел, что выступал Лимонов, который прямо призывал к революции, апеллируя к Ленину, я прямо хочу сказать, что революция не делается ни по заказу существующей власти, ни по заказу оппозиции.

Владимир Кара-Мурза: Бывший член политбюро ЦК КПСС Олег Шейнин убежден в величии Октября.

Олег Шейнин: Революция перевернула весь мир, я уже не говорю о том, что развалилась вся колониальная система. Поэтому можно перечислять сколько угодно, но столько, сколько дал октябрь, никакое событие за все время существования человечества, такого результата никогда не давал. 7 ноября будет обязательно восстановлено. По крайней мере, мы сделаем все для того, чтобы вернулся не только как праздничная дата этот день, а чтобы вернулся Советский Союз, советская власть и социализм. Власть помогает нам очень хорошо в этом. Потому что так душить народ, как она душит, я думаю, долго власть такая не продержится.

Борис Славин: Что я хотел бы сказать в связи с этим? Я думаю, что вообще революции не заказываются никем. Они есть стихийные явления, и они возникают тогда, когда не решаются проблемы, острейшие проблемы. В 17 году это была проблема земли, проблема хлеба, проблема мира, проблема нации. Отсюда лозунги, которые выдвинули большевики и которые были поддержаны основной массой народа. Большевики бы и пять минут не удержались у власти, если бы их не поддержал народ. Они тогда выдвинули лозунги, которые выражали интересы большинства людей России. Крестьянство жаждало земли, рабочие хотели взять фабрики и заводы под свой контроль и все жаждали мира. И то, что не сделал Керенский, не смог установить мир, то сделал Ленин, выдвинув лозунг мира. Поэтому, безусловно, отменяя праздник Октябрьской революции, власть, мне кажется, признается в своей неспособности решить проблемы. Она боится революции, боится повторения оранжевых или розовых или каких-то других на российской почве и поэтому отменяет все, что напоминало бы революцию. Но мне кажется, что это выхлоп вхолостую, это никак не связанные явления между собой. Праздник революции, еще раз повторяю, - это символ той революции, которая была в 17 году. Если говорить о новой революции, то если власть не решит тех проблем, которые она поставила, я имею в виду проблемы бедности, о которой неоднократно говорил Путин, проблему федераций, проблему отношения с местами, с регионами, ибо жизнь в Москве и жизнь в регионах – это разные вещи. Если эти проблемы не будут решаться, то вполне возможно, что и у нас будет революция.

Владимир Кара-Мурза: Она, как правило, начинается в столицах, поэтому опасность исходит не из регионов для власти, а из того, что в Москве вышли на улицу столько тысяч человек и молодежь в их числе.

Борис Славин: Здесь большую роль играет Лужков, который во многом предупредил революционные тенденции. Когда был издан закон 122, и вышел народ на улицу, недовольный этим законом, он все-таки сумел Москве сбалансировать, стабилизировать и в этом смысле во многом помог Путину. Но если Путин не будет решать те проблемы, о которых он сам же и говорит, то, конечно, общество будет двигаться к этому. Я в данном случае не согласен с Зюгановым, который говорил, что есть лимиты на революцию. Тем паче не согласен с Путиным, который говорит, что нужно запретить всякие революции. Это не зависит ни от Зюганова, ни от Путина.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от Юрия из города Новомосковска.

Слушатель: 7 ноября 1917 года по новому стилю мой дед служил в полку в третьей пулеметной роте и принимал участие во взятии Зимнего дворца. Для нас это не было никогда семейным праздником. 7 ноября – это 7 ноября. У нас с праздниками вообще что-то творится такое. Отменили при Сталине свержение самодержавия, выдумали 23 февраля - день рождения Красной армии, а до этого было по-другому - День всенародного отпора врагу назывался, выдуман был Зиновьевым и Каменевым. Сейчас День защитника Отечества выходной. Сейчас 4 ноября. А есть еще другие даты. В 1572 году 2 августа вообще решалась судьба России, там битва, ее можно смело ставить на уровень Куликовской битвы.

Владимир Кара-Мурза: Главное, чтобы об этом не задумались кремлевские политтехнологи, а то начнется чехарда праздников. Как вы относитесь к тому, что не будет в декабре впервые отмечаться День конституции?

Борис Славин: В общем, этот вопрос, который поднял слушатель, что идет чехарда отмены праздников. Если не будет отмечаться День конституции, то ставится вопрос о том, о какой конституции идет речь. Если речь идет о той конституции, которая была принята в 93 году или о той конституции, которую Сталин когда-то утверждал, или о той, которую Брежнев утверждал. Все это не красит наше общество, в целом Россию, когда сначала с приходом нового руководителя устанавливаются праздники, а с уходом отменяются. Поэтому в данном случае, я считаю, что чехарда, о которой сказал слушатель, - это совершенно точная формулировка того, что у нас в России происходит. Этого не должно быть, конечно.

Владимир Кара-Мурза: Лидер Международного евразийского движения Александр Дугин приветствует восстановление праздника 4 ноября.

Александр Дугин: Я думаю, что идея развести праздники на 4 и 7 была очень разумной и оправданной. При этом сейчас не было никаких притеснений коммунистов, им дали возможность пройти маршем. Люди, которые празднуют 7 ноября, они спокойно отпраздновали, а отдохнули все 4 числа. А постепенно, через два-три года мы будем праздновать 4 ноября очень бурно. Надо не стесняться, а говорить о величии России, о наших подвигах, о том, что мы великая держава и были, и являемся ею, и будем еще более великой. В этом ключе, конечно, мы будем праздновать 4 ноября постепенно полностью и с душой.

Борис Славин: Мне трудно спорить с Дугиным, который был всегда идеологом национал-большевизма и сегодня разошелся с Лимоновым. Лимонов оказался на празднике, выступал с речью, призывал к революции. А Дугин сегодня призывает праздновать 4 ноября.

Владимир Кара-Мурза: Он был, кстати, организатором марша в центре Москвы в пятницу.

Борис Славин: Это современный идеолог национал-большевизма, который сегодня ностальгирует по прошлому. Вообще будущее для Дугина – это прошлое. Конечно, такие настроения есть, но я не думаю, что они являются выражением интересов всего русского народа.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от москвички Киры Николаевны.

Слушательница: Добрый вечер. Уважаемые товарищи, хочется подчеркнуть, что наше правительство наш народ просто не уважает, когда таким образом так легко росчерком пера меняет время праздников. Основное, что у нас государства сейчас, у нашего народа отняли гордость за то время, когда мы жили. После той войны, которую победил наш народ в 45 году, за короткий срок были восстановлены фабрики, заводы, детей растили, поднимали. У нас не было ни Стабилизационного фонда, у нас не было доброжелателей ниоткуда.

Владимир Кара-Мурза: Кстати, чтобы уравновесить этот крен, правительство считает 7 ноября праздником годовщины парада на Красной площади в дни обороны Москвы. Сегодня был парад ветеранов войны. Поэтому как-то попытались хотя бы с ветеранами не ссорится, но умалчивают, в честь чего был парад. А парад был как раз в честь Великой Октябрьской революции 24 годовщины.

Борис Славин: Вообще попытка противопоставить патриотическую версию нашей истории советской истории или революционной истории, мне кажется, тоже ни к чему хорошему не приведет. Невозможно отделить одно от другого. В 17 году была создана советская страна, создана советская власть, этой власти присягали солдаты, шли на войну, этой власти присягали те, кто совершал парад в 45 году. И вот попытка отделить, закамуфлировать. Как я помню, при Ельцине было, когда Ленина на мавзолее закрыли ветками или цветами. Я тогда разговаривал с участниками военного парада, они возмущались. Все это неправда - это лицемерие, а на лицемерии невозможно сделать большую политику. Это, мне кажется, прокол существующих идеологов и тех советников, которые рекомендуют нашему руководителю такие вещи.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос от москвича Муслима.

Слушатель: Здравствуйте. Я вас поздравляю с праздником. Владимир, вас лично поздравляю. Я хочу вашему гостю задать вопрос. Горбачев, когда Алиев лежал в больнице, ему не стыдно послать своих подручных и заставлял Алиева подписать, что он не в состоянии руководить?

Владимир Кара-Мурза: Я такой случай не припомню. Я знаю, что Алиев много лет благополучно руководил Азербайджаном, когда от власти отошел Народный фронт.

Борис Славин: Я просто как помощник Михаила Сергеевича могу сказать, что о Горбачеве сегодня ходит колоссальное количество мифов. Один из главных мифов заключается в том, что он якобы развалил союз. Хотя он до конца своих дней боролся за обновленный союз, делал все, чтобы его сохранить. И есть прямые подписанты, которые отменили союз, распустили союз. Они, конечно, выступили против Горбачева. Метив в Горбачева, они развалили союз. Но почему сейчас предъявляют такие претензии Горбачеву? Я думаю, что вопрос, связанный с Алиевым, тоже из той же области – области мифологии.

Владимир Кара-Мурза: Лидер Партии экономической свободы Константин Боровой видит в праздновании 4 ноября националистический оттенок.

Константин Боровой: Кремль странным образом вытесняет коммунистические праздники, замещая их в некотором смысле националистической идеей. Антипольский получился праздник 4 ноября. Долго этот праздник не продержится, я очень надеюсь, что он долго не продержится. Потому что он находится в рамках идеологии ненависти. Идеология современной власти, которая пытается воспитать в обществе нелюбовь, ненависть ко всему окружающему Россию.

Борис Славин: Удивительно, что эти слова произносит Боровой, который стоял в свое время в начале 90 годов на позиции неприятия красно-коричневых. Тогда, когда были соединены две вещи – цвет коричневый и красный – это как раз послужило основой выбиванию левой идеи из страны, как я считаю. А выбивание левой идеи, как я уже говорил, сразу же приводит к усилению ультраправой идее, коричневых людей, которые выходят сегодня на улицу. В этом смысле праздник 7 ноября как раз мог бы стать альтернативой. Так же, как коммунисты и социал-демократы в Германии были альтернативой нацистов. Попытка выбивать левую идею, каким-то образом ее дискредитировать и воспевать, предположим, Александра Третьего, культивировать культ этого человека или культивировать культ шовинистических идей в России, я думаю, это то, что будет поощрять движение национализма и шовинизма в России.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Петербурга от радиослушательницы Светланы.

Слушательница: Здравствуйте. Мы рождались в свое время и нам в родильном доме внедряли любовь к партии, и мы ее любили, пока не стали сами понимать что-то. Скажу одно: мне много лет, и я вычислила одну вещь – КГБ делало все, чтобы выйти из подполья, и вот они пришли к власти. Но выросли они все из недр партии. И что-то сейчас Геннадий Зюганов переживает, ведь это одно целое. Я в политпросвещении случайно попала на занятие агитаторов, там было три тысячи человек. И вот эту программу, которая с 90 годов у нас внедряется насильно, разработала наша партия. А нынешняя власть, они между собой борются. Вот эта нынешняя власть, кстати, с криминальным прошлым и с преступным настоящим, она сейчас сеет раздор. Нам постоянно говорят о Париже. А когда в Москве мальчику милиция выстрелила в голову, вся страна промолчала. Избили Благовещенск, вся страна промолчала. Вот в этом наша беда. Хватит говорить об Октябре, хватит говорить о Ленине, давайте его похороним, давайте будем жить в своей стране и думать, самое главное - думать.

Владимир Кара-Мурза: Справедливости ради скажем, что от рук госбезопасности больше всего как раз пострадала коммунистическая партия. Почти все члены ЦК, избранные на 17 съезде, были расстреляны и делегаты даже этого съезда победителей. То, что НКВД вышло из недр партии, разоблачались потом, что встали над партией.

Борис Славин: Слушатель задал очень сложный вопрос. Я разделяю основную ее идею – нужно думать. А думать – это значит не смешивать в истории одни течения, одни движения и другие. Например, существуют, я говорил о мифах, связанных с Горбачевым, но существуют и другие мифы, например, мифы отождествления Сталина и Ленина, которые сегодня культивируются очень много, в том числе и КПРФ. Существуют мифы такие, которые не дают просто ничего для понимания нашей истории. Конечно, я с вами полностью согласен, Сталин был одним из первых людей, который отстреливал соратников Ленина. И практически все ленинское бюро, за исключением Троцкого, который погиб в эмиграции, было уничтожено Сталиным. И этот был как раз отход от идеалов Октября, праздник, который мы празднуем. Но для того, чтобы в этом разбираться, нужно просто знать историю и думать. То, что слушательница сказала, что КГБ и коммунисты – это одно и то же, это, конечно, совершенно различные вещи. Хотя КГБ и выступало как инструмент партии, но оно обладало своей относительной самостоятельностью при Сталине. После смерти Сталина партия начала наводить контроль над КГБ.

Владимир Кара-Мурза: Как раз дети Сталина стали жертвами КГБ. Василий Сталин отсидел 8 лет в лагерях, а Светлану затравили, она уехала в Америку. Так что даже и Сталину, условно говоря, его потомству доставалось от того же самого КГБ. Слушаем москвича Евгения Васильевича.

Слушатель: Добрый вечер. Мы на днях беседовали по этому телефону с Константином Боровым, и он меня обозвал националистом. Он глубоко ошибается. Я перескажу его предложение. Константин Боровой утверждает, что Ельцин предал демократию, и вторичной ошибки демократы не сделают, чтобы выдвинуть на лидера такого же подобного кандидата. Так если Виктор Иванович Илюхин предлагает судить Ельцина за предательство и либералы тоже предлагают его осудить, так может быть как перевертыша пора Ельцина и привлечь к народному суду и поставить точку над победой либерального фронта?

Владимир Кара-Мурза: Виктор Иванович Илюхин предлагал Михаила Сергеевича Горбачева привлечь к суду, вы чуть перепутали. Как раз это полный антагонист Ельцина. Мы сегодня уже упоминали Бориса Николаевича всуе, он как раз не дошел до того, чтобы отменить день 7 ноября. А одним из условий передачи власти была его неприкосновенность.

Борис Славин: Ельцин, если вы затронули, был такой конгресс интеллигенции, где выступала Старовойтова и требовала люстрации коммунистов. Я помню, как Ельцин жестом показал на себя, потому что люстрация предполагала всех членов партии, особенно руководящее звено ликвидировать как класс, и Ельцин выступил против этого. При нем не было люстрации, между прочим.

Владимир Кара-Мурза: Да, там потом уточняла Галина Васильевна, что люстрация не должна касаться выборных должностей. Если большинство населения избрало президента, то это надо уважать. Она говорила, что люстрация должна распространяться на государственных чиновников, то есть не должны на государственных постах быть бывшие агенты госбезопасности. Депутат Государственной думы от фракции КПРФ Елена Драпеко сожалеет об отмене праздника 7 ноября.

Елена Драпеко: Это решение об отмене 7 ноября, оно опять раскалывает общество. Это связано с тем, что ожидания населения не исполняются. Начинается реформа, все на нее рассчитывают, а она приводит не к улучшению, а к ухудшению. Сначала льготы у нас отменили, теперь пытаются отобрать социальные права. Чтобы мы не помнили ничего, у нас и праздник отобрали.

Борис Славин: Я с ней согласен в этом отношении. Драпеко - известная актриса, и она, мне кажется, на чувственном уровне уловила то, что отмена праздника приводит к разделению нации, разделению народа, и это ничего хорошего народу не принесет.

Владимир Кара-Мурза: Трудно себе представить, что где-нибудь в трудовых коллективах в пятницу отметили бы день изгнания поляков из Москвы. А 7 ноября отмечали, практически превратился в народный праздник.

Борис Славин: Мне все задавали вопрос и на работе, и родственники, что за праздник, что мы должны отмечать, что там по содержанию творилось. Обычные люди просто не знают. Поэтому я не думаю, что это было удачно даже с пропагандистской точки зрения вводить эту дату.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Анатолия Евгеньевича.

Слушатель: Добрый вечер. Меня очень и не в первый раз поражает ведущий Кара-Мурза. Он умный человек, но, очевидно, учился в советском вузе и не пересмотрел свои знания. Потому что он говорит о политических репрессиях в Советском Союзе. А ведь у нас народ погиб не в политических репрессиях. У нас народ погиб в голод начала 20 годов, в голод начала 30 годов, в голод 46 года, после закона «о колосках», после закона о «21 минуте», после закона, двух законов 47 года и, кроме того, от коллективизации.

Владимир Кара-Мурза: Я считаю эти законы политическими. Когда за опоздание давали срок на Колыму, по-моему, это политические репрессии.

Борис Славин: Я думаю, все законы, которые перечислил наш слушатель, имели как раз отношение не к празднику революции, а к отходу от революции. Революция в те времена, когда издавались эти законы, пожирала своих собственных детей, своих собственных последователей. И этот этап, который был связан с тоталитарным режимом в стране, он как раз все делал для того, чтобы затевать основные идеалы, которые вдохновляли людей на революцию. Поэтому отождествлять законы «о колосках» с праздником революции, мне кажется, совершенно неверно. Это просто никаким образом не сопрягается. Сталин, приходя к власти, выбил сначала левую оппозицию, затем правую оппозицию, сначала Троцкого, затем Бухарина и все, кто окружал Ленина, были уничтожены. Это и создавало основу этих законов, о которых он говорил. Когда он говорил о голоде, здесь два прочтения должно быть: голод, который вызывался политическими неправильными решениями, и голод, который стимулировался неурожаями, погодой. Россия всегда периодически такие периоды и в конце 19 века, и в начале 20 века.

Владимир Кара-Мурза: Голод 20 годов стимулировал переход к НЭПу, так что тоже имел политические последствия.

Борис Славин: НЭП решил многие проблемы, в частности, решил проблему голода – это всем известно.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Виктора.

Слушатель: Добрый вечер. Я хочу сказать, что тем, что выходной день отменили 7 ноября, эту годовщину никто не отменял. В памяти народа она в любом случае останется. Но пусть это будет не какое-то событие, отмечаемое выходным днем с радостным оттенком, а все-таки некий день, который мы видим, к каким последствиям привел.

Владимир Кара-Мурза: Все-таки большая разница, когда день был государственным праздником и когда просто добрая воля трудящихся его отмечать.

Борис Славин: Я могу только сказать одно, что не только отмена этого праздника странна вообще, странно многое, связанное с историей отношения к советскому периоду. Ведь, положим, все эти проблемы, связанные с выносом тела Ленина. Конечно, Ленин был марксистом, выступил бы против такого захоронения. Но сложились традиции определенные за этот период. И в общем-то речь идет о том, что это первый основатель советского государства, и хотя бы с этой точки зрения не нужно было трогать. То же самое в отношении праздника Октябрьской революции. Если хотя бы треть населения разделяет этот праздник, нужно было его оставить как государственный праздник. Тем паче, насколько я знаю, никакой народной инициативы снизу не было по отмене этого праздника.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Юрия.

Слушатель: Добрый вечер. Позвольте спуститься с неба на землю, и скажите, что тут может быть сделано. Я говорю об отношении общества так называемого, если оно вообще есть это общество, к инвалидам. Новый Арбат - богатейшая улица, но там инвалиду не перейти.

Владимир Кара-Мурза: Юрий, масса таких проблем, к сожалению. У нас в гостях Борис Славин, советник президента Горбачева. Как вы считаете, будет ли продолжена традиция встречи 7 ноября через год, например, вопреки тому, что он отменен как государственный праздник?

Борис Славин: Я не только уверен, я убежден в этом. Мы уже в течение часа говорим об этом, и никаких других точек зрения принципиальных не было высказано со стороны отмены праздника. Я уверен, что его будут праздновать. И чем больше будут запрещать этот праздник, тем больше народу к нему будет присоединяться. Будет ли это открыто или подпольно, но сам факт этот будет. Так же, как это событие такого колоссального значения, которое приравнивается к таким событиям, как победа в Великой Отечественной войне. Отменить это просто невозможно.

XS
SM
MD
LG