Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Органы внутренних дел Ингушетии обвинили чешскую благотворительную организацию "Человек в беде" в нарушениях при приеме на работу местных сотрудников


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Юрий Багров, Андрей Шарый.

Кирилл Кобрин: Органы внутренних дел Ингушетии обвинили представительство чешской благотворительной организации "Человек в беде" в нарушениях при приеме на работу местных сотрудников, некоторые из которых якобы имеют связи с представителями чеченского сопротивления. Это не первые претензии российских властей к организации, которая реализует многочисленные гуманитарные программы во многих кризисных зонах мира. В Чечне и Ингушетии "Человек в беде" работает уже пятый год.

Юрий Багров, Северный Кавказ: Руководство Ингушетии заявляет, что миссия не заключает трудовые соглашения при приеме на работу. Кроме того, по утверждению правоохранительных органов, у внештатных сотрудников гуманитарной организации даже не требуют документов, удостоверяющих личность. В администрации Ингушетии не исключают: служебные удостоверения могли быть выданы людям, находящимся в федеральном розыске.

Впервые подобная информация была озвучена еще в августе прошлого года. Тогда вблизи селения Алханкала Грозненско-Сельского района Чечни был задержан моджахед, подозреваемый в подрыве воинской автоколонны. При нем было обнаружено удостоверение сотрудника чешской гуманитарной организации "Человек в беде".

В середине декабря спецподразделения чеченской милиции провели обыск в частном доме в Грозном, где арендовала помещение гуманитарная организация. Во время обследования подвала по сотрудникам правоохранительных органов был открыт огонь из автоматов, двое милиционеров получили ранения. Нападавшего ликвидировали, им оказался Иса Сакаев. В МВД заявили, что он входил в отряд полевого командира Шамиля Басаева и являлся его доверенным лицом в Грозном. При обследовании подвала было обнаружено типографское оборудование. По данным экспертов, оно могло быть использовано для изготовления поддельных документов работников силовых ведомств Чечни.

Одна из сотрудниц благотворительной миссии "Человек в беде" являлась родной сестрой убитого Исы Сакаева. В Министерстве внутренних дел Чеченской республики заявили, что именно она обеспечивала прикрытие брату.

Кирилл Кобрин: Оценить политику российских властей по отношению к международным благотворительным проектам на Северном Кавказе мой коллега Андрей Шарый попросил директора отдела гуманитарных операций организации "Человек в беде" Шемона Паника.

Шемон Паник: Я не знаю точно, в чем российские власти нас обвиняют. Я только заметил, что через ИТАР-ТАСС прошла информация, где говорится о том, что мы нанимаем людей, которые имеют какую-то связь с бандформированиями или с террористами, что нанимаем людей без соответствующих документов. Конечно, все, кто к нам устраивается на работу, должны предоставить свои документы, и мы всегда ищем еще какие-то рекомендательные письма, например, от другой организации или хотя бы рекомендации от кого-то, кого знаем. Что касается обвинения, что мы нанимаем людей, которые сотрудничают с террористами, по-моему, очень легко кого-то так обвинить, без каких-то докладов, информации. Это давление на гуманитарные организации на Северном Кавказе. А если есть среди почти 200 сотрудников "Человека в беде" тот, кто имеет какую-то связь, мы будем первыми, кто будет рад, если его деятельность или его поступки будут решать органы Министерства внутренних дел. Но мы не можем отвечать и, по-моему, ни один институт, ни одна организация не отвечают за частную жизнь своих рабочих. А если есть у кого-то данные про это, я удивляюсь, почему органы не выступают против таких людей и не решают это как криминальное дело.

Андрей Шарый: Не первый раз российские власти заявляют о недовольстве работой вашей организации. Была история, когда якобы в одном из помещений, принадлежащих офису "Человека в беде", было найдено какое-то оружие. Говорили о складе оружия даже.

Шемон Паник: Знаете, я о том, что там произошло на самом деле, об обвинении, что нашли оружие в одном из домов, которые мы нанимали, точно сказать не могу, потому что меня там не было, как не было ни одного чеха. Помещения в Грозном, там оставаться очень опасно. Так что иностранцы заезжают один раз в неделю, в две на несколько часов проконтролировать работу наших местных сотрудников.

Расследование, насколько я знаю, еще идет. Но про склад оружия и про подобное никаких конкретных докладов нет. Сейчас коммюнике Министерства внутренних дел Чечни, последняя версия была, что там нашли у двух людей, которые якобы где-то скрывались.

Андрей Шарый: Скажите, пожалуйста, Шемон, как организована работа вашей организации в Чечне и Ингушетии?

Шемон Паник: В организации "Человек в беде" работает 5 иностранцев - 4 чеха, одна словачка, в Ингушетии работает наша база. Мы выезжаем в Чечню, большинство программ сейчас проходит в Чечне, потому что большинство беженцев, действительно, переехало уже из Ингушетии в Чечню. В Ингушетии у нас система палаточных школ в лагерях, где мы помогаем тому, чтобы дети беженцев смогли все-таки ходить в школу, система бесплатного здравоохранения для беженцев-компактников, которую предоставляют наши работники. В Чечне из фондов ОВКБ ООН, Комитета по беженцам ООН, Всемирной продовольственной программы и других помогает восстанавливать частные дома, распределяем основные продукты питания, как муку, сахар, соль, масло. Помогаем благодаря фонду Европейской унии восстановлению школ, которые были разрушены, и психосоциальной работе с детьми в школах. За эти 5 лет будет порядка несколько сот миллионов чешских крон, может быть, порядка 10 миллионов долларов, но большинство этого объема идет в продуктах, мы продукты получаем от ОВКБ ООН, перевозим в Чечню и распределяем.

Андрей Шарый: Скажите, пожалуйста, у вас есть версия своя, почему российские власти уже не первый раз обращают внимание на вашу деятельность? Вам эти претензии представляются хотя бы теоретически обоснованными или вы считаете, что речь идет о политическом давлении, кому-то не нравится то, что вы работаете на Северном Кавказе?

Шемон Паник: Я этого не могу знать, если это политическое решение - повысить давление на одну организацию или даже на несколько организаций для того, чтобы они, может быть, прекратили свою работу. Или, если это действительно подозрения, в этом я сомневаюсь, потому что мы 5 лет работаем, информируя о своей работе. За эти 5 лет, по-моему, все местные лавки уже очень хорошо знают, что мы делаем, где мы делаем, кто это финансирует. Мы были бы очень рады, если бы нам объяснили центральные власти, что они хотят от нас, почему это давление повышается. В конце-концов, наш интерес один - помогать мирным жителям в Чечне, других интересов нет.

XS
SM
MD
LG