Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Великобритании и США опубликована книга бывшего сотрудника КГБ Александра Кузьминова «Биологический шпионаж»


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Кирилл Кобрин и Наталья Голицына.

Андрей Шарый: Одновременно в Великобритании и США опубликована книга бывшего сотрудника КГБ Александра Кузьминова «Биологический шпионаж» под заголовком «Специальные операции советской и российской внешних разведок на Западе». С подробностями мой коллега Кирилл Кобрин.

Кирилл Кобрин: 10 лет автор книги проработал в одном из самых секретных подразделений Первого Главного управления КГБ, а затем Службы внешней разведки в 12-м отделе Управления С, которое проводит специальные операции за границей, используя законспирированных нелегалов. Нелегалы – это заброшенные в иностранные государства советские и российские агенты, выполняющие задание своей разведки. В обязанности Александра Кузьминова входило, в частности, руководство агентурой в странах Западной Европы и подготовка нелегалов для выполнения заданий Управления С, которое курировало и получение разведывательной информации о создании биологического оружия.

Александр Кузьминов, ученый-биолог, доктор биологических наук. Кузьминов покинул Россию в 1994 году, получив разрешение властей Новой Зеландии на эмиграцию в эту страну. Там он проживает и сейчас, завершая работу над еще одной докторской диссертацией, посвященной проблемам международного законодательства в области современной биотехнологии.

В книге «Биологический шпионаж» Александр Кузьминов впервые делает достоянием гласности одно из самых секретных сторон деятельности советской и российской разведок – планирование и подготовку актов биологического терроризма и саботажа на Западе в случае начала войны. Кроме того, он рассказывает о методах этих разведок по добыванию иностранной промышленной информации и вербовке агентуры.

Андрей Шарый: С автором книги Александром Кузьминовым беседовала корреспондент Радио Свобода в Лондоне Наталья Голицына.

Наталья Голицына: Господин Кузьминов, насколько осведомлены были в КГБ об американской и британской программах разработки биологического оружия?

Александр Кузьминов: Наш отдел, где я работал, был очень хорошо и достаточно осведомлен, чтобы составить ясное представление с какими микроорганизмами ведутся работы в секретных военных лабораториях и в Англии, и в Америке, достаточно были осведомлены, чтобы оценить потенциал биологического оружия и средств и способов защиты от него. Знания, которыми мы обладали, позволяло Советскому Союзу в то время создать свое собственное биологическое оружие, против которого средства и способы защиты в армиях противника, как мы говорили, в США и Англии - они были неэффективны.

Наталья Голицына: Не будь у вас этой информации, в Советском Союзе не было бы создано биологическое оружие?

Александр Кузьминов: Вы спрашиваете, были ли мы хорошо осведомлены? Да, мы были хорошо осведомлены, что делается. Но в основном та работа, которая проводилась, она проводилась еще и по созданию способов защиты. Это было очень важно знать, какая защита существует в Англии и США, чтобы сделать такое оружие, против которого были бы бессильны английские и американские способы защиты. Я об этом сейчас говорю.

Наталья Голицына: Какие методы использовались КГБ для сбора информации о британском и американском биологическом оружии?

Александр Кузьминов: Главным аппаратом нашего отдела, где я работал, были нелегалы и агентура. Официально военные программы по производству биологического оружия закрыты были в Англии и в Америке в конце 80-х. Но я отмечаю, что по определенным данным то, что я анализирую, что мне сейчас приходится встречать и в открытой печати, элемент этих программ существует.

Наталья Голицына: Насколько вероятно, что работа, которой вы занимались, продолжается сейчас и в недрах СВР?

Александр Кузьминов: Работа должна продолжаться, скорее всего, она и продолжается по добыванию разведывательных секретов о возможной разработке биологического оружия. Технология, особенно биотехнология, генетические исследования делают огромные революционные прорывы. Совсем недавно был расшифрован геном человека. Сколько там потенциальных возможностей существует для создания нового поколения биологического оружия. Это более опасно, чем даже 10 лет тому назад.

У разведки много функций. Одна из функций, скорее всего, современная 12-го отдела и русской разведки – это предотвращение актов биологического терроризма против России. Я не думаю, что подготовка к войне осталась главной задачей, потому что нет сейчас той опасности начала большой войны, которая существовала раньше.

Андрей Шарый: А вот как Александр Кузьминов отвечает на вопрос об организации советской агентурной сети на Западе.

Александр Кузьминов: Это могли быть и обычные люди, то есть клерки, служащие военных ведомств, это могли быть и стенографистки, обычные врачи, кстати, с обширной клиентурой из служащих или, как мы говорили, из объектов проникновения, откуда нужно было информацию получить. Это были как основные объекты, необходимые для нас, так и вспомогательные объекты. Агентура и нелегалы – это главная вообще человеческая разведка.

Наталья Голицына: Вы ведь использовали не только нелегалов, но и эмигрантов, которые легально покидали СССР.

Александр Кузьминов: Да, это одна из возможностей. Когда был поток на Запад, эмигранты стали выезжать, была одна из наших возможностей тоже получать такого рода информацию. Она не всегда поначалу могла показаться важной, но из кусочков можно составить было…

Наталья Голицына: Удавалось ли советским нелегалам, которых вы курировали, занимать какие-то посты, которые позволяли бы им получать доступ к совершенно секретной информации?

Александр Кузьминов: Да, удавалось, конечно, удавалось. Когда имел дела с несколькими нелегалами, которые действовали в Западной Европе, они поставляли совершенно секретную информацию. Разведка, особенно нелегальная, работает весьма нестандартно, многообразно и не повторяется. Мы уже говорили, что наши нелегалы - товар штучный. Поэтому те люди, с которыми я работал, они поставляли, действительно, совершенно секретную информацию.

В книге я привожу, анализирую несколько возможных примеров. Не давая излишних деталей, я говорю, что, действительно, в США или Англии были серьезные источники такого рода информации. Говоря о тех людях, которые были нашими глазами или руками, им удавалось проникать в основные объекты, где производилось в свое время вот такого рода оружие в Англии или Америке.

Наталья Голицына: А известно ли вам приблизительное число агентов СВР, которые сейчас работают и в США, и в Англии?

Александр Кузьминов: Если вы спрашиваете меня о тех людях, которые работали и выполняли задачи 12-го отдела, я примерно говорю, что такого количества людей, если говорить об Англии и об Америке, может быть десяток.

Когда я уходил, мы готовили специалистов нелегалов, которые обладали такими специальностями как биологи, медики. Это сложная задача, но такого рода люди дополнительно готовились. Думаю, что если говорить только об этих двух странах, то это может быть порядка десяти и более человек. Но я отмечаю в книге сколько примерно могло людей выполнять задачи по биологическому оружию в разных странах – это примерно около 40-50 человек, я имею в виду и агентов и нелегалов.

Наталья Голицына: А сейчас, когда существует космическая разведка, насколько эффективна работа разведчиков-нелегалов?

Александр Кузьминов: Очень эффективна. Это единственный аппарат, который может настолько глубоко проникать в жизнь и секреты стран проникновения, что невозможно никакому другому аппарату. Например, техническая разведка не позволяет взглянуть, что делается в колбах у исследователя на его лабораторном столе и получить документы наибольшей важности. Только нелегальная разведка на это способна. Примеров тому в литературе очень много. Это очень эффективный аппарат.

Наталья Голицына: Вы говорите в книге о своих коллегах. Я хотела бы вас попросить оценить их в целом – профессионализм, интеллектуальный потенциал, моральный облик. Много ли среди них было перебежчиков?

Александр Кузьминов: Вы, наверное, сейчас ожидаете стандартного вопроса, как в старом советском фильме – дебошир, пьяница, морально разлагался. Люди у нас были очень разные. Мне повезло, что особенно в первый период работы в Отделе я встретил больше хороших людей, особенно когда нашим руководителем был полковник Юрий Щербаков. Он умел работать и как-то объединить людей на выполнение задачи.

А люди разные были. Они знали и много языков, у них был огромный опыт работы за рубежом в сложных странах, в том числе в странах Ближнего Востока, Среднего Востока. У нас было несколько человек с научными степенями, то есть люди, получившие прекрасное образование, геологи, медики. Пьяниц и дебоширов у нас не было.

Перебежчики, вы спрашиваете. Это вопрос сложный. Кого называть перебежчиком? Если в это понятие вкладывать понятие, что человек, находясь на службе, ушел на другую сторону к противнику, ну, этот человек, наверное, перебежчик. Когда я работал, лично у нас таких людей не было. А в Управлении, где я работал, был такого рода один человек, но, скорее всего, он просто запутался, растратил деньги, насколько я знаю, попросил деньги у противника, а они вовлекли его в свою игру, он пострадал. До меня был еще один человек в Управлении. Причина его ухода очень сложна. Я до сих пор не понимаю. Скорее всего, он был просто вовлечен в более сложную игру и оказался крайним. Поддавшись эмоциям, он ушел. Это то, что известно о тех людях, которые ушли из Управления.

XS
SM
MD
LG