Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Путин провел переговоры с президентом Египта Хосни Мубараком


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимают участие корреспондент Радио Свобода Виталий Портников и главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов.

Кирилл Кобрин: Президент России Владимир Путин совершает поездку по Ближнему Востоку. Сегодня он провел переговоры в Каире с президентом Египта Хосни Мубараком, завтра он встречается с премьер-министром Израиля Ариэлем Шароном. Москва пытается совершить прорыв в отношениях с Египтом и вернуть себе важную роль в регионе, в частности, в процессе израильско-палестинского урегулирования. Выступая сегодня в Каире, российский президент предложил созвать в Москве международную конференцию по этому вопросу.

Владимир Путин: Мы могли бы предложить провести осенью в Москве международную конференцию с участием всех заинтересованных сторон, в том числе четверки посредников.

Кирилл Кобрин: Сказал Владимир Путин. Переговоры российского президента в Египте посвящены не только израильско-палестинскому конфликту, но и двусторонним отношениям. О перспективах экономического и политического сотрудничества России и Египта мой коллега Виталий Портников беседовал с главным редактором Интернет-сайта Ближний Восток Александром Шумилиным.

Виталий Портников: После того, как Никита Хрущев посещал эту страну в 1964 году, трудно было себе даже представить, чтобы советские, а затем и российские руководители посещали Каир. Настолько сложные были отношения между Москвой и Каиром во времена Леонида Брежнева и Анвара Саддата, позже холодок всегда ощущался. Можно сказать, что уже этот холодок преодолен после переговоров Владимира Путина и Хосни Мубарака в Каире?

Александр Шумилин: В значительной степени, конечно, можно сказать, что преодолен. Он уже был преодолен намного раньше. Сейчас это действие протокольного характера, символического характера - прибытие руководителя Москвы, человека Кремля в Каир. Его ждали давно, особенно бизнес-сообщество Египта, которое активно развивает отношение с Россией, в том числе и в области самолетостроения. Так что, отношения потеплели достаточно давно. Но теперь тревожная страница, которая была открыта в 1972 году, с перевертыванием страницы социализма в России уже многое начало нас сближать. Отношения с Египтом начали развиваться в 90-е годы на совершенно другой основе, не идеологической. Сейчас это апогей развития этих отношений.

Россия заинтересована во взаимодействии с Египтом, как ключевой страной арабского мира. Представитель Египта возглавляет Лигу арабских государств, штаб-квартиру которую посетил Путин в Каире.

Виталий Портников: Понимаю зачем Египет России, с точки зрения, ее позиции на Ближнем Востоке. Но хотел бы понять зачем Египту Россия?

Александр Шумилин: Насколько бы Египет, как принято говорить, сильно не был ангажирован и в политическом, и в финансовом плане по отношению к США, но египетская политическая элита всегда стремилась к балансу, всегда тосковала по наличию второго полюса в глобальном масштабе, то есть полюса в виде Советского Союза ушедшего. Но эта элита уже в 70-е годы решительно отвергла коммунистическую идеологию. Тогда она довольно охотно развернулась в сторону США, но с преобразованиями на территории Советского Союза, с крушением Советского Союза, появлением новых основ для политики России, преобразование этой политики египетская элита вновь устремилась в поисках второго полюса в Москву. Но это не было противопоставлением в антагонистическом ключе Москвы и Вашингтона. Посмотрим, как это будет выглядеть в политическом аспекте.

Кирилл Кобрин: Советский Союз проводил активнейшую политику на Ближнем Востоке в конце 50-х - 60-е годы. Тогда Египет был важнейшим союзником Москвы. Постсоветская Россия была ориентирована на другой тип внешней политики, который многие эксперты с некоторыми изъятиями называют "прозападной», последние несколько месяцев демонстрируют неэффективность этой политики. Политологи предсказывают неизбежные изменения курса. Так считает и главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов.

Федор Лукьянов: Визит Владимира Путина на Ближний Восток интересен, на мой взгляд, с одной специфической точки зрения. Россия пытается диверсифицировать свою внешнюю политику, которая на протяжении достаточно длительного времени, по сути дела, с начала 90-х годов, но в особенности в период президентства Владимира Путина носила совершенно однозначный прозападный характер. Это может быть немножко странно звучит на фоне официальной риторики и многочисленных изменений внутрироссийской политики, которые вызывают очень серьезную критику со стороны Запада, но, тем не менее, внешняя политика оставалась и остается ориентированной, прежде всего, в западном направлении. Чему много причин, одна из которых, видимо, учитывая особенности нашего политического механизма, это тяга лично президента Путина на Запад, поскольку он человек западного менталитета.

В силу противоречий между внешним вектором и внутренним вектором, который направлен, безусловно, не туда, куда ожидают наши западные партнеры, этот вектор, судя по всему, существенных изменений не претерпит, он будет только углубляться, в отношениях с Западом наступают серьезные разочарования, связанные и с тем, что с Запада звучит критика политики Путина, и с тем, что в общем осязаемых результатов того, что Москва считает существенными шагами навстречу Западу или уступками, нет. Более того, чем больше Россия, Кремль поворачиваются в западном направлении, тем больше чувства того, что в ответ мы получаем только расширение западного влияния, вытеснение России из традиционных сфер и так далее и так далее. С этим можно спорить, не соглашаться, но главное, что такое чувство возникает у российской элиты.

В этой ситуации, как мне кажется, российское руководство намерено демонстрировать сейчас, что Россия все-таки является евразийской крупной державой, интересы которой распространяются в разных направлениях. Это никогда не отвергалось и не отрицалось. Более того, официальная доктрина внешней политики России предусматривает многовекторность, но эта многовекторность была более декларативная.

Сейчас в разных формах предпринимается попытка эту многовекторность воплотить в жизнь. Визит на Ближний Восток, где российских руководителей не было очень давно, наверное, звено в этом процессе. Иными словами, не удавшийся или не вполне удавшийся роман с Западом пытаются скорректировать с тем, чтобы этот роман преобразовать в более разнообразные отношения с разными партнерами.

XS
SM
MD
LG