Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Лилия Шевцова анализирует послание президента Путина


Программу «Итоги недели» ведет Дмитрий Волчек. Принимает участие политолог Лилия Шевцова.

Дмитрий Волчек: Гость программы «Итоги недели» - Лилия Шевцова, политолог, автор монографии о политике Владимира Путина. Я думаю, многие помнят замечательный выпуск ныне покойной передачи «Свобода слова» на канале НТВ два года назад, когда вы полемизировали с Михаилом Леонтьевым о президентском послании. Сегодня я могу предложить только лишь заочную полемику. Михаил Леонтьев опубликовал в «Комсомольской правде» пространную аналитическую статью, посвященную толкованию президентского послания. Вот его главный тезис: «Основная заслуга Путина в том, что он предотвратил установление в декорациях либеральной демократии олигархической диктатуры, которая должна была стать ликвидационной комиссией по закрытию проекта «Россия». Давайте с этого и начнем. Можно ли сказать, что Владимир Путин спас страну от такого ужасного сценария?

Лилия Шевцова: Дмитрий, мне так не хотелось бы засорять эфир, опять в очередной раз спорить с Михаилом Леонтьевым. По крайней мере, порассуждаем об этом тезисе – Путин спас Россию от олигархической диктатуры. Тем не менее, если мы посмотрим на политическую сцену, то мы видим, что все олигархи присутствуют и чувствуют себя достаточно комфортно. Но, самое интересное, появилась другая ветвь олигархии – силовой олигархии. Я их называю олигархи-бюрократы. Это те люди, которые явно принадлежат к самому ближайшему кругу президента Путина и одновременно контролируют основные финансовые потоки и контролируют основные энергетические и другие экономические ресурсы. Следовательно, несмотря на все потуги уничтожить олигархический капитализм, дело завершилось другим –формированием новой политической олигархии, гораздо более жадной, гораздо более коррумпированной и гораздо менее эффективной.

Дмитрий Волчек: Я хотел бы привести еще только одну цитату из статьи Леонтьева: «То, что демагогически принято обзывать свертыванием демократии и свободы слова, на самом деле есть действия по самосохранению государства как института и как территории, его самозащита от компрадорских элит». Может быть, действительно нельзя было действовать другими методами, если компрадорские элиты, вскормленные Ельциным, стремились уничтожить Россию?

Лилия Шевцова: Хочу согласиться с Мишей Леонтьевым. Действительно, действия власти все последние годы, по крайней мере, начиная с 99 года, нацелены на сохранение государства. Но вся проблема в том, что государство может быть разным. Вот в Гане, в Эфиопии, в Саудовской Аравии, в Америке, в Бразилии, в Великобритании - везде есть государства, но государства-то разные. Есть государства, которые работают по принципу «по понятиям», коррумпированные государства, которые с трудом удерживают расползающееся общество благодаря либо силе, либо попустительству. А есть государства более-менее эффективные, тоже со своими проблемами. Разве нет проблем в той же Америке, кстати? Но, тем не менее, каким-то образом эти государства сохраняют, по крайней мере, жизнеспособный потенциал общества. Следовательно, Михаил прав – Путин действует и работает на государство. Но я сомневаюсь, что это государство позволяет удержать стабильность и безопасность в стране. Вы вспомните Чечню и террористические акты. И хотя бы тот факт, что каждый раз, входя в метро, мы, глядя на сумки, стоящие где-либо в проходе, начинаем передергиваться. Это государство вряд ли может гарантировать экономическую эффективность. Ведь такой парадоксальный факт – Россия залита нефтедолларами. Тем не менее, экономический рост продолжает снижаться и мы не можем обеспечить нормальную жизнь поколению пенсионеров, более того, военному поколению, которое уходит с политической сцены и уходит из жизни. Речь идет о разных государствах – это продолжение нашего спора с Михаилом.

Дмитрий Волчек: Даже безжалостные критики Путина с удовлетворением отмечают, что в своем послании президент фактически объявил амнистию капиталов и заверил бизнес в том, что методы, которые были использованы при уничтожении ЮКОСа, применяться больше не будут. При этом комментаторы сомневаются, что президент свои обещания сдержит, и указывают, в частности, на недавние проблемы ТНК-BP. Действительно ли бизнесменам больше не следует опасаться того, что они окажутся на скамье подсудимых в Басманном или Мещанском суде?

Лилия Шевцова: Нужно вспомнить предыдущие послания Владимира Путина, начиная с 2000 года. Кстати, в 2000 году он тоже говорил о либерализме, о свободе, о независимости, о демократии. Что-то около 20 раз он упомянул слово «демократия», почти столько же, сколько он упомянул слово «демократия» и «свобода» в нынешнем послании. И, тем не менее, после 2000 года мы видим движение в совсем обратном направлении. В каждом из своих посланий президент Путин гарантировал незыблемость частной собственности. И если мы вспомним, в 2003-2004 годах и даже до этого он неоднократно говорил: бизнесу будет спокойно, комфортно в России. Он неоднократно говорил, что банкротства ЮКОСа не будет. И, тем не менее, Ходорковский все еще в тюрьме. А национализация Юганскнефтегаза по сути дела является одной из интереснейших афер не только России, но и ушедшего столетия. Поэтому, есть ли какие-то гарантии верить президенту в том, что отныне все начинается с чистого листа? По крайней мере, бизнес не очень этому верит. И отражением этого неверия является тот факт, что в прошлом году из России убеждало, по официальным данным, около 8 миллиардов долларов, а по неофициальным – около 15 миллиардов долларов. Следовательно, бизнес в России не ощущает себя комфортно и российской власти не верит.

Дмитрий Волчек: Давайте послушаем звонок в нашу студию. Александр из Петербурга, добрый вечер.

Слушатель: Добрый вечер. Сразу вопрос Лилии Шевцовой по поводу жанра послания. Есть «Граду и миру», лошади кушают овес, Волга впадет в Каспийское море... На мой взгляд, это абсолютно архаичная форма свои планы публично президенту высказывать. И оценка – тройка, двойка, пятерка. Если отвлечься от слов и дел, само послание как текст как документ, литературный документ, как бы вы его оценили?

Лилия Шевцова: Спасибо, Александр, за вопрос. Я начинаю задумываться, какой это литературный жанр. Очевидно, можно поместить это послание в ряд фантастики. Потому что основная цель послания - не представление нам с вами, России, всему обществу вектора, стратегии на ближайший год, а создание такой замыленности видения. Фактически имитация стратегии и имитация вектора. В какой литературный жанр мы можем отнести публичную имитацию? Впрочем, все послания нашего президента отличались тем же самым свойством. Все послания были своеобразным ритуалом, демонстративным ритуалом, который должен быть сыграть роль общения лидера с народом, в котором лидер брал на себя определенные обязательства перед страной. Кстати, практически ни одно из этих обязательств лидер не выполнил. Мы можем вспомнить и антибюрократическую реформу, начиная с 2000 года – эта тема была основной темой всех посланий. Мы можем вспомнить и военную реформу, которую заморозили, о которой благополучно забыли. Кстати, предыдущее послание – война с бедностью, удвоение ВВП и ипотека, которая может касаться каждого городского жителя. Где эти идеи? Они благополучно забываются. Это особый литературно-публицистический политический жанр, целью которого является сымитировать активность, а также, очевидно, жизнеспособность и жизнеутверждение власти.

Какую оценку этому посланию поставить? Если говорить о потугах в имитаторстве, то, я думаю, что авторы послания очень много и активно поработали. Если говорить об имитаторстве, я бы поставила оценку на уровне тройки. А если говорить о реализуемости послания, то кроме нулевой оценки оно никакой другой не заслуживает. Как можно оценить работу садовника, который вышел поливать траву после того, как сам выкорчевал все живое? Вот вам оценка послания.

Дмитрий Волчек: А вот проницательный обозреватель газеты «Московские новости» обнаружил в послании президента скрытые цитаты из работ Ильина, Витте и Петражицкого. Вряд ли Владимир Путин так хорошо знает русскую консервативную философию. Это, разумеется, дело рук спичрайтеров, среди которых недавно назначенный на должность главы управления администрации президента по межрегиональным и культурным связям с зарубежными странами и регионами России Модест Колеров. Как бы вы охарактеризовали взгляды и пристрастия тех интеллектуалов, которые готовят идеологическую базу для нынешнего режима и, в частности, разработали идеологию прозвучавшего на этой неделе президентского послания?

Лилия Шевцова: Спичрайтеры (я, кстати, знаю одного или даже двух, если этот спичрайтер еще в команде), они вполне образованные люди, они читают литературу, их можно причислить к разряду интеллектуалов. Но ведь они работают как функция. Они выполняют социальный и политический заказ. Скажем, в предыдущие годы им был дан один заказ – обоснуйте необходимость порядка и вертикали. Вот они обосновывали. Сейчас им дан другой заказ – нужно откачнуться в другую сторону. В прошлые годы был сделан шаг вперед, в смысле вперед к тоталитаризму, к концентрации власти в одних руках. А теперь мы должны нанести другой политический грим - необходимо поговорить о свободах и демократии. И поэтому спичрайтеры почитали не только национал-либеральную и патриотическую литературу, они, кажется, даже почитали книжку, которая переведена на русский язык, книга нобелевского лауреата, в которой и аргументируется одна мысль – свободное общество должно быть только обществом свободных людей, и без свободы не может быть экономического развития. И эту мысль, кстати, Путин начинает прорабатывать и высказывать не только в этом послании. Очевидно, спичрайтеры почитали книжку еще до предыдущего послания, ибо эта идея была в послании 2004 года. Так что не будем винить людей, которые реализуют политический заказ. Им так выпало, они работают в этой ипостаси. Возможно, им самим уже это осточертело, но, тем не менее, они делают политический заказ.

Гораздо более важно то, что политическая элита и президент соглашаются озвучивать, то, что они считают своей миссией. А это послание, кстати, очень наглядно и убедительно говорит о том, что основная цель власти, которую осуществляет Путин, озвучивая это послание – это победить собственную неуверенность, это доказать, что власть контролирует ситуацию в стране. Доказать существование ориентира и какого-либо вектора, это сымитировать активность. Но мы не только читаем послание, мы соотносим послание с реальностью. Заявления о свободе, о гарантии частной собственности и другие прекрасные слова, которые есть в послании, мы соотносим с делом Ходорковского, мы соотносим с тем, как развивается у нас независимая пресса, мы соотносим с тем, как у нас действуют партии, и какие свободы имеют оппозиционные партии. Поэтому, пожалуй, нам нужно говорить не столько о послании, а о том, чем вызвано именно это послание, этот тон послания, эта фразеология этого послания, эта риторика этого послания. Что оно означает, о чем оно говорит? О каких страхах власти оно говорит? С этой точки зрения послание говорит, пожалуй, об очень многом.

Дмитрий Волчек: Звонок Александра из Москвы. Добрый вечер.

Слушатель: В течение 10 лет люди, находившиеся у власти, забирали жирные куски государственного пирога. Это не бизнес по существу – это воровство. Потому что за 10 лет миллиардные состояния не зарабатываются. И энергетические отрасли экономики государства не приватизируются. В нормальных странах развитых это считается отраслями государственной экономики, стратегическими отраслями. То есть то, что делает Путин с ЮКОСом – это возврат в руки государства государственной собственности, которая была воровским образом приватизирована за 10 лет и на которой люди наживались, не прикладывая большого труда. Это первый вопрос. Второй вопрос: тот бардак, который был в течение 10 лет в России, с ним надо было что-то делать. Власть по существу валялась на полу. Потому что власть Бориса Николаевича Ельцина – это относительная власть: человек был болен и страной не руководил. Поэтому в любом случае, с моей точки зрения, руководящая роль Путина в стране намного лучше чем то, что было при Борисе Николаевиче. С вашей точки зрения, является ли лучшим президентом в настоящий момент Путин в сравнении с Ельциным?

Лилия Шевцова: Я с вами соглашусь с тем, что приватизация была грабительской, приватизация была несправедливой. Впрочем, редко приватизация бывает справедливой. Но уж российская приватизация, если ее сравнить с приватизацией в Польше, в Чехии, в ряде других бывших коммунистических стран, наиболее взрывоопасная в том смысле, что она действительно обанкротила народ, как потенциального собственника и создала очень узкую касту собственников-олигархов. Но ведь все дело в том, что не бизнес устанавливал правила и принципы этой грязной приватизации. Даже если представители бизнеса, такие как Потанин, в свое время предложили некоторые идеи, скажем, идею залоговых аукционов, - ведь правила устанавливали бюрократы. Правила устанавливал президент Ельцин, правила устанавливал Черномырдин, правила устанавливали члены правительства – Чубайс и другие. Парламент фактически эти правила так или иначе либо утверждал, либо не смог противостоять этим правилам. Так что винить лишь бизнес, крупный или некрупный, за то, что он играет по правилам людей, которые построили дома на Рублевке, было бы, по крайней мере, не только несправедливо, но просто и неправильно.

А если уж говорить о новых правилах игры, то мы можем сравнить залоговые аукционы при Ельцине с совершенно новой игрой, которая фантастическим образом превосходит все мечты грязной приватизации – это история с так называемым выкупом Юганскнефтегаза. То есть крупнейший жирный кусок пирога самой крупной нефтяной российской компании выкупили лица, о которых никто не знает. Президент Путин обмолвился - это физические лица, которые, очевидно, связаны с какой-то компанией «Байкал». Этакая оговорка. На самом деле Юганск – это часть ЮКОСа, основная часть ЮКОСа, принадлежит даже не государственной компании Роснефть, как доказали адвокаты ЮКОСа, эта компания была приватизирована другой узкой группой лиц. А чем эта узкая группа лиц лучше прежних участников залоговых аукционов, хочу я спросить? Да, я согласна, я, кстати, отнюдь не сторонник и отнюдь не почитатель Бориса Ельцина. Мне кажется, по крайней мере, большинство своего печатного времени при Ельцине я посвятила просто критическому анализу его деятельности. Но сказать, что президентство Путина лучше президентства Ельцина? На этот вопрос вы можете сами сказать, если подумаете, в какой степени президентство нынешнего лидера Владимира Владимировича Путина гарантирует большую стабильность в России. В какой степени это президентство и эта власть гарантирует нам безопасность, если думать о террористических актах? Вот при Ельцине были мелкие террористические акты, ни одного крупного. А при Путине? И те акты, которые угрожают уже крупным городам. Что касается экономической эффективности. Да, благодаря ценам на нефть у нас экономический рост был в предшествующие годы вплоть до 7%. Почему же, несмотря на нефть, экономический рост у нас сокращается? В прошлом году меньше, чем в позапрошлом, в этом году, дай бог, добьемся 6%, и то я в этом не уверена. Инфляция все те же 12%. Почему нефти продаем больше, денег получаем больше, а живется отнюдь не лучше? И доказательством тому - ситуация с нашими пенсионерами. Ведь не просто так один миллион пенсионеров вышел на улицы в начале этого года. Мы сами можем ответить на вопрос, насколько лучше живется при этой власти.

Дмитрий Волчек: Две недели назад нашим гостем был политолог Алексей Мухин, и мы говорили о том, что главная борьба между кремлевскими группировками разворачивается вокруг фигуры преемника Путина. Хотелось бы сейчас продолжить эту тему и узнать ваше мнение, Лилия Федоровна, о сценариях, которые разрабатываются в Кремле с приближением 2008 года.

Лилия Шевцова: Вы знаете, я даже стараюсь не читать те статьи, в которых люди задают такие вопросы – а кто будет после Путина? Потому что это какая-то игра в кроссворды без ответов. Важно для меня лично не то, кто будет Мистер Икс. Будет ли наследником Путина сам Путин в 2008 году, каким образом он попытается легитимировать свою власть – через конституционную ли реформу, через превращение России из президентской в парламентскую республику, либо через объединение России с Белоруссией. Мне неважно, будет ли это Сергей Иванов. Сергей Иванов, по крайней мере, по общему мнению аналитиков как в России, так и на Западе оценивается как номер один. Станет ли наследником Путина Петров, Иванов, Пупкин, человек такого же плана, которого вытащат из кармана или из рукава шинели. Для меня неважно это, для меня важно другое - для меня важно то, что власть в 2005 году, когда у России так много проблем со всем, и с демографией, с болезнями, с пенсионерами, с молодежью, с трудоустройством молодежи, с Чечней; наконец, просто с определением вектора, куда мы идем и вообще идем ли мы или устраиваем показательный бег на месте, - власть занята мышиной возней, выяснением вопросов – а кто будет следующий и как сохранить власть после 2008 года? Этим заняты все умы аналитиков, этим заняты газеты, СМИ, этим занята президентская команда. А ведь на остальное, очевидно, не хватает времени, ведь день длится только 24 часа. К моему сожалению, я не вижу никаких потенций для того, чтобы президент наконец обратился к этим горящим и накапливающимся проблемам. Я думаю, что кремлевская команда их просто откладывает или забрасывает как макулатуру в угол.

А на деле у этой команды фактически три задачи. Первая - найти преемника и обосновать его приход. Вторая - пока не нашли преемника, закрепить статус-кво, чтобы, не дай бог, власть не раскачалась и не полетела в тартарары. И в-третьих, как можно побольше хапнуть и легитимировать экспроприацию собственности. Вот три задачи у власти. И причем я не знаю, всегда ли они понимают, что эти цели взаимно исключаемы. Потому что если они хотят продлить свою власть, то, по крайней мере, должны консолидировать, а не раскалывать элиту. Но когда ты стараешься хапнуть и перераспределить собственность, ты поневоле раскалываешь правящую группировку. Поэтому сейчас говорить о том, кто будет преемником Путина, по крайней мере, преждевременно. Я бы сейчас даже не билась об заклад, что Путин хочет сохранить власть после 2008 года, глядя на его порой очень изможденное, измученное, а порой совершенно равнодушное лицо, когда он стоит на трибуне. Именно такое у него было лицо, когда он отвечал на вопросы на пресс-конференции в Израиле: человек совершенно не в этом измерении и во времени. Я думаю, что, очевидно, Путин устал. Но это проблема команды: команда наделала так много таких вещей, что просто так власть отдавать она не хочет. И если Путин не станет ее избранником, локомотивом и паровозом, гарантом и так далее, то она может сама подумать о том, чтобы сменить президента на другого человека, который станет более эффективным паровозом.

XS
SM
MD
LG