Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Адвокаты Ходорковского и Лебедева готовят кассационные жалобы


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Марьяна Торочешникова и Наталья Голицына.

Кирилл Кобрин: Защита Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, которых суд приговорил к девяти годам лишения свободы, не намерена мириться с таким вердиктом. Адвокаты уже готовят кассационные жалобы.

Марьяна Торочешникова: Краткая кассационная жалоба на приговор Мещанского суда Москвы по делу Михаила Ходорковского, Платона Лебедева и Андрея Крайнова поступила в судебную канцелярию в тот же день, как судьи закончили оглашать приговор. Ее подал адвокат Платона Лебедева Константин Ривкин. В жалобе он отметил, что не согласен с содержанием приговора и считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. По мнению адвоката, выводы суда противоречат материалам уголовного дела, а сам приговор противоречит требованиям закона.

Константин Ривкин: Прежде всего, мы исходим из того, что суд абсолютно неверно трактует те события, которые имели место быть в реальности, то есть он усматривает некий криминал в тех событиях, которые происходили на самом деле, это первое. Второе, в ряде случаев мы столкнулись с тем, что суд говорит о фактах, которых вообще не было в природе. Третье, он очень вольно обращается с конституционным принципом презумпции невиновности, возлагая явно на нас бремя доказывания невиновности наших подзащитных. И что нас сильно удивило, в ряде случаев на наши аргументы он говорит о том, что он в них сомневается, но, как известно, все сомнения трактуются в пользу подсудимых, а в данном случае они почему-то все трактованы в пользу прокурора.

Я уже не говорю о том, что в приговор, к нашему величайшему удивлению, перекочевали некоторые доводы, которые мы абсолютно, 100-процентно опровергли в ходе судебного следствия. Например, о наличии подписи Лебедева под неким документом о том, что он был руководителем некой фирмы, и, к нашему удивлению, суд не побрезговал - я другого слова найти не могу - этим вот сомнительные аргументы привести в приговоре, хотя они не соответствуют действительности и по сути являются ложными.

Марьяна Торочешникова: Все свои аргументы адвокаты изложат после того, как у них на руках появится текст приговора. Это произойдет не раньше понедельника. А крайний срок для подачи полной кассационной жалобы - 10 июня.

Константин Ривкин: Мы пришли к выводу о том, что это будет единая жалоба от защиты Платона Лебедева, имеется в виду - от адвокатов. Мы предполагаем, что он сам составит свою собственную кассационную жалобу. И, кроме того, надо ведь иметь в виду, что был вынесен приговор, и было принято еще одно процессуальное решение - определение, касающееся "Апатита", прекращения дела в этой части в связи с истечением срока привлечения к уголовной ответственности, сроков давности. Так вот, по закону мы можем обжаловать и тот документ самостоятельно, попросту говоря.

Марьяна Торочешникова: Защита Михаила Ходорковского с краткой жалобой на приговор не обращалась. Адвокат Генрих Падва заявил, что не видит в этом необходимости. О реакции на приговор суда третьего фигуранта дела, Андрея Крайнова, и его дальнейших намерениях ничего не известно. Ни он, ни его адвокаты в ходе всего процесса с прессой не общались.

Кирилл Кобрин: Приговор Михаилу Ходорковскому стал еще одним сигналом западным странам, что демократия в России в опасности. Об отношении Запада к России после суда над Ходорковским наш корреспондент беседует с директором Русского и восточноевропейского исследовательского центра Оксфордского университета Алексом Правдой.

Наталья Голицына: Доктор Правда, как бы вы охарактеризовали позицию западных демократий в отношении России после суда над Ходорковским?

Алекс Правда: Приговор Ходорковскому лишь подтвердил опасения о возможном политическом манипулировании законом на его процессе, которые высказывались на протяжении многих месяцев, начиная с 2003 года. Это стало поводом для политических споров. Большинство ведущих западных стран ясно заявило об этом главным образом потому, что они были уверены, что это не поможет президенту Путину достичь поставленных им целей: вызвать доверие к тому, что в России наблюдается прогресс в установлении верховенства закона и в проведении более предсказуемой политики в отношении как бизнеса, так и общественной деятельности. Очевидно, что отношения России с Западом усложнились. С другой стороны, ни одна западная страна не хочет ухудшения отношений с Россией. Большинство людей на Западе хотело бы укреплять с ней не только экономические, но и политические связи. Сейчас с их стороны раздается конструктивная критика, высказываемая как неофициально, так и публично, причем при сохранении всего позитивного в двухсторонних отношениях.

Наталья Голицына: Известно, что на предстоящей в июне сессии Парламентской Ассамблеи Совета Европы делегации ряда государств - в частности, Дании и стран Балтии - намерены поднять вопрос об исключении России из Совета Европы за нарушения прав человека и отход от демократических принципов во внутренней политике. Как вы полагаете, окажет ли это какое-то влияние на Россию?

Алекс Правда: Можно крайне критично относиться к состоянию демократии в России (а там наблюдается явный отход от нее). Однако разрыв связей с Россией, исключение ее из важнейших международных организаций, таких как Совет Европы, никогда в прошлом не делало эту критику более эффективной для оказания влияния на Москву. Скорее на нее может повлиять степень серьезности, с которой Запад воспринимает политические изменения, которые произошли там за последние годы. Не думаю, что лишение России членства в этой организации и разрыв связей принесут положительный результат.

Наталья Голицына: Способны ли в таком случае западные страны в принципе повлиять на Россию, чтобы вернуть ее на путь демократии и либерализма?

Алекс Правда: Думаю, что лучшим способом поддержать развитие демократии в России могла бы стать разработка Западом более широкой долгосрочной стратегии, которая позволили бы России в большей мере ассоциировать себя с Европой, с объединенной Европой. Я не имею в виду членство в Евросоюзе, а скорее какую-то форму долгосрочного сотрудничества. Это могло бы послужить сигналом российским властям, что это серьезное дело, из которого они могут извлечь для себя ощутимую выгоду. И второе: это поддержало бы и российских либералов, показав им, что есть какой-то выход из нынешней ситуации и что у них есть союзники и друзья за пределами России. Так что разработка долгосрочной стратегии привлечения России к Европе - пожалуй, самое конструктивное решение, которое могло бы повлиять на развитие демократии в России и поддержать ее демократические силы.

Наталья Голицына: Британский премьер-министр Тони Блэр намерен в ближайшее время посетить Москву. Есть ли надежда на то, что в ходе своего визита он поднимет вопрос о деле Ходорковского?

Алекс Правда: Уверен, что премьер-министр поднимет в Москве вопрос о деле Ходорковского и связанных с ним проблемах, оказавших негативное влияние на бизнес и политическое доверие к России. Возможно, при этом будут использованы более практические доводы, чем прежние рассуждения о демократических ценностях, которые не помогли делу. Ведь Кремль хочет увеличить западные инвестиции и создать впечатление большей стабильности и предсказуемости российской политики. Думаю, что наибольшую обеспокоенность Кремля вызвало бы понимание того, что международная общественность в целом считает, что в России отсутствует необходимая для ведения бизнеса стабильность, что, конечно, повлияет и на российских инвесторов, - отток капиталов из России за последние месяцы значительно увеличился. Блэр наверняка даст понять, что проблема недостатка инвестиций в российскую экономику (а это сейчас ее коренная проблема) вряд ли может быть решена в ситуации, когда закон используется в откровенно политических целях.

XS
SM
MD
LG