Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Петербурге продолжается кризис вокруг Уставного суда


Программу ведет Татьяна Валович. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская. Гости в студии - адвокат специализированной адвокатской консультации "Правозащитник" Юрий Каперпенко и член горкома КПРФ Александр Ольховский.

Татьяна Валович: В Петербурге продолжается кризис вокруг Уставного суда, приостановившего свою работу в связи с изменением в городском законе «Об Уставном суде», согласно которым регламент заседаний суда определяется не самим судом, а депутатами Законодательного собрания. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская.

Татьяна Вольтская: Зерно, из которого вырос нынешний кризис, было брошено в питерскую почву в марте 2005 года, когда Уставный суд признал, что администрация губернатора Петербурга была в 2003 году сформирована с процессуальными нарушениями. Постановление об устранении нарушений исполнено не было, и Уставный суд обратился в прокуратуру, а в мае принял решение о признании недействительными всех правовых актов, изданных губернаторской администрацией. В ответ на это петербургские законодатели ограничили компетенцию Уставного суда, и в июне он приостановил работу до принятия городским парламентом нового регламента Уставного суда.

На прошлой неделе четверо питерских юристов обратились в несколько инстанций, включая прокурора города Сергея Зайцева, с просьбой принять меры по недопущению подобных ситуаций. Кстати, один из этих юристов, ректор петербургского университета МВД Виктор Сальников, не считает питерский Уставный суд идеальным.

Виктор Сальников: К сожалению, как-то так получилось, в нашем городе возникло непонимание, я бы так сказал, тех решений, которые принимает Уставной суд, деятельности правительства Санкт-Петербурга, администрации. Это очень печально для истории Уставных судов, Конституционных судов субъектов Российской Федерации. Недавно проходила очень большая конференция. Там как раз поднимали проблему роли Уставных, Конституционных судов Российской Федерации. Участники этой конференции как бы ориентировались на наш Уставной суд, как на такой, где можно было бы поучиться, и пришли к выводу, что здесь, к сожалению, не всегда есть то, чему надо учиться.

Татьяна Вольтская: 23 июня регламент Уставного суда был принят только в первом чтении. При этом развернулась острая дискуссия. Депутат Законодательного собрания Сергей Андреев заявил, что исполнительная власть решила руками законодательной стереть политической карты города власть судебную. Он назвал поведение парламентариев мародерством и сказал, что Уставный суд должен сам принимать регламент своей деятельности.

24 июня главы Конституционных судов 8 республик России выразили обеспокоенность кризисом Уставного суда Петербурга. В своем обращении к главе государства они назвали неконструктивным путь, по которому пошла исполнительная и законодательная власть города, подчеркнули, что сложившаяся ситуация приводит к дестабилизации в Петербурге и вызывает негативный резонанс за его пределами.

Татьяна Валович: Сегодня у нас в студии адвокат специализированной адвокатской консультации "Правозащитник" Юрий Карпенко, мнение которого на ситуацию вокруг Уставного суда вылилось в обращение в городской суд с заявлением о признании не соответствующими Федеральному законодательству внесение изменений в Закон об Уставном суде Петербурге. Кроме того, у нас в гостях и член горкома КПРФ Александр Ольховский, у которого есть свой взгляд на то, как должен работать и для чего должен работать Уставный суд.

Всю прошлую неделю, особенно в пятницу, некоторые средства массовой информации Петербурга назвали судным днем, потому что настолько уже долго обсуждается эта проблема, что никто ничего не может понять. Некоторые говорят, что из кризиса она уже переросла в комическую. Причем, когда депутаты обсуждали на своем заседании этот вопрос, было высказано очень много различных мнений. Одно из самых радикальных высказал депутат Станислав Зыбин. Он предложил вообще упразднить Уставный суд Петербурга. В Москве его, кстати, тоже нет.

На ваш взгляд, действительно, нужен ли Уставный суд городу? Какую роль он играет? Чтобы каждый горожанин подумал, да, действительно, оказывается это для меня тоже важно.

Юрий Карпенко: С моей точки зрения, вся эта ситуация выеденного яйца не стоит по той простой причине, что даже наши школьники, наши дети, которые учатся в школе, уже много, много лет изучают Конституцию Российской Федерации. Для них это не представляет ни малейшей дилеммы - нужен суд или не нужен, тем более, что Россия вступила и в Совет Европы, и стала членом международного сообщества, где многочисленными международно-правовыми актами, которые имеют приоритет над нашей Конституцией, закреплено право каждого человека и обязанность государства иметь независимый и беспристрастный суд. О какой независимости и беспристрастности может идти речь, если членов Уставного суда будут назначать губернаторы, Законодательное собрание, где всем понятно имеет верховенство "Единая Россия", которая большинством протаскивает то, что ей нужно?! Фактически мы возвращаемся к тому тоталитарному режиму, это попытка возвращения к тому тоталитарному режиму, который у нас раньше был, когда группа чиновников правящей номенклатуры (раньше - партия КПСС, а сейчас - "Единая Россия") делают попытку подмять под себя судебную власть, и сами назначают судей.

Татьяна Валович: Это вы говорите по поводу того, как он должен функционировать. А мой вопрос - для чего он должен функционировать? Какой жизненный пример? За 4 года своего существования Уставный суд издал, по-моему, 112 определений каких-то. Что жизненно важно было сделано?

Юрий Карпенко: Жизненно важно то, что Санкт-Петербург - это город федерального значения. Это особый город. Все знают, что у нас особая культура, особая архитектура, у нас все немножечко особое. Санкт-Петербург - это стартовая площадка для апробирования органов исполнительной власти для принятия каких-либо решений.

Так вот, для чего нужен Уставный суд? Мы являемся отдельным субъектом Российской Федерации. У нас должна быть или своя Конституция, если бы мы были республикой, как Башкортостан, как Татария, но у нас есть Устав города, то есть своя маленькая Конституция. И вот Уставный суд рассматривает - соответствует тот или иной нормативный акт, который принят администрацией, вот этому нашему Уставу, фактически нашей маленькой Конституции нашего любимого города. Как раз проблема в том, что лично у меня, например, возникла такая парадоксальная ситуация, когда я, как адвокат, не могу исполнять свои профессиональные обязанности. Ко мне обращаются люди по поводу проверки соответствия нормативно-правовых актов, которые принимаются и администрацией, и Законодательным собранием. Отсутствие Уставного суда приводит к тому, что некуда обратиться к защитнику, к адвокату.

Татьяна Валович: А Конституционный суд?

Юрий Карпенко: А Конституционный суд как раз уже следующая инстанция.

Татьяна Валович: То есть вышестоящая?

Юрий Карпенко: Да, вышестоящая инстанция. Проблема в том, что именно попытка исполнительной власти парализовать или подмять под себя судебную власть приведет к тому, что люди разуверятся, им некуда будет обращаться за независимым правосудием. Эта попытка приведет к тому, что, апробировав ее здесь, с моей личной точки зрения, в Санкт-Петербурге, будет попытка сделать тоже самое по всей России.

Татьяна Валович: То есть опять прокатывание новых технологий?

Юрий Карпенко: Да, да,

Татьяна Валович: Александр Сергеевич, а вот лично вам приходилось сталкиваться непосредственно с деятельностью Уставного суда?

Александр Ольховский: Я бы сказал так, что мы все сталкиваемся с действиями нашего Уставного суда в той или другой степени.

Татьяна Валович: Только не всегда это понимаем.

Александр Ольховский: Да, мы как бы живем, работаем, детей воспитываем, но не понимаем часто, что мы живем по правилам, которые установил наш субъект Федерации. К сожалению или к счастью, законы пишут люди. И вопрос в качестве этих людей. Люди не безгрешны и не всегда квалифицированны. Кстати говоря, тот же самый депутат Зыбин, очень радикально высказавшийся, по-моему, за те 14 лет, что он сидит еще с Ленсовета, истер не одну пару галифе, но насколько я знаю, ни одного законопроекта он за эти годы не подготовил. Я понимаю, у него, может быть, собственный интерес есть в том, что он говорит.

Но вот практический вопрос. Был принят Закон о статусе государственных служащих, о пенсионном обеспечении. Маленький штришочек. Я представлял интересы Нины Ивановны Барабановой, человека, который имеет порядка 30 лет стажа службы, в том числе 8 лет государственной службы в Санкт-Петербурге, 5 лет в муниципальной службе и порядка 17 лет работы в аппарат еще КПСС. Сразу говорю, что это не избранный человек.

Татьяна Валович: Который непосредственно исполнял все маленькие функции, от чего зависит работа?

Александр Ольховский: Десятки тысяч людей знают ее работу, потому что она в свое время возглавляла сектор писем обкома партии, тот человек, который обеспечивал бесперебойное и своевременное рассмотрение обращений граждан в обком партии.

Татьяна Валович: В то время, когда еще к этому прислушивались.

Александр Ольховский: Да, в тот высший орган фактически в городе. Человек, уйдя на пенсию, получил государственную пенсию в размере 2300 рублей. А почему? В этом Законе нашем об основании для назначения надбавок было пропущено основание - перевод на работу из государственной службы в муниципальную службу.

Татьяна Валович: Хотя муниципальная служба это тоже государственная.

Александр Ольховский: Да.

Татьяна Валович: То есть произошло элементарное ущемление прав человека.

Александр Ольховский: Скажем так, недосмотр. Поэтому в результате не только Нина Ивановна Барабанова, а тысячи людей, которые переходили из органов государственной власти в органы опеки и муниципалитеты получили вот такую же ситуацию. Это ущемление их прав. Естественным образом, мы должны были отреагировать на это дело. Слава богу, этот вопрос решился. Но я напомню, что в 2002 году Уставный суд уже рассматривал как раз действие этого Закона.

Татьяна Валович: Это как раз подпадает под юрисдикцию Уставного суда?

Александр Ольховский: Да. Раз Уставный суд, если к нему обращаются люди, которые не могут найти справедливости, с их точки зрения, ни в органах государственной власти, ни в обычном районном суде, вам отвечают в соответствии с городским Законом. А опротестовать Закон может только, по нашему Уставу, только Уставный суд. Поэтому неэффективность суда или отсутствие Уставного суда, нормально действующего, независимого Уставного суда ставит под большой вопрос исполнение реального выполнения прав граждан нашего города.

Татьяна Валович: Юрий Викторович, а как вообще могло произойти, что утверждение регламента Уставного суда было отнесено к компетенции Законодательного собрания? Разве это неравноценно тому, что в ваш дом приходят какие-то люди, начинают говорить, что обедать будешь готовить тогда-то, а кушать во столько-то, ложиться спать тогда-то. Или я чего-то не понимаю, потому что я не юрист?

Юрий Карпенко: Безусловно, это прямое вмешательство органов законодательной власти, могу только предполагать, что с подачи исполнительной власти в деятельность судебной власти в нарушении статьи 10-й Конституции, где сказано, что органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны. Также могу напомнить 120-ю статью Конституции, где говорится, что судьи независимы, и подчиняются только Конституции Российской Федерации и Федеральному закону. Таким образом, происходит вмешательство в прямую деятельность суда, где делаются попытки регламентировать именно деятельность суда - когда принимать, что принимать, сколько иметь помощников, каким им действовать. Именно делаются попытки сделать наш городской Уставный суд Санкт-Петербурга зависимым. Поэтому, я считаю, что здесь идет прямое нарушение Конституции Российской Федерации, естественно идет нарушение Федерального конституционного закона о судебной системе Российской Федерации.

Татьяна Валович: Вы обратились в городской суд, требуете признать несоответствующим Федеральному законодательству внесение поправок в Закон об Уставном суде Петербурга. Какова была реакция?

Юрий Карпенко: Честно говоря, я никакой реакции еще не испытывал. Я только смотрю, со стороны наблюдаю, потому что я гражданин Российской Федерации, тем более что есть еще попытки обратиться и в Конституционный суд. Одно из моих заявлений в горсуд принял определение "не принимать", указав на то, что оно должно рассматриваться в порядке Конституционного судопроизводства, а именно Конституционным судом Российской Федерации. Кроме того, естественно, остается возможность, поскольку мы являемся членами Совета Европы, нарушены три статьи Европейской конвенции о защите прав человека и свобод, которые Россия ратифицировала, обратиться также в Европейский суд по правам человека.

Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Меня зовут Маргарита, город Омск. Скажите, пожалуйста, в Омске ничего неизвестно об Уставном суде. Есть ли в Омске он, в других городах?

Юрий Карпенко: Конституционным законом, то есть Законом, который имеет высшую юридическую силу над обычным Федеральным законом о судебной системе Российской Федерации, предусмотрено наличие Уставных судов каждого субъекта Федерации. Это уже вопрос к вашей законодательной власти, которая не приняла соответствующего Закона об Уставном суде города Омска.

Татьяна Валович: На сегодняшний день, по-моему, в 8 регионах есть Уставные суды?

Юрий Карпенко: Да, где-то так. Пока мы ведем беседу, может быть, еще где-то законодатели приняли. А вообще-то это полное безобразие нашей законодательной власти о том, что они не принимают в субъектах Российской Федерации положения и соответствующие законы об Уставных судах в субъектах Федерации, то есть лишают граждан права на судебную защиту основного права.

Татьяна Валович: Александр Сергеевич, вы хотели что-то добавить.

Александр Ольховский: Хотел добавить, что это вопрос не только самих законодателей. Я бы обратился и к вам как к гражданам, как к жителям субъекта Федерации. Настаивайте, добивайтесь своих прав.

Татьяна Валович: Это можно снизу инициировать?

Александр Ольховский: Во всяком случае, есть депутаты, которые обязаны рассматривать обращения граждан. Во-вторых, есть общественные организации, заинтересованные в защите прав граждан. А ведь в ситуации, когда у нас укрепилась исполнительная власть, у нас фактически сейчас под контролем находится законодательная власть в субъектах Федерации, более или менее подконтрольна пресса, то сейчас судебная власть остается единственным, на мой взгляд, инструментом, который может еще реально защищать интересы граждан. Поэтому настаивать на этом необходимо.

Татьяна Валович: У нас есть еще вопрос от слушателя.

Слушатель: Георгий. Вы частично предвосхитили мой вопрос, но все равно задам. Имеют целью улучшить или ухудшить положение всего населения эти решения, или он принимался по каким-то другим параметрам. Спасибо.

Юрий Карпенко: Немножко не понял, что улучшить, а что ухудшить, но судебная власть - это основная власть, которая создана для того, чтобы разрешать споры между гражданами, между исполнительной и законодательной власть, между гражданами и исполнительной властью. Именно для разрешения споров и создана судебная власть. Для того она и должна быть независимой.

Все демократические государства, которые прошли уже достаточно длительный путь развития, доказали, что только судебная власть способна разрешать споры и предотвращать какие-то бунты, кровавые столкновения, какие-то там мятежи. Все цивилизованным путем разрешается, именно поэтому судьи должны быть независимыми. Естественно, из этого вытекает мой ответ, что только судебная власть способна разрешать споры. Это только на благо граждан.

Татьяна Валович: У нас есть еще вопрос от слушателя. Мы слушаем вас.

Слушатель: Я, конечно, залился горючими слезами, когда услышал, что исполкомовскому работнику надо повысить пенсию, при том еще старых времен, которые ничего не делали. Но мне бы хотелось спросить, а как быть учителю, профессору, тому бюджетнику, который учит ваших детей?

Татьяна Валович: Александр Сергеевич, давайте поставим точки над i.

Александр Ольховский: С большим удовольствием отвечу. Во-первых, те люди, которые работали в органах исполнительной власти, те же самые бюджетники. Если сейчас власть плюет, прямо скажем, на работу этих людей, то как же она будет плевать на те же самые пенсионные права и учителей, и врачей, и всех остальных. В конце концов, не будем строить никаких страшилок. В аппаратах работали и уборщицы, и люди, которые прекрасно работали. Кстати говоря, с советских властей в четыре раза увеличилось количество чиновников. Та власть была все-таки в четыре раза эффективней по работе. Давайте уважать этих людей, которые, действительно, были трудоголиками и не считали это подвигом. Они горели на работе.

Татьяна Валович: Мы сейчас обсуждаем то право человека, которое он получил в результате своей трудовой деятельности. Я не говорю, что естественно в России катастрофическое положение с пенсионным обеспечением и медицинских работников, и сферы образования. Юрий Викторович, что-то хотели добавить?

Юрий Карпенко: Я хотел бы добавить, что, с моей точки зрения, как адвоката и как гражданина, вот это нынешнее состояние государственной власти в Санкт-Петербурге, да и не только в Санкт-Петербурге, по всей России, которое приводит к тому, что пенсия в 3-4 раза госслужащих выше, чем пенсии людей других категорий, я считаю, что это нарушение принципа равноправия граждан. Именно как раз для этого и собираюсь в дальнейшем обращаться в Уставный суд города Санкт-Петербурга.

Татьяна Валович: Как вы считаете, почему это все время происходит - инициирование, сталкивание интересов людей, которые проработали раньше в госаппарате, ныне работают учителями? Кому это выгодно, Александр Сергеевич?

Александр Ольховский: Чем больше конфликтов между разными категориями граждан, тем меньше вопросов эти граждане задают органам власти. Это вопрос системы.

Татьяна Валович: Своеобразный отвлекающий маневр?

Александр Ольховский: Да, это дымовая завеса. В мутной воде гораздо проще ловить рыбку.

Татьяна Валович: Удовлетворен ли слушатель, задавший вопрос?

Слушатель: Молодцы. Очень хорошо сказано. Эту мутную воду специально делают.

Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Я много лет занимаются изучением Конституции и Устава. Устав с 1998 года изучаю, когда он только был принят. Во-первых, у него уже внесены такие кардинальные изменения, которые нивелировали бы всяческие права, но в них в этом Уставе, и в Конституции положение так...

Татьяна Валович: К сожалению, сорвался звонок. Но в принципе понятен лейтмотив, что и в Уставе города, и в самой Конституции положения прописаны так, что нарушаются права.

Юрий Карпенко: Да, дело в том, что статьей 18-й Конституции Российской Федерации, прошу обратить внимание на это всех радиослушателей, установлено, что права и свободы человека являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельности законодательной и исполнительной власти и обеспечивается правосудием. Все органы государственной, исполнительной власти, органы местного самоуправления и правосудия, в лице всех судебных систем - арбитражного, уголовного, конституционного, административного судопроизводства обязаны, прежде всего, обеспечивать приоритет прав человека. И только лишь в последнюю очередь руководствоваться какими-то другими мотивами. Поэтому Конституция наша не только, с моей точки зрения, но и с точки зрения даже практически всех ведущих наших конституционалистов, и международных экспертов, нельзя назвать плохой. Она великолепна. Может быть, требует какие-то дополнения небольшие, уточнения, но это уже прерогатива Конституционного суда России, который именно и стоит на защите прав и свобод человека.

Татьяна Валович: То есть вся беда в реализации тех законов, которые имеются на сегодняшний день в России?

Юрий Карпенко: Наверное, скорее всего, не беда в реализации, а это беда в бесконтрольности нашей власти и отсутствия гражданского общества. А если взять, допустим, Конституционный суд, то он очень жестко стоит на защите прав граждан и свобод граждан. Я имею в виду Конституционный суд России. Здесь все это абсолютно бесспорно. Даже более того. Если у нас сейчас Уставный суд не будет действовать, не будет работать в нормальном режиме, то это может прокатиться по всей России, использоваться в других субъектах Российской Федерации. Надо обращаться к своим депутатам, нужно коллективно жителям обращаться, чтобы был Уставный суд в городах. Таким образом, как-то снизу инициировать это движение с тем, чтобы у нас нормально функционировали три ветви власти, тем более что они абсолютно независимы друг от друга и самостоятельны, каждая вправе принимать решение.

Татьяна Валович: У нас есть еще вопрос от слушателя.

Слушатель: Хотела бы задать вопрос по поводу служащих. Журналисты циковских и областных газет, ученые должны были писать во всяких анкетах, что они служащие. Как по поводу пенсий? Они относятся к государственным служащим или это служащие чего-то такого неопределенного?

Юрий Карпенко: На сегодняшний день журналисты, хоть даже и партийных газет, не относятся к статусу государственных служащих. Они не приравнены Законам Санкт-Петербурга к статусу государственных служащих.

Татьяна Валович: Наверное, вообще, в Российской Федерации?

Юрий Карпенко: Да, и вообще Российской Федерации.

Татьяна Валович: Они подпадают под другой закон.

Юрий Карпенко: Да, под общее пенсионное законодательство.

Татьяна Валович: Был высказано такое мнение, что причинами кризиса вокруг Уставного суда стали чрезмерные амбиции тех, кто там был. Они не хотели подчиняться. И вот в результате нужно опять выстроить, все сделать так, как необходимо исполнительной власти. Насколько вам кажется Уставный суд, который у нас сейчас есть, и тот состав его стремился занять особое, никем не контролируемое положение?

Юрий Карпенко: Это все-таки полный бред. 120-я статья Конституции говорит, что судьи независимы и подчиняются только Конституции и Федеральному закону. Пресса, которая пишет об этом, пусть она укажет хоть одну статью, которая нарушена в Конституции, или одну статью закона, которая нарушена. Это первое. Второе. Повторю, наши дети, наши школьники учат в школе правоведение, в которое введено изучение Конституции еще президентом Ельциным. Любому школьнику понятно, что это абсолютно беспредметный спор, бесспорный момент, который должен реализовываться. Как раз наши дети будут сейчас смотреть - все-таки будет у нас судебная власть нормально и эффективно действующей или нет.

Татьяна Валович: У нас есть еще вопрос от слушателя, пожалуйста.

Слушатель: Кто-нибудь следит, чтобы в судьи не попали недостойные люди? Ведь некоторые используют суды в личных, корыстных целях. В свое время Владимир Владимирович Путин заявил, что над судами, над судьями будет установлен и государственный контроль, и общественный. Но этого до сих пор нет.

Татьяна Валович: Очень хороший вопрос. Юрий Викторович, пожалуйста.

Юрий Карпенко: Наверное, все-таки следят и следят очень сильно. Для того, чтобы стать судьей, нужно в соответствии с Конституцией иметь 5 лет юридического стажа. Нужно иметь достаточно хорошие характеристики, отзывы коллег. Обязательно нужно сдать аттестационный экзамен судейскому сообществу, которое проверяет, действительно ли человек готов стать судьей или нет. Но, к сожалению, в новой редакции Закона, которая принята, все эти вещи отсутствуют. И законодательная, и исполнительная власть пытаются протащить тот вариант, когда судей все-таки будут назначать без квалификационного экзамена, что я оспариваю в городском суде города Санкт-Петербурга.

Татьяна Валович: Зато там есть фраза: "С безупречной репутацией".

Юрий Карпенко: По поводу безупречной репутации я вам скажу (я тоже оспариваю эту фразу), а кто оценивает эту безупречную репутацию?

Татьяна Валович: Вы против?

Юрий Карпенко: Я не против безупречной репутации, но я против того, чтобы этому давали оценку или же депутаты Законодательного собрания, или лично губернаторы.

Татьяна Валович: Критерий вот этой оценки как раз в Законе отсутствует?

Юрий Карпенко: Да, отсутствует.

Татьяна Валович: Критерий такой: не пьешь, не куришь, не бьешь жену - ты честный человек.

Юрий Карпенко: Да, вот именно. Оценивается безупречная репутация твоя не судейским сообществом, а именно исполнительной и законодательной властью. Если ты лоялен к ним, значит, у тебя может быть безупречная репутация, а если ты выражаешь другую позицию, все - на этом крест.

Татьяна Валович: И уже этот человек не сможет стать судьей.

Юрий Карпенко: Безусловно, даже близко не подпустят, даже кандидатуру не станут рассматривать.

Татьяна Валович: Время нашей передачи подошло к концу. Мы будем следить за развитием ситуации вокруг Уставного суда Петербурга. Спасибо большое.

XS
SM
MD
LG