Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Заместитель генпрокурора предупреждает об угрозе территориальной целостности Российской Федерации


Программу ведет Михаил Фролов. Принимает участие корреспондент Радио Свобода в Москве Олег Кусов.

Михаил Фролов: В Москве на заседании «круглого стола» на тему «Религиозное возрождение в России, терроризм и права человека» заместитель генерального прокурора России Владимир Колесников затронул проблему сепаратизма в стране. По словам Владимира Колесникова, на территории России продолжают действовать структуры международных террористических организаций, поставившие своей целью воссоздание исламского государства.

Олег Кусов: Одна из известных в арабском мире террористических организаций активизировала свою деятельность на Северном Кавказе и Поволжье, заявил на заседании «круглого стола» заместитель генерального прокурора Владимир Колесников.

Владимир Колесников: Практика работы российских правоохранительных органов последнего времени высветила наличие в стране законспирированных ячеек международных террористических организаций. В ряде субъектов федерации Центрального (Москва), Приволжского (Башкортостан, Татарстан и так далее) федеральных округов выделены структурные ячейки запрещенной у нас террористической организации Хизб ут-Тахрир аль-Ислами ("Партия исламского освобождения"), созданной в 1953 году в Палестине, основная цель которой - устранение существующих правительств и установление исламского правления путем воссоздания всемирного исламского халифата, на первом этапе - в регионах с преобладающим мусульманским населением.

Олег Кусов: Территориальной целостности Российской Федерации угрожает и деятельность вооруженных радикальных группировок на Северном Кавказе, заявил на заседании «круглого стола» Владимир Колесников. Он привёл данные из специальных исследований этой проблемы. Сотрудники правоохранительных органов в Южном Федеральном округе утверждают, что сепаратистские идеи исходят от лидеров незаконных вооружённых формирований, которые ищут способы уйти от ответа за преступления перед российским обществом.

Владимир Колесников: Около 20% сотрудников федеральных правоохранительных органов Южного федерального округа связывают деятельность указанных лидеров со стремлением к созданию самостоятельного государства и самостоятельного решения вопроса государственной и иной политики в рамках национальных территорий и обычаев, а также в связи с уходом от контроля федеральной власти и предусмотренной законом ответственности за совершенные преступления. Примерно 20% - со стремлением лидеров к сепаратизму и объединением с исламским миром. Речь идет о посягательстве на территориальную целостность Российской Федерации. Поэтому мы рассматриваем в качестве основного направления антикриминальной, антитеррористической стратегии гармонизацию экономической, политической, социальной и духовной жизни общества, надежную защиту страны от внешней агрессии в разных ее вариантах. В то же время понимая, что это недостижимо без пресечения процессов самодетерминации преступности, эффективности борьбы с ее организованным началами, международным терроризмом, и рассчитываем на активную помощь в этой работе общественных объединений и мусульманских религиозных организаций.

Олег Кусов: Эксперт по межнациональным отношениям Юрий Ханжин считает, деятельность лидеров террористических организаций на территории страны не является главной причиной появления сепаратистских настроений в обществе. На его взгляд, сепаратизм на Северном Кавказе провоцируют более серьёзные причины. Проблема заключается в том, что федеральный центр, утверждает Юрий Ханжин, фактически пытается реанимировать старую имперскую модель контроля над регионами. А это в свою очередь порождает так называемый сепаратизм, который Юрий Ханжин называет национально-освободительной борьбой народов.

Юрий Ханжин: Это досоветская модель, это модель колониального наместничества, которая существовала в Российской империи. В то время российские колонизаторы были людьми образованными, и они старались учитывать в некоторой степени традиции и обычаи народов империи. Где-то там внизу колониальные чиновники ни во что не вмешивались, были местные аульские старейшины, были ханы и князья у тех народов, где существовала княжеская каста. Эти местные руководители, выражаясь современным языком, управляли по старым народным обычаям. Это как-то смягчало колониальный режим, потому что колонизаторы сами управляли уже наверху. В условиях, когда империализм господствовал во всем мире, а большая часть мира была колониальной, национально-освободительное движение еще не было развито, эта система была довольно стройной и эффективной. Сейчас, когда большинство народов, ранее находившихся под колониальным игом, сбросили это иго, стали свободными и независимыми, и в самой России развиваются процессы национально-освободительные, когда во главе этих народов стоят более-менее образованные люди, есть национальная интеллигенция, есть кому сформулировать эти требования, такая политика, конечно, вызывает жесткое противодействие. Она везде вызывает противодействие. Скажем, в мирном и цивилизованном Поволжье, допустим, в том же Татарстане, это форма сугубо мирная, это сопротивление парламента суверенной республики, его стремление сохранить положения договора между Татарстаном и Россией, это желание отстоять экономическую независимость, не допустить грабежа природных ресурсов страны, которые проводит правительство Татарстана. А вот на Кавказе формы другие. Во-первых, здесь не посчастливилось иметь таких людей, как Минтимер Шаймиев. Во главе республик стоят, скажем прямо, не самые лучшие деятели постсоветской генерации. А во-вторых, сам темперамент кавказских народов, его традиции военного сопротивления, сопротивления с оружием в руках в ответ на насилие и жестокость, так сказать, адекватный, вооруженный, эти традиции, конечно, сказываются, и поэтому на Кавказе создается обстановка войны.

XS
SM
MD
LG