Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Продолжается судебный процесс по делу единственного оставшегося в живых боевика из числа захвативших школу в Беслане


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Юрий Багров.

Андрей Шарый: Во Владикавказе продолжается судебный процесс по делу единственного оставшегося в живых боевика из числа захвативших в сентябре минувшего года школу в осетинском городе Беслан Нурпаши Кулаева. Сегодня в зале суда давала показания директор школы номер 1 Лидия Цалиева. В зале суда работал корреспондент Радо Свобода Юрий Багров.

Юрий Багров: Приход Лидии Цалиевой, директора бесланской школы номер 1, в Верховный суд Северной Осетии ожидали все - и потерпевшие, и свидетели трагедии, и журналисты. Пожилая женщина должна была явиться в суд еще на прошлой неделе, когда получила повестку. Однако смогла прийти только сегодня. В Беслане существуют две диаметрально противоположные оценки действий директора во время захвата школы. Часть жителей уверена, что Цалиева является одной из главных жертв террористов, и теперь живет с моральным грузом ответственности за гибель детей. Другие считают женщину чуть ли не соучастником захвата школы. Лидия Цалиева все обвинения в свой адрес категорически опровергает. Сегодня она рассказывала о событиях 1-3 сентября. По словам директора учебного заведения, с первых минут захвата надежда на благополучный исход таяла с каждым часом. Ситуация могла измениться, когда в школе появился экс-президент Ингушетии Руслан Аушев.

Лидия Цалиева: На второй день появился Аушев. Почему-то у меня тоже надежда какая-то появилась, наверное, какая-то помощь будет. Опять мне кричат: "Директор в штаб". Пошла, увидела - стоит Аушев. Я говорю: "Руслан, я вас очень прошу, помогите моим детям, спасите, чтобы ни один ребенок не пострадал. Я вас очень прошу". Он меня выслушал, хотела на колени встать. Он мне не разрешил. Он сказал мне всего две фразы: "Сейчас я вылетаю в Москву, и все доложу Путину". Меня вывели. Когда я шла опять в зал, настроение у меня было очень плохое. Я представила себе. Он полетит в Москву, когда попадет к Путину. У меня настроение совсем упало. Я все-таки держалась.

Юрий Багров: Спустя несколько часов после ухода Руслана Аушева, ситуация изменилась к худшему.

Лидия Цалиева: Второго числа меня вызывает опять тот же полковник и говорит: "Вы никому не нужны. За вас никто ничего не говорит, ничего не требует". Я, конечно, подумала, что это провокация, но так и было. "Я даю вам еще два часа, потом включаю кнопку, и все мы с вами к Аллаху. Аллах один".

Юрий Багров: Бывшие заложники считают директора соучастницей убийства детей. Лидия Цалиева не успевала отвечать на вопросы. Почему 1 сентября линейка проводилась в 9 часов, а не как обычно в 10? Почему не была предупреждена милиция о переносе этого мероприятия? Почему она по первому же требованию террористов указала на детей нынешнего главы республики Теймураза Мамсурова?

Председательствующий Тамерлан Агузаров готов был несколько раз прекратить слушания. Бывшую заложницу Фелису Батагову не могли успокоить ни судья, ни судебные приставы.

Фелиса Батагова: Я выросла около этой школы. Мы друг друга знаем с малых лет. Уважаемая семья была для меня. Я хочу, чтобы она для меня такой и осталась. А сейчас я считаю, что она предательница, что она детей сгубила. Я хочу спросить - почему это случилось именно в нашей школе?

XS
SM
MD
LG