Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Москва после ухода Шанцева и перед выборами в городскую думу


Программу «Итоги недели» ведет Дмитрий Волчек. Принимает участие председатель центрального совета движения «Равенство» Ольга Сагарева.

Дмитрий Волчек: Создание коалиции за честные и чистые выборы и заявление депутата Госдумы и бизнесмена Александра Лебедева о том, что он намерен сформировать оппозиционный нынешним властям столицы список кандидатов в депутаты, положили на этой неделе неофициальное начало кампании по выборам в Мосгордуму, которая в этом году обещает быть, вопреки обыкновению, очень интересной. Таблоиды обсуждают возможное участие в выборах дочерей либеральных политиков – Жанны Немцовой и Маши Гайдар. А политологи размышляют о тактике Кремля в связи с неожиданной переброской московского вице-мэра Валерия Шанцева в Нижегородскую область и, как правило, приходят к мнению, что эпоха Лужкова в Москве подходит к концу, но кто будет следующим градоначальником, совершенно непонятно. О московских делах мы будем говорить с нашим гостем Ольгой Сагаревой, председателем Центрального совета движения «Равенство», выступающего за отмену режима временной регистрации приезжих в столицу. Многие наши слушатели знают Ольгу Сагареву и как автора нашумевшей книги «Это родина моя» о Дмитрии Рогозине и тайнах партии «Родина». Итак, выборы в Московскую Думу приобретают несколько шизофренический расклад, если учесть, что за власть будут бороться два блока от партии власти - «Единой России». В чем главная интрига этих выборов, на ваш взгляд?

Ольга Сагарева: На мой взгляд, это можно назвать как интригой выборов, так и трагедией этих выборов. Она, конечно же, в том, что выборы в местное муниципальное законодательное собрание все-таки должны основываться на каких-то местных московских вопросах и на разных вариантах решения этих местных вопросов, которые предлагаются людьми, которые живут на этих территориях и хотят вместе их решать. Но благодаря тому, что выборы в Госдуму у нас практически уже считаются фикцией, все крупные политики и партии ринулись на выборы в Мосгордуму и хотят устроить из них всенародный политический балаган. Хотя это немножко не по адресу. Потому что Мосгордума - это орган власти, который должен решать хозяйственные, практические и бытовые проблемы горожан, проблемы города, а не выяснять, в очередной раз, в чем разница между «Яблоком» и «СПС». Деятельность Мосгордумы не такая уж политическая по своему предназначению. Поэтому это не очень хорошо для москвичей. Практические проблемы горожан – где будут парковки, как будут чинить дороги, где будет проезд, а где не будет – совершенно отходят на второй план.

Дмитрий Волчек: А вы сами собираетесь баллотироваться в Мосгордуму по одномандатному округу, или еще не решили?

Ольга Сагарева: В принципе, собираюсь. Но, как вы понимаете, до последней минуты сложно предсказать. Когда дело подойдет к официальному выдвижению, мы посмотрим такие политтехнологические вещи, как рейтинг в округе, узнаваемость в округе. Посмотрим, насколько хватит денег на компанию. Я прагматик и считаю, что при благоприятном стечении обстоятельств есть шанс, в том числе, и на победу. Но если я не буду в октябре считать, что такой шанс есть даже близко, то я и баллотироваться не буду.

Дмитрий Волчек: Лет 15 назад, когда институт прописки казался тоталитарным пережитком, который следует поскорее устранить, идеи, которые выдвигает ваша организация «Равенство», наверное, встретили бы всеобщее понимание. По крайней мере, понимание большинства москвичей. Сегодня настроения изменились. Вы полагаете, что опасения, которые вызывает у москвичей наплыв приезжих, не обоснованы?

Ольга Сагарева: Да, я полагаю, что не обоснованы, потому что москвичи, благодаря пропаганде, в том числе, городских властей и некоторых реакционных деятелей в Мосгордуме, когда им говорят «приезжий», воображают самый худший вариант человека. Кто кого не любит, тот сразу представляет себе вот этих людей. Когда москвичи говорят, что не любят приезжих, то они не любят так называемых таджикских гастарбайтеров, о которых, в данном случае, вообще не идет речь. Когда мы говорим о временной регистрации, мы говорим о временной регистрации граждан России, которые по Конституции имеют право на свободу передвижения, на свободу выбора места жительства и которые, в большом количестве, под этот пункт о необходимости регистрации все время арестовывались, подвергались разным издевательствам в милиции. Десятки, сотни обычных русских молодых ребят, приехавших поступать в институт, работать или делать карьеру из Воронежа и прочих российских городов. На самом деле, средний москвич ничего не имеет против Васи Пупкина, который приехал из Барнаула поступать в МГУ. Просто когда его спрашивают, как он относится к приезжим, он не думает о Васе Пупкине, а думает о таджикском гастарбайтере некоем, которого он видел по телевизору. Он просто не понимает, что режим временной регистрации бил, в основном, по россиянам, обычным людям, которые приехали сюда, чтобы работать менеджерами в супермаркете, поступать в институт или жениться.

Дмитрий Волчек: Александр Лебедев, который на этой неделе сообщил, что собирается создавать оппозиционный нынешним властям столицы список кандидатов в Мосгордуму, обнародовал основные тезисы своей программы. Это вывод игорных заведений из Москвы и запрет точечной застройки, принятие специальной стратегии для ликвидации в течение года транспортных пробок, законодательное запрещение нелегальной эмиграции и работа эмигрантов в строительном комплексе, демонополизация строительного комплекса. Подозреваю, Ольга Викторовна, что одно расхождение у вас с Лебедевым уже наметилось - в том, что касается запрета эмиграции. А что вы скажете о прочих его идеях?

Ольга Сагарева: Это все очень забавно, потому что я даже готова признаться, что в течение последнего полугода я неоднократно подходила к Александру Евгеньевичу со своими предвыборными идеями и другими программами по деятельности в Москве, которые мне казались оппозиционными городским властям. Поэтому мне и моим соратникам показалось, что Александр Евгеньевич нас захочет поддержать. Но он всегда страшно увиливал и сыграл на нет все эти разговоры. Он все время кричал: «Ребята, давайте! Я вам помогу!». Но на практике, никакого реального интереса у него нет. И, более того, насколько я знаю потенциальных кандидатов, я не верю в то, что у Лебедева есть список, что он с кем-то встречался, чтобы его сформировать. Мне кажется, что его спросили, и он заявил, что готов сформировать список. Но я вам говорю, что я тоже готова сформировать список. То же самое касается его программы. Наверное, для бизнесмена-политика - это игра. Человек попадает под влияние. Он идет по коридору, кто-то к нему подходит и говорит: «Александр Евгеньевич, такой ужас! Эмигранты заполонили всю Москву. Вы должны нам помочь». Он говорит: «Круто, отлично, я вам помогу. Это чудовищная проблема». Через минуту, он идет дальше, поворачивает за угол, к нему подбегает другой депутат: «Такой кошмар, так плохо относятся к приезжим, надо срочно помогать, спасать». Сложно иметь принципиальные расхождения с людьми, у которых нет реальных, осмысленных и продуманных принципов. А что касается остальных пунктов, то по поводу вывода казино из Москвы я согласна. Я знакомила Александра Евгеньевича с тем проектом по выводу казино из Москвы, который есть у нас. Безусловно, чтобы их вывезти из Москвы, их надо вывести куда-то. Мы не можем просто сказать, что казино нельзя, до свидания, все разойдитесь, не зарабатываете больше деньги. Это кончится тем, что все люди, которые будут это говорить, будут просто отстреляны и новые казино будут построены.

Дмитрий Волчек: А почему вы против казино?

Ольга Сагарева: Потому что я считаю, что проблема игорной зависимости - это проблема того, что втянутыми в игорный бизнес оказываются люди, которые изначально не могут себе это позволить, а просто надеются разбогатеть. И даже те, у кого были деньги, они их проигрывают. Это, действительно, зависимость.

Дмитрий Волчек: Ну, будут ездить в Подмосковье, что ж с того?

Ольга Сагарева: Пусть ездят. С одной стороны им нельзя запретить, с другой стороны, все-таки, нахождение казино в городе провоцирует. Сантехник, который несет жене домой зарплату с работы, не будет останавливаться возле метро и запихивать ее всю в игральный автомат. Пока еще он соберется поехать в специальный город, чтобы там играть… Проблема в том, что когда казино находятся среди нас, насаждается эта культура азартных игр. Эта попытка людей решить свои материальные проблемы и потеря ими денег, которые у них есть. Опасность этого во много раз увеличивается. Поэтому не зря запрещают азартные игры в большинстве американских городов, делают это не на ровном месте. Есть деньги - купил билет, полетел в Лас-Вегас. Все-таки, из десяти человек пять остановятся у метро, но только один из них долетит до Лас-Вегаса.

Дмитрий Волчек: Давайте вернемся к выборам. Изрядное оживление в обсуждении этих выборов вызвало сообщение о том, что баллотироваться будут дочери известных либеральных политиков. Маша Гайдар – ей 24 года, и Жанна Немцова – ей 21 год. Кто-то откликнулся на намерение девушек участвовать в предвыборной борьбе сочувственно, кто-то – с ехидством. Каковы ваши чувства?

Ольга Сагарева: Я разделяю вопрос Маши Гайдар и вопрос Жанны Немцовой. С одной стороны, еще и по личным причинам, потому что СПС намерено направить Жанну Немцову на выборы по моему округу, где я собираюсь баллотироваться и где я всю жизнь провела. Меня как избирателя в этом округе и, естественно, как человека, который там ведет какую-то политическую деятельность, это, безусловно, оскорбляет, потому что я считаю это насмешкой над демократическим процессом, за который СПС, якобы, ратует. Однако же по поводу Маши Гайдар у меня нет таких чувств, потому что все-таки Маша, насколько мне известно, вовлечена в общественную жизнь. У нее есть какое-то движение, она ходит на митинги, она участвует в круглых столах, делает заявление, что-то проводит. Словом, ведет какую-то общественно-политическую деятельность. То есть, у нее, по крайней мере, есть какой-то опыт, и поэтому можно только похвалить ее за то, что она идет на выборы. Да она и постарше, попредставительней, она что-то себе запланировала. То есть, она один раз пойдет неудачно, второй – неудачно, а на третий – удачно. И уже понятно, что у человека есть задатки какой-то политической карьеры. А что касается Жанны Немцовой, то это совсем другая девушка, раньше не имевшая к политике никакого отношения, кроме продвинутого, богатого папы, который был лидером фракции в Госдуме и губернатором Нижегородской области. Ее предыдущее желание было быть фотомоделью, а потом – быть мэром Сочи, и почему-то на пути к этой цели она решила поиграть в московские выборы, что не очень логично, и почему-то как площадка для этой игры должен использоваться мой родной район, где я родилась, выросла, прожила много лет. Мне и, я думаю, другим жителям нашего района, не очень понятно, почему мы должны быть детской площадкой. Почему, когда ребенок богатого папы хочет поиграть в уже не в фотомодельный бизнес, а в выборы, то он должен это делать у нас? И это, как мне кажется, свидетельствует об очень высокомерном и издевательском отношении СПС к выборному процессу и, в частности, к людям в нашем округе. Я говорила с людьми из СПС об этом, я сказала им: «Ребята, вы что, смеетесь?», на что мне говорили: «Да нет, никто же не думает, что за нее кто-то проголосует. Ребенку хочется поиграть. Папа считает, что это хорошая идея. Пусть у нее будет опыт выборов. Тебе что, жалко, что ли?». Я говорю: «Мне, в некотором смысле, действительно жалко, потому что ваша партия говорит, что она за демократию, что у нее есть принципы, ценности и что вы готовы их отстаивать. Кто их будет отстаивать? Ребенок, который не отличает черного от белого?» Она дала одно интервью. Моя дочь-пятиклассница может лучше говорить о политике.

Дмитрий Волчек: Давайте послушаем звонки в нашу студию.

Валерий Аркадьевич (Подмосковье): Что касается детей, то это стопроцентное неуважение, да и дополнительная дискредитация СПС. Но вот насчет игорного бизнеса. Надо понимать, что у автомата выиграть невозможно. Если бы можно было выиграть, то это не было бы прибыльным бизнесом. А в Королеве вообще творятся чудеса: булочную закрыли, поставили автомат. Еще через сто метров закрыли пончичную – опять автомат делают. У народа уже крыша едет, все играют и играют и не могут уразуметь, что невозможно это обогащение на халяву. Поэтому из Москвы выгонять в область не надо. Наоборот: резервацию по пропускам.

Дмитрий Волчек: Спасибо. Еще один сюжет, связанный со столичными делами. Бурную реакцию вызвали планы любимого художника московского мэра, Зураба Церетели, установить в Москве памятник Иосифу Бродскому. Началась кампания сбора подписей против такого памятника. Ольга Викторовна, вы подписали обращение?

Ольга Сагарева: Я не знала, что оно существует, но безусловно, подпишу. Более того, я готова пойти на любой митинг, на любые жертвы, чтобы остановить этот ужас. В первую очередь, как любые работы скульптора Церетели, это, конечно же, надругательство над городом, над москвичами. Но в данном случае, меня больше волнует надругательство над памятником Бродскому. Мы все видели проект, который товарищ Церетели сваял, – это просто кошмар. Я думаю, что сам Иосиф Александрович многократно перевернулся бы в гробу, если бы увидел. И прекрасно понимая это, настаивать на этом памятнике со стороны господина Церетели – издевательство. Но понимаете, меня беспокоит другое: я никак не могу понять, какая у нас процедура установки всего этого в Москве. Должен же быть какой-то архитектурный комитет по внешнему виду города. Там должен заседать не товарищ Лужков и другие политики, а архитекторы и искусствоведы. То есть, люди с каким-то уровнем экспертизы. Если бы Комич решал, какие памятники стоят того, чтобы их ставили на публичное обозрение в публичных местах, а какие нет, то этого кошмара бы не было. А сейчас, мы имеем господина Церетели, который заявляет, что он выбирает место в Москве. Я не понимаю, я что, тоже могу сваять прижизненный памятник господину Церетели и поставить его где-нибудь? Какая здесь процедура? Мне кажется, что это совершенно безумный процесс.

Дмитрий Волчек: На этой неделе, Кремль отправил вице-мэра Российской столицы Валерия Шанцева руководить Нижегородской областью. В Москве, многие считают, что таким образом, федеральные власти пытаются ослабить команду Лужкова перед грядущими выборами в Мосгордуму. Давайте послушаем мнение политолога Андрея Пионтковского.

Андрей Пионтковский: Шанцева убирают именно потому, что он рассматривается преемником Лужкова. Значит, эта группа питерских силовиков, действительно считая Москву важной опорной политической точкой, будет стремиться поставить на место мэра Москвы своего человека. Шанцев таким человеком ими явно не рассматривался.

Дмитрий Волчек: Итак, по версии Андрея Пионтковского, Кремль отправляет Шанцева в Нижний Новгород, чтобы не было помех при назначении преемника Лужкова в Москве. Вы согласны с такой трактовкой событий, Ольга Викторовна?

Ольга Сагарева: Честно говоря, я бы так глубоко не копала. Мне кажется, что просто Кремль издевается над нижегородцами, так же, как издевается СПС над жителями Шереметьевского избирательного округа. В принципе, потому что в Нижнем Новгороде были большие баталии по поводу кандидатуры Ходарева и того, будет он переназначаться или нет. Якобы, Кремль хотел его переназначать, но законодательное собрание было против. Они кричали: «Мы все встанем против Ходырева!» Вот им и ответ пришел из Москвы: «Вот вы тут шумели, вот вы и пошли, нижегородцы… Мы вам прислали человека, который к Нижнему Новгороду никаким боком не относится. Мы вам прислали Шанцева, могли бы и какую-нибудь уборщицу или кухарку прислать управлять Нижегородской областью. В принципе, вы громко кричали, вы не хотел Ходырева, вот вы получаете другого человека». Мне почему-то кажется, что есть что-то безумное в направлении вице-мэра Москвы в мэры Нижнего Новгорода. Так же безумно, как девушка, которая хочет быть мэром города Сочи, для этого баллотируется в Мосгордуму. Людям что, вообще все равно, чем управлять? Главное, чтобы рядом с деньгами посидеть, что ли? Должна быть какая-то последовательность. Ведь у господина Шанцева был вариант не согласиться. Его же не в наручниках тащили в Нижегородскую область. И когда по телевизору говорят, что теперь, наконец, в Нижегородскую область придут инвестиции, что туда придет? Донстрой у них будет? Алые паруса у них построят? Вот подфартило людям, честное слово. Не знаю, плакать или смеяться за нижегородцев. А с точки зрения Москвы мне не кажется, что это играет какую-то большую роль, потому что мне кажется, что приемника у Лужкова уже быть не могло. И так команда Лужкова всех достала и в народе, и в Кремле.

Дмитрий Волчек: А партия «Яблоко» требует, чтобы Валерий Шанцев остался в Москве. Процитирую письмо Сергея Митрохина Шанцеву. «В настоящее время Москва имеет лучшую в стране систему социальных гарантий, созданную, в том числе, и вашими усилиями. Многие москвичи именно с вами связывают надежду на сохранение этого курса в корне противоречащего политике, которая сегодня навязывается регионам федеральным центром».

Ольга Сагарева: Сергей Сергеевич очень хороший человек, но он очень любит направлять письма поддержки людям, которые, как мне кажется, этого не заслужили. Он, в свое время, голодовку товарища Рогозина поддержал. Всех чуть инфаркт не схватил в самом же «Яблоке», и то же самое здесь. Все, что я вынесла из этого письма поддержки, это то, что у господина Шанцева отчество Павлинович, что у меня вызвало улыбку. Я не знаю, зачем Митрохин это написал. Я лично считаю, что рядовые москвичи ничего с господином Шанцевым не связывают, потому то они понятия не имеют, кто ответственен за какую часть городского хозяйства и благодаря кому что случилось или не случилось. Мне кажется, что для большинства рядовых москвичей мэрия это такое место, где не очень понятно, что происходит. Связывать надежды лично с Шанцевым? Мне кажется, что Митрохин немножко забыл, что рядовому москвичу все это непонятно.

XS
SM
MD
LG