Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Точка зрения Генеральной прокуратуры России на события в Беслане


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Юрий Багров.

Андрей Шарый: По данным Генеральной прокуратуры России, одновременно с захватом школы в Беслане планировался также захват заложников в станице Троицкая в Ингушетии. Об этом и о ходе расследования трагических событий начала сентября прошлого года в эксклюзивном интервью корреспонденту Радио Свобода на Северном Кавказе Юрию Багрову рассказал заместитель Генерального прокурора в Южном Федеральном округе Николай Шепель. Он возглавляет группу государственного обвинения на судебном процессе по делу Нурпаши Кулаева, единственного из оставшихся в живых, по официальной версии, участника нападения на школу в Беслане.

Сегодня точку зрения Генеральной прокуратуры на бесланские события Свобода оставит без комментариев, однако мы обязательно вернемся к этой теме в ближайшие дни.

Юрий Багров: Абсолютное большинство бывших заложников утверждают, что в школе находилось гораздо больше 32 террористов. На цифре 32 настаивают прокуратура и сам Кулаев. Откуда взялась эта цифра? Каким образом была выведена?

Николай Шепель: Абсолютное большинство на следствии не говорили о количестве террористов, а затем начали уточнять. Конечно, те лица, которые были допрошены в суде, говорят, что им казалось, что их было больше, хотя никто не утверждает, потому что никто их не пересчитывал, всех вместе не мог видеть. Если мы говорим о Кулаеве, то это единственный человек из оставшихся арестованных, который сейчас предстал перед судом, который видел всех вместе в лагере в месте сбора, затем они передвигались на автомашине. Эта версия подтверждается и следственным путем. Когда после освобождения заложников, захвата и убийства террористов, которые оказали сопротивление, мы изъяли оружие. Оно соответствует этому количеству - где-то 20 автоматов, 5 пулеметов, 8 пистолетов, 1 револьвер и две ручные гранаты. Мы проводили следственный эксперимент. Все эти боевики, 32 человека, и вооружение было размещено в машине ГАЗ-66. Это подтверждается не только утверждениями Кулаева, но подтверждается еще и следственным путем. Поэтому мы говорим только о тех цифрах, которые процессуально органами следствия установлены. Мы никогда не говорили, что их было больше или меньше, мы говорим о том, что установлено следствием.

Проводили еще эксперимент, когда мы назначили экспертные исследования - мог ли РПОА "Шмель" поджечь крышу школы. Были назначены экспертные исследования. Кроме того, проводился следственный эксперимент. Был произведен выстрел с РПОА "Шмель" по сухому строению. Оно разлетелось, но оказалось, что зажигательного воздействия оно не оказало на это строение. Это лишний раз подтверждает версию о том, что совпадает с техническими характеристиками этого тяжелого вооружения РПОА.

Юрий Багров: Какую роль играл Нурпаши Кулаев среди террористов, захвативших школу?

Николай Шепель: Один из исполнителей теракта. Сейчас он пытается говорить, что он практически ни к чему не причастен. Его взяли, потому что старший брат еще ранее занимался бандитизмом, состоял в вооруженных незаконных формированиях. Якобы по этой причине его тоже забрали, а он даже не знал куда его везут, хотя предполагал, что совершить какой-то теракт, но не знал, что это школа. Мы полагаем, что он один из членов банды, который остался живым. Он должен отвечать за действия банды, как это предполагает Уголовный кодекс Российской Федерации. Говорить, что эта ситуация была для него разовой, случайной, но у нас есть показания террористки, которая пыталась подорвать метро в Москве Зарима Мажахоева. Она уже осуждена за этот теракт. Она опознала Кулаева и говорит, что она видела его в банде Басаева еще более чем за год до теракта в Беслане - в мае 2003 года.

Юрий Багров: Из основного дела расследований теракта в Беслане в отдельное производство выделены дела Кулаева и сотрудников правоохранительных органов Правобережного района Северной Осетии. Будут ли возбуждены уголовные дела в отношении должностных лиц в республиканском и федеральном правительстве?

Николай Шепель: И в отношении руководства Правобережного района Северной Осетии, и в отношении работников должностных лиц руководителей Малгобетского РУВД Ингушетии возбуждены два уголовных дела. Они расследуются сейчас. Мной отменено постановление об отказе в возбуждении дела в отношении действий пожарников. Здесь мы не просто говорим о действиях пожарников - могли они или не могли в период освобождения заложников тушить пожар - здесь более широко мы ставим вопрос по этой проблеме: и об оснащенности этих пожарных, о руководстве этой операцией. Проводится, я полагаю уже на стадии завершения, ситуационная экспертиза, которая позволит нам сделать вывод сначала экспертам, а потом дадим правовую оценку действиям должностных лиц всех силовых структур. Будет процессуальная оценка. Заранее опережать события мы не намерены.

Юрий Багров: Есть ли разногласия у официального следствия, проводимого прокуратурой, и федеральной парламентской комиссией? Когда ориентировочно будет закончено следствие по основному делу - расследование теракта?

Николай Шепель: Разногласий нет у нас. Одни цели и задачи. Правда, наша задача, прежде всего, правовая, а у них еще, наверное, и аспект имеется политический, которые потом могут внести изменения в Закон. Мы его исполняем, а они могут потом Закон в какой-то степени изменить для того, чтобы при выявлении причин условий совершенного преступления (теракта в Беслане), чтобы можно было делать какие-то выводы.

Всякий раз, когда члены парламентской комиссии к нам обращаются, чтобы мы добыли такие-то материалы, нам направляют, чтобы мы всем этим обстоятельствам давали правовую оценку. Основное дело еще продолжает расследование. Нам важно не только осудить Кулаева, мы это уже делаем, нам важно, чтобы были привлечены все - и пособники, и организаторы преступления. Тогда будет завершено расследование основного уголовного дела.

Юрий Багров: Насколько известно, у прокуратуры есть разногласия с парламентской комиссией республики Северная Осетия. Ее председатель Станислав Кисаев не согласен с оценками, которые дает прокуратура по делу о теракте в Беслане. Основные разногласия касаются применения танков и огнеметов. Как вы прокомментируете эту ситуацию?

Николай Шепель: За весь период работы этой парламентской комиссии, они ни разу к нам не обратились с какими-то материалами, просьбами дать правовую оценку тому или иному обстоятельству, которое не было известно следствию. Сама комиссия была создана для того, чтобы оказать помощь, содействие в расследовании, выявлении каких-то обстоятельств. Этого не случилось. Кисаев сделал несколько заявлений, хотя он не должен был этого делать. Он ведь только один из парламентариев, который возглавляет эту комиссию, комиссия должна отчитаться перед парламентом республики Северной Осетии - Алания, а потом принять решение как быть с материалами, когда их обнародовать и опубликовать, в какой степени, в каком объеме. Сведения, которые Кисаев сообщил, что и РПОА "Шмели" стреляли по заложникам, из танков стреляли по заложникам. Следствием эти обстоятельства не установлены. Наоборот, мы знаем, куда стреляли танки, как это все происходило. Когда спросили у Кисаев об источнике его осведомленности, он отказался давать показания, сославшись на статус депутата. Тогда непонятно, зачем он возглавляет комиссию, которая должна была помочь нам?!

Следствием установлено, что сама команда о применении тяжелого вооружения была дана после 18 часов. Тогда, когда заложников уже в школе не было, а боевики продолжали сопротивление ожесточенное. Для того чтобы не было больших потерь, было принято решение о том, чтобы применить уже тяжелое вооружение.

Юрий Багров: После штурма школы 3 сентября бывший руководитель ОФСБ по Северной Осетии Валерий Андреев назвал операцию по освобождению заложников успешной. Согласны ли вы с этой оценкой?

Николай Шепель: Давайте мы скажем, что штурма как такового не было. Ситуация так сложилась, что надо было принимать меры по освобождению заложников. Именно по этой причине погибло 10 спецназовцев, 34 человека были ранены. В спасении заложников принимали участие не только спецназовцы, но и работники милиции, и просто граждане Беслана. Установлено, что в заложниках было 1128, погибло - 318 человек. Более 300 человек погибли как раз до и во время взрыва, то есть вопрос не в операции, как некоторые говорят, что спецназовцы расстреливали наших детей. Это совершенная неправда, просто кощунственно делать такие заявления. Сделано много. Думаю, что в той ситуации, если не все сделано, то сделано почти все, что можно было сделать для того, чтобы спасти заложников, чтобы было как можно меньше смертей.

Юрий Багров: Были ли у террористов сообщники вне школы? Если - да, то удалось ли установить их личности? Какая работа проделана в этом направлении?

Николай Шепель: Мы полагаем, что, конечно, были. Об этом свидетельствует тщательность подготовки теракта. Ведь организаторы этого теракта для страховки готовили еще резервную группу, которая должна была захватить одну из средних школ в станице Троицкая в Ингушетии. Численность этой группы была 11 человек. Она состояла полностью из лиц чеченской национальности. Опять для того, чтобы взорвать ситуацию между чеченцами и ингушами, как здесь в Беслане - между осетинами и ингушами. По нашим данным, все эти лица принимали участие в нападении на Назрань 21-22 июня 2004 года. Четверо лиц из этой группы установлены нами, привлечены к уголовной ответственности. В отношении двоих уже дело направили в суд, еще два человека в ближайшее время также будут отправлены в суд.

Есть у нас пособники, которых мы выявили при подготовке теракта - подготовка лагеря, подвоз вооружения, продуктов питания, автомобили. Эти лица также установлены нами и привлекаются к уголовной ответственности. У нас есть еще и организаторы. Санкция суда получена на арест и Масхадова, и Шамиля Басаева, а чуть раньше был уничтожен Абудзей, который готовил как раз это нападение.

Юрий Багров: Террористов, находящихся в школе, координировали извне или это была абсолютно изолированная группа, не имеющая связи с внешним миром?

Николай Шепель: Думаю, что связи были. Мы сейчас этой работой занимаемся. У нас есть и разговор одного из террористов в период штурма и освобождения заложников. Мы сейчас не называем содержание разговора и с кем он говорил, но эта работа проводится. Думаю, что мы в любом случае установим и этих лиц, которые координировали извне.

Юрий Багров: Бывшие заложники угрожают бойкотировать судебные слушания по делу Нурпаши Кулаева, если прокуратурой не будет дана оценка действий руководителей силовых ведомств и главы республики. В таком случае, будут ли продолжаться слушания в пустом зале суда?

Николай Шепель: Те потерпевшие, которые допрошены, а это их право, они обязаны присутствовать на протяжении всего судебного заседания. Тем более что оно записывается, показывается по телевидению. Нам еще нужно выслушать не только потерпевших и свидетелей, огласить материалы дела, исследовать экспертные заключения, которые у нас имеются в деле. Думаю, что еще будут вопросы о виновности Кулаева. Заявления, различного рода ультиматумы, демарши, я полагаю, совершенно недопустимы. Это никак не повлияет на судебный процесс.

Юрий Багров: Заложники рассказывают о том, что цифра 354 боевиков привела в ярость, когда они услышали об этом. Откуда она взялась? Путем каких исчислений появилась эта цифра в штабе?

Николай Шепель: Не было сразу известно, что линейка была перенесена с 10 часов на 9 часов. Поэтому предполагалось, что там могли быть не все дети, не все родители. Для того чтобы установить примерное количество, руководство МВД республики дало работникам милиции такую команду - взять заявления от граждан, которые там обучаются или гости, у которых родственники пошли на линейку и остались в той школе. Начали эти заявления собирать. Кто-то обращался в райотдел милиции, телефонные звонки. На период, когда озвучили эту цифру, она составляла где-то порядка 354. Эта цифра была озвучена. Здесь никакого злого умысла не было, хотя, наверное, это сыграло определенную роль. Могло повлиять и на объективность освещения ситуации.

Юрий Багров: Ранее говорилось о том, что в рамках расследования основного дела по теракту в Беслане, расследуется дело об участии международных террористов на Северном Кавказе.

Николай Шепель: Дело о международном терроризме нами возбуждено в ходе расследования дела по Беслану. Мы вышли на международное подполье террористическое, где участвуют и наемники из других государств. Мы сейчас устанавливаем конкретные личности этих лиц. Архивы и Абудзея, и Масхадова, и Шамиля Басаева, которые были изъяты в ходе расследования, лишний раз подтверждают, что на юге России, на Северном Кавказе работает международная террористическая организация. В этой связи Беслан - это один из актов терроризма, который был организован и проведен этой международной террористической организацией. Расследование этого основного дела и расследование дела сейчас о международном террористическом подполье говорит о том, что мы должны не только думать о Беслане, но должны думать о том, что существуют такие организации и в Ингушетии, и в Чечне, и в Кабардино-Балкарии, и в Дагестане. Наша цель и задача совместно с работниками оперативными службами МВД, ФСБ - это подполье по возможности ликвидировать.

Огромное количество самодельных устройств изъято. Они исчисляются сотнями, которые могли бы где-то в любом месте развести теракты. Сотни килограммов взрывных устройств, которые могли бы быть применены. Различного рода радиоуправляемых взрывных устройств, приспособления, часовые механизмы, рации, детонаторов только десятки тысяч изъято в ходе проведения вот этих операций. Вопрос не в чеченцах и не в ингушах, хотя эта категория лиц чаще всего задействована, но здесь у нас есть эмиссары международного терроризма "Аль-Каиды". У нас отдельное поручение мы сейчас направили через Интерпол о причастности граждан Саудовской Аравии. Пока мы не получили подтверждения, но думаю, что получим. Здесь Кавказ просто хотят взорвать изнутри проведением таких актов терроризма.

Андрей Шарый: Такова точка зрения Генеральной прокуратуры России на события в Беслане. С заместителем Генерального прокурора в Южном Федеральном округе Николаем Шепелем беседовал корреспондент Радио Свобода на Северном Кавказе Юрий Багров. В ближайшие дни мы вернемся к этой теме.

XS
SM
MD
LG