Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Польше отмечается 25-летний юбилей создания профсоюза "Солидарность"


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Алексей Дзиковицкий.

Кирилл Кобрин: В Польше в эти дни широко отмечается 25-летний юбилей создания профсоюза "Солидарность", который - начав с экономических требований - повел политическую борьбу против коммунистического режима. Лидером "Солидарности" стал Лех Валенса, ставший в постсоветской Польше президентом. События в Польше 25-летней давности напугали коммунистическое руководство и оно, в конце концов, запретило "Солидарность" и ввело в стране военное положение - таковы события начала 80-х годов.

Алексей Дзиковицкий: 25-летие создания "Солидарности" отмечается нынче в Польше на государственном уровне. Проходят торжественные богослужения, концерты, конференции. Без "Солидарности" не было бы свободы - такие слова в эти дни можно чаще всего услышать в Польше. Сейчас, через четверть века после возникновения «Солидарности» и после 15 лет трансформации, почти две трети поляков считают, что тогда, в начале 80-х, стоило протестовать, чтобы в конце концов добиться падения коммунистического режима. Многие поляки, однако, считают, что перемены ни к чему хорошему не привели, а лишь к высокой безработице, коррупции и социальной несправедливости.

Я спросил у Хенриха Вуеца, как он думает, стоило ли бороться?

Хенрих Вуец: По-моему, то, что мы стоим сейчас с вами на центральном вокзале столицы и спокойно развариваем, уже о многом говорит. Если бы 25 лет назад мы стояли здесь с корреспондентом Радио Свободная Европа, то это продолжалось бы очень недолго - посадили бы обоих.

Алексей Дзиковицкий: Давайте вернемся на 25 лет назад. Советский Союз и весь Восточный блок были еще очень сильны или, по крайней мере, так казалось, когда несколько сотен судостроителей выступили практически против всей системы. Не было страшно?

Хенрих Вуец: Вначале мы, конечно, боялись. Думали, что нас просто затопчут, убьют, ведь в самом начале нас была всего горстка. Однако постепенно присоединялось все больше и больше людей. Потом, когда нас уже было много, мы знали, что рано или поздно выиграем, и даже введение военного положения не заблокирует дорогу к свободе.

Алексей Дзиковицкий: Тогда в Польше много говорили о том, что для того, чтобы подавить протесты "Солидарности", в Польшу могут ввести советские войска. Власти пугали повтором венгерского и чехословацкого варианта. Такой сценарий был и до сих пор широко распространен среди простых поляков. Что вы об этом думаете?

Хенрих Вуец: Конечно, тогда все важнейшие политические решения зависели от того, какое выражение лица будет у Брежнева после того, как он услышит предложение сделать так или иначе. Войцех Ярузельский до сих пор оправдывает введение военного положения в Польше тем, что Брежнев мог бы разозлиться и направить к нам советские войска. Так что, конечно, Советской Союз старался контролировать то, что происходит, но уже тогда было видно, что те такая уж это и сила. Недавно началась война в Афганистане, воевать на два фронта было бы нелегко. В конце концов развалился и Советский Союз.

Алексей Дзиковицкий: Многие из лидеров "Солидарности", в том числе и вы, сидели в тюрьмах, хотя нередко была возможность покинуть страну. Думали ли вы об этом? Были ли сомнения - уехать или нет?

Хенрих Вуец: Я сидел три года в тюрьме и знаю, что это такое. Знаете, если человек верит в то, что делает, чувствует поддержку других, понимает, что он не один, и знает, твердо знает, что победит, то три года - это мелочь. Как у нас говорили, "три года - это по-свойски дают".

Алексей Дзиковицкий: А ведь в начале 80-х оппозиционеры не могли знать, какая часть населения их поддерживает. Говорилось, что около 25 процентов. Столько же - на стороне власти. А 50 процентов - неизвестно.

Хенрих Вуец: Вначале, еще до создания "Солидарности", нас в демократической оппозиции было не больше тысячи. В то время как на первомайские демонстрации, организованные коммунистическими властями, шли огромные толпы людей. В выборах, хотя это трудно было назвать выборами, скорее, просто голосованием, принимали участие более 90 процентов поляков, - и мы чувствовали себя абсолютно изолированными. Однако потом в "Солидарности" нас было уже 10 миллионов, режим дал немного свободы. Во время военного положения нас снова стало значительно меньше, не совсем мало, но и не такая огромная масса, как была вначале.

И лишь во время выборов 1989 года поляки получили возможность свободно показать, кого они поддерживают. "Солидарность" одержала сокрушительную победу, причем, обратите внимание, не 100 процентов депутатов парламента оказались нашими людьми. Если бы так случилось, это было бы плохо - не демократия, а вновь господство одной силы.

Алексей Дзиковицкий: Господин Вуец, а в какой момент вы окончательно поняли, что этому режиму конец, что долго ему в Польше уже не продержаться?

Хенрих Вуец: Было несколько таких моментов. И наверняка мы чувствовали силу, когда добились права на независимый профсоюз, зарегистрировали "Солидарность". Хотя Ярузельский объявил военное положение, многие были брошены в тюрьмы, многим казалось, что это конец, но все же такое большое количество поляков уже почувствовали свою силу, что борьба продолжалась в подполье. Каждый боролся как мог. Мы верили, что выиграем. Хотя, конечно, какой будет эта победа, мы увидели только в 1989 году, когда люди пришли на избирательные участки и проголосовали за "Солидарность". Ведь, знаете, "Солидарность" даже не думала, что будет править страной, этого не было в итоговом соглашении круглого стола. Однако мы оказались перед фактом, что наши депутаты составляют абсолютное большинство в Сейме, ну и Мазовецкий стал премьером.

Алексей Дзиковицкий: Противники дела "Солидарности" нередко говорят, что лучше было бы оставить коммунистический режим в покое, что взамен, говорят утрированно, поляки получили только расслоение общества на нищих на улицах и тех, кто водит "Мерседесы". Удалось ли, по вашему мнению, за эти годы достичь того, о чем думалось в 1980-ом?

Хенрих Вуец: Это постоянная задача, испытание для тех, кто начинал демократические перемены - не почить на лаврах, а продолжать бороться за то, чтобы были решены очень важные социальные проблемы, которые тогда уж появлялись. Ведь большинство из 21 постулата "Солидарности" касались именно социальных вопросов. Многие из них решены, а часть все еще нуждается в решении. Наш долг - сделать это. Не может быть так, чтобы все были счастливы. Однако нужно справиться с бедностью и отсталостью некоторых регионов и слоев населения Польши, чтобы каждый работающий знал, что на старости лет будет иметь достойную пенсию. В Польше много для этого сделано, но многое еще нужно сделать, и сейчас, по крайней мере, сами поляки решают, как это сделать. Да, многие люди, особенно старшего возраста, думают: тогда я имел гарантированный кусок хлеба, а теперь имею свободу, но может случиться, что куска хлеба не будет, поэтому тогда было лучше. Однако молодые люди гораздо лучше все это понимают и воспринимают и наверняка ни за что не хотели бы вернуться, к примеру, в "лукашенковский заповедник".

XS
SM
MD
LG