Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Владимир Путин встретился с известными журналистами и политическими экспертами из стран Западной Европы


Андрей Шароградский: Накануне президент России Владимир Путин в Кремле встретился с известными журналистами и политическими экспертами из стран Западной Европы. Он, в частности, говорил о том, что не собирается баллотироваться на третий президентский срок. Однако, помимо внутриполитических проблем России, Путин уделил достаточно много внимания ситуации на постсоветском пространстве, в частности, на Украине. Мой коллега Кирилл Кобрин спросил известного московского политолога, главного редактора журнала "Россия в глобальной политике" Федора Лукьянова - можно ли расценивать вчерашнее выступление Путина как появление нового курса России в отношении ближайших соседей?

Федор Лукьянов: Мне кажется, да, хотя по большому счету президент Путин никаких сенсационных заявлений не сделал. Но то, что происходит переосмысление российской политики в отношении (я уж теперь не знаю как называть: СНГ вроде бы уже нет, постсоветского пространства тоже нет) ближайших соседей. Это очевидно. Причем, мне кажется, что началось это после Украины, когда шок сначала от неумелого вмешательства, а потом от поражения привел к началу серьезного процесса переосмысления. Этот процесс не стоял на месте все это время. Если мы уберем пропагандистскую риторическую составляющую из российской внешней политики последних месяцев или даже полугода, то мы увидим, что она носит весьма рациональный характер. Это курс на сворачивание политического влияния, отказ от претензий на то, что мы хотим оказывать воздействие на политическую ситуацию в соседних странах. Очень ярко это проявилось в Грузии, когда после громких и жестких заявлений с обеих сторон, в первую очередь, с российской стороны, был подписан договор о выводе баз, по сути дела, на грузинских условиях.

Осознание того, что Россия больше не способна нести это постимперское бремя наступило. Ему на смену идет идеология такого предельного жесткого прагматизма. То есть мы больше не претендуем на то, чтобы вы следовали в нашем фарватере, но тогда уж, извините, мы будем действовать в экономике так, как нам выгодно, как считаем нужным. Это, на первый взгляд, курс естественный. Многие эксперты говорят о том, что почему столько лет это не делалось. Если уж независимые государства, то естественно с ними строить нормальные межгосударственные отношения. Во что это выльется на деле, сказать пока трудно.

Очевидно, что если эта линия будет реализовываться в первозданном виде, то какие-то государства, прежде всего, Украина, имеют, чем ответить. У Украины есть транзит российских энергоносителей. У Украины есть собственная экономика довольно сильная, которая связана с российской. Это такой жесткий, тяжелый торг, который каждая сторона будет надеяться выиграть. Такие страны как Грузия или Молдавия, конечно, оказываются в очень тяжелом, заведомо проигрышном положении. Здесь возникает вопрос - а что, собственно говоря, они будут делать? Я пока не замечаю со стороны западных партнеров этих стран желания решать их экономические проблемы, особенно те, которые стали следствием ухудшения отношений с Россией.

Кирилл Кобрин: Если Россия не собирается во внешней политике опираться на своих соседей, то на кого она собирается опираться?

Федор Лукьянов: Понять довольно трудно. Это тот самый концептуальный вопрос, потому что непонятно из чего выбирать, который стоит перед Россией в принципе. То, что говорил Путин, то, что до него говорили многократно различные официальные лица, это желание, как они выражаются, согласовать правила игры с западными партнерами на этом постсоветском пространстве. Звучит это вроде бы рационально. Естественно, что Россия имеет законный интерес. Единственное, совершенно непонятно, как эти правила игры в современном мире можно установить. Постсоветское пространство здесь не исключение. То, что мы видим в начале XXI века - это разрушение последних правил игры и переход международных отношений в очень непонятное хаотическое и достаточно опасное состояние. Это касается разных регионов, разных проблем, конфликтов. Постсоветское пространство - не самый острый. Поэтому какого рода правила игры могут быть установлены - непонятно.

Очевидно, в Кремле исходят из того, что хорошо бы организовать такую новую Ялту, условно говоря, и договориться, что у вас такие интересы, у нас такие интересы. Мы имеем право на это, а вы на это. Это совершенно нереально. Во-первых, потому что это не тип сегодняшней политики. Договоренности такого рода нереализуемы. Во-вторых, даже если представить себе гипотетически ситуацию, что вдруг собралась такая конференция, то возникает вопрос. А Россия там в качестве кого будет присутствовать? Россия сейчас заведомо слабее на том же самом постсоветском пространстве, чем Европейский Союз.

Андрей Шароградский: В британской прессе сегодня появились публикации, посвященные вчерашней встрече Владимира Путина с журналистами и западными экспертами. Вот что написал об этой встрече московский корреспондент британской газеты "Guardian" Джонатан Стил.

Наталья Голицына: Статья Джонатана Стила в газете "Guardian", посвященной встрече с российским президентом, озаглавлена "Путин все еще огорчен "оранжевой" революцией". Английский журналист отмечает, что Владимир Путин все еще близко к сердцу принимает политические перемены на Украине, осуждая массовые выступления в поддержку Виктора Ющенко, отмечая при этом, что некоторые украинские общественный организации финансируются из-за рубежа. Путин заявил на встрече: "Только дурак может подумать, что мы стремимся возродить Российскую империю". Он отрицает, что проводит авторитарную политику.

На встрече в Москве была затронута и ситуация в Чечне, и президентские выборы 2008 года.

Андрей Шарый: Корреспондент Радио Свобода в Лондоне Наталья Голицына попросила английского журналиста, который только что вернулся в Лондон, поделиться своими впечатлениями.

Наталья Голицына: Обширные материалы о встрече опубликованы в ведущих британских газетах. В "Таймс" о ней рассказывает дипломатический редактор газеты Майкл Биньон. Его статья озаглавлена "Путин предупреждает Запад о невмешательстве в дела бывших советских республик". Биньон приводит слова российского президента о том, что Россия не потерпит вмешательства в дела бывших советских республик или попыток дестабилизировать страны, расположенные на российских границах. В своей статье Биньон замечает, что Владимир Путин все еще разгневан "оранжевой" революцией на Украине и критикует нынешнее украинское правительство за коррупцию. На встрече в Кремле была затронута также ситуация в Чечне и президентские выборы 2008 года.

Кто участвовал во встрече с Владимиром Путиным? Как она была организована?

Майкл Биньон: Приблизительно 30 человек из Америки, Англии, Франции, Германии. Большинство академики, журналисты и несколько политиков, из Англии был один политик. Эта встреча проходит уже второй раз. Первая была год назад. Эта пресс-конференция была о будущем России.

Наталья Голицына: Какие вопросы задавались Путину? Что он отвечал?

Майкл Биньон: Конечно, вопросы были как и год назад. Он реагировал в той же манере. Вопрос был такой: "Как вы видите будущее Чечни? Не думаете ли вы, что Шамиль Басаев должен быть наказан?" Он сказал: "Конечно, очень скоро он будет или арестован, или наказан, или уничтожен". Критиковал интервью, которое было на телеканале американского телевидения. Он сказал, что если Запад думает, что можно делать такое интервью с террористами, тогда это несправедливо и так далее. Мы уже знали его точку зрения по поводу Чечни.

Большая часть дискуссии была о советских республиках. Он был очень недоволен вмешательством Запада. Он сказал, что и в Грузии, и на Украине были попытки дестабилизации. Конечно, ему очень трудно. После победы Ющенко отношения стали сложнее. Но тоже критиковал политику на Украине, в Латвии и в Эстонии.

Наталья Голицына: Удастся ли России попытка реанимировать СНГ?

Майкл Биньон: Он хочет это сделать. Но он сказал, что есть общие интересы. Он сам не очень много об этом говорил, но другие министры, с которыми мы тоже встретились, об этом говорили. Есть очень хорошие связи. Один вопрос был: "Как вы видите концепцию Евразии. Ее новый смысл?" Он сказал: "Это не новый смысл идеи, что есть одно пространство - Европа и Азия. Сейчас это связано с ностальгией бывшего Советского Союза".

Наталья Голицына: Предстоящие президентские выборы 2008 года.

Майкл Биньон: Конечно, много вопросов было. "Вы будете кандидатом еще раз через 3 года?" Он сказал: "Нет, я уже много раз говорил и говорю, - нет, я не буду кандидатом, не буду президентом. Не хочу менять Конституцию. Закон есть закон". Кто-то сказал: "Господин президент, вас много критикуют, что в России авторитарный режим, авторитарное правительство. Демократия под контролем". Он сказал: "Демократия есть демократия. Нет другого варианта. Я не считаю себя авторитарным президентом. Конечно, если критика справедливая, я слушаю".

Наталья Голицына: А какие вопросы вы задавали?

Майкл Биньон: У меня был последний вопрос: "Вы очень верующий человек. Какую роль вы видите для церкви в государстве?" Он очень интересно ответил: "Конечно, я не был отрезан совсем. Отношения к исламу неплохое отношение. Мы открыли несколько мечетей. Даже синагоги будут открыты". Он думает поставить новый мемориал холокоста. Он не рассердился, хотя несколько вопросов было достаточно трудных. У него в голове вся статистика, все статьи, он все знал о газе, о промышленности, об экономике. Я был впечатлен.

XS
SM
MD
LG