Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Газпром" отверг предложение Украины продлить до 10 января срок переговоров о тарифах на газ


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимают участие корреспондент Радио Свобода в Киеве Владимир Ивахненко и экономический обозреватель Сергей Сенинский.

Кирилл Кобрин: Как стало известно несколько минут назад, "Газпром", Россия отвергли предложение Украины продлить до 10 января срок переговоров о тарифах на газ и заморозить на это время цены. Напомню, Виктор Ющенко с таким предложением обратился к Владимиру Путину. До этого глава "Газпрома" Алексей Миллер еще раз заявил, что его компания прекратит поставки газа на Украину, если договоренность не будет достигнута. Ключевое число здесь 1 января. Со своей стороны, премьер-министр Украины Юрий Ехануров вновь угрожал пересмотром стоимости аренды объектов Черноморского флота России в Крыму в случае повышения цены на российский газ.

Владимир Ивахненко: Как заявил премьер-министр Юрий Ехануров, Россия отвергла все 12 пунктов украинских предложений по решению газовой проблемы. По итогам московских переговоров стало известно еще об одном ультиматуме "Газпрома". Фактически он угрожает Киеву поднять цену не только на свое топливо, но и на поставляемый на Украину газ из Туркмении. Компании "Нафтогаз Украины" удалось заключить с Ашхабадом на следующий год контракт на поставку 40 миллиардов кубометров "голубого топлива". Его цена составит менее 60 долларов за тысячу кубометров. Доля туркменского газа на украинском рынке достигает почти 50%. Однако он поставляется в том числе и через территорию России, и, судя по всему, Москва готова использовать и этот козырь для дальнейшего давления на Киев.

Тем временем президент Виктор Ющенко заявил, что Украина отказывается от предложенного Россией денежного кредита в размере более 3,5 миллиарда долларов. Москва могла бы выдать его на рыночных условиях для покрытия расходов, связанных с новой ценой газа. "Газпром" требует ее увеличить с 50 до 230 долларов за тысячу кубометров. Премьер-министр Ехануров объяснил отказ Киева от займа тем, что он может быть выдан под залог украинской газотранспортной системы. Россия уже давно претендует на украинские трубопроводы, по которым российский газ транспортируется в Европу. Однако украинские власти уже не раз заявляли, что это вопрос энергетической безопасности государства и ни при каких условиях Киев не будет передавать даже часть газотранспортной системы в собственность России.

И президент, и глава кабинета считают, что результаты предстоящих 29 марта парламентских выборов на Украине будет зависеть от того, чем закончится газовое противостояние с Россией. "Все будут четко понимать: если мы выстоим в газовой войне, то получим какие-то политические дивиденды, если же нет, вполне понятно, что наши граждане будут голосовать за тех, кто может отстаивать национальные интересы", - заявил премьер Юрий Ехануров.

Кирилл Кобрин: Что же все-таки произойдет, если российско-украинский газовый кризис достигнет апогея, и 1 января 2006 года поставки газа на Украину прекратятся? Блефуют ли каждый раз Москва и Киев, делая очередное бескопромиссное заявление? Возможно ли вообще за один или несколько дней совершить столь грандиозную операцию не только по политическим, но и по экономико-техническим параметрам? Об этом мой коллега Александр Гостев беседует с экономическим обозревателем Радио Свобода Сергеем Сенинским.

Александр Гостев: Сергей, как может выглядеть на практике процесс отключения подачи газа для украинских потребителей? Сколько времени это занимает технически и где географически это произойдет?

Сергей Сенинский: Представим себе ситуацию: идет труба от месторождения, скажем, в Уренгое, по ней идет газ. Значительная часть этого пути труба проходит по территории России, потом где-то она пересекает границу с Украиной, дальше эта же труба идет по Украине и уже из Украины уходит в Европу. Теперь давайте представим, в каком месте можно понижать давление газа для того, чтобы на выходе его стало меньше? Если мы понизим давление, условно говоря, в Уренгое, то это значит, что в той трубе, которая проходит по территории самой России, газа тоже станет меньше. Тогда получается, что и российские потребители могут недополучить. Соответственно, в Уренгое, скорее всего, давление понижать не будут. Где могут понизить? Наверное, логично - на входе, на границе с Украиной. Но если дальше понижать давление того потока газа, который входит уже на Украину, а из Уренгоя идет нормальный поток, это значит, что в этом месте лишний газ надо куда-то деть. Да, там, в этом месте есть некие подземные газохранилища, у них есть некая емкость, то есть какое-то время этот лишний газ, который раньше при нормальных условиях шел бы дальше на Украину и, может быть, часть оставалась для Украины, а часть шла в Европу, нужно куда-то откачивать, чтобы не давать Украине. Можно заполнить эти газохранилища, но они исчерпаемы, Там ведь объемы не безграничны, объемы будут заполнены. Что делать дальше? Именно в этом смысле можно, наверное, говорить о том, что стороны, в данном случае Россия и Украина, они просто обречены на некий компромисс. Потому что мало того, что нельзя понизить давление в Уренгое, потому что от этого могут пострадать потребители на территории самой России в первую же очередь, есть еще один момент, технический: месторождение не может функционировать в таком вот плавающем режиме - сегодня мы передаем такое количество газа, завтра - вдвое больше, а послезавтра - опять вдвое меньше. Это очень накладно прежде всего для самого производителя. Поэтому, отвечая на ваш вопрос, логично, может быть предположить, что некий кран должен быть где-то на границе между Россией и Украиной, но если его перекрывать каким-то образом, то есть ограничивать, сокращать то количество газа, которое передается сегодня на какую-то определенную величину, то нужно отдавать себе отчет в том: а куда же девать тот газ, на который ты хочешь сократить эту поставку?

Александр Гостев: То есть, другими словами, особенности всего этого гигантского технического процесса таковы, что просто вся эта конструкция не терпит никаких резких действий, и никаких резких шагов невозможно предпринять просто потому, что исторически так это выглядит и технически так это выглядит?

Сергей Сенинский: Можно и так сказать. Это, кстати, одна из причин, почему газовые контракты заключаются, как правило, скажем, между Россией и Германией, между Россией и Италией, Россией и Австрией, другими европейскими странами, странами Восточной Европы. Они, как правило, заключаются не на год-два, а заключаются на 10-15-20 лет, потому что это действительно очень сложная структура и она может, конечно, выдержать некие колебания, но это будет обходиться очень-очень дорого, прежде всего для того, кто поставляет этот газ.

XS
SM
MD
LG