Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новый Папа Римский - Бенедикт XVI


Программу ведет Андрей Шарый. Принимают участие корреспондент Радио Свобода Джованни Бенси и священник Яков Кротов.

Андрей Шарый: Бенедикт XVI – так зовут нового Папу Римского, только что избранного Коллегией кардиналов в Риме. На линии прямого эфира наш корреспондент в Италии Джованни Бенси.

Джованни, новый Папа Римский взял имя Бенедикт XVI. Кем был Папа Бенедикт XV? И можно ли по имени судить о том, почему оно выбрано?

Джованни Бенси: Мы говорили уже, что означают имена, которые принимают Папы после избрания. В частности, эти имена имеют программное значение, на самом деле. Бенедикт XV – последний Папа, который носил это имя, – царствовал, восседал на престоле Святого Петра накануне Первой мировой войны. И вот он отличился тем, что он выступал очень решительно против этой войны, он называл эту войну бесполезным и бессмысленным побоищем. Из этого мы можем заключить, что новый Папа, бывший кардинал Ратцингер, который принял это имя, он будет выступать особенно сильно и особенно убежденно за мир. Мир – это один из приоритетов, который стоит перед церковью. Идет не только война в Ираке, война в Чечне, война в разных районах Африки, геноцид и так далее, поэтому мир – одна из главных проблем, и с ним связаны многие другие проблемы – проблемы бедности, проблемы болезней и так далее. Быть может, можно сказать, что тот факт, что новый Папа взял это имя, имеет именно это значение.

Андрей Шарый: Перед ликующей толпой на площади Святого Петра предстал Бенедикт XVI, недавно еще бывший кардиналом Йозефом Ратцингером. Джованни, мы говорили много и о теоретической линии, которую проводят Папы Римские, мы говорили о том, что кардинал Ратцингер – это священник консервативного направления. Скажите, пожалуйста, есть основания ожидать каких-то крупных перестановок сейчас в руководстве Ватикана? Или он был достаточно близок к Папе Иоанну Павлу II и может остаться штат советников прежним?

Джованни Бенси: Я думаю, что перемен, крупных перемен вообще не будет, потому что Ратцингер был кардиналом в священной Коллегии кардиналов, который ближе всех стоял к Папе Иоанну Павлу II. Как раз покойный Папа назначил его главой важнейшей конгрегации, потому что конгрегация по вероучению – это конгрегация, которая следит за ортодоксальностью, за ортодоксией, за тем, чтобы не было отклонений.

Сейчас новый Папа Бенедикт XVI собирается выступить на балконе собора Святого Петра.

Андрей Шарый: Джованни, Папа уже немолод, ему 77 лет почти. Говорили о том, что есть такая ватиканская традиция – «длинный Папа – короткий Папа» - кажется так эта поговорка переводится с итальянского языка, то есть за длинным понтификатом следует короткий понтификат. С этим связано, может быть, избрание достаточно пожилого Папы. Это значит, что новым кандидатам не придется ждать, как смены Кароля Войтылы, который был 26 лет во главе Ватикана, не так ли?

Джованни Бенси: Да. Когда избирают старого Папу уже старого возраста, часто говорят, что это компромиссный, переходный Папа, что его избрали с расчетом на то, что он не будет руководить церковью в течение десятилетий, поэтому это подготовка к другому Папе, который действительно возьмется за реформы. Но, конечно, трудно это сказать, мы не можем пророчить короткую жизнь новому Папе. Быть может, он будет еще 10 или 15 лет руководить, кто знает. Это говорят многие, кто занимается ватиканологией, как в свое время занимались кремлелогией.

Владимир Бабурин: Скажите, пожалуйста, Джованни, то обстоятельство, что новый Папа – это немец, а не итальянец, означает поражение итальянской партии? Говорят, что сейчас менее пятой части римской курии – это кардиналы-итальянцы. Или не существует такой итальянской партии, сейчас уже не такого разделения?

Джованни Бенси: Да, примерно человек 20 – это итальянцы, но это уже не так важно сегодня. Потому что церковь приобретает все более международный характер, как и должно быть, потому что Католическая церковь – это универсальная, вселенская церковь. Поэтому уже сейчас даже в курии не преобладают итальянцы, даже в системе ватиканской администрации есть много кардиналов и прелатов из других стран. Все время было много поляков, сейчас поляков станет, вероятно, меньше. Тем не менее, есть немцы, есть французы, есть американцы, есть африканцы. Например, префект конгрегации по диалогу с нехристианскими религиями – это африканец.

Андрей Шарый: Надо сказать, что об африканцах говорят довольно давно, так же давно, как говорят о шансах на избрание на пост президента Соединенных Штатов темнокожего Джесси Джексона, который много лет остается в политике, - и тем не менее, все-таки этого не происходит. Скажите, пожалуйста, означает ли это, что потерпела поражение вот эта латиноамериканская партия или партия африканских представителей в римской курии? И означает ли это, что по-прежнему будут европейские кардиналы диктовать моду в Католической церкви?

Джованни Бенси: О поражении латиноамериканского течения можно в какой-то мере говорить, потому что латиноамериканские кардиналы были в большинстве своем людьми очень открытыми по социальным вопросам. Для них высший приоритет – это как раз эксплуатация, бедность широких слоев населения латиноамериканских стран и какая-то противоположность политике Соединенных Штатов, например, и так далее. Так что считается в Ватикане, что латиноамериканское духовенство слишком левое, так сказать. Америка была колыбелью так называемой идеология освобождения, которая пыталась соединить христианство с марксизмом практически. Поэтому избрание латиноамериканского кардинала означало бы сдвиг влево Католической церкви, а этого никто не желает, собственно говоря. И можно сказать, что вот Ратцингер по своим взглядам, по своим идеологическим установкам как раз наиболее далеко стоит от преобладающих установок в Латинской Америке.

Андрей Шарый: Джованни, спасибо вам за участие в нашей программе. А сейчас рядом со мной в студии программы «Время свободы» другой эксперт наш по теологическим вопросам, вопросам богословия – Яков Кротов, священник, ведущий программы «С христианской точки зрения».

Что можно ожидать в плане отношений Русской Православной церкви с таким консервативным, скажем так, Папой, как Бенедикт XVI?

Яков Кротов: А консерватор, он все консервирует, и отношения будут ровно такими же. Насколько я знаю, кардинал Ратцингер никогда не претендовал быть специалистом в отношениях с Россией, специалистом в вопросах, скажем, греко-католичества. Это человек западного типа, специализированный на решение определенных задач, и он не любит вмешиваться не в свою компетенцию. И одновременно это означает, что разговор будет чуть жестче, именно Ратцингер шесть, кажется, лет назад выпустил документ, который вызвал большое возмущение в России, где подчеркивалось, что Русская церковь является церковью-сестрой только для Римской церкви, а не для Католической церкви в целом. То есть позиция жесткая, что все-таки «правда во вселенской Католической церкви, мы, католики, любим и уважаем всех христиан, но правды своей скрывать тоже не будем».

Андрей Шарый: Яков, означает ли это, что межцерковный диалог будет в значительной степени свернут, как вы считаете?

Яков Кротов: Наоборот скорее, потому что, как мне кажется, в России межцерковный диалог успешнее шел, когда противоположная сторона, в том числе католики, проявляли неуступчивость. А когда уступчивость, то все время на стол норовят то ботинок, то еще какие-то части тела положить.

Андрей Шарый: Можно ли ожидать, что сейчас Католическая церковь предстанет перед миром несколько иной? Или это будет жесткое следование традиции Иоанна Павла II?

Яков Кротов: Думаю, что скорее последнее. Тем более что само имя Бенедикт ассоциируется с бюрократией, с канцелярией прежде всего.

Андрей Шарый: Видно расхождение ваших религиозных взглядов с Джованни Бенси. Он говорил о том, что Бенедикт XV был Папой-миротворцем, поэтому можно ожидать такой же миссии со стороны Бенедикта XVI.

Яков Кротов: Вы знаете, он был Папа-миротворец, потому что просто понтификат пришелся на время войны.

Андрей Шарый: Но и сейчас, извините, тоже не мирное время.

Яков Кротов: Сейчас все-таки мирное время, одно из самых мирных времен в истории человечества – это я говорю как историк. Но Бенедикт XVI был совершенно отчетливо, особенно после предыдущего Папы и перед последующим, Папой-бюрократом, Папой-канцеляристом. Его выбирали именно за это, что звезд с неба не хватает, зато делопроизводство в это смутное время будет очень четким. Я думаю, что здесь, видимо, та же мотивация.

Андрей Шарый: Я благодарю Якова Кротова, что он поделился своей точкой зрения на личность нового Папы Римского, а также слегка подкорректировал мои исторические знания. Спасибо, Яков.

XS
SM
MD
LG