Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

За высокую зарплату ученые России поплатятся заграничными поездками


Программу ведет Кирилл Кобрин. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Александр Костинский.

Кирилл Кобрин: Сегодня ряд российских СМИ, прежде всего, Интернет-ресурсов, опубликовал заметки с громкими заголовками "За высокую зарплату ученые России поплатятся заграничными поездками". Речь шла о том, что руководитель Департамента государственной научно-технической и инновационной политики Министерства образования и науки Дмитрий Ливанов заявил, что зарплата ученых будет поднята до 30 тысяч рублей к 2008 году, но при этом будет ограничен срок пребывания ученых за границей. Тему продолжит наш корреспондент Александр Костинский.

Александр Костинский: В конце дня озабоченное Министерство науки и образования разослало пресс-релиз, где постаралось уточнить смысл сказанного Дмитрием Ливановым. Теперь он звучит так: "Целевым индикатор является средняя оплата труда исследователей 30 тысяч рублей к 2008 году. Необходимо оставить жесткие дополнительные условия и ограничения при реализации этих предложений, поскольку простое увеличение оплаты труда, на наш взгляд, может не привести к ожидаемым результатам.

Эти условия и ограничения должны состоять в следующем. Во-первых, необходимо осуществить перевод всех сотрудников на срочные трудовые контракты с типовым сроком до 3 лет при проведении регулярных, плановых аттестаций не реже одного раза в 3 года. Для отдельных, наиболее ценных сотрудников целесообразно заключение 5-летних контрактов. А для выдающихся ученых допускается заключение бессрочных трудовых контрактов, но только на должности, не связанные с выполнением административных функций, и при жестком ограничении числа таких бессрочных трудовых контрактов - не больше нескольких процентов.

Мы считаем важное обязательное условие, связанное с фиксированным временем пребывания сотрудника в России, чтобы он не пропадал большую часть времени за границей. Это дело научной общественности определить этот срок - 8 или 9 месяцев, но мы считаем важным это обозначить".

Ситуация вызвала серьезную озабоченность российской научной общественности. Сложившуюся ситуацию комментирует директор Института лингвистики РГГУ Максим Кронгауз.

Максим Кронгауз: Поскольку и то, и то пока является лишь гипотетическими предложения - зарплаты не повышены и время не ограничено, то, естественно, комментарий тоже такой условный. Мне кажется, что повышение зарплат - вещь хорошая, если не думать о макроэкономических последствиях, в которых я не очень разбираюсь. Действительно, повысить зарплату ученым нужно для того, чтобы удержать их здесь. Эта мера в какой-то степени поможет.

Но, как очень часто бывает, когда делается правительством что-то хорошее, то тут же делается что-то плохое. Поэтому однозначно относиться ко всему комплексу невозможно. Если повышение зарплат - вещь приятная и полезная, то ограничение времени - вещь вредная и даже абсурдная. Если мы хотим удержать ученых в стране, то надо создать хорошие условия для работы. А подкреплять это некоторыми административными мерами в духе вполне советском, это означает создавать одновременно с комфортом и дискомфорт. По-видимому, предлагающие эту меру считают, что повышения зарплат недостаточно, надо еще такую ввести административную меру.

Совершенно очевидно, что если действовать в таком простом советском духе, то достаточно было бы ограничить выезд или просто запретить выезжать ученым, не прибавляя им зарплату. Когда делается одновременно и хорошее, и плохое, то эффект скорее получается плохой. Это означает, что либо зарплаты все равно недостаточно, либо условия для работы все равно здесь хуже. Правительство боится, что хорошего мало, поэтому вводит такие ограничения.

В ситуации, в которой мы находимся, вполне достаточно было бы просто повысить зарплату, а дальше те ученые, которые заинтересованы остаться здесь, остались бы. Другое дело, что в каждом конкретном коллективе можно решать отпускать сотрудника на долгий срок или не отпускать. Но решать это законодательно в рамках страны, это абсурд.

Александр Костинский: С вашей точки зрения, почему такое большое количество ученых работает за границей? Почему такая проблема возникла?

Максим Кронгауз: Есть несколько причин. Самая главная - это, действительно, маленькие зарплаты. Они просто несопоставимы с тамошними, если мы говорим об Америке и Европе. Кроме того, для разных профессий возникают другие причины, например, условия работы в более широком понимании, не только зарплата, а постановка опытов и так далее. Совершенно очевидно, что в некоторых странах эти условия значительно лучше, если вообще их можно сравнивать. Третья важная причина - это престиж. Это касается не только нашей страны, но и всех стран. Для крупных ученых считается почти обязательным поработать в разных местах, например, в качестве приглашенных профессоров или в каких-то других качествах. Это естественно и нормально. Ученый должен передвигаться по миру, должен общаться с другими учеными. В каждой области есть свои престижные места работы. Если человека приглашают в какие-то известные университеты или известные лаборатории, то отказываться от этого странно, даже если у тебя высокая зарплата дома.

Александр Костинский: Такое естественное движение, которое уже не является движением за зарплату, а движение престижа и движение повышения квалификации?

Максим Кронгауз: Да. Если будут повышены зарплаты и улучшены условия работы, то останется вот эта естественная причина, которой боятся не стоит. Ученые, перемещаясь по миру, накапливают опыт, знания, возвращаются домой и работают на своем месте. Это нормальный процесс, когда ученые передвигаются. Он не является таким катастрофическим, когда ученые передвигаются ради зарплаты.

Александр Костинский: А вот мнение сотрудника Государственного астрономического института имени Штенберга Сергея Попова.

Сергей Попов: С одной стороны, нельзя не признать, что существуют отдельные примеры того, когда ученый годами сидит за границей, иногда совершенно не показываясь в России, но при этом числится сотрудником. Наверное, эта ситуация является ненормальной, хотя непонятно, какой реальный вред сейчас, поскольку сотрудник, выезжая на длительный срок, зарплату теряет автоматически. С другой стороны, для заметного числа активно работающих сотрудников поездки за границу важны не только как средства дополнительного заработка, что существенно, но и важно учитывать возможность работать на современном оборудовании, возможность научный калобораций. Зачастую короткие визиты более трудно организовывать, чем визиты длительные - полгода-год.

Поэтому в принципе к обсуждению этого вопроса нужно подходить очень осторожно, учитывать все возможные последствия вплоть до того, что многие люди, которые полгода проводят в России, а полгода за границей, при введении жесткого запрета просто останутся за границей навсегда. Кроме того, поскольку есть мнение, что это возможно не единственный запрет, который будет обсуждаться в свете реформы, важно сразу четко и официально заявить, чтобы исключить какие-то лишние слухи, и заявить, что до нормализации ситуации, до введения каких-то новых нормативов оплаты труда, новых нормативов предоставления оборудования и так далее, никаких запретов вводиться не будет. Поскольку, безусловно, неразумно в начале вводить запреты, а потом делать что-то уже позитивное.

XS
SM
MD
LG