Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Климатические явления и деятельность человека


Программу ведет Татьяна Валович. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская. Гость студии - директор Главной Геофизической обсерватории имени Воейкова Валентин Мелешко.

Татьяна Валович: С 5 по 8 октября в Петербурге в Главной Геофизической обсерватории имени Воейкова прошла 13 сессия Руководящего Комитета Глобальной системы наблюдений за климатом.

Татьяна Вольтская: Одной стране, даже самой богатой и технически оснащенной, не под силу наблюдать за климатом на всей планете. Глобальная система наблюдений за климатом появилась в 1992 году с тем, чтобы данные были доступны всем пользователям. В создании этой системы участвуют Всемирная Метеорологическая организация, Межправительственная Океанографическая комиссия ЮНЕСКО, Программа по окружающей среде ООН, Международный научный союз. В рамках Глобальной системы наблюдений за климатом осуществляются наблюдения за состоянием климатической системы, мониторинг различных параметров атмосферы, океана, гидросферы, биосферы, оценка изменений и колебаний климата и их воздействий на человеческую деятельность.

На форуме обсуждались вопросы координации международной деятельности по мониторингу климатической системы, а также будущий доклад Конференции Рамочной Конвенции ООН по изменению климата. Насколько системы наблюдения, существующие в мире, соответствуют требованиям времени - это был главный вопрос, который обсуждали ведущие ученые со всего мира. Российские системы наблюдения этим требованиям не соответствуют, - говорит главный специалист международных программ Главной Геофизической обсерватории имени Воейкова Александр Зайцев.

Александр Зайцев: Глобально выделено тысяча станций, данные которых должны собираться в центрах, на основании которых делается анализ изменения климата. 135 российских климатологических станций, долгопериодных, наблюдение более 100 лет, - их информация выдается в международный обмен. Так вот на этих станциях приблизительно 70 процентов оборудования устарело. Поэтому пошел проект Мирового банка, поддержанный российским правительством, по модернизации Росгидромета, и, прежде всего это основы - это станции, которые наблюдают. Все станции, которые идут в глобальный обмен, будут модернизированы, новое оборудование будет поставлено, включая персональные компьютеры на станциях с выдачей информации немедленно, через спутниковую связь в международные центры.

Татьяна Вольтская: Глобальная система спутниковых наблюдений включает операторов из многих стран мира. Все спутники делятся на два класса - полярные орбитальные и геостационарные; так вот, в России нет геостационарных спутников, наблюдающих за погодой, их только предстоит запустить. Но главная проблема глобального обзора - это международный обмен данными из разных стран и качество этих данных.

Татьяна Валович: Сегодня у нас в гостях директор Главной Геофизической обсерватории имени Воейкова Валентин Мелешко.

Валентин Петрович, думаю, что тема погоды волнует всех. Вот я зачитаю новости: "В Гватемале ураган "Стен" унес жизни 508 человек... Тропический шторм "Винс" переквалифицирован в ураган первой категории..." Как вы считаете, последние разрушительные ураганы, которые наблюдались за последний небольшой период на земле, - это последствия человеческой деятельности?

Валентин Мелешко: Ответить так прямо, что это результат изменения климата, сегодня нельзя. Дело в том, что нам необходима статистика. То есть если бы мы имели за достаточно большой промежуток времени (скажем, лет 5) данные о том, что эти ураганы повторяются чаще, чем это было 10-20 лет назад, тогда бы мы могли сказать: да, это связано с изменением климата.

Татьяна Валович: А почему такой статистики нет?

Валентин Мелешко: Дело в том, что статистика такая есть, но по жертвам статистики нет. Дело в том, что растет народонаселение, многие района осваиваются, которые были рискованными с точки зрения жизни человек, человек поселяется в низинах, в местах, где возможны наводнения. И это способствует тому, что опасность явлений с большими жертвами очень велика.

Татьяна Валович: А если оценивать не по количеству жертв, а по метеорологическим данным?

Валентин Мелешко: По ураганам у нас имеется статистика по США за многие годы. В этом году, скажем, произошло много разрушительных явлений, а в следующем году их может быть намного меньше, и поэтому в среднем получается то же самое.

Татьяна Валович: После урагана "Катрина", который вызвал огромные разрушений в США, появились рассуждения о том, то он был вызван искусственно, что еще в 60-70-е годы в Советском Союзе были разработаны какие-то искусственные способы управлять погодой. Как вы такую информацию оцениваете?

Валентин Мелешко: Во-первых, ничего подобного не было. Но даже если бы российские ученые смогли как-то воздействовать на "Катрину" и вызвать такое разрушительное явление, российские ученые должны были бы гордиться тем, что они могут влиять на погоду. К сожалению, они не могут влиять, как и многие другие ученые.

Татьяна Валович: Может быть, тот метеоролог, который выдвинул эту версию, прочитал книгу Даниила Гранина "Иду на грозу" и решил, что если уж в художественной литературе обсуждается вопрос управления грозой, в 60-70-е годы, то это есть на самом деле?

Валентин Мелешко: Я могу только сказать, что, конечно, работы и в Советском Союзе, и в Соединенных Штатах в 60-70-х годах велись с целью воздействовать на погоду. США вели такие работы во Вьетнаме. В России велись работы, связанные с воздействием на град, например, на такие вот опасные явления, которые уничтожают посевы на юге. Они и сейчас ведутся, правда, в меньших масштабах, но это совсем не тем масштабы явлений, на которые мы можем воздействовать. Ураганы имеют слишком большую энергию, чтобы человек мог на сегодняшний день на них воздействовать.

Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Мне кажется, что изменение климата происходит от теплового изменения воздуха. Природная регулировка воздуха - теплый вверх, холодный вниз, а методом излишнего передвижения человек на поверхности создает дополнительное движение воздуха, что передается в конечном итоге на розу ветров. А та в свою очередь передается на океаническую поверхность. Океаническая поверхность в свою очередь дает цикличность некую определенную в землетрясениях, потому что такая масса воды... Посмотрите, землетрясение произошло после ураганов.

Валентин Мелешко: Вопрос понятен. Ту энергию, которую человек в результате своего движения, да и не только человек, скажем, транспорт создает, самолеты, она ничтожна мала по сравнению с той энергией, в результате которой происходят изменения климата. Я хотел бы напомнить, что многие ученые, в том числе и я, считаем, что потепление климата происходит в связи с парниковым эффектом, то есть выбросом в атмосферу большого количества парниковых газов, например СО2, из-за этого возникает так называемый парниковый эффект. Не вдаваясь в научные детали этого процесса. Я могу назвать только одну цифру. Ежегодно в атмосфере выбрасывается примерно 7 миллиардов тонн СО2, углекислого газа. Можете себе представить, какая это масса. Вот эта масса накапливается в атмосфере и создает этот парниковый эффект. Вот это действительно очень энергетически мощный фактор, который воздействует на климат.

Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Вы сейчас сказали, что СО2, который выбрасывается в атмосферу, создает мощный климатологический фактор. Более подробно, каков механизм воздействия СО2 на погоду?

Валентин Мелешко: Сказать, что СО2 воздействует на погоду, прямо нельзя. На климат - да. Назову несколько цифр. В атмосфере, скажем, в доиндустриальный период, даже в XX веке, содержалось 0,03 процента СО2 по отношению к общей массе атмосферы. Сейчас у нас средняя глобальная температура 14 градусов, а если бы не было СО2, то она была бы отрицательная. Сейчас непрерывно увеличивается СО2. Скажем, ожидается, что к концу этого столетия оно удвоится по сравнению с тем, что было в доиндустприальный период. Можете себе представить этот эффект.

Татьяна Валович: Валентин Петрович, значит ли это, что вы согласны с теми учеными, которые говорят, что идет глобальное потепление, которое вызвано действительно парниковым эффектом.

Валентин Мелешко: Действительно, я согласен с теми учеными, которые говорят, что идет глобальное потепление. Но, к сожалению, эта проблема вызывает много споров в научном мире и в средствах массовой информации. Дело в том, что помимо общего глобального потепления, который имеет одну тенденцию - идет потепление и связанное с ним выпадение осадков, многие другие эффекты - в атмосфере происходят естественные процессы, большие колебания от году к году: в этом году теплее, в следующем году холоднее. Вот эти естественные колебания как маскируют вот это глобальное потепление, которое сейчас относительно небольшое. Лет через 50 оно будет существенно, если процесс будет идти в ту же сторону, и выбросы будут такие в атмосферу парникового газа, как они наблюдаются сейчас. В некоторых районах это более заметно, потепление, в других районах менее заметно. Например, в арктических районах изменчивость атмосферы, колебания атмосферной циркуляции от года к году очень большие, поэтому обнаружить это потепление труднее, чем в других районах.

Татьяна Валович: К нам дозвонился слушатель. Пожалуйста, ваш вопрос.

Слушатель: Здравствуйте. У меня вопрос к гостю. Акцент делается на парниковый эффект. Но замалчивается то, что в течение тысячелетий происходит медленное перемещение земной оси, и полюса смещаются. Где был остров Шпицбергена, там раньше было очень тепло, и деревья достигали 26 метров. А Антарктида, еще в средние века известны такие карты, была вообще свободна ото льда. То есть полюса смещаются, поэтому изменяется климат. Мне кажется, все спекуляции парникового эффекта связаны с коммерческим интересом некоторых структур по торговле квотами СО2.

Валентин Мелешко: Действительно, несколько миллионов лет назад там, где сейчас очень холодно, в полярной области, было более тепло. В то время совершенно другие внешние параметры были как на Земле, так и Солнца по отношению к Земле. Во-первых, параметры орбиты Земли были совершенно другие, они не соответствовали нынешним параметрам. Далее распределение континентов и, соответственно, течения в океане были совершенно другими. Эти процессы, связанные с очень резкими и существенными изменениями климата, происходят в течение десятков, сотен тысяч лет, то есть очень медленно. Они и сейчас происходят, даже если бы не было парниковых газов. Этот процесс чрезвычайно медленный.

То, что происходит с парниковыми газами - это беспрецедентно быстро, по существу в течение десятков лет. Такого за последние несколько тысяч лет не было, таких быстрых изменений, касающихся глобально всего земного шара.

Дело в том, что увеличение парниковых газов приводит к тому, что состояние системы климата, как термодинамической системы, вышло из равновесия. Океан, атмосфера стараются придти в новое равновесие, поэтому и происходят изменения климата. Но это происходит очень быстро по отношению к доисторическим временам.

Татьяна Валович: О том смещении оси, о котором говорила наша радиослушательница, насколько она быстро меняется, что было понятно, действительно, что есть какое-то изменение, оно зафиксировано?

Валентин Мелешко: Это не влияет сейчас на орбитальные параметры Земли. Земля как вращалась, имеет склонение то, которое она имела и 100 лет, и 200 лет назад.

Татьяна Валович: А магнитные полюса?

Валентин Мелешко: Магнитные полюса на климат в настоящее время не оказывают существенного влияния.

Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Здравствуйте. У меня небольшая реплика. Сейчас такой ажиотаж по поводу потепления. Я думаю, что людям надо как-то почитать книгу "Климат европейской части России по материалам летописи", они там очень много интересно узнают. А вопрос у меня такой.

Все переоборудование метеостанций, о котором говорил уважаемый гость, кто за него платит? Россия хоть что-то из своего кармана выложит или нет? Потому что эти станции в допотопное состояние пришли уже в 70-е годы, не говоря о начале 80-х, если сотрудник метеостанции получал примерно столько же, сколько обыкновенная уборщица в том же поселковом совете.

Валентин Мелешко: Да, Россия платит. Собственно, это кредит, по которому Россия должна платить.

Татьяна Валович: Нужно уточнить, что как раз 11 августа было подписано соглашение между Россией и Международным Банком Реконструкции и Развития о займе для проекта модернизации Росгидромета.

Валентин Мелешко: Совершенно верно. Россия берет займ в 80 миллионов долларов, еще 50 с небольшим она добавляет своих денег. Но это кредит, никто России эти деньги не дарит. Россия должна будет обслуживать этот кредит. Все эти деньги идут преимущественно на модернизацию сети. Потому что за последние 15 лет сеть станций сократилась примерно на 30 процентов. А это значит, что качество прогнозов, которые сдаются, снизилось, поскольку просто отсутствует информация из многих регионов территории России.

Татьяна Валович: Как будет участвовать в этом проекте Главная Геофизическая обсерватория?

Валентин Мелешко: Главная Геофизическая обсерватория активно в этом участвует. Сотрудники привлечены в качестве экспертов для оценки того, где нужно разместить сеть, где станцию организовать, где оборудование новое поставить, а где не трогать, пока еще оборудование более-менее нормально работает. Далее обсерватория активно участвует в исследованиях по долгосрочному прогнозу погоды с использованием современных физико-математических моделей, то есть тех самых моделей, которые используются для оценки изменений климата. Такие модели в обсерватории имеются. Обсерватории для этой цели дается оборудование, мощные вычислительные средства, средства связи преимущественно, которые позволят внедрить более совершенные методы прогноза погоды на месяц и сезон. Этими вопросами как раз активно занимается обсерватория.

Татьяна Валович: Насколько расчет прогноза зависит, скажем, от места - широта, близость океана? Где точнее можно предсказать?

Валентин Мелешко: Успешность прогнозов в различных регионах земного шага далеко не одинаковая. Например, в тропической зоне успешность долгосрочных прогнозов более высокая. Скажем, на 3-4 месяца эта успешность высока, особенно с явлениями эльнио. В Тихом океане есть аномалии температуры воды, которые формируются в экваториальной зоне и в течение сезона сохраняются. На основании этого прогноз очень успешный. На территории России успешность сезонных прогнозов довольно низкая.

Татьяна Валович: С чем это связано?

Валентин Мелешко: Это связано с тем, что атмосфера оказывается более неустойчивая в средних широтах, а неустойчивость плохо предсказывается. Мы можем предсказывать погоду на сроки жизни циклонов, которые существуют одну-две недели, образовавшийся циклон, его эволюцию можем неплохо предсказывать. Но второе, третье поколение циклонов, когда они случайно возникают, мы предсказывать уже не очень можем. Тем не менее, прогнозы на месяц, которые разработаны по методам Главной Геофизической обсерватории, очень высоко котируются в Гидрометцентре в Москве, мы даем эти прогнозы каджый месяц, они используются в оперативной практике.

Татьяна Валович: Чему мы обязаны такой хорошей осени?

Валентин Мелешко: Хорошей осени мы обязаны тем, что такие сложились условия в океане, в средних широтах и отчасти в тропической зоне.

Татьяна Валович: Уже какие-то можно давать прогнозы, что ожидает зимой?

Валентин Мелешко: Во-первых, это уже о сезоне идет речь, а успешность этих прогнозов низкая. Я сам занимаюсь долгосрочными прогнозами на сезон, и когда я читаю в прессе о том, что дается прогноз на зиму и весну, честно говоря, я не верю. Потому что я знаю, что успешность крайне низкая. Можно угадать, а можно не угадать. Я все-таки физик и исхожу из физических принципов.

Татьяна Валович: У нас есть дозвонившийся. Пожалуйста, ваш вопрос.

Слушатель: Здравствуйте. Я хочу обратиться к вашему гостю. Что вы думаете, если, например, Земля входит в некое созвездие, цикличность вот эта, у нее же есть своя орбита во вселенной? И переходя через определенные созвездия, в ней может быть некая ритмичность, скажем, повышение температуры. Что вы думаете по этому поводу? Второй вопрос. Все писатели-фантасты отображают Землю, как живой биологический механизм. Не является ли деятельность человека нарушением биологического цикла Земли, что за собой несет повышение температуры?

Валентин Мелешко: Что касается вхождения нашей Земли в некое созвездие, этот вопрос для меня неожиданный. По крайней мере, неизвестно, чтобы где-то в печати или в научной литературе обсуждался вопрос о вхождении в созвездие. Тут можно фантазировать сколько угодно на эту тему, что будет. Все зависит от свойств этого созвездия. Что касается жизни нашей планеты. Да, действительно, жизнь до сих пор протекала на нашей планете, в течение миллионов лет, так, как она протекала, без вмешательства человека. Впервые это вмешательство стало заметно, раньше оно не было заметно. Интересно отметить, то, что уже выброшено в атмосферу, даже если бы сегодня мы прекратили выбрасывать дополнительно парниковые газы, потепление продолжалось бы еще сотни лет. То есть мы как бы запустили механизм, который сами уже остановить не можем. Почему ученые сейчас бьют тревогу, что нужно что-то делать в связи с этим потеплением, хотя эффекта мы еще почти не ощущаем? Потому что этот процесс, когда мы дополнительно выбрасываем и выбрасываем парниковые газы, мы постоянно разогреваем атмосферу. И процесс этот еще сотни лет будет длиться, в этом проблема.

Татьяна Валович: Валентин Петрович, как вы считаете, способно ли на данный момент человечество выработать адекватные меры по адаптации к изменениям климата и что нужно для этого сделать?

Валентин Мелешко: В этом и состоит наша задача. Убрать, прекратить выбросы парниковых газов в атмосферу мы не можем, потому что нужно остановить всю промышленность и все развитие, которое до сих пор мы достигли, надо вернуться назад. Мы этого сделать не можем. Задача ученых состоит в том, чтобы правильно оценить изменения климата в различных регионах земного шара, особенно негативные последствия, и вовремя, заблаговременно адаптироваться к новым условиям. Не везде изменения пагубные. В некоторых регионах они имеют положительный эффект, в других - пагубный. Нужно вовремя приспособиться. Если мы не будем предпринимать никаких мер и будем ждать, что же произойдет через 50-100 лет, не обращая на это внимания, то это обернется очень серьезными катастрофами. Потому что человечество быстро не может приспособиться, нужно инфраструктуру поменять, в сельском хозяйстве нужно перемещать зоны земледелия, где-то будет затопление в связи с подъемом уровня моря.

Татьяна Валович: Чем грозит невнимание к проблемам изменения климата для России?

Валентин Мелешко: Россия очень большая страна по своей территории. На территории России наблюдаются разнообразные климатические условия. Поэтому, скажем, пагубные и благоприятные последствия совершенно разные в разных регионах. Скажем, если на севере потепление климата приведет к таянию льдов, по-видимому, откроется северный морской путь, во всяком случае, в летний период, это, казалось бы, благоприятно, корабли не через Суэцкий канал будут идти, а северным морским путем. Это будет способствовать развитию наших северных территорий.

Татьяна Валович: А как же вечная мерзлота?

Валентин Мелешко: Тут могут быть пагубные последствия, связанные с таянием вечной мерзлоты. По нашим исследованиям, которые проводятся в главной геофизической обсерватории, к концу столетия ожидается протаивание на 1,5-2 метра. А это значит, все здания, сооружения, построенные на вечной мерзлоте, начнут разрушаться. Более того, все газопроводы и нефтепроводы придут в негодность. По существу это очень большие потери. В южных районах ожидается более частое повторение засушливых условий. Это значит переселение больших масс населения и изменение всей инфраструктуры.

Татьяна Валович: Я думаю, что арбузы в Петербурге будут расти нескоро.

Валентин Мелешко: По-видимому, нескоро. У нас в прессе раздаются голоса среди некоторых ученых, что для России потепление климата благоприятно, поэтому, что нам беспокоиться, пусть побеспокоятся те, для кого это плохо. Я думаю, это опасное заблуждение. Потому что есть ведь еще этический аспект. Представьте себе, что некоторые страны будут просто затоплены.

Татьяна Валович: Петербург в том числе.

Валентин Мелешко: Можем ли мы сказать, для нас благоприятно, не обращая внимания на то, что где-то будет что-то затоплено?

Татьяна Валович: Спасибо, Валентин Петрович. Я думаю, что найдутся методы спасти Петербург, в конце концов, и он не будет затоплен.

XS
SM
MD
LG