Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Системе управления заповедниками и национальными парками России грозит развал


Программу ведет Ольга Писпанен. Принимает участие руководитель проектов "Сети центров экологической информации" Александр Шкребец.

Ольга Писпанен: Сегодня у нас в студии руководитель проектов "Центра экологической информации" Александр Шкребец. Сначала давайте послушаем репортаж, который будем обсуждать сегодня в прямом эфире Радио Свобода.

Общественные и природоохранные организации России проводят кампанию по созданию специализированного федерального агентства по особо охраняемым природным территориям.

Татьяна Вольтская: Экологи встревожены тем, что с началом административной реформы системе управления заповедниками и национальными парками России грозит развал. В новой структуре федеральных органов исполнительной власти не нашлось места для непосредственного управлений этой системой, в Росприроднадзоре нет даже отдельного управления особо охраняемыми территориями, хотя раньше это был целый самостоятельный департамент. Теперь вместо него отдел из 5 человек, они-то и должны заниматься федеральными особо охраняемыми территориями России, включая 130 заповедников, в том числе природоохранной, научно-исследовательской и эколого-просветительской деятельностью. Только на берегах Балтики находятся 3 особо охраняемые природные территории, имеющие статус водно-болотных угодий международного значения, защищенные Рамсарской конвенцией, говорит председатель совета организации "Зеленый мир" Олег Бодров.

Олег Бодров: Это Березовые острова в Приморске. Другая такая территория - это Курганский полуостров. И третья - это Лебяжье. К сожалению, рядом с этими территориями уже в течение многих лет очень активно правительство области, федеральное правительство ведут реализацию различного рода индустриальных проектов: строительство нефтепортов, терминалов.

Татьяна Вольтская: В результате на эти территории возникает дополнительный антропогенный пресс, вытесняются птицы, отдыхающие здесь в период миграции, возникает опасность аварий, связанных с разливом нефти на танкерах. В этом случае эти территории попросту могут быть утрачены.

Олег Бодров: Прервется линия жизни, мир просто изменится, с точки зрения поддержания биологического разнообразия. Сотни видов растений, животных, которые занесены в Красную книгу, сохранение которых необходимо для того, чтобы обеспечивать воспроизводство среды обитания, качество жизни жителей Петербурга и Северо-Западного региона России.

Татьяна Вольтская: Организация "Зеленый мир" подписала обращение по поводу создания федерального агентства по особо охраняемым природным территориям, которое должно функционировать под непосредственным руководством правительства России. Олег Бодров считает, что таким образом может быть создана инфраструктура, которая бы обеспечивала стратегически интересы страны.

Ольга Писпанен: Дай бог, что создадут такое федеральное агентство по особо охраняемым природным территориям, но пока его нет, зато в Петербурге открылся "Центр экологической информации". Расскажите, пожалуйста, поподробнее, что это за центр?

Александр Шкребец: В Петербурге в прошлый понедельник было подписано соглашение о сотрудничестве в области производства и распространения экологической информации. Данное соглашение подписано государственными организациями и общественными организациями. В этом его значимость. Поскольку "Общественный центр экологической информации" для населения был создан уже достаточно давно, мы работали с 2001 года, и организация Олега Бодрова, который только что был у нас в эфире, является одной из учредителей, другой организацией является "Дети Балтики" и третья организация, которая учредила "Центр экологической информации", Трансграничное экологическое информационное агентство, которое я и представляю. Проект общественный, но мы всегда понимали, что общественные организации могут знать или имеют влияние, имеют возможность говорить только об ограниченной информации. Информация - понятие очень обтекаемое и широкое, и его каждый понимает по-своему, поэтому работать с ней надо сообща.

Ольга Писпанен: Сообща с властями?

Александр Шкребец: Сообща не только с властями, с научными организациями, с общественными и так далее. Все организации, которые задействованы, мы надеемся, так или иначе примут участие в нашем проекте, в "Сети центров экологической информации". Это более правильно "Сеть центров экологической информации на Северо-Западе".

Ольга Писпанен: Только на Северо-Западе будет такая сеть?

Александр Шкребец: Мы работаем на этом этапе в рамках проекта усиления воздействия экологической информации в Северо-Западном федеральном округе России. Данный проект ведет программа ООН, ее офис "Грид Риндаль" в Норвегии совместно с главным управлением Росприроднадзором по Северо-Западному федеральному округу. Но соисполнителями данной программы является и наша организация. В частности, наша организация отвечает за создание центров экологической информации именно междисциплинарных, именно межгосударственных общественных организаций и так далее. Поэтому важность события, важность подписания соглашения - это только начало, мы создаем рабочую группу и работаем уже непосредственно вместе со всеми теми организациями, которые подписали данное соглашение.

Ольга Писпанен: Работаете над чем? Над сбором информации экологической, распространением ее? Поподробнее о программах. Мы поняли уже, кто создал этот центр. А зачем?

Александр Шкребец: Основные цели проекта - совершенствование системы свободного обмена экологической информацией, не содержащей государственной или коммерческой тайны между органами власти и государственными образовательными учреждениями, общественными и некоммерческими организациями, а также средствами массовой информации на территории региона Северо-Запада России, стимулирование спроса населения на качественную экологическую информацию.

Ольга Писпанен: А что значит "стимулирования"?

Александр Шкребец: Мы работаем с 2001 года с населением. К сожалению, сейчас спрос на экологическую информацию не является первоочередным. Очень много вопросов, которые люди задают в первую очередь.

Ольга Писпанен: Да, но только люди даже не знают, что они имеют право знать об этом. Я приведу пример из моей личной жизни. Мои родственники работали в Сосновом Бору, когда я была маленькая, они время от времени звонили и говорили: деточка, скажи маме, что надо принять йод. Естественно, никто просто не знал о том, что какая-то утечка, какой-то выброс, что-то еще произошло. Об этом никому никогда не говорили.

Александр Шкребец: Поэтому и общественные организации работают и создают такие центры. Например, о праве знать была даже выпущена нашим "Центром экологической информации", организацией "Дети Балтики", "Центром экологических инициатив" такая брошюра, которая называется "Мы имеем право знать, мы имеем право участвовать".

Ольга Писпанен: Где она распространяется?

Александр Шкребец: Она распространяется свободно в нашем центре. Сейчас будет переиздание, поскольку прошел уже год и ситуация за год изменилась. Тем не менее здесь перечислены все основные права гражданина в отношении экологической информации, контактная информация ведомств и государственных организаций, в которые они могут обратиться.

Ольга Писпанен: Вот, например, прошел какой-то слушок о том, что произошел некий выброс на ЛАЭС. Могу я, обычный гражданин, житель Петербурга позвонить на ЛАЭС и спросить: а что произошло, а было это так действительно? Или я должна звонить к вам в центр, например, и вы будете узнавать и давать об этом информацию, и будете ли вы давать такую информацию?

Александр Шкребец: Звонить на ЛАЭС вы можете, получите ли вы информацию, неизвестно. Скорее всего, вы сможете получить такую информацию в первую очередь от общественных организаций. Достаточно частый случай, когда общественные организации публикуют информацию именно о выбросах ЛАЭС. В частности, организация "Зеленый мир", которая работает в Сосновом Бору, занимается этим.

Слушатель: Дмитрий. А не будет ли ваша забота о природе плодить коррупцию? Есть масса свободных денег, масса бесправных граждан, они в рынке и, естественно, ищут друг друга. Ведь деньги при либерализме права... Политэкономия у нас высшее право, и Дума, и президент денно и нощно думают об экономике и не дадут ей захиреть...

Ольга Писпанен: Оборвался звонок. Можете ответить?

Александр Шкребец: Да, я понимаю. Наш проект, наверное, снижает вероятность такой коррупции, потому что в основном организации, которые контролируют и участвуют, являются некоммерческими организациями. Именно некоммерческие организации стараются как-то взаимодействовать с государственными организациями, можно сказать, даже их подталкивая к тому, чтобы принимались те или иные решения. Поэтому я думаю, что здесь как раз вопрос коррупции не возникнет.

Ольга Писпанен: А если не секрет, за счет чьей помощи живет "Центр экологической информации"? Понятно, что у общественных организаций в России не так уже много денег, обычно, особенно экологам, все-таки помогают западные экологические организации.

Александр Шкребец: Да, помогают. Это гранты, это благотворительные средства.

Ольга Писпанен: Благотворительные местные средства?

Александр Шкребец: Часто это бывают благотворительные средства не местные. Дело в том, что в России благотворительная деятельность еще не развита и получать благотворительные средства в России очень сложно. Как правило, это гранты, благотворительные международные программы, но это не спонсорские деньги, то есть мы не отрабатываем какие-то деньги, мы ведем наши программы, подаем заявки в десятки различных фондов, и если какой-то фонд считает необходимым разработанную нами заявку поддержать, то тогда мы получаем средства и на эти средства развиваем наши проекты.

Ольга Писпанен: Сколько у вас сейчас в работе проектов?

Александр Шкребец: Проектов достаточно много. Проект, о котором мы говорим, усиление воздействия экологической информации, поддерживается Шведским агентством окружающей среды. Проект ведется программой ООН, но финансируется Шведским агентством окружающей среды.

Ольга Писпанен: Александр, вы сказали, что одна из важных частей создания этого центра - это подписание соглашения между несколькими общественными организациями и властью. Вы надеетесь, что власть действительно будет сотрудничать с вами, будет давать информацию, потому как последние события только в нашем регионе показывают, что не очень-то она охотно идет на сотрудничество и выдает эту информацию?

Александр Шкребец: Мы очень надеемся, потому что вопрос экологической информации является проблемным не только для общественных организаций, но и для государственных организаций тоже. К сожалению, на данный момент Комитет природопользования охраны окружающей среды и обеспечение экологической информации администрации Санкт-Петербурга не подписал наше соглашение. Но мы надеемся, что в будущем будем с ними сотрудничать. Я думаю, что вопросы экологической информации также важны в деятельности как общественных, так и государственных организаций. Именно вот этот потенциал, их проблемность важности позволяет нам с ними работать совместно.

Ольга Писпанен: У нас есть звонки. Давайте дадим возможность высказаться нашим слушателям. Говорите, пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Лидия Ивановна из Москвы. У меня два небольших вопроса. Как я предполагаю, что в России в международном разделении труда уготовлена участь быть сырьевым придатком Запада, а также кладбищем радиоактивных отходов. Власть вроде бы, руководствуясь инвестиционной привлекательностью для иностранцев, делает, как мне кажется, огромные послабления в экологической направленности, также налоговые послабления. Российский капитал огромной рекой утекает за рубеж. Какие экологические службы были в советское время, обеспечивавшие безопасность окружающей среды, и какие мы имеем в настоящее время в Российской Федерации? В чем их отличие? Продолжительность жизни за время перестройки насколько сократилась по сравнению с советским периодом из-за изменений в экологии окружающей среды?

Александр Шкребец: Ответ на первый вопрос не очень короткий, к сожалению. Государственная структура природоохраны постоянно меняется вот уже с 1991 года. Более того, с 2000 года началась ее очень серьезная реформа, которая, мы надеемся, что закончилась к этому году. Сейчас структура природоохранной власти на Северо-Западе или в Санкт-Петербурге выглядит следующим образом. Существует Главное управление Росприроднадзора по Северо-Западному Федеральному округу, Министерство природных ресурсов Российской Федерации. Существует также управление Росприроднадзора по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Управление Росприроднадзора внутри себя имеет службы, связанные с водой, воздухом и так далее. Кроме Министерства природных ресурсов, экологией и природоохранностью занимается так называемая служба экологического, технологического и атомного надзора, реформа и создание которой еще не завершена полностью.

Ольга Писпанен: А она существовала в Советском Союзе?

Александр Шкребец: Нет, это новое решение. Это решение было принято летом этого года. Она создается как некая новая служба при правительстве. Она не связана с Министерством природных ресурсов.

В свое время в 2000 году, когда пиродоохранную службу нес так называемый Комитет охраны природы, Государственный комитет по охране природы, он был отделен от Министерства природных ресурсов. После 2000 года комитеты прекратили свое существование, начала работать природоохранная служба в Министерстве природных ресурсов. У общественных организаций очень много было критики по этому поводу, что Министерство природных ресурсов, то, которое использует и продает природные ресурсы, оно же их и защищает.

Ольга Писпанен: Защищает ли?

Александр Шкребец: Да. К сожалению, действительно, процессы реформации не сказываются наилучшим образом на деятельности природоохранного контроля. Кроме организаций Министерства природного ресурса есть еще местные организации при администрации. Я вам уже говорил о Комитете природопользования охраны окружающей среды, обеспечение экологической безопасности администрации Санкт-Петербурга. Это наш главный Комитет, который занимается городской экологией. Также есть Комитет по природным ресурсам и окружающей среды Ленинградской области.

Ольга Писпанен: Главный вопрос нашей слушательницы Лидии Ивановны был таков. Существовали ли экологические службы раньше, в советское время? Понятно, что сейчас они уже появились, очень много западных служб пришло, научило, что все-таки можно отстаивать свое здоровье у государства. А существовали ли раньше они?

Александр Шкребец: Конечно, службы существовали. Наверное, я сейчас не готов сказать в каком качестве и как. Нас больше интересует, в каком виде сейчас они существуют и как они несут свою службу.

Ольга Писпанен: У нас есть еще один звонок. Говорите, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Владимир Иванович. Хотелось бы узнать, как у нас в области обстоит дело? Я живу в области, специально выехал в область, когда началось загрязнение городской среды. Я очень заинтересован в областных ситуациях. Вы занимаетесь и областью, и городом?

Александр Шкребец: Мы хотим, чтобы в каждом субъекте Федерации были такие центры. Сейчас они создаются и в Санкт-Петербурге, Ленинградской области, а также еще в трех городах Северо-Запада - это Псков, Калининград и Архангельск.

Ольга Писпанен: Александр, а будете ли вы проводить какой-то мониторинг экологического состояния города, области, других городов, которые вы назвали, где будут находиться эти центры?

Александр Шкребец: Мониторинг будут проводить те, кто должен этим заниматься. Мы постараемся, чтобы результаты мониторинга стали известны общественности, населению и так далее.

Ольга Писпанен: Если экологическая информация будет более доступна населению, они будут заинтересованы, первый вопрос, который стоит у человека помимо питания и проживания, это все-таки здоровье, экология того места, где он живет. Если такая информация будет доступна, а это не лучшая информация, не породит ли какой-то очередной волны недовольства?

Александр Шкребец: Дело в том, что ситуация там, где она плоха, она должна решаться в лучшую сторону. Наше движение направлено на то, что мы должны знать информацию для того, чтобы ее исправить независимо оттого хорошая она или плохая. Кроме того, наверное, я уже сказал, что наша задача сформировать спрос к экологической информации, как к таковой. Экологическая информация может быть разной. Она может быть и коммерческой. Например, если вы хотите построить дом, то вы вполне можете узнать какая экологическая ситуация в том месте, где вы хотите его строить.

Ольга Писпанен: Сегодня мы говорим об экологии в Петербурге, Ленинградской области, в Северо-Западном регионе. Александр, вчера в Петербурге состоялся пикет против строительства трех новых полигонов складирования твердых бытовых отходов. Ваш Центр будет прибегать к таким методам воздействия на власти? Это, в принципе, тоже метод общения с властью.

Александр Шкребец: Организации, которые участвуют в нашем центре, имеют разные методы работы, в частности, могут прибегать и к таким средствам. Но, наверное, общая система или структура экологической информации она не является активистской деятельностью. Одним из деятельности Центра является то, что мы выпускаем справочник негосударственных экологических организаций. Такой справочник был выпущен уже в 1997 году. Мы его обновляем, и в этом году продолжаем обновлять. Таким образом, граждане, которые хотят знать или которые хотят протестовать против деятельности, они могут обратиться к общественно-экологическим организациям, которые работают в их районе по их проблематике. А как найти эти организации, они могут обратиться к нам в Центр. Мы стараемся выстраивать аккуратную работу с экологической информацией. Общественные организации являются нашими главными помощниками в этом.

Ольга Писпанен: У нас есть звонок. Говорите, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: Какие и сколько аналогичных организаций работают в экологических общественных образованиях? Нельзя ли еще раз по точнее определить список этих организаций?

Ольга Писпанен: Вы имеете в виду в Петербурге или в Северо-Западе?

Слушатель: По стране еще такие организации есть или нет?

Александр Шкребец: Конечно же, очень много организаций, которые занимаются этим. Мы хотим, чтобы их было больше. Мы планируем сделать справочник, который называется.... Уже был выпущен справочник, который называется "Кто есть кто в экологии". Мы хотим продолжить эту тематику, и такие справочники выпускать и иметь у себя.

Ольга Писпанен: Недавно в студии я беседовала с социологом Ольгой Цепиловой, которая занимается наиболее загрязненными районами не только Севро-Запада, но и всей России, которая за последний год, имя государственную лицензию на проведение такого исследования, подверглась преследованиям ФСБ. Все связано с экологической информацией. Достаточно опасная тема. Вы сегодня говорите о том, что это так, а не иначе, а завтра вас за то, что вы это говорите и издаете такой справочник сажают.

Александр Шкребец: Мы работаем уже достаточно давно. В свое время была организована так называемая некая электронная рассылка, которая переросла в Северо-Западную сеть экологическую. Мы являлись как бы одним из учредителей этой рассылки. Наверное, очень много экологической опасной информации проходит через данную рассылку.

Ольга Писпанен: Опасную для властей?

Александр Шкребец: Наверное, опасную для властей. Нам кажется, что наиболее опасна не договоренность в вопросе. Мы все-таки работаем в области открытия информации. Мы работаем в области открытых систем. Открытый диалог всегда лучше, чем преследование.

Ольга Писпанен: Но почему-то последние годы показали, что власть так не считает.

Александр Шкребец: Я думаю, что мы и постараемся решить эту проблему тем, что заключаем определенные соглашения с властью о взаимодействии в области экологической информации и так далее.

Ольга Писпанен: Вы не боитесь?

Александр Шкребец: Мы стараемся решить эти вопросы.

Ольга Писпанен: У нас есть звонок. Говорите, пожалуйста, мы вас слушаем.

Слушатель: В средствах массовой информации всегда передают погоду, штормовые предупреждения и так далее. Почему тоже самое не делать в смысле экологии, что в данной местности опасно, в данном городе опасно и так далее? Для чего эти организации, которые за деньги будут продавать информацию экологического толка тем, кто хочет сделать где-то дом?

Александр Шкребец: Общественные организации никому не продают экологическую информацию за деньги, а распространяют и пытаются доводить ее до людей как раз абсолютно бесплатно. Я с вами полностью согласен. Мы эту информацию должны получать также как получаем информацию о погоде. Именно для этого мы и работаем, именно для достижения этой цели.

Ольга Писпанен: Большое спасибо, Александр. Чего вы ожидаете от сегодняшнего дня?

Александр Шкребец: Сегодняшний день ничем не отличается от дней других. Сегодня мы также продолжаем работать. Наверняка у нас будет много вопросов по нашему телефону. Мы постараемся на них найти хороший ответ. Сегодня мы постараемся продолжать как бы работу. Сегодня обычный рабочий день.

XS
SM
MD
LG