Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Мать Сергея Бодрова подает в суд на правительства России и Северной Осетии-Алании


Программу ведет Андрей Шароградский. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Максим Ярошевский.

Андрей Шароградский: Мать актера и режиссера Сергея Бодрова Валентина Бодрова подает в суд на правительства России и республики Северная Осетия - Алания. Валентина Бодрова утверждает, что правительство не предприняло должных мер для предотвращения схода ледника Колка в Кармадонском ущелье, где пропал ее сын и члены его съемочной группы. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Максим Ярошевский.

Максим Ярошевский: Иск Валентины Бодровой и Елены Зинечевой, матери актера Тимофея Носика, пропавшего в Кармадонском ущелье, собираются подать в суд Москвы в четверг. Обе женщины намерены взыскать с российского правительства и правительства Северной Осетии - Алания достаточно крупные суммы - 400 и 500 тысяч долларов. Рассказывает адвокат заявителей Игорь Трунов.

Игорь Трунов: В данной ситуации есть определенные разработки, касающиеся экономического эквивалента стоимости жизни человека. Они имеют очень широкий спектр воздействия, то есть это то, что должно и применялось в свое время в случае гибели человека на производстве. Сколько стоит его жизнь? Сколько работодатель должен платить? Это гибель человека при авиаперевозках. Упал самолет. Сколько нужно платить, если человек погиб? Это достаточно распространенные разработки, они есть во всем мире. Есть у нас специалисты. Мы проводили с ними консультации. Специалистов не так много. У нас где-то 5-6 известных докторов и ученых. Они приходят к мнению, что в среднем в России, - это привязано к экономической составляющей, к валовому национальному доходу, - жизнь человека оценивается, среднестатистического россиянина, в 300 тысяч долларов. С учетом того, что ребята были молодые, эти ребята были талантливые и способные, они имели заработок выше среднего, в этой ситуации они из этого обезличенного расчета оцениваются немножко выше среднестатистического россиянина.

Максим Ярошевский: На момент схода ледника Колка в Кармадонском ущелье не было ни одного предупреждающего стенда или объявления, что сход возможен, и он опасен для жизни. Отсутствовали даже наглядные инструкции как себя вести при первых признаках схода. О том как сегодня следят за состоянием ледников в Северной Осетии, рассказывает корреспондент Радио Свобода на Северном Кавказе Юрий Багров.

Юрий Багров: В Северной Осетии создана межведомственная комиссия по предупреждению о чрезвычайных ситуациях. Специалисты, привлеченные к работе, отслеживают сейсмическую и вулканическую активность в горных районах республики. Оборудование для этого ведомства предоставил один из швейцарских научно-исследовательских институтов.

У ледников, которые, по мнению экспертов, представляют наибольшую опасность, установлены специальные датчики, сигнализирующие о начале их активного таяния, подвижек или скопления ледовых масс. Результатами исследований североосетинские ученые делятся со своими западными коллегами. Эксперты уверены: если бы подобное наблюдение проводилось на Северном Кавказе и в прошлые годы, трагедии в Кармадонском ущелье можно было бы избежать. Ученым давно известно, что ледник Колка относится к разряду пульсирующих, а это значит, что накопление ледниковой массы у него преобладает над таянием. Даже в те годы, когда другие ледники активно таяли, Колка продолжала расти.

По мнению эколога Александра Витковича, предупредить сход ледника можно было бы, если бы регулярно совершалась аэрофотосъемка опасных участков, тем более, что трагедия 2002 года в Кармадонском ущелье Северной Осетии не первая. В начале прошлого века в Кармадонскую котловину сполз ледник. Согласно архивным материалам, тогда погибли десятки людей в селении Верхний Кармадон. Было разрушено несколько бараков, снесено 28 мельниц. В 1969 года ледник Колка вновь привлек внимание ученых. Специалисты заметили, что ледник спускается в ущелье катастрофически быстро. В некоторые дни ледовые массы проходили до 50 метров. Спустившись на 2 километра, ледник внезапно остановился. С того времени наблюдение за ледниками на Северном Кавказе велось постоянно, и прекратилось лишь в начале 90-х из-за отсутствия финансирования.

В Осетии не только Колка относится к типу пульсирующих. Только в Цейском ущелье ледников, подобных Колке, три. Тревогу ученых вызывает и ледник, расположенный на южном склоне горы Казбек. Некоторое время назад была достигнута договоренность с соответствующими службами Грузии о совместном аэровизуальном обследовании ледника. Однако обострение грузино-российских отношений ставит под сомнение реализацию этого проекта.

Максим Ярошевский: Поводом для подачи иска в Тверской суд стал Закон о чрезвычайных ситуациях и гидрометеорологической службе. Согласно ему, граждане имеют право на защиту жизни, здоровья и личного имущества в случае чрезвычайной ситуации. Помимо этого люди должны быть проинформированы о возможной опасности в том или ином регионе. Говорит адвокат Игорь Трунов.

Игорь Трунов: Этот Закон предусматривает как федеральную, так и региональную ответственность, как обязанности федеральной власти, так и обязанности региональных властей. К огромному сожалению, этого разделения до сих пор не сделано. Суть этого иска, и вообще суть этого обращения - это пролонгация в будущем. Почему? Вот трагедия прошла, время прошло. Что сделано? Если через некоторое время пульсирующий ледник, стабильно сходящий, сходящий уже четыре раза, сойдет в пятый раз, кто ответственный? Кто должен следить? Что сделано за это время? Ответ страшный напрашивается. Ничего не сделано, мониторинг не делается, финансирование по-прежнему не выделяется, разделение ответственности на сегодняшний день смутно из себя что-то представляет. Так как здесь два субъекта отвечают, разделения нет, поэтому мы предъявили иски к обоим, ввиду того, что не выполнен этот закон.

Максим Ярошевский: Иск Валентины Бодровой и Елены Зинечевой скорее эксперимент. Работает ли в России Закон о чрезвычайных ситуациях? Игорь Трунов не скрывает, что получить столь крупные суммы от правительственных органов вряд ли удастся.

Игорь Трунов: Мы обратились в связи с обрушением крыши в Трансваале, и имеем на сегодняшний день несовершенное законодательство о защите прав потребителя. Мы обратились в суд по защите жертв, пострадавших от терроризма на основании Закона о борьбе с терроризмом, как вывод, что закон очень слабый. Закон не работает, закон не применяется. Практически в судах добиться ничего не смогли.

Сегодня мы обращаемся к Закону о чрезвычайной ситуации. Здесь есть статья 18-я, которая говорит о возмещении ущерба, связанного с этой чрезвычайной ситуацией. Интересно, насколько много у нас законов не работают, которые предназначены для того, чтобы защищать права и свободы человека.

Достаточно грустная ситуация. Естественно, в перспективе мы понимаем, что никаких денег никому и никогда в России не выплатят, особенно таких больших, несмотря на то, что они обоснованы учеными и есть определенные разработки. Тем не менее, конечно, в конце тоннеля реально мы видим Европейский суд по правам человека.

XS
SM
MD
LG