Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российские архивы и запросы современного российского общества


Программу ведет Эдуард Коридоров. В программе принимает участие Галина Степанова, начальник отдела использования и публикации документов Центра документации общественных организаций Свердловской области.

Эдуард Коридоров: Работники государственных и федеральных архивов России накануне во второй раз отметили свой профессиональный праздник – День архива. Несмотря на то, что архивы в России официально существуют уже 285 лет, только сейчас научная работа их сотрудников стала публичной.

Историки Государственного архива Свердловской области в свой профессиональный праздник обнародовали ранее неизвестные факты из жизни знаменитых людей, и даже произведения искусства. Эти данные удалось почерпнуть из документов, хранящихся в Екатеринбурге. Рассказывает екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Ирина Мурашова.

Ирина Мурашова: На попечении сотрудников Государственного архива Свердловской области находится 1 миллион 200 тысяч дел. Самые старые бумаги датируются концом XVII века, самым молодым около 10 лет. Источником открытия оказывается то ученическая тетрадь, то официальный циркуляр или бухгалтерская книга, а то и старый билет. Рассказывает заведующая отделом Государственного архива Свердловской области Ольга Бухаркина.

Ольга Бухаркина: Вообще находка делается очень часто случайно. Среди наших документов есть метрическая запись о рождении Любови Евгеньевны Белозерской – это супруга писателя Михаила Булгакова, и ей он посвятил свой знаменитый роман «Белая гвардия». А вот мне в руки недавно попалась энциклопедия булгаковская, и там указано совершенно другое место рождения этой женщины. А родилась она у нас, в Екатеринбурге. Ну и, например, Сергей Юльевич Витте, человек известнейший в нашей истории, а ведь он был почетным гражданином города Екатеринбурга за то, что он содействовал тому, чтобы через город прошла одна из линий железной дороги.

Ирина Мурашова: Чаще всего содержимое архивов интересует генеалогов и краеведов. Так, Эмилия Каллистратова в поисках информации о своих предках нашла имя автора песен, которые считались народными. И стихи «Во поле березонька стояла...», и ставшую крылатой строку «С милым и рай в шалаше» придумал живший в XIX веке поэт Николай Ибрагимов. По стопам отца пошел и сын – Лев Ибрагимов, который также стал прототипом одного из героев Мамина-Сибиряка.

Эмилия Каллистратова: Просто из документов вышли забытые какие-то сведения и данные. Романс Льва Ибрагимова пела вся Россия. «Ты душа ль моя, красна девица...» - вот этот романс пел Петербург, после этого пела вся Россия, то есть ее пела не только образованная Россия, но и народ тоже.

Ирина Мурашова: Свой праздник российские архивисты ведут ото дня, когда их профессия была впервые названа в Генеральном регламенте, подписанном Петром I. Именно благодаря этому документу в обиход вошли слова «дирекция», «корреспонденция», «инструкция», «формуляр» и собственно «документ». Кроме того, в той официальной бумаге 1720 года было введено понятие четырехнедельного летнего отпуска для работников контор.

Эдуард Коридоров: До революции на работу в российские архивы брали только мужчин. Тогда архивариусы состояли на государственной службе. Сейчас у Российской архивной службы женское лицо в основном.

Сегодня наш гость - Галина Степанова, начальник отдела использования и публикации документов Центра документации общественных организаций Свердловской области.

Нашим слушателям мы предлагаем ответить на вопрос: соответствуют ли государственные хранилища информации запросам современного российского общества?

Доброе утро, Галина Игоревна.

Галина Степанова: Доброе утро.

Эдуард Коридоров: Вот корифеи архивного дела, давая вчера юбилейные интервью, признавались, что встречают профессиональный праздник не в самом радужном настроении. У вас какое настроение?

Галина Степанова: Нет, у меня радужное настроение.

Эдуард Коридоров: А почему оно у вас радужное?

Галина Степанова: Радужное оно у меня потому, что вы несколькими минутами раньше сказали о том, что средний возраст – 60 лет. Я не стесняюсь говорить по Радио Свобода, что мне 66 лет, и из них 36 я проработала в бывшем Партийном архиве, а теперь - Центр документации общественных организаций Свердловской области. И то, что я встречаю третий раз праздник Дня архивов, мне это радостно.

Эдуард Коридоров: А каково общее состояние дел в архивной службе?

Галина Степанова: Ну да, в праздник можно оглянуться назад и посмотреть, что же имеешь за спиной. К сожалению, за спиной ничего радостного нет. Архивная служба, к сожалению, сейчас, в последние годы и в последние 10-15 лет хиреет и хиреет, потому что нет дотаций, нет государственного подхода к архивной службе, нет соответствующего отношения к этому. Тут сам факт, что имеется указ, о котором выше говорили, Генеральный регламент о Дне архива...

Эдуард Коридоров: Изданный Петром I в 1720 году.

Галина Степанова: Да. Но наш теперешний президент не счел нужным отметить профессиональный праздник архивиста. Хотя в течение двух лет ему давали такие документы на подписание о профессиональном празднике. И мы его отмечаем как ведомственный праздник. Но несмотря на это, все равно это праздник.

Самое главное – это вопрос кадровый. Потому что стареем, стареем и стареем, и это накладывает отпечаток на всю работу архивной службы. Это очень плохо, потому что все-таки кадры...

Эдуард Коридоров: Кадры решают все.

Галина Степанова: Совершенно верно.

Эдуард Коридоров: Как заметил человек, при котором архивное дело было поставлено, насколько я могу судить, на достаточно широкую ногу.

Галина Степанова: Совершенно верно, на широкую ногу. И хотя тогда было очень много закрытых архивов и закрытых документов, и секретных документов, и всего прочего, но самое архивное дело, как таковая структура государственная, оно было поставлено очень строго, очень продуктивно. Много всяких мероприятий проводилось и в государственных архивах. И тогда же, с 29-го года, возник Партийный архив, в котором я проработала все 36 лет. Все это было очень регламентировано, очень контролируемо, очень обеспечено финансовым образом. Поэтому, конечно, мне есть что вспомнить хорошее из того, чего, к сожалению, сейчас мы не имеем.

Эдуард Коридоров: Не могу вас не спросить. Я знаю, что, по-моему, до 1971 года Свердловский партийный архив располагался в знаменитом Ипатьевском особняке, где закончила свою жизнь императорская семья и близкие последнего русского царя. Какая-то аура чувствовалась?

Галина Степанова: Ой, что вы, конечно, очень даже чувствовалась. Не до 1971, а до 1972 года, если точнее, мы в 1972 году переехали из бывшего Ипатьевского особняка в новое, выстроенное специально для архива, здание на Пушкинской улице. Аура в этом здании чувствовалась очень сильная. Само здание накладывало какую-то атмосферу. А самое главное, вот эта аура чувствовалась в той комнате, в которой происходил расстрел. Там находились так называемые фонды закрытых городов. Сейчас у нас все города открытые, а тогда были два закрытых города. Теперь они называются Лесной и Новоуральск. И вот фонды этих городов находились в этой комнате. Эта комната от всего общего хранилища была отделена. Туда спускались три ступеньки, а до этого была еще лестница в подвал – еще 20 ступенек (вот эти знаменитые 23 ступени вниз). Там действительно была аура неприятная какая-то. Все-таки чувствовалось, что вот здесь произошло что-то страшное, что-то ужасное. Ходили мы туда очень редко, поскольку это фонды закрытых городов, и ходили мы только тогда, когда документы практически поступали на хранение в архив. А поскольку города были закрытыми, то эти документы почти никогда не использовались, поэтому мы ходили туда редко. И даже стыдно сказать, но мы по одному ходили вообще чрезвычайно редко. Ходили вдвоем, поскольку теперь, в отличие от того, что вы сказали выше, у нас основные работники в архиве – это женщины. Мужчины у нас только руководители. Ну а женщины ходили в эту комнату действительно с неким страхом. Лично я сама тоже испытала там однажды не очень приятные ощущения.

Эдуард Коридоров: Давайте вернемся к новейшим временам, к нашей новейшей истории, к современности. Государственное переустройство, инициированное президентом Путиным, каким-то образом коснулось архивной службы? Почувствовали вы что-то новое?

Галина Степанова: Связанное с Путиным непосредственно?

Эдуард Коридоров: Ну да. Мы привыкли говорить о том, что началась широкомасштабная государственная реформа, очень многие сферы либо реформируются, либо на подступах к реформированию. Что у вас?

Галина Степанова: У нас реформирование произошло самым коренным образом. Если у нас было раньше, до Путина, если мы об этом сейчас говорим, собственное министерство на равных правах с другими («Росархив» мы его коротко называли), и все вытекающие отсюда последствия – и финансирование, и организационная работа, и курирование, и так далее, то теперь мы входим одним из компонентов в агентство, которое имеет очень длинное название. К своему стыду, я не могу его точно даже назвать, потому что туда очень многое входит: и коммуникационные связи, и архив, и культура, и еще что-то. И права архива, и возможности архива очень снижены в связи с тем, что получилось такое агентство. Так что государственное решение по устройству архивной службы, оно, конечно, понизило наш статус.

Эдуард Коридоров: Если представить на минуту, что вам предложили стать во главе каких-то процессов, связанных с реформированием архивного дела, какие бы меры, если коротко, вы бы предприняли в первую очередь?

Галина Степанова: Прежде всего самостоятельность, потому что архивы – это ведь не личное дело кого-то, а это национальное достояние страны, национальное достояние народа. О его важности нет возможности в течение двух минут сказать. Нужно поднять статус, поднять важность, поднять серьезность этого в организационном плане, во-первых.

И самое главное – это кадры. Потому что, к сожалению, даже подготовка кадров сейчас нарушена. Если раньше у нас был прекрасный институт в Москве, университет, у нас была прекрасная кафедра в университете в Екатеринбурге, то теперь вся подготовка кадров очень и очень низкого качества. И кроме всего прочего, конечно, уровень заработной платы, который не дает возможности работать у нас в структуре людям грамотным, знающим, творческим. Хотя у нас очень квалифицированные кадры, но молодежи очень мало.

Эдуард Коридоров: Галина Игоревна, как бы вы сами ответили на вопрос: соответствуют ли государственные хранилища информации запросам современного российского общества? Есть общество, есть запросы и есть архивы, а как эти три вещи сопрягаются друг с другом?

Галина Степанова: Вы знаете, они, конечно, сопрягаются просто усилиями человеческого разума, отношениями не государственного порядка, а просто ответственностью людей, которые работают в архиве.

Эдуард Коридоров: Вообще много народа посещает архивы? И чего хочет этот народ?

Галина Степанова: Архивы посещают два вида людей: те, которые хотят получить справку для себя, так называемый социально-правовой запрос...

Эдуард Коридоров: Частные лица?

Галина Степанова: Частные лица. И те, которые хотят работать с документами – это журналисты, краеведы, историки, ученые, студенты и так далее.

Эдуард Коридоров: А кого больше?

Галина Степанова: Ну, больше, естественно, тех, которые хотят получить справку, я имею в виду наш архив. Потому что для этих людей справок мы выдаем в течение года около 2 тысяч, чтобы они получили большую пенсию, какие-то льготы, право на наследство и так далее. А тех, которые работают в читальном зале, у нас значительно меньше. У нас их было до 250 человек в год. Во-первых, больше мы не можем вместить в свой читальный зал – это одна из причин, объективная причина. А вторая причина – это наш исторический фактор - отношение к документам бывшего Партийного архива. Вот только в последние годы стали считать, что документы бывших партийных архивов – это документы истории, которые отражают историю нашего государства. А в первые годы перестройки, особенно в первую половину 90-х годов было к этому настолько отрицательное отношение, что мы, откровенно говоря, боялись за архив, и даже за свою собственную жизнь.

Эдуард Коридоров: Когда известные события 90-х годов...

Галина Степанова: 1991 года.

Эдуард Коридоров: Да... когда комитеты Коммунистической партии приказали долго жить, как обстояли дела с оформлением, так сказать, документации этих парткомов?

Галина Степанова: А никак. Оформление происходило таким образом. 23 августа вышел указ президента России о прекращении деятельности КП РСФСР, 24 августа вышел указ о прекращении деятельности архивов, поскольку это была структура КПСС, и по этим указам...

Эдуард Коридоров: То есть партархив приказал долго жить вместе с партийным комитетом?

Галина Степанова: Совершенно верно. И по этому указу буквально в пятницу, 24 числа 1991 года группа из пяти-шести человек (сейчас я уже, конечно, точно не помню), вооруженных автоматами, во главе с двумя депутатами Областного Совета тогда Мишустиным и Матросовым явились в 5 часов вечера в здание Партийного архива. Они сразу разбежались по комнатам, требовали с нас для проверки наши сумки, якобы, мы крадем документы из архивов, продаем их за доллары и так далее. Хотя, честно говоря, в те времена мы доллары не видели. Многие работники архива не видели доллары.

Эдуард Коридоров: А что творилось с бумагами Городского партийного комитета?

Галина Степанова: А бумаги Городского партийного комитета оставались на месте в Городском партийном комитете, в здании теперешней Городской Думы.

Эдуард Коридоров: И никому они не были нужны?

Галина Степанова: Вы знаете, они были брошены. Люди к этому факту – прекращение деятельности КПСС – и партийные органы отнеслись каждый по-своему, естественно. Кто-то взял билеты и документы с собой домой и решил, что там они лучше сохранятся, кто-то сдал их. Но основная масса, конечно... Поскольку все это было явочным порядком, революционным порядком, вооруженным порядком (я же говорю, что пришли-то вооруженные ребята)...

Эдуард Коридоров: И чем все закончилось, в конце концов?

Галина Степанова: Закончилось тем, что они все сбросили, все документы в одну комнату на третьем этаже сегодняшнего здания...

Эдуард Коридоров: Дошли они до архива?

Галина Степанова: Они дошли. Женщины архива не испугались этих вооруженных солдат, часть из них побежали в Обком партии, я лично, например, побежала в Горком партии...

Эдуард Коридоров: И собрали эти бумаги?

Галина Степанова: И мы встали грудью, в прямом смысле слова, чтобы никто не тронул эти документы. А потом разбирали, собирали в мешки, привезли их в мешках (что абсолютно было не по нашим правилам), не разобранными, в мешках привезли в архив и разбирали - и уже разобрали, они в ходу, в научном обороте.

Эдуард Коридоров: Чувствуется, что эти воспоминания вас задевают.

Галина Степанова: Да, задевают меня, конечно.

Эдуард Коридоров: Скажите, а сейчас много документации поступает в бывший Партийный архив, а ныне в Архив общественных организаций?

Галина Степанова: К сожалению, очень и очень мало.

Эдуард Коридоров: Почему?

Галина Степанова: Если раньше у нас сдавали по решению партийного органа, а у партийного органа было решение Обкома партии, определенное количество партийных организаций... у нас их было около 5 тысяч, мы принимали около 3-х. Все Горкомы и Райкомы, все Парткомы с правами Райкома по графику, по постановлению бюро – это была дисциплина, и все сдавали настолько... по определенному, естественно, списку, так называемому перечню документов...

Эдуард Коридоров: То есть раньше был порядок, а сейчас нет порядка?

Галина Степанова: Дисциплина, порядок...

Эдуард Коридоров: А вам есть где хранить-то, собственно говоря, документы?

Галина Степанова: У нас есть места. Пожалуйста, приходите и сдавайте. Кстати, могу сказать, что у нас теперь по новой структуре нашей работы есть так называемые личные фонды. Поэтому каждое физическое лицо может прийти на Пушкина, 22...

Эдуард Коридоров: Вы имеете в виду жителей Екатеринбурга и Свердловской области?

Галина Степанова: Могут прийти жители Екатеринбурга и Свердловской области, которые считают, что у них богатый материал. Мы оценим все это экспертной комиссией и откроем личный фонд на определенных условиях. Условия эти общеизвестны – согласно закону об архивах. Мы будем хранить, можем использовать в определенные сроки, определенными лицами, с требованием определенных условий. То есть это все может быть. А общественные организации, к сожалению, сдают очень мало.

Эдуард Коридоров: Вы упомянули о том, что достаточно много частных лиц приходят в архивы для того, чтобы, скажем так, покопаться в своем прошлом или в прошлом своих родных и близких. А много среди этих людей тех, кто интересуется своей генеалогией, историей своего рода?

Галина Степанова: Да, есть и такие. Но, к сожалению, генеалогией в нашем архиве непосредственно заниматься очень трудно, потому что у нас есть документы XIX века, но их очень мало. Это полицейские документы о надзоре за противоправительственными лицами.

Эдуард Коридоров: Ну, в основном у вас личные дела, которые велись по партийной линии?

Галина Степанова: Совершенно верно. Поскольку Партийный архив, так у нас и документы работников партийного аппарата или коммунистов с 1917 года. Поэтому если вы хотите проследить генеалогию до 1917 года, мы можем вам помочь. Но ранние периоды – это уже в другом архиве.

Эдуард Коридоров: А много у вас засекреченных документов хранится?

Галина Степанова: Засекреченные документы у нас практически все, потому что все партийные документы имеют гриф «Секретно», за редким-редким исключением. И поскольку правопреемника сегодня нет, то существует специальная межведомственная комиссия по рассекречиванию документов, созданных КПСС, которая с 1994 года занимается рассекречиванием, снятием вот этого грифа «Секретно» со всех практически документов...

Эдуард Коридоров: И каковы темпы рассекречивания?

Галина Степанова: Хорошие, темпы хорошие.

Эдуард Коридоров: Сколько в год или в месяц, можно узнать?

Галина Степанова: В год мы рассекречиваем от 2 до 4 тысяч дел. Но их очень много. Причем рассекречивать приходится, полистно просматривая документы. Поэтому, естественно, это будет долго. Но этот вопрос не говорит о том, что документы могут быть не выданы. Документ может иметь гриф, но все равно он может быть выдан. Это не так страшно. Потому что раньше этот гриф стоял на документах, сохраняющих партийную тайну, а ее сейчас нет. А раз ее нет, значит, в принципе, документы могут выдаваться. Хотя, конечно, документы, имея характер оборонного значения Свердловской области, они имеют какие-то и государственные секреты. Вот они рассекречиваются в процессе этого рассекречивания документов.

Эдуард Коридоров: А скажите, личное дело Бориса Ельцина у вас хранится?

Галина Степанова: Безусловно.

Эдуард Коридоров: А доступ к нему открыт, можно полистать его?

Галина Степанова: Личное дело Бориса Николаевича Ельцина – номенклатурное дело, то есть его трудовая деятельность, - открыто для всех. Но есть в этом деле те сведения, которые охраняются законом об архивах – это тайна личной жизни. То есть адрес, состояние здоровья, кстати, состав семьи, о котором все знают прекрасно, даже лучше, чем по личному делу...

Эдуард Коридоров: Ну, давайте всех секретов не будем выдавать.

Галина Степанова: Не будем.

Эдуард Коридоров: И мы готовы побеседовать с одним из радиослушателей, который до нас дозвонился. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я звоню из Москвы. У меня вопрос к вашей гостье. Дело все в том, что меня интересует, в каком состоянии сейчас находится делопроизводство с той же Украиной. Вы поймите, ведь был Советский Союз, Россия, а теперь вот Российская Федерация и все.

Галина Степанова: Если раньше, до 1991 года был СССР, как вы знаете, то наши контакты с Украиной были очень простыми. Мы посылали по известным нам спискам, адресам, справочникам запросы – и получали ответы. К сожалению, теперь мы не имеем возможности даже знать, в каком состоянии находится архивное дело на Украине. Кроме того, что мы не можем послать туда какие-то запросы, какую-то информацию о тех гражданах Советского Союза, которые раньше жили в Свердловской области, а теперь живут в России. И присылают к нам запросы социально-правового характера – по заработной плате, по стажу работы (по работавшим на территории Свердловской области), мы им даем эти справки, и с огромнейшим недоверием посылаем по почте. К нашему счастью, ответов, что не получили или не дошли наши справки, мы еще не получали. Но такие запросы бывают. Вот это все контакты, которые у нас бывают с Белоруссией, с Украиной, с Грузией, с Азербайджаном, с Узбекистаном и всеми остальными бывшими республиками СССР.

Эдуард Коридоров: Галина Игоревна, если я правильно понимаю, российские архивисты считают своими главными достижениями прошлого года несколько событий – это издание альбома с фотографиями императорской семьи в последние дни монархии, это публикация рассекреченных дневников и переписки Марины Цветаевой, это издание шеститомника об истории сталинских репрессий. Ну, это явления, так сказать, которые интересуют все российское общество, всех просвещенных россиян. А здесь, на Урале в последние годы, или в последний год, что-то значительное случилось с участием архивистов или благодаря вашим усилиям?

Галина Степанова: Да. К сожалению, у нас нет теперь материальной возможности издавать такими большими тиражами и в таком хорошем издании, как те издания, которые вы назвали, мы их издаем более скромными по внешнему виду, но они очень содержательные.

Я могу похвастаться тем, что чисто архивного плана издан сборник, перечень по НЭПу. Вы знаете, сейчас перестройка народного хозяйства. И та перестройка в период НЭПа, которая проходила в 20-30-х годах, эти документы сейчас должны быть очень востребованы. И мы издали такой сборник, передали его в Институт экономики. Иногда им пользуются. Кроме всего прочего, мы, естественно, участвуем во всех хрестоматиях об истории Урала своими документами. А чисто архивные... Ну, в 2003 году мы отметили с вами вместе юбилей создания Уральского добровольческого танкового корпуса. К этому времени была издана большая, хорошая брошюра с иллюстрациями по истории этого уникального воинского подразделения. В позапрошлом году мы отмечали 300-летие Ленинграда, Санкт-Петербурга. А у нас во время войны находился Эрмитах, и мы издали сборник «Эрмитаж в Свердловске». Тоже очень интересный и своеобразный материал. В прошлом году мы отмечали 70-летие Свердловской области. И хотя, к сожалению, наше свердловское правительство как-то спокойно, если ни сказать равнодушно отнеслось к этой дате – 70-летию Свердловской области, в отличие от челябинцев, предположим, то мы, архивисты, отметили серьезно. Потому что мы сделали выставку, мы подготовили сборник по истории Свердловской области за 70 лет. То есть вот такие даты мы всегда отмечаем.

Сейчас мы готовимся к огромнейшему, большому мероприятию, посвященному военно-патриотическому воспитанию, к 60-летию Великой Отечественной войны. Будет сборник, будут выставки, будут публикации, будут встречи и беседы со школьниками (которые, кстати, посещают теперь, по новой структуре наш архив, раньше они не могли приходить в наш архив), будут беседы с ними, встречи с общественностью. Огромнейший план мероприятий по 60-летию Победы.

Эдуард Коридоров: Спасибо.

Давайте послушаем звонок. Доброе утро.

Слушатель: Доброе утро. Вы знаете, я всегда с удовольствием слушаю ваши передачи – они такие разнообразные. Но у меня вот какой вопрос. Вы так скрупулезно, точно и интересно для нас раскрываете все эти темы, вопросы. А вот у меня вопрос насчет вопросов. Прежде чем давать интервью и вообще разговаривать о своей работе, не испрашиваете ли вы разрешения каких-то особых органов, не требуется ли какого-то письменного разрешения? Или вот теперь мы так спокойно и свободно будем слушать обо всем? Спасибо.

Эдуард Коридоров: Галина Игоревна, ответьте, пожалуйста, на вопрос: получили ли вы у кого-либо разрешение на сегодняшнее интервью?

Галина Степанова: Нет, никаких разрешений. Я поставила в известность свое руководство, что я пойду интервьюироваться на Радио Свобода, и поэтому опоздаю на работу, поскольку мы работаем с 8.30 – я не успею на работу. Все остальное у нас на доверии. Никаких секретов, которые не положено говорить, я все равно не скажу, этого не будет. А то, что я могу сказать по закону об архивах, принятому и утвержденному президентом Путиным, я скажу совершенно откровенно и на Радио Свобода или на любом другом радио, по телевидению или в какой-то публикации в средствах массовой информации.

Эдуард Коридоров: Ну что ж, это тоже замечательное достижение нового времени.

Хотелось бы сказать, что наша гостья, несмотря ни на что, пребывает в радужном настроении и с оптимизмом смотрит в будущее.

XS
SM
MD
LG