Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Защита прав студентов


Программу ведет Ольга Писпанен. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская. Гости - генеральный директор студенческой газеты "Gaudeamus" Олег Воробьев и заместитель председателя организации "Африканское единство" Дезире Деффо.

Ольга Писпанен: Защита прав студентов - одно из самых проблемных направлений, поскольку охватывает достаточно большое количество людей, с другой стороны, им сегодня почти никто не занимается. В то же время уровень нарушений, связанных с приемом, отчислением, учебными нагрузками, организацией сессий, выплатой стипендий, проживанием в общежитии очень высок. Об этом говорили на "круглом столе" "Права студентов", прошедшем в Петербурге. На нем побывала корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская.

Татьяна Вольтская: Что больше всего волнует сегодня петербургских студентов? Американцу Брайану Беккеру, студенту Педагогического университета имени Герцена, не хватает общения с преподавателями накоротке. Ведь в Америке профессор доступен. Его называют по имени. Он много бывает со студентами вне занятий. Ведущая "круглого стола", директор института региональной прессы Анна Шароградская напомнила, что трудно сравнивать Америку, где у всех преподавателей есть свои кабинеты, и Россию, где у них нет ни кабинетов, ни достойных зарплат. Так что, в пору говорить о правах преподавателей. Но все же разговор о правах не сводится к учебному процессу. Для многих иностранных студентов важно не только чему-то научиться, но попросту выжить. Петербург все чаще называют "коричневой" столицей России. Говорит аспирант юридического факультета Петербургского университета.

Аспирант юридического факультета Петербургского университета: Самая главная проблема - это безопасность. Причем понятие безопасность... Мы приехали сюда. Наша главная задача - учиться. Но когда приехали, для нас главной задачей стала безопасность. Многие предпочитают остаться дома, и не ходят ни на занятия, ни на лекции.

Татьяна Вольтская: Эти слова звучат особенно актуально, после того как в минувшие выходные опять были избиты двое иностранных студентов - выходные из Анголы и Китая. Трудно говорить об учебе, когда дорога от университета до общежития может стоить жизни. Говорит заместитель председателя правозащитной организации "Гражданский контроль" Юрий Вдовин.

Юрий Вдовин: В России студенчество всегда проявляло удивительную пассивность, которую и сейчас проявляет. Очень много бед случалось со студентами в Санкт-Петербурге. Это были, что называется, неславянские студенты. Они могли быть и российскими, но неславянскими. Когда, наконец, вышли с протестом студенты-иностранцы, российских студентов не было там. Мне это кажется ужасным, потому что студенчество - это общность людей, у которых проблемы общие.

Татьяна Вольтская: Российская власть, напоминает Вдовин, не склонна защищать граждан. На обращения в прокуратуру следуют сплошные отписки и отказы. Если не будет студенческой солидарности, нетерпимости к проявлениям расизма, то справиться с ним будет невозможно.

Ольга Писпанен: Сегодня мы поговорим о правах студентов в Петербурге с генеральным директором студенческой газеты "Gaudeamus" Олегом Воробьевым и заместителем председателя организации "Африканское единство" Дезире Деффо.

Дезире, вчера поступило новое сообщение о том, что 15 студентов из арабских стран отказались обучаться в Петербурге, собрались уехать домой. Вы учились тоже в Петербурге. Вы можете сравнить ситуацию. Она ухудшается или, в принципе, остается такой же, просто об этом не говорили, а сейчас так как появилась какая-то свобода в средствах массовой информации, такая информация просачивается?

Дезире Деффо: Хочу сказать, что у нас тоже есть информация, что студенты из арабских стран хотят уехать. Мы вчера об этом говорили. Если сравнить то, что здесь было раньше, я здесь уже около 15 лет, хочу сказать, что все-таки раньше такого не было. Может быть, кто-то кого-то ненавидел, но у нас такого бытового нападения не было. Для нас не существовало таких проблем. А сегодня это чисто на бытовом уровне происходит. Это является для нас самой большой сложностью, потому что можно кого-то ненавидеть, но нападать на людей просто так! Человек ходит по улице и смотрит назад, что с ним может произойти. Это же синдром, это болезнь получается.

Ольга Писпанен: Болезнь общества.

Дезире Деффо: Болезнь общества.

Ольга Писпанен: Все-таки об этом уже говорят. Валентина Матвиенко каждый раз случающиеся убийства на расовой почве берет под свой личный контроль и так далее и так далее. Но все-таки, если это происходит, а происходит практически каждый месяц - нападают на студентов, нападают на людей неславянской внешности. Как вы думаете, возможно ли созданием каких-то союзов, каким-то давлением властей, проведение какой-то информации, разъяснительной работы можно ли эту ситуацию переломить?

Дезире Деффо: Я оптимист. Я думаю, что все-таки ситуацию можно переломить. Надо просто работать. Мне трудно сейчас судить, потому что работа в этом направлении еще не началась. Но первый шаг сделан. Был создан при губернаторе совет. Я не знаю какие планы у них там. Мы надеемся, что это будет старт новой политики по защите.

Ольга Писпанен: Но политики говорят, что у нас вообще в городе нет ни ксенофобии, ни расовых преступлений.

Дезире Деффо: За пять лет, я думаю, что все-таки мнение поменялось.

Ольга Писпанен: Недавно читала мидовский журнал "Консул", в котором черным по белому было написано, что у нас в городе все отлично.

Дезире Деффо: Есть разница между тем, что отлично, и тем, что есть. Сейчас на определенном уровне, говорят, что есть и мы будем бороться. Это раньше 5-6 лет назад говорилось, что ничего не было. Я сам участвовал в нескольких заседаниях, там действительно были такие разговоры, что у нас ничего нет. Но сегодня мы дошли до того, что они говорят, что есть, и мы будем бороться - создается совет, профилактика города. Но вопрос в чем? Как совет будет работать?

Ольга Писпанен: Как он будет работать?

Дезире Деффо: Это вопрос не ко мне. Мы ждем, как он будет работать. Если у нас получится, что люди просто сидят и говорят, а на улице у нас другая жизнь, вот это будет обидно. Но мы, люди, которые живут в городе, очень надеемся, что подключатся все силы - и правоохранительные органы, и администрацию, и население. Вопрос не только администрации и прокуратуры, это вопрос и самого населения. Вот представьте себе ситуацию. Побили человека в метро. Никто не встал даже нажать кнопку, чтобы поезд остановился. Никто! Это население, это бабушка, которая сидит близко, студент, который стоит в сторонке и ничего не делает. Здесь и воспитание молодежи. Почему мы сегодня говорим о том, что мы хотим, чтобы был союз иностранных студентов, мы хотим подключить и русских. Нам кажется, чтобы сегодня те студенты, которые себя считают русскими, должны понять, что здесь идет разговор о судьбе страны. Скоро у нас будет праздноваться 60 лет День Победы. А что за праздник? Молодежь знает? Если бы молодежь знала, думаю, что никто бы на улице таких вещей не делали.

Ольга Писпанен: Это одна из основных задач средств массовой информации - информировать, рассказывать. Олег, вы в студенческой газете, которую читают студенты города, достаточно старинная газета, вы информируете о той ситуации, которая в городе?

Олег Воробьев: Мы пишем о происшествиях.

Ольга Писпанен: Без комментариев, просто новостей строкой?

Олег Воробьев: Конечно, с комментариями. У нас газета с комментариями. Мы пишем не только о происшествиях, которые происходят с иностранными студентами, но и с российскими студентами. Таких происшествий много. Я хожу домой поздно ночью, тоже очень много всего разного вокруг себя вижу. Как мне кажется, националистическая составляющая в этих происшествиях очень сильно порой раздута.

Ольга Писпанен: В основном, вы считаете, что это разбойные нападения без некоего ксенофобского расового уклона?

Олег Воробьев: Ксенофобский расовый уклон есть. Такие люди есть, их видно на улице, которые кого-то ненавидят, в частности, они ненавидят иностранцев. Иностранцы, которые ко временам падения Советского Союза, были гостями высшего существа, о которых нужно заботиться. Сейчас для некоторых людей они превратились в объект ненависти. Это люди, которые живут лучше нас, у них больше денег. Они на эти деньги сюда приехали.

Ольга Писпанен: Думаете эта причина ненависти?

Олег Воробьев: В том числе и эта причина ненависти. Такая история. Мне какое-то время назад в редакцию в окно бросили камень. Разбили окно. Это было на выходных, никто не видел. Первое, что я подумал, это потому, что мы что-то написали, кого-то обидели. Эта мысль приходит автоматически. Меня обидели, потому что я такой, ненавидят именно меня.

Недавно увидел картину, которая во многом меня сдвинула с этого представления. Иду по улице. Идет пара - мужчина и женщина. Чем обычно мужчина и женщина занимаются ночью на улице? Гуляют. Идет пара с пивом.

Ольга Писпанен: Очень романтично.

Олег Воробьев: Да. Женщина показывает мужчине на витрину магазина, где висит красивое платье. Тот тут же шарахает бутылкой по витрине и достает платье.

Ольга Писпанен: Ваши действия?

Олег Воробьев: Продолжаю движение.

Ольга Писпанен: Вот об этом мы и говорим.

Олег Воробьев: Совершенно честно об этом говорю. Я не бросился защищать чью-то витрину.

Ольга Писпанен: Чью-то витрину. Это не просто чья-то витрина, это наш город. Это воспитание тех людей, которые там живут. Это не чья-то витрина, какого-то буржуя, который выставил дорогущее платье.

Олег Воробьев: Если бьют человека это совершенно другое дело.

Ольга Писпанен: А если бьют чью-то витрину, как было в еврейских погромах, да?

Олег Воробьев: Да. Мне кажется, что случись что-то похожее на Киргизию у нас, у нас много бы нашлось людей, желающих поучаствовать в таких событиях.

Ольга Писпанен: Выпустить пар.

Олег Воробьев: Да, выпустить пар. И кто-то из них националист, а кто-то просто быдло. Вот националистическая составляющая она не всегда есть.

Ольга Писпанен: У нас есть звонки. Давайте послушаем, мы вас слушаем.

Слушатель: Коренная москвичка Наталия Эдуардовна. У меня вопрос к юному юристу. Я даже не знаю как назвать это учебное заведение, которое человеку не смогло объяснить, что нарушение табу на контакт, приводит к падению всей правовой системы. Вот у нас в Москве. Несколько лет назад разобрались. В МАДИ целое гнездо, мобилизованное такими студенческими инициаторами вот этой молодежной политики, устроили в МАДИ в общежитии просто опорный пункт проституции, называя все это молодежной политикой, естественно, под руководством Лаховой, обкомовской банщицы. Какое безобразие по всей Москве было! В результате выкидывали с ОМОНом всю эту структуру, которая там образовалась.

Ольга Писпанен: Не очень понятно высказывание. Не по нашей теме. У нас все-таки в городе не только проблема с защитой собственной жизни. Мы уже поняли, что подвергаются опасности не только иностранные студенты, но очень часто сами студенты не обращаются в правоохранительные органы после таких нападений. Почему? Они не верят в то, что им помогут, либо не хотят нарываться?

Дезире Деффо: Они обращались, но никакого результата. Вот и все. Если я обращаюсь после нападения, я хочу получить результат, хотя бы, чтобы поймали того, кто на меня напал, чтобы человек был наказан. А если у нас часто получается, что люди обращаются, но не получают никакого ответа даже. Но в любом случае, мы стараемся объяснить нашим ребятам, что лучше все-таки обращаться. Даже если не отвечают, то, по крайней мере, войдет в статистику, которая сегодня или завтра поможет нам понять, что происходит в городе. Мы каждый год получаем такую статистику. Здесь тоже есть вопрос. Если, например, человек подает заявление в одно отделение милиции и не прошел, то это плохо, значит, заявление утеряно и не войдет в статистику. Если человек подал заявление, то оно должно быть зарегистрировано, даже если он не получил должного.

Ольга Писпанен: Хотя бы ради статистики, действительно. Давайте послушаем еще звонок, говорите.

Слушатель: Наталия Эдуардовна сказала, что плохо сейчас вообще воспитывается молодежь, нет хороших примеров, даже воспитания в школе нет, а взрослых людей воспитать очень трудно. А правилам взаимоотношений не учат детей. Вот даже по вашей сводке видно было сказано, что в Петербурге растет число жителей, которые принимают проект Чайнтаун из-за того, что это приносит деньги. Значит, в общем, это для Петербурга или для русских людей нормально, что приезжают иностранцы. Никто против них ничего не имеет, никого зла они не несут. Значит, это все-таки недоработки внутри таких газет, представитель которой у вас находится, и вашего второго гостя. Вы должны объяснять, что в России тяжелая обстановка, что если люди уже приехали, то пусть они будут сдержанными, потому что мы должны иметь и такой факт, что россияне очень даже страдают от некоторых студентов африканских.

Ольга Писпанен: А как они страдают?

Слушатель: Они привозят наркотики, соблазняют, имеют деньги и, действительно, создают дома терпимости внутри университетских общежитий. Очень часто иностранные студенты бывают инициаторами и содержателями этих комнат терпимости.

Ольга Писпанен: А русские не бывают?

Слушатель: Если сейчас такая обстановка трудная.

Ольга Писпанен: Мы говорим сейчас вообще, в принципе, о студентах.

Слушатель: Можно сейчас пока такая трудная обстановка предупредить студентов о том, что надо вести самим себя достойно, никаких наркотиков, никакой аморалки, тогда к ним будет нормальное отношение. А мы должны воспитывать своих детей. Но насколько я знаю, что у нас всегда было терпимое прилично уважительное отношение. Я сама 20 лет назад училась в Московском университете, мы всегда относились к студентам, которые приезжали и изучали нашу культуру, наш язык. Это у нас не вызывало никакой зависти, несмотря на то, что мы были тогда еще бедней, чем сегодня. Надо искать проблему в информационном освещении. Кому-то выгодно вот это. А может быть и есть и провокации против ваших студентов.

Ольга Писпанен: Кстати, если это проблема в информационном освещении, объяснитесь, пожалуйста.

Олег Воробьев: Исправляю недоработку. Сообщаю. Каждый имеет право получить по морде, абсолютно в нашем городе имеет такую возможность, независимо оттого, является он иностранным студентом или российским студентом, и является студентом вообще. Эта тема исчерпана.

Дезире Деффо: Я считаю, что это опять иллюзии. Я шесть лет назад слышал такие разговоры даже на высшем уровне, когда говорят, что это все связано с наркотиками и так далее и так далее. Я задал вопрос - как вы думаете, что наркотики в России из Африки? Я сомневаюсь. Это далеко не так.

Ольга Писпанен: Значит, мы опять возвращаемся к информационному полю.

Дезире Деффо: Есть статистика для этого. У нас в России можно выяснить, у нас в России все изнутри. Это вопрос СНГ, но не из Африки.

Ольга Писпанен: Но мы же не только об африканских студентах говорим, есть и афганские.

Дезире Деффо: Да, был один случай, ну и что. Один случай - это не для всех.

Ольга Писпанен: Давайте послушаем еще дозвонившихся. Мы вас слушаем.

Слушатель: Елена Сергеевна. 30 лет назад в МГУ было очень много друзей из Африки и разных стран. Потом работала в Университете Дружба народов, живу рядом. Могу сказать, что уровень культуры как у нас, так и у них очень снизился. Неужели вы не понимаете, кто мутит воду между народами? Это так смешно слушать, что вы на Радио Свобода пытаетесь отстоять какие-то права человека на Земле. Ведь оно не для это служит. Задумайтесь об этом, господа студенты.

Дезире Деффо: Сегодня мы не говорим о правах человека на Земле. Если я выбрал жить в России, я имею на это право. Но если я живу в России, если кто-то меня ненавидит, пожалуйста, но меня не трогайте. Все.

Ольга Писпанен: Хотелось бы успеть поговорить не только о праве на жизнь в городе Санкт-Петербург. Олег, вы должны знать о том, что нарушаются не только право на жизнь и свободное обучение, но и огромное количество других прав студентов. В принципе, сегодняшние студенты знают о своих правах? Если не знают, то куда им обращаться? Какой документ регламентирует эти права?

Олег Воробьев: Студентам обращаться, прежде всего, к договору, который они заключили с вузом, если таковой есть, к инструкциям Министерства образования и к положению о вузе, то есть к учредительным документам, регулирующим деятельность вуза. Вообще, советую обращаться к профессионалу, если есть такие вопросы. О всех своих правах студенты не знают, мы с вами тоже не знаем о всех своих правах.

Хочу сказать, что высшее образование - это услуга, такая же как стрижка в парикмахерской, боулинг. За него платят. Иногда за него платит государство, иногда платит сам студент, клиент, как ни странно, но студент - это клиент.

Ольга Писпанен: А говорят, что клиент всегда прав.

Олег Воробьев: Конечно, мы далеки от этого. Возвращаясь к иностранным студентам. Как мне кажется, иностранные студенты - это будущее нашего высшего образования на следующие несколько 10-12 лет, потому что у нас грядут последствия демографического спада.

Ольга Писпанен: Кто будет учиться?

Олег Воробьев: Вот питерские вузы что будут делать без африканских и китайских студентов непонятно. Конечно, как мне кажется, умные люди в вузах, в администрациях вузов уже озабочены тем, какое отношение к иностранным студентам в городе. Это влияет на коммерческое положение этого бизнеса. Российский студент это тоже клиент высшего образования. Очень часто это не осознается, что этот клиент должен быть прав, у него есть какие-то свои права на те деньги, которые он за это платит.

Ольга Писпанен: Почему настолько резко проведена сегодня черта, грань между своими и чужими? На вчерашнем "круглом столе" одна из участниц заявила, что ну бывает, ну нападают, но не на своих же иностранных студентов. Вот студенты, которые у нас в институте, мы их не трогаем. Получается, что вот наши местные выращенные скинхеды не трогают наших иностранных студентов, а из соседнего вуза они с удовольствием подловят в темной подворотне и покажут, где раки зимуют. Почему так резко разграничилось общество на своих и чужих?

Олег Воробьев: У меня нет объяснений. Я не участвовал в драках, где есть четкое разделение на своих и чужих.

Ольга Писпанен: То есть это деревня выплеснулась на улицы города?

Олег Воробьев: Не знаю.

Дезире Деффо: Это сложно объяснить.

Олег Воробьев: Если вы мне предложите разделить людей на своих и чужих, наверное, для меня будут свои люди это те, кого я знаю лично. У меня нет другого критерия.

Ольга Писпанен: Значит чужих можно мочить в сортире?

Олег Воробьев: Их нельзя мочить в сортире. Это некое предположение как определить людей на своих и чужих. У меня нет такого деления.

Ольга Писпанен: Кто-то это более ярко видит. У кого более темный цвет кожи, значит он уже чужой, в принципе. Давайте послушаем звоночек. Говорите, мы вас слушаем.

Слушатель: Феликс Васильевич из Москвы. Я сам был студентом, у нас тоже были иностранные студенты, правда, это было давно еще при советской власти. Никаких антагонизмов у нас не было. Почему это происходит сейчас в Ленинграде? В Ленинграде скопилось большое количество молодежи, недовольные своим положением. Существуют какие-то драки, какие-то определенные насилия между молодежными группировками. Мне кажется, это сознательно канализируется в направлении иностранных студентов. Вот эти ребята виноваты во всех несчастьях.

Давайте вспомним погром в Москве на Манежной площади в 2002 году. Милицию, как языком слизнуло с площади, а это в двух шагах от Кремля. Поэтому иностранным студентам, конечно, я очень сочувствую, у меня остались самые лучшие воспоминания о совместной учебе с ними, но надо подумать о том, кто именно заинтересован в такой ситуации, которая сложилась сейчас в Ленинграде.

Ольга Писпанен: Каким образом сегодня студенты могут защищать свои права, отстаивать свои права в создании союзов, организаций? Принесет ли это какую-то пользу?

Олег Воробьев: Прежде всего, начинать нужно с осознания своих прав. Права - это то, что где-то записано. Поэтому обращаться нужно к документам, к тем договорам, которые ты заключаешь. Если ты иностранный студент, едешь учиться, обрати внимание на свой договор, обрати внимание на то фиксированная у тебя цена обучения, или она будет подниматься, условия проживания. Право - это то, что вообще связано с документами. Нужно обращаться к документам и обращать на это внимание.

Дезире Деффо: Я считаю, что сегодня студенты, кроме того, что должны обращать внимание на свои права, они должны организоваться не только иностранные, но и русские студенты. Сегодня вопрос идет...

Ольга Писпанен: Не о разделении, а о соединении?

Дезире Деффо: Да. Мы сейчас говорим о том, что в будущем у нас будут не только иностранные студенты, но и русские студенты. Они вчера уже показали, что так и будет. Вместе с тем, они будут стараться решать те вопросы, о которых мы сегодня говорим.

Еще раз повторяю. Мне так кажется, что если люди живут в этом городе, который они любят, почему нужно делать так, чтобы студенты, которые хотят здесь учиться, чтобы они уехали? Смысл? Если я тебе не нравлюсь, пожалуйста, но не трогайте, оставляйте студента, пусть он гуляет по улице. Те, которые уже выбрали Петербург для места жительства, пусть они живут спокойно.

Смотрите, в Европе расизма нет. Да, тоже нападают во Франции, США, Германии, но они уже снизились до минимума. Может быть, там тоже кто-то кого-то ненавидит, но нападения стали настолько редки. Может быть там связано с работой правоохранительных органов. Есть простой вариант. Ненавидишь, пожалуйста, но трогать не надо.

Ольга Писпанен: Большое спасибо.

XS
SM
MD
LG