Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблемы демографии в России


Программу ведет Ольга Писпанен. Принимает участие координатор проекта "Дети улицы" санкт-петербургского общественного благотворительного фонда "Гуманитарное действие" Елена Черкасова и главврач городского консультативно-диагностического центра для детей "Ювента" Павел Кротин.

Ольга Писпанен: Сегодня у нас в гостях координатор проекта Елена Черкасова и главврач городского консультативно-диагностического центра для детей "Ювента" Павел Кротин.

Вначале давайте послушаем репортаж на тему, которую будем сегодня обсуждать в прямом эфире Радио Свобода. Проблемы демографии в России стали активно обсуждаться совсем недавно. О грозящей демографической катастрофе впервые открыто заговорили в 1993 году, несмотря на то что превышение уровня смертности над уровнем рождаемости в России - явление вовсе не новое. Представительство Детского фонда ООН-ЮНИСЕФ в Российской Федерации представило в Петербурге новый проект "Приглашение в будущее".

Татьяна Вольтская: Репродуктивное здоровье молодежи страдает от многих вещей, самая грозная из которых растущее употребление алкоголя и наркотиков, увеличение количества случаев инфекции, передаваемой половым путем, ВИЧ-инфекций и СПИДа. Цель проекта "Приглашение в будущее" - повысить качество медико-социальных услуг для подростков и молодежи в области репродуктивного здоровья и сделать эти услуги доступными для всех подростков, в том числе и социально неблагополучных групп населения - из детских домов и приютов, для безнадзорных и беспризорных подростков. Говорит директор региональной общественной благотворительной организации «Центр профилактики наркомании» Григорий Латышев...

Григорий Латышев: Одним из важных моментов данного проекта является организация модели эффективного взаимодействия всех тех участников, которые работают в поле оказания помощи молодежи в плане развития их здоровья, чтобы к концу проекта у нас было создано социальное партнерство. Как правило, проекты имеют очень четкую целевую направленность: либо это социально неблагополучные дети, либо это наркоманы, либо это проститутки, либо это учащиеся вузов, школ. Данный проект ставит систему организации в целом, чтобы молодежь имела доступ к медико-социальным услугам города вне зависимости от их социального статуса.

Татьяна Вольтская: В Петербурге должна быть расширена сеть подростковых консультаций, где смогут получать бесплатную помощь даже те подростки, у кого нет медицинского полиса. Персонал для таких консультаций готовит педиатрический факультет Медицинской академии последипломного образования (МАПО). Говорит заведующий кафедрой подростковой медициной и валеологии МАПО Александр Куликов...

Александр Куликов: На наших циклах одновременно сейчас проходят обучение и врачи, и социальные работники, и средний медицинский персонал, психологи, педагоги.

Татьяна Вольтская: Первый этап проекта - уличная работа, контроль уличной тусовки, быстрое социальное реагирование. Второй этап - медицинская, социальная и психологическая помощь детям в ночном центре "Дети улицы". Третий этап - предоставление ночлега в этом центре. Четвертый этап - направление детей в социозащитные учреждения, больницы, консультативные центры или возвращение в семьи.

Ольга Писпанен: Павел Наумович, по вашему ощущению действительно может быть действенным этот проект на улицах города?

Павел Кротин: Я могу, во-первых, сказать, что с ЮНИСЕФ мы работаем уже не первый год, даже точнее можно сказать, седьмой год, и с 2000 года мы совместно с ЮНИСЕФ создаем клиники дружественной молодежи в районах. Правда, они на самом деле до сих пор, именно районные молодежные организации, не предусматривали такой вид услуг, как помощь детям из групп социального риска, безнадзорным, беспризорным, детям улиц. Этому есть ограничения в плане просто отсутствия у них полиса и так далее. Наш центр "Ювента" с 1993 года уже оказывает помощь всем абсолютно, и тем, кто не имеет полиса. Мы работаем в рамках бюджетного финансирования.

Ольга Писпанен: То есть приходит к вам ребенок с улицы, говорит: помогите мне...

Павел Кротин: Как правило, дети с улицы сами не приходят. К нам чаще всего работники "Гуманитарного действия" или работники приютов, социальных служб приводят таких детей, они, как правило, в сопровождении должны прийти. Мы никогда в помощи им не отказывали. Но это, конечно, очень маленький был поток. Несомненно, это требует расширения. И вот в этом проекте не только мы расширяем количество молодежных консультаций, чтобы в каждом районе такая была для всех подростков, но и очень хотим, чтобы в молодежной консультации смогли принимать... вот районные консультации смогли оказывать помощь именно по совместной работе с социальными работниками, с педагогическими кадрами, которые занимаются как раз детьми безнадзорными, беспризорными. Очень большое внимание в проекте должно быть уделено детям детских домов, интернатов. Мы и раньше пытались, но там были сложности. Сегодня мы получили, по-моему, уже по первым шагам проекта, он уже с марта практически идет, желание детских домов. К нам уже в центр обращаются. И мы только недавно делали большой профосмотр. Там очень большая необходимость есть именно в медицинском и обследовании, и помощи. Примеров можно привести много. Я скажу, что мы только что смотрели один из школ-интернатов, и там почти 50% мальчиков, например, нуждаются уже даже в хирургической коррекции патологий, которые в будущем могут грозить репродуктивному здоровью. Поэтому, конечно, этот контингент раньше был, увы, не очень медицински наблюдаем. Сегодня по проекту мы хотим, чтобы в каждом районе города была создана консультация. В этом плане мы надеемся, что будет поддержка администраций районов и городского комитета здравоохранения, и других комитетов, участвующих в проекте - и образования, и социальной помощи, и по молодежной политике. Главное, конечно, в какой-то степени самое сложное - это получить бюджетное финансирование для этих центров, потому что в рамках МНС, без полиса они, к сожалению, обслуживать не могут.

Елена Черкасова: Вот все-таки если вдруг какой-нибудь ребенок узнает, что есть возможность пройти обследование, получить медицинскую помощь, хотя я себе даже не очень хорошо представляю, откуда они могут это узнать, живя на вокзалах, но если вдруг узнают, если вдруг наберутся смелости и все-таки придут, вы окажете им помощь?

Павел Кротин: В "Ювенте" нет проблем.

Ольга Писпанен: Именно в "Ювенте"?

Павел Кротин: В "Ювенте".

Ольга Писпанен: А вот в этих районных...

Павел Кротин: Пока нет, к сожалению. Во-первых, я еще раз повторю и думаю, меня поддержит Лена, что вряд ли они сами, даже если узнают, то придут.

Ольга Писпанен: Ну, такая гипотетическая ситуация.

Павел Кротин: Гипотетическая? Только "скорая помощь" их, как правило, может подобрать в ситуации, когда...

Ольга Писпанен: Уже поздно.

Павел Кротин: Ну почему? Не поздно, бывают разные ситуации. И у нас еще есть в каком плане ограничения? К сожалению, эти истинные дети улиц требуют еще и санитарной обработки, мы не можем в помещении, куда приходят нормальные дети, без вшей и без всего остального, их сразу принимать.

Ольга Писпанен: А таких центров в городе остается все меньше и меньше, где проводится санитарная обработка людей улиц.

Павел Кротин: Ну почему? В принципе Центр на Ивашенцева же есть и он, по-моему, не отказывает.

Елена Черкасова: На Ивашенцева, да, но там взрослые в основном.

Ольга Писпанен: Пару центров закрыли недавно.

Павел Кротин: Это вопрос, в котором я не очень компетентен.

Ольга Писпанен: Это не к вам, это просто ремарка.

Слушатель: Здравствуйте. Из Москвы коренная москвичка беспокоит Наталья Эдуардовна. В 1996 году, когда протаскивали Ельцина по новой, чтобы на наши головы нахлобучить, как раз этих самых женщин пытались принудить обслуживать армию, военных пенсионеров, прямо вот так внаглую еще "Ухо Москвы" обсуждало вопрос: а кто налоги за этих проституток будет платить, если они бесплатно будут обслуживать нашу армию, пенсионеров?

Ольга Писпанен: Простите, каких женщин? Вы о ком говорите?

Слушатель: Я говорю о валеологах, которые снова нам эту услугу пытаются нахлобучить на наши бестолковые головы. Это значит, что они к родительским детям пытаются подобраться, пользуясь сиротами. Когда в 1976 году Конституцию вот эту самую янычарскую протаскивали, имели в виду ведь родительских детей объявить сиротами и их потом сделали сиротами на практике. Сироты и так были такими же гражданами до 76-го года.

Ольга Писпанен: Простите, мы сегодня говорим не о сиротах.

Павел Кротин: Нет, вопрос очень хороший и в принципе на него можно ответить. Вы зря так переживаете. Во-первых, валеология - это совершенно не то, о чем вы говорите. Это наука о здоровом образе жизни, она, к сожалению, никак не касается детей-сирот. Дети-сироты на самом деле обеспечены государственной помощью, и мы на самом деле рады, чтобы они имеют и педагогическое, и просто даже наблюдение, и питание, и ночлег. В этом плане им только нужно расширение медицинской помощи. Речь идет о детях, которые, к сожалению, никакой помощи не имеют, с ними много проблем. Я думаю, здесь Лена лучше скажет.

Елена Черкасова: Сегодня в Санкт-Петербурге насчитывается от 10 до 16 тысяч уличных детей.

Ольга Писпанен: Это неофициально?

Павел Кротин: Этого никто не считал.

Елена Черкасова: По данным различных ведомств. Но, конечно, это количество колеблется в зависимости от времени года и всяких разных политических ситуаций. К сожалению, с этой категорией детей небольшое количество организаций работает. Наша организация "Гуманитарное действие" работает с этой категорией детей с 1995 года. В нашей организации оказывается комплексная помощь этим детям, социально-психологическая и медицинская. В наш пункт может прийти любой ребенок без документов, без предварительной обработки и может получить помощь, поменять одежду, принять душ, и, если он готов уйти с улицы, мы пытаемся его устроить в приют или в детские дома, или вернуть в семью, над этим работают психологи. Но дело в том, что у уличных детей нет мотивации на здоровый образ жизни. Они с недоверием относятся к государственным врачам, то есть к врачам поликлиник. К сожалению, они боятся идти в таком виде, грязные, в поликлиники, потому что обычные дети в поликлиники ходят с родителями, у этих детей родители асоциальные или родителей вообще нет. И поэтому, к сожалению, уличные дети выпадают из поля зрения государственных структур, и они существуют сами по себе со своими проблемами. Единственный выход - найти контакт с этой целевой группой, и в нашем фонде работают уличные работники, которые выходят на улицу, знакомятся с этими детьми, идут на чердаки, в подвалы и приглашают в нашу организацию этих детей. Наша организация ни в коей мере не заменяет государственные структуры, она является неким мостиком между целевой группой, между уличными детьми, и государственной медициной, поликлиниками и больницами. Нас знают уличные дети в течение 10 лет, нам доверяют и к нам приходят.

Ольга Писпанен: Они сами приходят к вам или ваши работники социальные ходят по чердакам?

Елена Черкасова: Этот вопрос задают мне часто. Сейчас я могу сказать, что дети приходят к нам сами, мало того, те, которые были у нас, приводят новых детей. И, кроме того, я уже сказала, что работают на улице наши уличные работники, которых дети знают. Наши дети не читают газет, не слушают радио, не смотрят телевизор и никакой информации не имеют. Но они знают, что на улице Блохина, 5/2, каждый день, без выходных, без праздничных дней работают люди, которые готовы им помочь. Наша команда работает в течение 10 лет, и сотрудники не меняются. Те личные контакты, которые установлены с уличными детьми, работают, дети нам доверяют и дети к нам приходят. Мы этим очень дорожим.

Слушатель: Лидия Ивановна. Москва. Социалистическая Россия получила где-то 120 миллионов граждан, а в 1985 году перед перестройкой оставила 287 миллионов, несмотря на войны и экономические блокады, навязанные капиталом. Не считаете ли вы, что нынешние, рыночные политтехнологи, свалив социализм, поддерживают политику вымирания России руками кучки нуворишей-миллиардеров для использовании России, как сырьевого придатка Запада и США? Пока Россия под стопой эксплуататоров, народ и дети России будут вымирать.

Павел Кротин: Спасибо, не считаем. Я лично не считаю. Конечно, очень много предпосылок, и социально-экономических есть к понижению демографических показателей и ухудшению ситуации. Но мы уверены, что даже те же самые новые нувориши и предприниматели, и отечественные, и зарубежные, все равно заинтересованы в рабочей силе, в той же самое здоровой, дешевой рабочей силе, которую Россия, увы, имеет. Может, они еще не понимают и не помогают сегодня росту населения и улучшению демографических показателей, но раньше или позже они это поймут и, наверное, все-таки займутся этим. Одной миграцией проблему эту не решить. Причин для ухудшения демографической ситуации достаточно много, конечно, не медицинские главные, но вместе с тем, и это отмечают все ученые, и медики, здоровье подрастающего поколения крайне невысокого уровня, а если говорить об охране репродуктивного здоровья... Вот мы говорили о беспризорных, о безнадзорных, в плане репродуктивного здоровья практически все дети России сегодня безнадзорны, потому что ни семью, ни школу проблема репродуктивного здоровья как-то не заботит.

Ольга Писпанен: Девочка сталкивается с какими-то проблемами, первый раз придя в консультацию, наверное?

Павел Кротин: Девочка сталкивается с кучей проблем, просто влюбленностью, и всегда с непониманием в семье, потому что семья сегодня настроена на то, что надо учиться, учиться и учиться и думать не об этом совсем. Школа - вообще всегда только «учиться, учиться и учиться», остальные проблемы она сегодня от себя просто оттолкнула. Поэтому где они находят пути решения своих проблем и, вообще, где решают эти проблемы? Только в общении со сверстниками. Увы, без достаточно достойной подготовки, в том числе и полового образования и воспитания, все кончается нежелательными последствиями. А если говорить о влиянии капитализма, то я вам скажу, что да, в России у нас половое воспитание - это происки Запада, американская угроза, а в Америке половое воспитание - это коммунистическая угроза, идущая из России. Поэтому все друг на друга... Не надо политику вмешивать, тут надо быть ближе к людям, к молодежи.

Слушатель: Мне 75 лет. Я слушаю вашу передачу "Дети улицы". Я пережил это во время войны и после войны. В конце войны и во время войны нас, беспризорных, которые потеряли родителей, были в оккупации и так далее, ездили по крышам, нас подбирали, собирали детей, проводили санобработку и в ФЗО, в ремесленном насильно заставляли учиться, обули, одели, накормили. Скажите, пожалуйста, тогда, в самые тяжелые годы войны и после детей не бросали. А сейчас вокруг каждого города строят виллы, коттеджи такие, как Чубайс, и о детях одна говорильня. Как не стыдно вести эти разговоры, не принимать никаких мер.

Ольга Писпанен: Действительно, как ни стыдно? Почему не принимают меры?

Елена Черкасова: Я могу немножко рассказать о том, какому количеству наш фонд "Гуманитарное действие" оказал помощь. С 1995 года помощь оказали 4000 беспризорным, безнадзорным детям и подросткам. Часть из них мы определили в приюты, часть из них мы вернули в семью. К сожалению, тоже часть из них снова ушла на улицу. Дело в том, что это большая проблема и маленькие общественные организации не могут решить эту большую проблему, они могут только инициировать, создать модель помощи и как-то сенсибилизировать государственные структуры. Я считаю, что должны быть приняты серьезные государственные программы для решения этих проблем, которые имеют государственное финансирование. Мы можем только помочь и научить сотрудников государственных учреждений работать с такими детьми, потому что у нас имеется 10-летний опыт.

Ольга Писпанен: Причем, с помощью ЮНИСЕФ.

Павел Кротин: Государственные учреждения, кстати, такие уже в городе есть и есть больница детская, которая принимает таких детей.

Елена Черкасова: Она только на 30 коек на 5-миллионный город.

Павел Кротин: Понятно, что это очень мало, я согласен, но главное, что надо отметить, что, к сожалению, сегодня из всех беспризорных, безнадзорных истинных сирот, не имеющих родителей, очень небольшой процент, я думаю, не больше 10-15%. Остальные, к сожалению, это дети, имеющие родителей.

Ольга Писпанен: Просто ушедшие либо от побоев, либо от...

Павел Кротин: От асоциального ужаса, который творится в семье. Ну, и к сожалению, еще беспризорными и безнадзорными бывают дети из благополучных семей, потому что, к сожалению, для того чтобы благополучия добиться, родители тратят все время на достижение благополучия для решения этому ребенку каких-то учебных, карьерных проблем, но на элементарное общение с ним, на понимание его проблем... Всего, по оценкам психологов, родители тратят сегодня 8 минут на общение с ребенком. Уверен, что из них 7 минут идут по теме "учиться, учиться и учиться".

Слушатель: Это Москва, Алексей. У вас ничего не получится до тех пор, пока детская проблема не будет решаться наверху. А в каком смысле она должна решиться? Вот, допустим, Комитет образования есть, Комитет физкультуры есть, Комитет защиты детей и прочее, прочее. Так вот я хочу такое предложение внести. Никакие мероприятия, так как большое уже количество беспризорных детей, по поводу школьной, культурной программы и прочее не должны проводиться без участия вот этих детей. Когда перед чиновником встанет такой вопрос, что в школьной программе должны участие принимать беспризорные дети, они пойдут туда, чтобы заработать деньги и будут работать с этими детьми.

Ольга Писпанен: Сорвался звонок.

Павел Кротин: Важно, конечно, сказано, что без поддержки государства на самом деле ни один проект не осуществляется. Все проекты ЮНИСЕФ рассчитаны обязательно на обратную сторону, именно участие государственных и негосударственных общественных структур, именно это и является залогом успеха проектов, которые уже осуществляются, и этого тоже. Потому что государственные структуры в ту же организацию, например, молодежных консультаций или центров молодежных этих вкладывают очень немалые средства для организации, в том числе и в фонд заработной платы, обеспечивает ведь не ЮНИСЕФ, а государственные структуры и общественные объединения. И это залог продолжения проекта, то есть не завершения его с окончанием срока деятельности. Проект по ЮНИСЕФ, который мы проводили до 2003 года по созданию молодежных консультаций, как 5 созданы, так они все 5 сегодня и функционируют. Мы создаем и дальше, и они тоже будут функционировать.

Елена Черкасова: Я абсолютно согласна с Алексеем, что, к сожалению, в нашем обществе существует некая стигматизация беспризорных и безнадзорных, то есть они не могут получить всего того, что получают домашние дети. К сожалению. И наша общественная организация как раз сенсибилизирует государственные структуры и пытается говорить об этом. Все дети должны иметь равные права, несмотря на то, есть у ребенка полис, есть у ребенка паспорт, есть у ребенка родители или у него этого нет. Чаще всего у уличных детей, кроме их одежды грязной и бутылки толуола или клея "момента", которым он дышит, подвала грязного, ничего в жизни нет. Нельзя сравнивать.

Ольга Писпанен: Если говорить о сенсибилизации государства, если мы возьмем более близкое нам общество, мы однажды провели опрос на улицах и задали просто прохожим вопрос "как вы относитесь к беспризорникам, встречаетесь ли вы с ними, сталкиваетесь в вашей жизни?", так вот 70% опрошенных никогда в жизни не сталкивались с беспризорниками в городе, который наводнен беспризорниками.

Павел Кротин: Беспризорники все-таки избегают света, скажем так.

Ольга Писпанен: Трудно не увидеть попрошаек, людей, которые ездят в метро и дышат клеем "моментом", понятно, что это не семейные дети.

Павел Кротин: Попрошайки, кстати, далеко не все беспризорные. Мне довелось подвозить, просто пожалел маленького мальчика, решил подвезти на машине, он мне говорит: "Ну что, баксами рассчитываться или рублями?" Попрошайка. Он далеко не беспризорный. Он кормит семью.

Ольга Писпанен: Если речь идет все-таки о возможности поправления репродуктивного здоровья детей улиц, в том числе подростков, молодежи, то как раз они рожают легче, не в том смысле что легче физически, а они не задумываются, они не используют контрацептивов, не думают, забеременев: что же делать, надо создавать семью или покупать дом. Об этом чаще задумываются люди, у которых хоть какой-то более-менее достаток есть.

Павел Кротин: В какой-то степени вы правы, но с другой стороны, именно этот контингент пополняет когорту отказных детей, которых в России, к сожалению, как ни в одной стране мира, колоссальное количество.

Елена Черкасова: Мы уже работаем со вторым поколением беспризорных детей. К сожалению, больная девочка не может родить здорового ребенка, проблематично весьма.

Ольга Писпанен: А куда она денется, больная девочка, на улице родив ребенка?

Елена Черкасова: У нас немало таких примеров, когда девочку некуда выписать из родильного дома. В Санкт-Петербурге есть приют "Маленькая мама", но там всего 8 мест. На весь Санкт-Петербург 8 мест. И туда принимают только девочек с санкт-петербургской пропиской. У нас были такие случаи, когда дети потеряли прописку из-за того, что их родители продали квартиру и, выйдя из родильного дома, они просто ушли в никуда, они ушли в подвал и их никуда невозможно было пристроить без прописки. "Маленькая мама" их не принимала, другого учреждения у нас нет. Как-то защитить интересы этой маленькой мамы с ребенком на руках достаточно сложно. Они просто уходят в никуда.

Слушатель: Это Виктор из города Омска. Я вижу на улицах города Омска и голодных детей, это видно по одежде. Я понимаю, что в будущем ничего хорошего это не принесет ни стране, ни нам, живущим. А в продолжение темы я бы хотел сказать следующее, может быть, даже обращаясь не к вам, а к неким политикам, в частности, к Алексею Митрофанову, который заявлял, что коттеджи можно отдать детям, так вот я просто ему напоминаю: пора, Леша, отдавать.

Павел Кротин: Можно много чего отдавать, даже часть зарплаты депутатской можно было бы пустить на детей, я согласен с вами.

Елена Черкасова: Мне кажется, что нельзя говорить сейчас об экономическом подъеме в то время, когда голодают дети и живут на чердаках и в подвалах, и нельзя помещать сэкономленные деньги государства в американские инвестиционные фонды. Я думаю, что если страна не заботится о детях, значит, у этой страны нет будущего.

Павел Кротин: Я согласен с Леной в том плане, что, конечно, надо думать не о том, что надо у кого-то отнимать и отдавать, забудем, уже проходили, достаточно вполне средств. Главное, чтобы было желание у тех, кто принимает решение, у тех, кто отвечает за здоровье нации и за социальное здоровье, не только за физическое здоровье. Конечно, эти вопросы должны решаться на государственном уровне. И тот проект, который проводится сегодня ЮНИСЕФ совместно все-таки с администрацией Петербурга, одобренный губернатором нашего города, надо сразу об этом сказать, что это в какой-то степени облегчает существование проекта, я надеюсь, будет тем моментом, который просто обратит внимание и позволит как-то привлечь хотя бы тех же самых принимающих решения к проблемам детей вообще, большинства детей. Потому то сегодня репродуктивное здоровье - это то, что должно обеспечить не просто повышение рождаемости, уменьшается количество женщин просто в нашем обществе, даже фертильных, годы идут сейчас как раз такие, когда молодежь самых перестроечных годов выходит на этот плацдарм. И, конечно, было резкое уменьшение рождаемости. Но главное - качество этих женщин. Вчера было заседания Общества акушеров-гинекологов городское, практически каждая третья перворожающая уже не первобеременная, это же страшный факт.

Ольга Писпанен: Ну что, стоит запретить аборты?

Павел Кротин: Ни в коем случае!

Ольга Писпанен: О чем, кстати, уже начинают поговаривать.

Павел Кротин: Этот запретный вариант никогда эффективным не был во всех обществах. Поэтому ни в коем случае. Нужно наоборот повышать культуру молодежи, в том числе и сексуальную культуру.

Ольга Писпанен: Недавно как раз Госдума решила все-таки не доплачивать семьям, родившим третьего ребенка более высокую денежную компенсацию. А зачем?

Павел Кротин: Ну, это безобразие, конечно. Японцы в этом плане могут быть примером.

Ольга Писпанен: По вашему мнению, в принципе что можно сделать для того, чтобы улучшить ситуацию с рождаемостью?

Павел Кротин: Я не хочу говорить об экономических вопросах, конечно, нужна экономическая поддержка молодой семье, это все понятно. Но главное, чтобы хотя бы та рождаемость, которая будет, чтобы она не была, как у нас в прошлом году, 80% почти матерей, рожающих детей, были с той или иной патологией. Хотя бы оздоровить детей, отцов оздоровить - тоже очень колоссальная проблема, потому что больше 20% пар бесплодных в России. А дети, которые получаются сверхусилиями новых технологий, очень дорогие и далеко все-таки не самого лучшего качества.

Ольга Писпанен: Знакомые педиатры говорили, что за последние 10 лет не родилось ни одного полностью здорового ребенка в Петербурге.

Павел Кротин: Это не совсем так. Конечно, Петербург в этом плане является лучшим местом в России, у нас самая низкая младенческая смертность, мы даже на уровне мировых стандартов по этим процентам идем. Но, конечно, абсолютно здоровых вообще трудно найти где-либо. Как раз про детей еще не могу сказать, скорее, матери, рожающие детей не все очень здоровы, даже наоборот, две трети из них то или иное заболевание имеют. Но тут уже искусство акушеров-гинекологов и педиатров приводят к тому, что цифры в городе, по крайней мере, на реанимации тяжелых новорожденных и недоношенных детей в городе на очень высоком уровне. К нам приезжают даже зарубежные специалисты учиться.

Елена Черкасова: Я бы хотела сказать несколько слов о здоровье уличных детей. Каждый десятый уличный ребенок имеет ВИЧ-инфекцию, каждый четвертый ребенок имеет антитела к гепатиту С. Такие дети вряд ли могут стать здоровыми родителями и иметь здоровых детей. Поэтому это тоже часть общества, о которой надо заботиться.

Ольга Писпанен: Которую очень часто не замечают. Большое спасибо.

XS
SM
MD
LG