Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В России фактически не предусмотрена система оповещения населения о радиационных выбросах


Программу ведет Александр Гостев. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Марина Катыс.

Александр Гостев: Власти атомной индустрии не защитят население и ликвидаторов в случае аварии на АЭС, считают экологи и независимые эксперты. Спустя 19 лет после аварии на Чернобыльской атомной станции в России фактически не предусмотрена система оповещения населения о возможных радиационных выбросах вследствие аварий.

Марина Катыс: 19 лет назад авария на Чернобыльской АЭС показала неготовность атомной индустрии адекватно реагировать на возможные крупномасштабные аварии. Незащищенными оказались и население, и персонал атомной электростанции. Тот ничтожный якобы риск возникновения аварии такого масштаба обернулся огромным риском для миллионов людей. К ликвидации последствий радиационных аварий всегда привлекалось большое количество молодых мужчин. В СССР, а затем и в России с 1961 года действуют радиационно-гигиенические нормы, по которым в ликвидации аварии не могут участвовать люди, моложе 30 лет. Однако и последствия аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году, и последствия томской аварии 1993 года ликвидировали молодые солдаты и специалисты. Отсутствие в настоящее время необходимой нормативной базы и противоречивость существующих документов, а главное - инерционность мышления военных и начальников атомного ведомства - оставляют потенциальных ликвидаторов репродуктивного возраста незащищенными перед лицом невидимого врага. По словам директора Центра ядерной экологии и энергетической политики Лидии Поповой, информация о радиоактивных выбросах с атомных предприятий до сих пор скрывается, а чиновники не сделали никаких выводов из случившейся трагедии.

Лидия Попова: Если бы сейчас произошла такая авария, то последствия и для ликвидаторов, и для населения были бы столь же трагическими, как они были 19 лет назад. Население оказывается информационно незащищенным. Хотя в законе о радиационной защите населения требуется, чтобы были специальные средства связи у предприятий, на которых возможны радиационные аварии, чтобы местные органы власти информировали население и сами были поставлены в известность, приняли меры по защите населения. Последние события показывают, что ничего этого не происходит, информация до сих пор скрывается.

В июле 1997 года в Димитровграде произошла авария в Институте НИАР (Научно-исследовательский институт атомных реакторов) и в течение трех недель в атмосферу выбрасывался радиоактивный йод. Информация об этом стала известна активистам экологического движения и они стали добиваться, чтобы эта информация им была представлена официально администрацией НИАР. Пришлось пройти этим активистам через три суда, прежде чем они получили информацию, которая по закону не может быть сокрыта. Только после трех судов им выдали информацию об объемах выброшенного йода, о том, что действительно произошло. И оказалось, что по статистическим данным, через два года после аварии в Димитровграде и в окрестностях оказался всплеск заболеваний щитовидной железы у населения.

Существуют и другие примеры, которые показывают, что те, кто эксплуатирует радиационно опасные предприятия и военные предприятия, вовсе не спешат предоставлять информацию даже органам государственной власти региональным.

Марина Катыс: Слова Лидии Поповой подтверждают несколько примеров того, что в современной системе защиты населения от радиационных аварий отсутствует эффективная система оповещения населения.

С 25 июля 1997 года в течение нескольких недель в научно-исследовательском институте атомных реакторов в Димитровграде, Ульяновской области, происходил аварийный выброс радиоактивного йода. Об этом только что говорила Лидия Попова. Население не было проинформировано о выбросе. По странному стечению обстоятельств на второй день после начала выброса президент Российской Федерации Борис Ельцин, проводивший неподалеку отпуск, прервал отдых и переехал в другую резиденцию в Карелию, официально в связи с плохой погодой. По статистическим данным, через два года после аварии в Димитровграде был зафиксирован всплеск заболеваемости эндокринной системы.

25 апреля 2003 года. Паника в Москве, связанная со слухами о выбросе радиоактивного йода в Курчатовском научном центре. В результате была дестабилизирована работа детских учреждений. Поток телефонных звонков захлестнул неправительственные организации. Руководство Курчатовского центра отказалось выступить публично с разъяснениями. Ситуация разрешилась только тогда, когда на место, прилегающее к Курчатовскому центру, прибыли представители СМИ со своими дозиметрами, что явно недостаточно для оценки выбросов радиоактивного йода. До сих пор не известно, был ли в тот день выброс радиоактивного йода.

4-7 ноября 2004 года. Паника в регионах, прилегающих к Балаковской АЭС в Саратовской области, в связи с противоречивой информацией об аварийной остановке второго блока атомной станции. Паника охватила регион с общим населением несколько миллионов человек. При этом первое выступление официальных лиц на телевидении в городе Балаково, населенном пункте, расположенном вблизи АЭС, было сделано только 17 часов спустя после аварийной остановки реактора. В результате потребовалось вмешательство президента РФ для разъяснения ситуации.

9 апреля 2005 года. Паника в связи с пожаром в Объединенном институте ядерных исследований в городе Дубна, Московской области. Институт располагает ядерной установкой с радиоактивными материалами, это несколько десятков килограммов оксида плутония. Необходимо отдать должное руководству института, которое в тот же день оповестило население города Дубна о случившемся и о том, что в результате пожара выброса радиоактивных элементов не было. Однако жители прилегающих районов, в том числе и население Москвы, не имели возможности узнать из официальных источников о последствиях пожара. Более того, дежурные Росатома и Атомнадзора сами не знали о том, что происходит в подведомственном учреждении.

XS
SM
MD
LG