Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Гамбургский клуб" в Санкт-Петербурге


Программу ведет Татьяна Валович. Принимают участие президент "Гамбургского клуба" Владимир Яковлев и корреспондент Радио Свобода в Санкт-Петербурге Татьяна Вольтская.

Татьяна Валович: 10 лет существует в Петербурге «Гамбургский клуб», созданный для того, чтобы наладить связи между жителями двух дружественных городов. Но деятельность клуба вышла далеко за рамки простого общения.

Татьяна Вольтская: «Гамбургский клуб» в Петербурге - это дитя новых российско-германских отношений, возникших в результате перестройки, точка встречи граждан двух государств. С одной стороны, в «Гамбургском клубе» происходят встречи русских и немцев, с другой, в клуб обращаются детские организации, организации, связанные со здравоохранением - и все получают помощь. Потому что клуб аккумулирует средства, получаемые от частных благотворителей, бизнесменов, от различных благотворительных организаций и фирм. Эти средства идут не только в Петербург, но во все стороны света, где возникают проблемы. «Что касается Петербурга, то помощь оказывается не только городу, но и области», - говорит член «Гамбургского клуба» господин Герхард Вебер.

Герхард Вебер: Рахья - это маленький поселок, в нем проживает всего 2 тысячи жителей, он находится на Дороге Жизни. Многие жители поселка уехали оттуда, а детей оставили дедушкам и бабушкам. Конечно, не чувствуя присмотра, эти дети забросили занятия в школе и плохо слушаются своих дедушек и бабушек. Там создан специальный приют, рассчитанный на одновременное пребывание семи детей, они могут там спать, питаться, ходить в школу. Школа находится не в самом поселке, чтобы до нее добраться, нужно пройти 5 - 7 километров, это очень трудно, поэтому в приюте им готовят бутерброды в дорогу - только бы они ходили в школу. Раньше там не было зубного кабинета, и людям, чтобы вылечить зубы, приходилось ехать на электричке в Петербург. Благодаря денежной помощи Гамбургского клуба теперь в поселке Рахья есть современный зубной кабинет от фирмы «Симменс».

Татьяна Вольтская: Гамбургский клуб помогает и детям-инвалидам, и пожилым людям, которые не могут прожить на пенсию. Делается это просто - можно сказать, от сердца к сердцу. Например, гамбургская семья, состоящая в переписке с семьей из Петербурга, узнает, что у их знакомых умерла бабушка, а денег на похороны нет - и деньги высылаются, минуя всевозможные бюрократические инстанции. Остается надеяться, что и российские граждане когда-нибудь начнут так же внимательно заботиться о своих стариках и детях.

Татьяна Валович: Сегодня у нас в гостях президент "Гамбургского клуба" Владимир Яковлев. Владимир Петрович, когда звучал репортаж, вы покачали головой. Что-то не точно было в рассказе о деятельности "Гамбургского клуба"?

Владимир Яковлев: Даже показалось, что очень много неточного, потому что "Гамбургский клуб" - не дитя перестройки, это такое создание, которое выращивалось десятилетиями. Ведь он вырос на базе общества советско-германской дружбы, которое потом стало обществом российско-германской дружбы. Господин Вебер, сопрезидент "Гамбургского клуба", долгие годы возглавлял отделение этого общества в Гамбурге. За этим стоит еще и 50 уже почти лет побратимства Гамбурга и Ленинграда.

Татьяна Валович: С 1957 года, по-моему, да?

Владимир Яковлев: Да. Через два года - уже красивый юбилей. Это единственные в истории Советского Союза так долго и так живо продолжающиеся отношения двух удивительных городов, потому что, на мой взгляд, они как-то душевно схожи. Поэтому это не совсем дитя перестройки, ибо многое из того, что возникло в этой пене первых перестроечных лет, утонуло, умерло, а "Гамбургский клуб" - это стабильная организация, которая, с одной стороны, имеет и корни глубокие, а с другой стороны - очень живо реагирует на ту ситуацию, которая сегодня стремительно меняется. Возникновение клуба здесь, уже в Петербурге, было связано с той ситуацией, которая сложилась в начале 90-х годов. Знаменитые пакеты из Гамбурга еще до формального появления "Гамбургского клуба" - это была инициатива Герхарда Вебера, как руководителя отделения российско-германского общества.

Татьяна Валович: А кто на сегодняшний день с российской стороны входит в "Гамбургский клуб", может быть, наиболее активную ведет поддержку вашей деятельности?

Владимир Яковлев: Знаете, ведь российская часть - это часть в значительной степени представительская, потому что спонсорские средства мы быстрее отыскиваем в Германии, правда, уже все в меньшем количестве, и это понятно. Вот это я хотел особо подчеркнуть, потому что та волна интереса к России, желания искреннего, абсолютно искреннего помочь России выйти на общечеловеческую дорогу, сегодня, естественно стала и ниже, и взгляд трезвее, и нам трудно сегодня объяснять, почему мы просим деньги на самое главное, то есть, на детей в то время, как нам показывают картины в Куршавеле, когда мы знаем про историю "Челси", когда мы знаем много чего... Становится стыдно.

Татьяна Валович: То есть как раз изменяется взгляд?

Владимир Яковлев: Конечно. То, что было в репортаже Татьяны Вольтской одним таким замечанием, для нас это серьезные проблемы, и не так легко найти сегодня деньги для того, чтобы помочь кому-то в России, найти деньги в Германии.

Татьяна Валович: И в то же время все-таки деньги находятся. Как вы прокомментируете ситуацию с таким мифологическим приютом в Гродненском переулке, 16. Деньги на него были даны тоже "Гамбургским клубом", но достаточно неприятная ситуация - многие нам сообщали о том, что этот приют не действует.

Владимир Яковлев: Я подробно ситуацию не знаю, потому что мы так с Герхардом между собой договорились, что он решал этот вопрос сам, даже без согласования первоначального со мной, и сам будет из этой ситуации выходить. Мне эта ситуация не очень нравится, но пока необходимости вмешательства здесь на уровне, скажем, правления клуба, не было. Мы обращались к официальным властям, чтобы получить более-менее точную картину.

Татьяна Валович: Она у вас есть, эта точная картина?

Владимир Яковлев: Нет, на сегодня нет ее.

Татьяна Валович: Почему? Не предоставлены документы или, действительно, эта ситуация вообще непонятная?

Владимир Яковлев: Года полтора назад это было так скандально, шумно, потом как-то постепенно это утряслось и не возникало необходимости этим заниматься на уровне правления.

Татьяна Валович: Просто закрыли глаза или все?

Владимир Яковлев: А просто, наверное, не знаем этой ситуации так, как знает, скажем, Герхард, а может быть, немецкой стороне виднее. В Германии это обсуждалось более активно, чем у нас, потому что это их деньги и, потратив без ведома правления деньги на эту организацию, они взяли на себя этот риск. То есть нас не спрашивали, русскую часть правления, я имею в виду себя, как президента, моих коллег по правлению клуба, а это известные в городе люди, это и Даниил Александрович Гранин, это и Борис Алексеевич Суровцев, президент Ассоциации строителей Санкт-Петербурга. Поэтому тут мера ответственности чисто инициаторов.

Слушатель: Георгий. Да, действительно, я еще был молодым человеком, а он уже существовал, "Гамбургский клуб". У меня такая мысль появилась, что благодаря деятельности таких объединений, может быть, со временем мировое сообщество можно будет переименовать в мировое содружество, потому что это такие замечательные вещи и так долго происходит вот эта бескорыстность.

Владимир Яковлев: Георгий, спасибо вам, потому что, действительно, это движение было навстречу. Я считаю, что главное, что сделано за эти годы, это те тысячи писем, даже десятки тысяч в течение года, которые текут туда и обратно уже 10 лет. Это контакт между всеми, потому что советско-германское общество - это делегации, это тост за дружбу и ничего конкретного. Российско-германское сотрудничество уже стало более-менее понятным, а деятельность таких клубов, как "Гамбургский клуб" - это самые реальные человеческие контакты, плюс и культурная программа, которая сближает, как мало что другое.

Слушатель: Скажите, пожалуйста, у нас стабилизационный фонд больше 500 миллионов, а мы все время на какую-то помощь рассчитываем, фонды, клубы. А не являются ли они рассадниками коррупции, источником подкупа наших чиновников и еще большего развращения нашего общества?

Владимир Яковлев: Если вы говорите о "Гамбургском клубе", то у нас нет сотрудников, кроме директора, который получает небольшую заработную плату. Все остальное - это усилия германской стороны, которая целевым образом, не через клуб, а с помощью клуба ищет партнеров. По сути дела, стабильный круг уже сложился, тех, особенно детских организаций, детских приютов, которым немцы напрямую… У нас нет чиновников в клубе, как и нет штатных сотрудников, повторяю, кроме одного исполнительного директора, поэтому вторая часть вашего вопроса такой, наверное, может получить ответ. Что касается стабилизационного фонда, здесь мне самому многое не понятно и не мне это решать, это проблемы, конечно, правительства России.

Татьяна Валович: Владимир Петрович, а что-то конкретное к дате, которая будет отмечаться, к 60-летию Победы, подготовлено, какие-то отдельные программы, или идет проста повседневная работа клуба?

Владимир Яковлев: Вторая часть вопроса мне очень нравится, потому что мы не сторонники тратить деньги на фейерверки. Мы определили уже на протяжении многих лет, вопрос Георгия так и подтверждает это, стабильность тех дел, которыми мы занимаемся, это помощь, в первую очередь, детским приютам. Причем, нужно сказать, что сначала немцы считали необходимым помочь людям старшего поколения, здесь было ощущение вины своеобразной. Я и Герхард - дети военного времени - понимали прекрасно, как важно помочь людям, которые вынесли на своих плечах самые страшные события 20-го века. А немцы, да и мы… Ради чего живет старшее поколение, все мы? Банальные слова, но они искренние совершенно, ради будущего, ради детей. Сегодня в предыдущем репортаже по поводу усыновления русских детей вы услышали какой-то анализ, там две, на мой взгляд, ноты было звонких. Это, первое, стыдно за страну, удивительно жуткое чувство стыда, потому что достаточно прийти на любой вокзал и увидеть этих детей. Стало тепло, я вчера был на Балтийском вокзале, заметно появление этих детей. А второе, то, что произошло в Америке, к сожалению, чаще встречается в России.

Татьяна Валович: Но об это мало говорят.

Владимир Яковлев: Об этом мало говорят, да. Это вторая сторона того же самого чувства стыда.

Слушатель: Александр Добрый. Доброе утро! Скажите, доктор, войдут ли в историю мелкие детали, они могут многое сказать потом, например, клумбы из машинных покрышек. Где-нибудь есть еще такое? Недавно я проходил, их еще и покрасили. Смотрится красиво, но гордости я не испытал. Спасибо.

Владимир Яковлев: Спасибо. Такой же короткий ответ: клумбы из автомобильных покрышек, я думаю, это просто наследие того времени, когда казался украшением дым из трубы заводской в центре города.

Татьяна Валович: То есть ментальность еще не перестроилась?

Владимир Яковлев: Конечно. Ведь то, что называется ученым словом "экология", на самом деле это, наверное, намного глубже, это здоровое приятие жизни. А такого рода индустриальные украшения даже на клумбе, я думаю, это отрыжка прошлого, надеюсь, скоро это уйдет.

Татьяна Валович: Владимир Петрович, продолжая тему 60-летия Победы, все-таки какие-то конкретные мероприятия были подготовлены или нет?

Владимир Яковлев: Речь идет об участии в городских мероприятиях, в той конференции, которая открывается сегодня в Смольном о проблемах преподавания второй мировой войны. Для меня, как педагога, это чрезвычайно интересная и важная проблема, чтобы память о войне как-то не то что не увядала, потому что у меня уже сердце не так болит о жертвах первой мировой и гражданской, как у нынешнего поколения о жертвах второй мировой войны, это естественный процесс…

Татьяна Валович: Но время лечит, время стирает.

Владимир Яковлев: Конечно, время лечит. Но о том, как рассказывать, быть может, уже издали глядя на эту войну, это чрезвычайно важно.

Татьяна Валович: Как вы относитесь к проблемам преподавания, раз уж мы коснулись этого, к тому, что пытаются все время переписать учебники истории в России, преподают совершенно разные программы в разных школах, то есть нет единого какого-то мнения? Это правильно или нет?

Владимир Яковлев: Наверное, это и хорошо, что имеется возможность высказать разные точки зрения, но, с другой стороны, школа, конечно, должна быть консервативной и обеспечивать определенный, не скажу "набор знаний", но, может быть, стандарт знаний. С другой стороны, она должна научить искать истину, которая не может...

Татьяна Валович: Где-то рядом.

Владимир Яковлев: Где-то рядом все время ходит. То, что меняют учебники, - это было всегда. Сколько я преподаю, все время идет речь о смене одних оценок на другие, порой диаметральной противоположные, тому массу примеров могу привести. Но хотелось бы не жить в эпоху перемен, это всегда тяжело, получить стабильный учебник.

Слушатель: Это Виктор из города Омска. То, что вы перечислили, "Челси" и все остальное, это, пожалуй, верно. Россия по большому счету осталась страной рабов и господ. А вопрос у меня вот какой: "Гамбургский клуб" не преследует какие-то политические цели?

Владимир Яковлев: Нет, определенно нет, потому что нет и людей, которые бы этим занимались, я назвал фамилии и Даниила Гранина, и Стребенецкого, скульптора, и это все люди, уже достаточно пожившие в этом мире, без политических амбиций. Нет и не может быть, здесь цели социально-культурные, гуманные, сближения людей. Мир очень маленький.

Татьяна Валович: Каким образом выбирается план действий, программа, куда нацелить свое внимание?

Владимир Яковлев: Я еще раз хочу повторить, у нас уже стабильный круг - это детский дом в Павловске, это детские приюты, это организации культурного обмена, школьного обмена. Из особых, потому что это действительно особое мероприятие, нам удалось договорить с авиакомпанией "Пулково", и двадцать рядовых ветеранов и блокадников полетят в Гамбург и Берлин. 15 мая эта группа отправляется туда, куда бы они вряд ли попали без помощи "Гамбургского клуба". Повторяю, это рядовые ветераны и блокадники.

Татьяна Валович: Каким образом вы их нашли?

Владимир Яковлев: А это опыт работы с пенсионерами, по переписке и прочее, потому что они и едут к людям, которых они, может быть, знают только по письмам, но тем не менее это важно для реального утверждения человеческих контактов. Это опять-таки не торжественное мероприятие. Я был в январе в Гамбурге, мы обсуждали перспективы работы на год, каждый январь я летаю в Гамбург для того, чтобы в Германии определяться с этими приоритетами, мы как раз в кругу членов гамбургского правления обсуждали проблемы второй мировой войны. Это был разговор людей взаимозаинтересованных в том, чтобы это было уроком навсегда, хотя, надеюсь, что 60 лет без войны уже дают нам достаточные основания быть какими-то оптимистами. Но все равно это был очень любопытный взгляд, потому что присутствовали, кроме людей моего поколения, а мне уже за 60 и вся блокада здесь, и молодые люди, у них совсем другой взгляд, но позиция-то одинаковая: не должно быть.

Татьяна Валович: За такой долгий срок новой истории "Гамбургского клуба", за 10 лет, есть ли какие-то мероприятия, которые стали традиционными?

Владимир Яковлев: Не мероприятия, есть дела, которые мы делаем на протяжении многих лет. Я считаю, что главное занятие "Гамбургского клуба" - это социальные программы, потому что, кроме какой-то конкретной материальной помощи, мы решали вопрос, который в "Зените" решен так своеобразно: что купить - рыбу или удочку, тренера или игрока? Мы проводили семинары, посвященные проблемам социальной работы, куда приглашали европейских специалистов, в первую очередь, немецких, потому что чужой опыт, как правило, не полезен, но тем не менее бывают умные люди, которые быстрее на чужом опыте учатся, это великое достоинство таких людей.

Татьяна Валович: Тем более все время подмечают тот аспект, как живут немецкие ветераны там и как живут ветераны здесь.

Владимир Яковлев: Конечно. Надо пытаться понять, объяснить, не просто дать деньги. Потому что, повторяю, "Гамбургский клуб" - не та копилка, в которой что-то лежит, члены "Гамбургского клуба", немцы, ищут эти деньги, это каждый год повторяется, становится все труднее, поэтому мы ограничили себя стабильными программами, потому что нельзя бросить это и нельзя начинать новое без уверенности, что ты доведешь это дело до конца. Поэтому вот эту стабильность я считаю одним из достоинств. А что касается мероприятий, то "Гамбургский клуб" был организатором ежегодных (в последнее время это потускнело) дней Петербурга в Гамбурге, когда на главной площади и концертная программа и такая любопытная торговля сувенирами, кухня российская. Ну, очень живая атмосфера.

Татьяна Валович: А почему потускнела в последние годы? Меньше интерес уже стал?

Владимир Яковлев: Я думаю, интерес стал уже меньше, потому что ко всему привыкают. Вы знаете по радио, по телевизионным программам, то, что сначала кажется замечательным, потом уже в какой-то степени становится привычным, нужно искать другие какие-то вещи, я не вижу в этом большой беды даже. Но вот юбилей, 300-летие Петербурга я, например, отмечал в Гамбурге, и это было замечательно, потому что столько было от немцев вопросов любопытных и симпатичных.

Слушатель: Владимир Петрович, вы сказали, что политикой клуб не занимается, но от политики трудно оторвать нашу жизнь, она везде участвует. Я сталкивался с работой клуба "Ротари", у него похожая программа благотворительная, ведь там спонсоры - люди чрезвычайно не бедные и вхожие в любые апартаменты. Конечно, такой маленькой благотворительной помощью эту проблему с детьми не решить, у нас детей с каждым годом прибавляется. Официальная статистика - по 100 тысяч прибавляется беспризорных, на самом деле, конечно, значительно больше. Так вот, так как в большой дружбе канцлер с нашим президентом, нельзя чтобы он ему как-то подсказал: ну что ж ты, дорогой Володя, своих детей... Если они тебе не нужны, ну, отдай их нам, всех своих ненужных детей, может быть, мы их там, в Германии, получше воспитаем. Может быть так пойти, через спонсоров повоздействовать?

Владимир Яковлев: Вы знаете, канцлер уже так и поступил, у него же есть русская девочка, поэтому, я думаю, разговор об этом наверняка шел и, наверное, вы правы, что это главная проблема России. Что касается спонсоров, повторяю, в немецкой части "Гамбургского клуба" нет крупных бизнесменов, а в российской части просто нет бизнесменов, здесь, как правило, деятели культуры. "Гамбургский клуб" силен организацией культурных проектов, представляющих Петербург в городе Гамбурге. А немецкие спонсоры - это тоже стабильный круг, я бы сказал, среднего уровня предприниматели, люди, которых судьба так или иначе связала с Россией, даже отставной генерал один есть.

Татьяна Валович: Владимир Петрович, давайте вспомним 50-летие Победы, тогда вы возглавляли комитет по культуре городской администрации. Оценивая подготовку тогда и сейчас, видите ли вы что-то лучшее или, может быть, какие-то упущения?

Владимир Яковлев: Нет, я не берусь судить, я хуже, конечно, знаю подготовку нынешнюю, потому что я пять лет уже не в должности. Но 50 лет - это дата вкуснее, чем 60 лет, при всем том, что каждые 5 лет - это уже уход, уход и уход активных участников военных действий. Но 50 лет я помню, для меня просто поразительные воспоминания. Худая погода была, и во время парада набережная вся была усыпана людьми под зонтами, это фантастическое было зрелище. А потом Дворцовая площадь... Помните, Александр Розенбаум... Это будет повторяться, насколько я знаю, но я просто сейчас меньше это знаю, поскольку раньше, будучи членом правительства, вице-мэром, я просто занимался этим непосредственно.

Татьяна Валович: Владимир Петрович, говоря о подготовке города к 60-летию, мне хотелось узнать ваше чисто визуальное впечатление: вы видите, как город готовится к празднованию Дня Победы?

Владимир Яковлев: Также как и вы, путем прохода и проезда по улицам я вижу наглядную агитацию, как раньше это называли, или праздничное оформление Петербурга. Думаю, главное, это душевный настрой, который есть, потому как, повторяю, да, 50 лет - круглая дата, но в 60 лет осознание того, что ветеранов остается все меньше и меньше, делает все более острой боль уходящего, и я с тревогой как-то думаю о шествии ветеранов. Я помню, как трудно было идти. Но, на мой взгляд, это нужно делать, пока могут.

Татьяна Валович: Возможно, это нужно бы было сделать уже не простым шествием, а на автомобилях проезд?

Владимир Яковлев: Нет, мне это не нравится. Я ходил в этой колонне, будучи 7 лет членом правительства Петербурга, это не заменить ничем.

Татьяна Валович: Но ведь им может действительно стать плохо во время этого шествия, это достаточно большое расстояние.

Владимир Яковлев: Все может быть, но за эти годы не было, потому что эмоциональный настрой, когда идешь через людской коридор и цветы, таков, что это лучше всяких лекарств. Не нужно этого делать, нужно идти.

Татьяна Валович: Несмотря ни на что.

Владимир Яковлев: Несмотря ни на что, потому что у меня есть много ассоциаций, сравнений, я так тоже думал на эту тему. Я не люблю ряженых, когда сажают в автомобили, одевают в стилизованные плащ-палатки времен войны. Нет, люди в нормальных сегодняшних костюмах, люди, прожившие эту жизнь, они имеют право пройти через Невский.

Татьяна Валович: Лично вы как будете отмечать 9 мая? Ведь вы действительно прожили всю блокаду в Ленинграде.

Владимир Яковлев: Да, 900 дней, и отец на Пискаревке. Не знаю пока, быть может я получу, а может и нет, приглашение на трибуны. Скорее всего, дома. Сначала - кладбище.

Татьяна Валович: А на Пискаревское пойдете?

Владимир Яковлев: Да, накануне, конечно. У меня действительно очень много учебной работы, поэтому я думаю, что смогу 7-8 числа поехать к отцу, к матери.

Татьяна Валович: 1 сентября 1945 года вы пошли в первый класс. Если бы тогда вам сказали, что вы будете возглавлять такое российско-германское общество, вы бы поверили?

Владимир Яковлев: Знаете, я тогда, конечно, не думал об этом, но я недавно собирал одноклассников.. Мы школу закончили в 1955, это последний мужской выпуск, в 1954-м объединили. Мы собираемся в бане раз в 3 месяца, одноклассники. Мы тоже размышляли на эту тему, потому что в нашем классе язык - немецкий. Я жил на Лиговке всю блокаду, я помню, когда пленные немцы строили разрушенные ими же дома, то ведь они ходили по квартирам, предлагая услуги - что-то починить, что-то приколотить. И в нашей же квартире немцы делали, простите, стульчак на унитаз, всякие другие вещи. Женщины, потерявшие мужей, которые в этой квартире жили, их кормили. Я потом думал на эту тему. Тогда ведь как это крепко вбивалось: гитлеры приходят и уходят, а народ германский остается. Вот это классовое отношение было очень сильно, что гитлеры все, ушли, а простые германские, немецкие солдаты не виновны в том, что случилось, они просто солдаты. Вот это, плюс чисто русское всепрощение поразительное... У меня пример вот этих женщин, потерявших мужей, которые кормили немецких пленных.

Татьяна Валович: В то же время достаточно долго в России не были приведены в порядок кладбища немецких военнопленных и тех, кто погиб. Слава богу, появилась Сологубовка, хотя тоже, когда это кладбище было организовано, шла достаточно острая дискуссия среди воевавших: нужно ли это.

Татьяна Валович: Татьяна, я помню, когда я первый раз приехал в Германию, в Демократическую Германию в 70-м году со студентами, уступая место в трамвае безногому инвалиду, я думал: а где тебе ногу оторвало, зачем ты туда ходил? Но ненависть - это тупик, потому что нельзя жить в ненависти. Если все время вскармливать эту ненависть, то добра-то не будет. А если искать пути забвения прошлого, ведь мы прощаем всех, и врагов, время это лечит, это самый разумный путь.

Слушатель: Меня зовут Киселева Лариса Александровна. Я звоню из Петербурга. В Санкт-Петербурге есть некая Лужинская Татьяна Павловна, организовавшая благотворительное общество, получившая помещение под личный офис в КУГИ, но она это помещение выдает Герхарду...

Татьяна Валович: Простите, вы как раз говорите по поводу Гродненского, 16?

Слушатель: Да.

Татьяна Валович: Мы уже обсуждали этот вопрос ранее.

Слушатель: Она это помещение выдает за приют. Я занималась там с детьми, знаю, что там никогда не было приюта и нет. Но тем не менее очень большие деньги были получены с жителей Гамбурга на ремонт этого офиса.

Татьяна Валович: Понятно. Еще несколько слов на эту же тему, раз не услышала наша радиослушательница позицию вашу.

Владимир Яковлев: Наверное, позиция такова, что, поскольку петербургская часть в принятии решения о помощи этому приюту на Гродненском не была информирована, то я с Герхардом, он вчера прилетел, сегодня вечером мы встречаемся в клубе, постараюсь это обсудить и как-то понять последнюю ситуацию, потому что, конечно, такой скандал не нужен и деньги тратить на не очень понятные дела не надо. Их не так много, чтобы безрассудно их тратить, да потом это действительно некрасиво.

Татьяна Валович: Возвращаясь к проблеме ненависти, вы сказали, что нельзя жить в ненависти. А вот посмотрите, что происходит в нынешнем обществе. Почему ненависть порой становится главной движущей силой, возрождаются неонацистские организации, ксенофобия процветает, в том числе, к сожалению, в Петербурге?

Владимир Яковлев: Вы хотите, чтобы я дал ответ на вопрос: почему?

Татьяна Валович: Как преподаватель, может быть. Вы видите? У вас обучаются студенты.

Владимир Яковлев: У меня нет таких студентов, которых я бы даже мог заподозрить. Я не смотрел с этой точки зрения и не видел таких студентов, потому что, может быть, потому, что мои лекции заканчиваются 17-м годом, я читаю курс истории дореволюционной России, они не выводили на эти предметы. Но, несомненно, ведь лекция - это не чтение, это рассказ и проблемы, сопрягаемые с прошлым, вызывают всегда реакцию. Но мне, честно говоря, это не приходилось встречать в студенческих аудиториях.

XS
SM
MD
LG