Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблема воровства сотовых телефонов в России


Программу ведет Олег Вахрушев. В программе принимают участие - председатель некоммерческого партнерства «Ассоциация мобильных технологий» Алексей Коробейников и адвокат Галина Черданцева.

Олег Вахрушев: Тема сегодняшнего разговора с гостями – проблема краденых сотовых телефонов и пути ее решения.

В Екатеринбургской студии Радио Свобода я приветствую Алексея Коробейникова, председателя некоммерческого партнерства «Ассоциация мобильных технологий».

Здравствуйте, Алексей.

Алексей Коробейников: Здравствуйте.

Олег Вахрушев: Чуть позже к нам присоединится адвокат Галина Черданцева, и мы будем говорить уже непосредственно о краденых мобильных телефонах.

Ну а пока я попрошу вас, Алексей, рассказать, что же это такое – некоммерческое партнерство «Ассоциация мобильных технологий». Кто в него входит? Какие цели стоят перед вами? И давно ли вы вообще существуете на этом свете?

Алексей Коробейников: Наша ассоциация создана в сентябре 2004 года. В нее входят на данный момент шесть основных, крупных, так сказать, компаний-продавцов по мобильной связи. Ассоциация носит общественный характер. Основная цель и задача ассоциации – стремление навести установленный законодательством порядок, наладить работу и взаимодействие с государственными органами власти, следить за соблюдением правил торговли мобильными телефонами и аксессуарами, а также за соблюдением прав потребителей и предпринимателей при их взаимодействии на потребительском рынке мобильной связи. Также мы смотрим за ситуацией в городе, качественно ли предоставляются услуги по гарантийному и послегарантийному ремонту. То есть наш спектр действия, так скажем, очень широк.

Олег Вахрушев: Вы сказали о составе, а это операторы сотовой связи или это компании, которые продают просто мобильные телефоны?

Алексей Коробейников: На данный момент в ассоциацию входят те компании, которые продают мобильные телефоны. Но планируем привлечь в нашу ассоциацию и операторов.

Олег Вахрушев: Планирование – дело хорошее. А как, в принципе, относятся операторы сотовой связи к общественной организации, по сути дела, «Ассоциации мобильных технологий», которая будет, ну, следить – не следить, но, тем не менее, каким-то образом контролировать их действия?

Алексей Коробейников: На данный момент, скажем, прямого столкновения с операторами у нас не происходило. Мы находим взаимопонимание. Рабочая атмосфера, обстановка. Проблем пока не возникало. И со стороны операторов, я думаю, любая общественная организация, которая создана обществом, должна быть поддержана.

Олег Вахрушев: Скажите, какие уже... ну, трудно, наверное, назвать это мероприятиями, но, тем не менее, что сделано уже вашей ассоциацией?

Алексей Коробейников: На данный момент проведена очень большая работа уже с сентября. Был вообще проанализирован сам рынок мобильной связи в городе, были проведены рейды – порядка 200 или 300 рейдов уже было проведено по салонам связи, проверено большинство предприятий нашего города, посмотрели качество продаж, качество обслуживания посмотрели. Недавно мы озвучивали на февральской пресс-конференции проблему «серых» телефонов, что не только в нашем городе, но и вообще по всей стране существует такая проблема. «Серый» телефон... я могу дать определение этому понятию.

Олег Вахрушев: Да, если можно.

Алексей Коробейников: «Серый» телефон – это телефон, нелегально ввезенный на территорию Российской Федерации, без уплаты каких-то налогов, минуя таможню. Самое плохое в этих «серых» телефонах – это то, что этот телефон не облагается гарантией, его нельзя починить в авторизованном сервисном центре. При покупке этого телефона человек получает неполный, скажем так, пакет тех услуг, который вообще предусмотрен компанией-производителем этих телефонов. И, по сути дела, сам потребитель оказывается обманутым со стороны продавца, кто продает вот эту некачественную продукцию.

То есть такая проблема существует. И с того периода, когда мы начали функционировать, мы эту проблему в городе на порядок снизили. То есть сейчас уже существует такая вертикаль вот именно снижения, скажем, вниз, и сейчас эта проблема, конечно, на порядок снижена.

Олег Вахрушев: Вот смотрите, с другой стороны, потребитель сидит и думает: «Ведь таможенные пошлины не заплачены. Все это как-то, наверное, где-то в багажнике какой-то машины коробочка с этими телефонами завезена. А это значит, что цена телефонов будет ниже. А мне ведь и нужно только то, чтобы нажать кнопочку и позвонить, и чтобы мне могли позвонить – все, хватит. А я плачу меньше денег. Это же хорошо!».

Алексей Коробейников: Ну, так только кажется на первый взгляд. Я еще раз говорю, в этом так называемом «сером» телефоне... то есть хочу сразу оговориться, многие путают «серый» телефон и краденый телефон – это абсолютно разные вещи.

Олег Вахрушев: Да, безусловно.

Алексей Коробейников: «Серый» телефон – это тот телефон, который нелегально ввезен. И вы говорите о том, что пользователю без разницы. На самом деле пользователь не получает полного пакета, то есть у него может не полностью работать сервисное меню, могут быть сбои в работе телефона...

Олег Вахрушев: То есть основное – это то, что нет гарантии...

Алексей Коробейников: Да, нет гарантии обслуживания – это в первую очередь.

Олег Вахрушев: То есть можно и самому поплатиться за это?

Алексей Коробейников: Да-да. Причем стоимость этого телефона на самом деле процентов на 15-20 ниже, то есть не в два раза. Ну, скажем, может быть, и существенно, но на самом деле после того, как человеку надоест ремонтировать этот телефон...

Олег Вахрушев: Понятно.

И к нам присоединяется адвокат Галина Черданцева. Сейчас мы обратимся к теме с крадеными телефонами и о типичной ситуации с кражами мобильных телефонов. И я предлагаю познакомиться с этим на примере Оренбурга. Рассказывает корреспондент Радио Свобода Елена Стрельникова.

Елена Стрельникова: Количество телефонных краж зависит от погоды, отметил в ходе нашего разговора Сергей Саватеев, исполняющий обязанности начальника Уголовного розыска Дзержинского РОВД города Оренбурга. Однако в эти долгие майские выходные дни телефоны у воров не пользовались популярностью - всего 5 заявлений от граждан. Хотя и солнышко светило, и народ активно участвовал во всех городских мероприятиях. Обычно номеров находящихся в розыске значительно больше, говорит Юрий Зиновьев, начальник административного отдела ОАО «Оренсот».

Юрий Зиновьев: Большие запросы приходят с номерами вот этих телефонов, ежедневно практически, и в большом количестве – по сотне, а бывает, что и десятки.

Елена Стрельникова: Как сказали мне в правоохранительных органах, телефонный контроль в основном возлагается на сотовые компании стандарта GSM. Рассылается код трубки, ставится на проверку.

Юрий Зиновьев: По специальной программе мы ищем человека, который в данный момент пользуется вот этой краденой трубочкой.

Елена Стрельникова: Есть ситуации, когда владелец трубки приобрел ее с рук и не знает, ворованная она или нет. Трубку конфискуют, ведется следствие. Однако за само подключение краденого телефона наказание законом не предусмотрено.

«Сложно работать сегодня со скупками телефонов б/у», - отметил Сергей Саватеев, исполняющий обязанности начальника Уголовного розыска Дзержинского РОВД города Оренбурга. В принципе, скупки контролируются, но все фирмы частные, принимаются трубки без документов. Так, один телефон фигурировал в деле об убийстве. Владельца не нашли. Скупщики заявили, что документы были, но пропали.

Однако обращаться в милицию с заявлением о краже трубки в Оренбурге не бесполезно. Телефоны не находят только в двух случаях, говорит Сергей Саватеев, исполняющий обязанности начальника Уголовного розыска Дзержинского РОВД города Оренбурга.

Сергей Саватеев: Когда телефон продали на скупку, перешили его номер путем взлома программы, или же если телефон был продан в другой регион.

Елена Стрельникова: Если у вас украли сотовый телефон, пишите заявление - только сразу после кражи, и не блокируйте SIM-карту. В таком случае шанс вернуть пропажу есть.

Олег Вахрушев: Так все-таки есть возможность даже сейчас вернуть свой сотовый телефон, но ситуация следующая. Смотрите, сотовый телефон находится в той ценовой категории, когда, в принципе, жалко, конечно, - любимая игрушка, любимый предмет, который постоянно с тобой, - но та ценовая категория, которую, в принципе, можно одновременно, или, может быть, даже в кредит взять, выложить для того, чтобы купить себе, может быть, даже... слава Богу, и технологии это позволяют, чтобы купить себе более модернизированный телефон. Именно поэтому, на мой взгляд, так мало обращений в милицию по кражам или, может быть, даже грабежам сотовых телефонов.

На ваш взгляд, Алексей, как это?

Алексей Коробейников: На самом деле ситуация следующая. Обращаются, конечно, далеко не все. Но обращаются не по той причине, на мой взгляд, скажем так, и исходя из того анализа, который мы провели, что телефон для них является какой-то недорогой вещью, и человек может прийти и купить его, как пару перчаток. На самом деле для многих телефон является, скажем так, и записной книжкой, и той базой информации определенной, которая в него заложена. И многие, в общем-то, не могут позволить себе купить новый телефон на самом деле, потому что некоторые из них приобрели даже этот телефон в кредит. И постоянно ходить и приобретать телефоны – сами понимаете, это довольно накладно. И ситуация такая, что многие не обращаются именно не потому, что этот телефон им на самом деле не дорог, а потому, что нет именно того механизма, того полного механизма, чтобы они были уверены практически на 100 процентов, что этот телефон все-таки к ним вернется или этот телефон не будет использоваться. То есть на данный момент многие машут рукой и просто не приходят в милицию, не пишут заявления.

Олег Вахрушев: А вот о механизме мы давайте сейчас спросим у адвоката Галины Черданцевой. Галина, мало того, что с милицией, честно говоря, у большинства народа достаточно, мягко скажем, не теплые отношения в силу сложившихся каких-то исторических что ли уже вещей, но, тем не менее, юридическая сторона проблемы существует здесь?

Галина Черданцева: Существует.

Олег Вахрушев: Пожалуйста, мы слушаем вас внимательно.

Галина Черданцева: Ну, вообще отношения в области связи, они урегулированы законом о связи прежде всего. Но поскольку мы говорим о факте украденных телефонов, стало быть, тут еще применимо уголовно-процессуальное законодательство. Уголовно-процессуальное законодательство – применяется закон о милиции и закон об оперативно-розыскной деятельности. Если у человека украден телефон, то, конечно, первое, что он должен сделать – это пойти и обратиться с заявлением в милицию. Заявление в милицию является основанием для возбуждения уголовного дела. С этого момента начинается розыск телефона.

Олег Вахрушев: Якобы, поиск сотового телефона.

Галина Черданцева: Украденного.

Олег Вахрушев: Украденного, да.

Галина Черданцева: А там уже милиция начинает свои действия, то есть выполняет свою работу. Законом о связи предусмотрено, что на основании мотивированного решения начальника органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, оператор связи приостанавливает оказание услуг связи. То есть после того, как поступило заявление в органы внутренних дел, возбуждается уголовное дело по данному факту, и начинается работа по розыску. Первое, что должно быть сделано, - это сообщено... Ну, во-первых, это включается в базу похищенных предметов, и затем сообщается оператору связи о том, что данный телефон находится в розыске. Соответственно, оказание услуг связи через данный телефон должно быть приостановлено.

Олег Вахрушев: Вот скажите, а милиции вообще, в принципе, надо этим заниматься?

Галина Черданцева: Ну, это их деятельность.

Олег Вахрушев: Нет, я понимаю. Но есть более важные какие-то преступления, а не поиск сотового телефона краденого.

Алексей Коробейников: Ну, сотовый телефон в первую очередь является объектом кражи, объектом преступления, и наши правоохранительные органы обязаны...

Олег Вахрушев: То, что они обязаны... они очень многое обязаны, это без всяких сомнений. Но украли, у кого-то из машины вытащили сотовый телефон, человек пришел, написал заявление – все сделал по честному, как положено, написал заявление. Ему сказали: «Да-да-да...».

Галина Черданцева: И ждет результата.

Олег Вахрушев: Как правило, результатов не бывает. Были случаи даже из моей практики, что только в том случае, если у вас есть знакомые у сотового оператора, который именно отслеживает эти телефоны, только в этом случае можно как-то еще найти того человека, у которого сейчас находится данный телефон.

Алексей Коробейников: Просто надо понимать, что количество хищений мобильных телефонов – это огромное, на самом деле, количество.

Олег Вахрушев: Вот еще одна проблема.

Алексей Коробейников: Да. И поэтому, скажем так, мы сформировали предложение, чтобы нельзя было использовать вот эти мобильные телефоны в сетях операторов, мы вынесли предложение...

Олег Вахрушев: Да, вот здесь, пожалуйста, поподробнее, потому что это действительно очень важно. Чтобы было его просто невозможно использовать...

Алексей Коробейников: Да. В первую очередь здесь должна быть блокировка похищенных телефонов...

Олег Вахрушев: Кем?

Алексей Коробейников: Самими операторами связи. И вот, в принципе, сама суть сводится к тому, что если телефон нельзя будет использовать, то зачем его красть.

Олег Вахрушев: Логично.

Алексей Коробейников: Конечно, логично. Соответственно, тем самым снижается или вообще прекратится воровство сотовых телефонов.

Олег Вахрушев: Ну, вдруг коллекционер какой-нибудь найдется, он дома будет хранить.

Алексей Коробейников: Ну да, если только коллекционер или для каких-то других целей. Но вот из Оренбурга коллеги сказали, что можно телефон перепрошить, взять IMEI и перепрошить. Но надо прекрасно понимать, что это тоже недешевое мероприятие – перепрошить IMEI телефона. То есть если воришка украл этот телефон, понес его в сервисный центр перепрошивать, к примеру, или у какого-то кустарного мастера, скорее всего, это будет делаться, то это все равно стоит каких-то денег. Правильно? То есть это порядка около тысячи рублей, в любом случае, будет стоить. И не все модели можно перепрошить – это тоже надо прекрасно понимать. Соответственно, дополнительные вложения... вот вложить тысячу рублей и потом за столько же его продать, этот телефон... Ну, в принципе, сколько он стоит на нашей улице Вайнера в скупке, это прекрасно известно, - это за 1-2 тысячи рублей, в зависимости от телефона, его можно туда продать очень быстро. И, по сути дела, не стоит шкурка выделки.

Олег Вахрушев: Вот смотрите, с другой стороны, на мой взгляд, опять-таки мне не кажется, что сама милиция заинтересована в том, чтобы заниматься поиском этих телефонов. Вы уже упомянули о скупке этих телефонов (краденых, как правило, телефонов) на улице Вайнера. Этим занялись, по большому счету, лишь в этом году, хотя существовало это... ну, сложно подсчитать, сколько лет. Милиция все время говорила: «У нас в розыске десятки тысяч телефонов краденых», - и прочее. Криминальная обстановка вокруг этого нагнетается. Эти ребята, которые продавали, они стояли, и мимо них проходила милиция. Все было нормально, и все это продолжалось.

Алексей Коробейников: Про милицию могу сказать следующее: могут, если захотят.

Олег Вахрушев: То есть надо попросить, чтобы они захотели, да?

Алексей Коробейников: Да. То есть, на самом деле, они почистили хорошо улицу Вайнера, но опять же те сегменты переметнулись на улицу Радищева, мы об этом уже знаем, то есть там тоже сейчас работает милиция. Но хотелось бы сказать, что... не хотелось бы льстить нашей ассоциации, но, в общем-то, наша ассоциация тоже принимала именно участие в этом проекте по «зачистке» улицы Вайнера, совместно с милицией мы ходили.

Олег Вахрушев: Прокурору писали?

Алексей Коробейников: Мы писали. И работаем на данный момент с милицией.

Олег Вахрушев: Хорошо.

И у нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Доброе утро. Меня зовут Валентина, я из Москвы. Я фактически сама отдала в руки свой сотовый телефон. Человек попросил позвонить, очень приятный молодой человек. Вы понимаете, это мальчики-то не бестолковые, которые крадут телефончики. Он просто у меня на глазах вытащил плато (вы знаете, что это такое), и кто после этого мой телефон может найти? Все. Спасибо.

Олег Вахрушев: Ну, честно говоря, за недолгие годы существования мобильных телефонов уже существуют градации что ли, как изымают сотовые телефоны у граждан. Но вот, действительно, вы поняли, о чем вела речь Валентина?

Алексей Коробейников: Да, конечно.

Олег Вахрушев: О каком плато? Это не SIM-карта, насколько я понимаю.

Алексей Коробейников: Я понял. Вообще существует несколько видов мошенничества. Один из видов – это...

Олег Вахрушев: «Уж так позвонить надо, что сил нет».

Алексей Коробейников: Да, что надо позвонить. Ко мне, кстати, тоже подходил молодой человек недавно и попросил: «Можно ваш телефон? У меня есть своя SIM-карта. Я поставлю ее - и бесплатно для вас позвоню». Ну, такое мошенничество уже, скажем...

Олег Вахрушев: Пройденный этап.

Алексей Коробейников: Да, пройденный этап. Я несколько раз уже, к счастью, не на себе, но сталкивался с таким видом мошенничества. То есть наших граждан очень прошу быть бдительными и не давать телефоны, если просто так подходят люди и говорят: «Дайте позвонить с вашего телефона», - пусть даже очень хорошо они выглядят, хорошо одеты и так далее. На самом деле мошенники прибегают к разным видам уловок и так далее. То есть очень много проблем в связи с этим существует.

Олег Вахрушев: Ну, сотовые телефоны крали, крадут, видимо, и красть будут до тех пор, пока законодательная база в России не будет приведена в соответствующее состояние. И естественным оказывается вопрос: что нужно делать с крадеными мобильными телефонами? И с этим вопросом я попросил обратиться к жителям Томска корреспондента Радио Свобода Мелани Бачину.

- Ну, если я потерял телефон, или у меня его украли, то сразу же я позвоню в милицию, позвоню своему оператору, чтобы у меня заблокировали SIM-карту. И, надеюсь, милиция поможет найти этот телефон, по крайней мере, должны. Есть возможность его находить. Главное, было бы желание у наших милиционеров. Возможности есть точно, я знаю.

- Продавать. А что делать?.. Деньги зарабатывать.

- Я даже не представляю, как с этим бороться, потому что в последнее время это вообще какая-то эпидемия, и сплошь и рядом все об этом говорят и все с этим сталкиваются. Ну, надо искать. И государство не должно волновать, сколько это стоит, потому что это преступление, и с преступностью нужно бороться, вне зависимости от того, сколько это стоит.

- Лучше выбрасывать, потому что у каждого телефона есть собственный ID-код, и не на каждой модели можно его сменить собственными силами.

- Что нужно делать с крадеными мобильными телефонами? Ну, если телефон дорогой, и он тебе нравится, то нужно его месяца два подержать. То есть они его будут искать по IMEI, пеленговать, через два месяца успокоятся - а потом можно пользоваться. Есть такая штука, «хлебало» называется, вот им хлопать не надо просто-напросто, чтобы «мобильник» не увели. Вот у меня еще ни разу не было случая, чтобы увели «мобильник».

- Если мне предлагают, я его покупать, естественно, не буду. Ну, если у меня украли, то шансов, что его найдут, мало. Нет, эта система налажена, то есть если пишешь заявление в милицию, то сотовая компания, она должна искать эти телефоны, но просто их, скорее всего, долгое время не включают, поэтому не сработает.

- Ну что можно делать?.. Я думаю, что нужно позвонить на станцию, сообщить туда, что телефон украден, и, я думаю, в милицию нужно звонить все-таки. Поможет – не поможет, но думаю, что поможет. То есть это зависит от быстроты, наверное, сообщения. Все-таки я думаю, что помогает.

- Если есть совесть, то дать объявление, что нашел телефон. А так как ее почти ни у кого нет, пожалеть немножко – и покупать новый. Потому что милиция их не ищет, насколько я знаю. Технически возможно, практически этим не занимаются. В Европе, насколько я знаю, этим занимаются. У нас – нет.

- Конечно, краденые телефоны вряд ли кто-то вернет. Но мне кажется, нужно какую-то структуру организовать, которая будет отслеживать, может быть, пеленговать или еще какие-то существуют средства, и находить, действительно, находить. Потому что сейчас огромное количество людей имеют у себя на руках ворованные сотовые телефоны, купленные за 500 рублей. Причем говорится об этом откровенно. По большому счету, наши люди, которые покупают ворованные телефоны, они сами способствуют воровству.

Олег Вахрушев: Галина, ваш комментарий?

Галина Черданцева: Ну, тут было все сказано. Если телефон украден, то человек должен обратиться в органы внутренних дел с заявлением о том, что произошла кража, хищение – и это преступление. А там уже все зависит... можно, конечно, сказать, что все зависит от милиции. В принципе, эта ситуация, она урегулирована.

Я уже ранее говорила о том, что возбужденное уголовное дело и решение органов внутренних дел является основанием для приостановления услуг связи. Для возобновления услуг связи законом предусмотрено только два основания – это решение суда и опять же мотивированное решение начальника органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, на основании которого было приостановлено оказание услуг связи. Все!

И мы подходим к вопросу о механизме приостановления. Вот этот вопрос законодательством не урегулирован. А это уже вопросы к оператору связи. Потому что если есть техническая возможность – это один вопрос. Если нет...

Алексей Коробейников: В связи с этим, видя вот эту проблему, на самом деле, наша ассоциация именно сформулировала те предложения, которые мы передаем на рассмотрение в Государственную Думу, для того, чтобы упросить вот эту процедуру отключения мобильных телефонов, которые находятся в розыске.

На самом деле работа предстоит нам еще очень большая. ГУВД Свердловской области готово с нами сотрудничать. Операторам связи на данный момент мы разослали письма с просьбой о том, чтобы операторы блокировали такие телефоны, не давали такими телефонами пользоваться. Но эта проблема, на самом деле, да, законодательная, на данный момент она никак не урегулирована. Но наша ассоциация делает для этого сейчас все. Мы проводим встречи, встречаемся, общаемся с ГУВД, планируем встречу с операторами связи, для того чтобы все-таки эту проблему как-то сдвинуть нам в положительную сторону. Потому что хищение телефона может случиться и с нами, и с нашими детьми, и так далее.

Олег Вахрушев: Алексей, вот вы разговариваете, к примеру, с представителем оператора сотовой связи. Вот он на вас смотрит и думает: «Телефон – это деньги, заплаченные уже изготовителю. Пусть он украден, этот телефон. Этот человек с краденым телефоном, может быть, другой человек придет ко мне в компанию и будет платить деньги – это мой карман. Мне хорошо. Тому человеку тоже хорошо – у него связь есть, в конце концов». Как здесь договариваться?

Алексей Коробейников: Ну, здесь все-таки надо в первую очередь учитывать то, что телефоны все-таки краденые, они ворованные, это телефоны, в частности, незаконно используемые. Ну, некоторые – законно, скажем так, приобретенные, некоторые приобретены незаконным путем – это пусть разбирается следствие. Но на самом деле сам факт того, что эти телефоны незаконные...

Олег Вахрушев: Это Кодекс чести надо писать.

Алексей Коробейников: Ну, скажем так, это надо законодательно урегулировать – и этого будет достаточно для того, чтобы операторы были обязаны отключать те телефоны, которые находятся в розыске. На самом деле можно провести ту же параллель с крадеными автомобилями. То есть если другой человек купил этот автомобиль, ГИБДД так же может сказать: «Пусть он им пользуется. Нам то какое дело?..». То есть здесь должны, естественно, быть задействованы интересы всех абсолютно – и операторов связи, и ГУВД, и общественности.

Олег Вахрушев: И потребителей в первую очередь.

Вот сейчас как раз я и хочу предложить вам познакомиться с зарубежным опытом. Наверняка присутствующие здесь знают об этом, но со слушателями нужно поделиться.

В Великобритании, действительно, и это на самом деле так, успешно борются с эпидемией краж мобильных телефонов. На 95 процентов в последние годы снизилось количество этих краж. Об опыте работы британской полиции с телефонным криминалом рассказывает лондонский корреспондент Радио Свобода Наталья Голицына.

Наталья Голицына: В Британии с населением в 65 миллионов человек зарегистрирован 51 миллион мобильных телефонов. Статистика свидетельствует, что 50 процентов совершаемых на улицах британских городов преступлений связаны с кражей «мобильников». Ежедневно в Англии воруют 200 телефонов. Созданная в Британии система защиты от воровства мобильных телефонов не позволяет повторно использовать украденные аппараты. Дело в том, что в национальной компьютерной базе данных зарегистрированы все имеющиеся в стране мобильные телефоны. Владелец телефона сообщает о краже, после чего телефон блокируется. Более того, это позволяет Национальной службе по борьбе с телефонными кражами вычислить нового владельца украденного телефона.

Созданное год назад Национальное подразделение по борьбе с телефонными кражами состоит из полицейских, работников таможни и службы иммиграции. Сотрудники подразделения уже произвели свыше 30 арестов и разыскали около полутора тысяч украденных телефонов.

Однако проблема телефонного воровства носит международный характер. Как правило, украденные в Англии телефоны переправляются за границу – главным образом, в страны Азии и Африки. В Англии мобильные телефоны относительно дешевы, некоторые кампании даже выдают их бесплатно своим клиентам при заключении контракта. В азиатских и африканских странах они в 10-15 раз дороже, причем украденные в Англии телефоны не нуждаются там в перепрограммировании.

Кражей «мобильников» занимаются в основном хорошо организованные банды преступников, имеющих выход за границу. Вот почему приоритетной задачей Национальной службы по борьбе с телефонными кражами стало создание в кооперации с полицией других стран международной компьютерной базы данных мобильных телефонов, которая сделает бессмысленной их кражу с целью использования в других странах. Работа по созданию такой глобальной системы по борьбе с телефонными кражами уже началась.

Олег Вахрушев: Вот если оставить международную криминальную составляющую сообщения Натальи Голицыной и рассмотреть то, что творится внутри Великобритании, это то, к чему вы сейчас стремитесь, Алексей?

Алексей Коробейников: Ну, скажем, да. Мы стремимся к тому, чтобы была создана единая база для пользования ГУВД и операторов связи, и чтобы операторы связи этой базой могли пользоваться, для того чтобы, скажем так, блокировать те телефоны, которые находятся в розыске. И, по сути дела, у преступных элементов отпадет необходимость воровать эти телефоны, потому что просто эти телефоны нельзя будет как-то использовать, соответственно, их не будут покупать и так далее.

Олег Вахрушев: Давайте подведем некоторый итог. Сейчас с чьей стороны должна быть проявлена добрая воля для того, чтобы эту проблему все-таки хотя бы начать решать? Я понимаю, что до конца эту проблему искоренить, в принципе, наверняка будет невозможно, но, тем не менее, хотя бы начать бороться с этим.

Алексей Коробейников: Первое – до конца эту проблему, в принципе, искоренить возможно, если просто нельзя будет пользоваться этими телефонами. Это первое. А во-вторых, на данный момент, до принятия соответствующих законопроектов здесь должна быть непосредственно проявлена добрая воля операторов на данный момент, и они должны, скажем так, не отворачиваться от этой проблемы, а как-то пытаться ее совместно с ГУВД, с нашей ассоциацией все-таки решать.

Олег Вахрушев: Галина, скажите, пожалуйста, что юридически точно должно быть прописано в законопроекте (я напомню, что в июне, возможно, Государственная Дума все-таки приступит к рассмотрению этого законопроекта) для того, чтобы урегулировать эту проблему?

Галина Черданцева: Во-первых, должен быть определен механизм приостановления оказания услуг связи. Это первое. Потому что продекларировано то, что приостановление услуг связи в определенных случаях оператор связи должен произвести. После чего осуществляется возобновление услуг связи – это прописано. Нет самого механизма приостановления. Это во-первых. И второе, закон о связи предусматривает то, что... ну, оператор связи должен исполнять свои обязанности. За неисполнение обязанностей закон о связи предусматривает ответственность. А ответственности нет. Поэтому если оператор связи не исполняет свои обязанности и не приостанавливает оказание услуг связи, он должен нести ответственность.

Олег Вахрушев: Какую, простите?

Галина Черданцева: Опять же законом предусмотрена административная и уголовная ответственность.

Олег Вахрушев: А лучше какую?

Галина Черданцева: Лучше сначала прописать эту ответственность. Потому что даже административной ответственности не прописано. То есть нужно определить это.

Алексей Коробейников: Хотелось бы добавить, и если операторы нас слышат, хотелось бы сказать им то, что, в принципе, операторы на данный момент должны все-таки... не то что должны, нам бы хотелось, чтобы они поддерживали нас, потому что они не потеряют от этого большого количества абонентов, они прекрасно это должны понимать. Потому что все равно будут пользоваться телефонами мобильными, в любом случае, а просто не будут пользоваться похищенными телефонами, крадеными.

Олег Вахрушев: Спасибо.

XS
SM
MD
LG