Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Екатеринбурге оценили работу местных чиновников


Программу ведет Светлана Толмачева. В программе принимают участие - Дмитрий Головин, руководитель некоммерческого партнерства «Комитет-101», и Анжелика Гембарская, исполнительный директор Тюменского регионального отделения общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России».

Светлана Толмачева: Сегодня в Екатеринбурге будут оглашены результаты опроса городских предпринимателей, который проводили сотрудники некоммерческого партнерства «Комитет-101». Участники опроса оценивали работу местных чиновников. Каковы результаты исследования? На какой эффект рассчитывает «Комитет-101»? И пойдет ли на пользу предпринимателям Екатеринбурга работа некоммерческого партнерства? Об этом мы будем сегодня говорить с Дмитрием Головиным, руководителем «Комитета-1001».

Доброе утро, Дмитрий.

Дмитрий Головин: Доброе утро.

Светлана Толмачева: Прежде всего давайте уточним. Деятельность вашего комитета – это борьба с какими-то отдельными чиновниками, которые нерадиво относятся к своей работе, что вот если снять их, то ситуация улучшится, или же вы меняете всю систему взаимоотношений власти и предпринимателей в отдельно взятом городе Екатеринбурге?

Дмитрий Головин: Это попытка равного диалога с властью прежде всего. Это не борьба с чиновниками, это просто... вот именно мы выходим на то, чтобы с властью разговаривать на равных, чтобы не просить ее о чем-то, чтобы рассказывать им о нуждах предпринимателей что ли, если так можно сказать.

Светлана Толмачева: А сейчас к вам не прислушиваются, вы считаете?

Дмитрий Головин: Сейчас к нам прислушиваются. И я точно знаю, что в городской администрации, например, очень нас слушают, вернее, за нами следят, так скажем.

Светлана Толмачева: «Большой брат» смотрит на вас.

Дмитрий Головин: Да-да.

Светлана Толмачева: Рейтинг муниципальных и государственных служб, о котором мы еще с вами поговорим, - это не первая попытка комитета привлечь внимание общественности к проблемам предпринимателей Екатеринбурга. Несколько месяцев назад вы инициировали создание соглашения между средствами массовой информации города о недопустимости принудительной подписки. Что послужило причиной такого шага, расскажет корреспондент Екатеринбургского бюро Радио Свобода Денис Каменщиков.

Денис Каменщиков: Первой публичной акцией протеста «Комитета-101» в Екатеринбурге стало подписание в апреле 2005 года соглашения с ведущими екатеринбургскими газетами о недопустимости методов принудительной подписки на периодические издания. Идея такого соглашения возникла после того, как чиновники из городской администрации настоятельно рекомендовали Дмитрию Головину оформить его фирме проката инструментов подписку на 10 экземпляров газеты «Уральский рабочий». Газета входит в одноименный медиахолдинг, поддерживающий политику городских властей. Дмитрий Головин возмутился и обратился в Свердловский творческий Союз журналистов. Говорит председатель правления Союза Дмитрий Полянин.

Дмитрий Полянин: Мы считаем, что внимания издания должны добиваться не через административные методы, а благодаря творческому продукту, который они предлагают своим потребителям. Это внутрикорпоративные правила поведения, которые мы принимаем для себя. Здесь никакие суды, никакие внешние факторы для нас значения не имеют. Мы очень рады, что сообщество предпринимательское пошло именно по такому пути. Поэтому Союз журналистов поддерживает эту инициативу.

Денис Каменщиков: О своей поддержке действий «Комитета-101» и соглашения заявил и генеральный директор Уральского регионального представительства «Российской газеты» Сергей Салыгин.

Сергей Салыгин: «Российская газета», как главная газета страны, как издание правительства Российской Федерации, как раз этим рычагом не пользуется. Поэтому мне бы хотелось, чтобы вот в этой конкурентной борьбе мы были все-таки в равных условиях. На этом рынке должны побеждать те, кто пишет более профессионально, кто пишет более интересно.

Денис Каменщиков: Текст соглашения между предпринимателями и газетами озвучил председатель правления Свердловского творческого Союза журналистов Дмитрий Полянин.

Дмитрий Полянин: Средства массовой информации должны поддерживать условия свободной конкуренции на медиарынке. Средства массовой информации должны следовать принципам профессиональной журналистской этики во избежание подрыва доверия общества к СМИ. Служащие муниципальных и государственных органов власти, общаясь с гражданами и юридическими лицами, не должны своими действиями нарушать права и свободы последних, а также принципы свободной конкуренции. Практика обращений со стороны служащих муниципальных и государственных органов власти к гражданам с предложением оплатить подписку на периодические печатные издания должна расцениваться как принуждение к совершению сделки. Потому что принуждение к заключению сделки – это уже уголовно наказуемое деяние.

Денис Каменщиков: Соглашение было подписано представителями 15-ти екатеринбургских газет, а текст передан чиновникам городской администрации.

Светлана Толмачева: Комитет объединяет представителей малого и среднего бизнеса в Екатеринбурге. Если вернуться, Дмитрий, к вашей инициативе по поводу соглашения о недопустимости принудительной подписки, был ли какой-то результат, или жалобы продолжаются?

Дмитрий Головин: «Комитет-101» отслеживает эту ситуацию. На данный момент жалоб нет. Но я не скажу, что во всех, но в некоторых школах и в некоторых детских садах у нас есть знакомые воспитатели и учителя, которым мы просто сказали: «Вот если вас еще будут принуждать к подписке, просто шепните нам». Я знаю, что после этого будет... То есть мэрия, по-моему, на данный момент не подписала это соглашение, хотя там на пресс-конференции было ей предложено подписать соглашение о недопустимости этой подписки.

Если такие ситуации будут продолжаться, то «Комитет-101» инициирует депутатский запрос в мэрию с вопросом о том, существует ли практика принудительной подписки до сих пор, существует ли план... я точно знаю, что он существует, который спущен по районам. А вот в районах он застопорился. Там опасаются приглашать предпринимателей и просить их о подписке, потому что он может быть казачком из «Комитета-101» с диктофоном в кармане. В общем, сейчас как-то на низшем уровне это все затормозилось.

Светлана Толмачева: Поэтому идет давление на госслужащих, вы считаете?

Дмитрий Головин: Да. Потому что я не заметил среди госслужащих районного звена неприятия этой идеи. Они еще так реагируют: «Ой, слава Богу...». Им самим не нравится вызывать предпринимателей и, что называется, принуждать их.

Светлана Толмачева: А нашим слушателям мы предлагаем ответить на вопрос: нужно ли предпринимателям активно и публично отстаивать свои права или же лучше искать компромисса с властью, как говорится, без лишнего шума – целее будешь?

Дмитрий, тот рейтинг муниципальных и государственных служащих, который вы публикуете сегодня, как он составлялся и что показал?

Дмитрий Головин: Составлялся он методом опроса предпринимателей. Была разработана анкета из 13 вопросов. Вопросы были разбиты по трем категориям. Оценивался уровень сервиса, который предоставляет государственная или муниципальная служба. Оценивалась ее непредвзятость и порядочность в ведении дел. И оценивалась дисциплина и профессионализм, с которым работает эта служба. 13 вопросов – это 100 процентов, и затем считались просто проценты... как бы там были варианты ответов: «да», «нет», «иногда», - и считались проценты.

Светлана Толмачева: Какие организации возглавляют список, а какие – замыкают? То есть какие набрали больше баллов, а какие – меньше? Вот если можно обобщить, всех не назовем, конечно, ну, хотя бы...

Дмитрий Головин: Ну, безоговорочная победа за Бюро технической инвентаризации города Екатеринбурга. Она набрала 81 процент, или 81 балл, так скажем. А замыкает список, то есть работает хуже всех в городе Центр подготовки разрешительной документации при администрации города Екатеринбурга. Он набрал 28,6 процента. Поясню. Вот, что называется, «уровень плинтуса» – это 50 процентов, то есть эта служба работает ни хорошо и ни плохо. Допустим, условно говоря, половина клиентов считает, что она святая, а половина клиентов считает, что ее надо...

Светлана Толмачева: Реформировать каким-то образом.

Дмитрий Головин: Ну, мягко говоря, реформировать. И вот эта служба получает 50 процентов – это «уровень плинтуса». То есть ниже всех Центр подготовки разрешительной документации. И сразу что это выявляет...

Светлана Толмачева: Что?

Дмитрий Головин: Почему победило БТИ? Чем меньше предприниматель или посетитель сталкивается с чиновником непосредственно, тем лучше. БТИ работает как автомат: сдали, вам сказали, что придут 7-го числа в 11 часов, пришли, померили, 8-го числа приходить за документами – все. Вот предпринимателю это очень удобно. Любому человеку очень удобно, когда служба работает как автомат.

Что показывает Центр подготовки разрешительной документации. К каждому обратившемуся к ним у них индивидуальный подход. Одного просят оформить пять документов, а другого могут попросить 35 документов оформить, ссылаясь на различные подзаконные акты.

Светлана Толмачева: И что теперь? Вот есть победители и есть те, кого вы занесли в «черный список». Как дальше вы будете с ними работать?

Дмитрий Головин: Победителей наградим. И «победителей» «черного списка» наградим.

Светлана Толмачева: Каким образом? Вот как раз насчет последних.

Дмитрий Головин: Ну, над этим долго думали. Просто мы не знали, во что это выльется. При поддержке журнала «Эксперт. Урал» это вылилось в довольно-таки солидное исследование, так сказать. Победителям мы вручим, что называется, подарочный адрес, вот такое благодарственное письмо, оно красиво исполнено, на металле, навечно, по итогам опроса за 2004 год. А Центру подготовки разрешительной документации мы тоже вручим письмо, но оно называется «неблагодарственное письмо», оно выполнено в стилистике справки о смерти, примерно так же в черно-белых тонах, о том, что мы выражаем неудовольствие их работой.

Светлана Толмачева: Спасибо.

Дмитрий, насколько репрезентативно это исследование? Как много предпринимателей приняли участие в опросе?

Дмитрий Головин: Всего приняло участие в опросе около 300 предприятий. Мы собрали 1500 анкет. Казалось бы, тут можно сказать, что это не очень много по такому городу, как Екатеринбург. Но это, на самом деле, много. Потому что предприниматели очень боятся заполнять такие анкеты.

В городе Березовском (я просто пример такой приведу), там мэром стал предприниматель по фамилии Брозовский. Первое, что он сделал, - это создал отдел инновационный, который начал опрашивать горожан на различные темы. В том числе они опрашивали предпринимателей. Так вот, представьте себе, по городу Березовскому с использованием административного ресурса, без указания фамилии и названия предпринимателя они смогли собрать только 20 анкет. Причем предприниматели при этом спрашивали чиновников, которые собирают данные по заказу мэра: «А как вы нас по этим крестикам и кружочкам вычислять будете?».

Светлана Толмачева: То есть тотальный страх царит?

Дмитрий Головин: Абсолютный. То есть я не знаю, с чем это сравнить. Когда я сравниваю, что это примерно как отношения между оккупационными войсками и населением оккупированной территории, мне говорят: «Ну зачем такие сильные сравнения?». Но, тем не менее, у меня было постоянно ощущение, что мы спрашиваем их об отношении к Гестапо, не знаю, в Белоруссии в 1943 году.

Светлана Толмачева: На какой эффект вы рассчитываете после того, как разошлете благодарственные и не благодарственные письма?

Дмитрий Головин: Мы рассчитываем на диалог. Мы рассчитываем на большую прозрачность отношений. Мы рассчитываем на эволюцию что ли властных структур. Мы рассчитываем на то, что они постараются быть лучше, работать лучше. Потому что такой опрос будет проводиться ежегодно, и мы будем смотреть динамику.

Светлана Толмачева: А если они обидятся?

Дмитрий Головин: Да они уже обиделись. Обиженных бьют. Не обижайтесь, это ваша работа. Бизнес не может измениться, он такой, как есть. Бизнесом управляет всегда собственность. А власть может измениться, и она должна измениться.

Светлана Толмачева: Дмитрий, а где гарантия, что с помощью этого своего рейтинга, которые составляются теми людьми, которые входят в некоммерческое партнерство «Комитет-101», вы не решаете проблемы своего бизнеса, а действительно пытаетесь изменить вот этот самый сложившийся диалог власти и предпринимателей? Ну, предположим, что вы рассылаете письма тем людям, которые тормозят рассмотрение ваших документов, можно предположить, что вы, каким-то образом, хотите надавить, чтобы ускорить ход своего бизнеса в Екатеринбурге.

Дмитрий Головин: Вот представим себе просто... у меня бизнес – прокат строительных инструментов. Помочь ему, вызвав отрицательную реакцию властных структур, ничем нельзя, скорее всего, навредишь. Многие предприниматели мне говорили: «Ты как-то действуешь не как предприниматель, а как больной какой-то. В честь чего ты это делаешь? Зачем?». Я не могу объяснить зачем. Ну, вернее, это слишком долго объяснять, не в рамках эфира, зачем я это делаю.

Светлана Толмачева: И сейчас к нашему разговору готова присоединиться Анжелика Гембарская, исполнительный директор Тюменского регионального отделения общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России».

Доброе утро, Анжелика Фратовна. Анжелика Гембарская: Доброе утро.

Светлана Толмачева: Вы знакомы с деятельностью «Комитета-101» в Екатеринбурге. Скажите, в чем вы согласны и в чем не согласны с господином Головиным и методами его работы?

Анжелика Гембарская: Вообще, если честно говорить, Дмитрий для меня - это такой уникальный человек, потому что он обладает таким гражданским мужеством, способствующим, так скажем, такой деятельности, которую он ведет. Мы вместе с ним были в Вашингтоне на конференции по антикоррупционным вопросам весной прошлого года, и тогда у нас было очень много планов. И тоже мы думали о том, как можно проводить такую деятельность, как можно работать с чиновниками, с теми, кто тормозит, в какой-то степени, развитие предпринимательства. Свои методы есть у каждого. То есть вот наша организация наблюдает за тем, как Дмитрий создавал комитет, как он ведет свою деятельность - он присылал нам свои статьи, мы их читали. Какие-то статьи вызывали удивление, какие-то статьи вызывали, может быть, какой-то восторг с нашей стороны. Потому что вот его гражданское мужество – это очень сильный двигатель.

Светлана Толмачева: Рейтинг предпринимателей, который сейчас составлен, который мы обсуждаем, где выставлялись баллы муниципальным и государственным служащим, в принципе, это не ноу-хау в пределах России, в пределах даже Свердловской области. Анжелика, скажите, у вас в Тюмени что-либо подобное делалось?

Анжелика Гембарская: Нет, не делалось.

Светлана Толмачева: Почему?

Анжелика Гембарская: И думаю, что и вряд ли будет делаться. Ситуация немножко другая, я имею в виду с органами власти. У нас настолько зажата система со стороны чиновников... Наши предприниматели вряд ли даже согласятся просто на составление такого рейтинга.

Светлана Толмачева: Предприниматели боятся потерять свой бизнес в результате этих публичных выступлений?

Анжелика Гембарская: Да, с публичными выступлениями у нас напряженная ситуация. Вот проводя очень много публичных мероприятий, именно связанных с развитием предпринимательства, и приглашая туда органы власти, я скажу, что органы власти не всегда идут на контакт, а предприниматели не всегда высказывают свое мнение, практически не всегда.

Светлана Толмачева: То есть лучше достигать компромисса, не вынося сора из избы, не привлекая общественного внимания к тем проблемам, которые волнуют предпринимателей? То есть чем меньше шума, тем больше надежд на решение проблем?

Анжелика Гембарская: Нет, дело не в том, что больше шума, меньше шума. Вопрос ведь в том, как потом работать с этими же чиновниками этим же предпринимателям. Вот как мы, со своей стороны, относимся к чиновникам и ставим их вроде бы как на одну планку и в один строй, получается так... Вот мы говорим слово «чиновники» - и возникает такое видение: все на один лад. Но они же тоже разные. Соответственно, и они ставят предпринимателей тоже на одну какую-то планку. И если несколько предпринимателей найдут в себе мужество и ответят на эти вопросы, они для них будут все равны. То есть они будут говорить о том, что «они нас все игнорируют, не уважают», и все остальные эпитеты.

Вообще мы стоим на стороне закона. По крайней мере позиция нашей организации – это выполнение законов со стороны как чиновников, так и предпринимателей. Вот эти рейтинговые карты административных нарушений и нарушений со стороны контрольно-надзорных органов, которые «Опора» проводила еще в прошлом году, они показали нам просто уровень отношения предпринимателей. Мы поняли, что это для нас не метод. Для нас метод – это работа с документами и аналитика, выявление несоответствий и решение уже в законодательном порядке, скажем так, обращение по определенному правилу, формату, работа именно с органами власти.

Светлана Толмачева: Спасибо, Анжелика.

Дмитрий, почему бы вам ни пойти по тому же пути, по которому идут предприниматели в Тюмени? Вот те опасения, которые высказывает Анжелика Фратовна, они действительно небеспочвенны.

Дмитрий Головин: Сказать тут можно только одно: в каждой избушке – свои погремушки, и у каждого свой путь. Вот больше ничего добавить я не могу. И «Комитет-101» - это не некая сила, нанятая какими-то одними чиновниками против других, например, как может показаться. На самом деле это совершенно независимая структура, которая создана именно снизу и которая не подчиняется никому, которая объединяет предпринимателей, которые собрались в этот комитет не из-за того, что нам нужны какие-то преференции от власти, и не из-за того, что у нас бизнес не идет, и мы вдруг решили: «давайте подзаймемся немножко политикой, глядишь, чего и получится». У нас слоган – это люди, которым не все равно. Нам не все равно, что происходит в городе. И мы хотим изменить ситуацию к лучшему. Вот и все.

Светлана Толмачева: Анжелика Фратовна, как вы считаете, найдутся ли единомышленники в других городах России, которые создадут примерно такую же структуру, как некоммерческое партнерство «Комитет-101», и будут примерно теми же методами решать свои проблемы? Или же все-таки для России типичнее ситуация такая, какая сейчас наблюдается в Тюмени?

Анжелика Гембарская: Нет, есть такие примеры, и они уже действуют. И даже из региональных отделений «Опоры», например, в Орле есть очень хороший руководитель Марина Ивашина, я ее очень уважаю. Она избрана «директором отделения года», так скажем, «Опоры». Они пошли по пути выдачи тормозных башмаков и тормозных жидкостей вот именно чиновникам, которые тормозят деятельность. В результате чего 800 человек, члены «Опоры», оказались на улице. И они сейчас уже дошли до войны с губернатором, потому что закрывается рынок, на котором они работали. И власти вот именно из-за того, что они члены «Опоры», и из-за того, что они получили эти тормозные башмаки, они решили, что нужно изменить правила игры, и силовыми методами, и административными методами давления, так скажем, они изменили ситуацию, когда люди потеряли работу. И сейчас, например, организация ничем не может им помочь, потому что власти не идут на диалог. Вот тот самый диалог, о котором говорил Дмитрий, не состоялся. Приезжал туда президент «Опоры» Борисов Сергей, они пытались решать это на самом высшем уровне. Но все так и осталось на уровне договоренностей. То есть получается, что идет постоянная война. Вот в состоянии войны заниматься бизнесом очень трудно.

Я не к тому призываю, что «ребята, бойтесь, сидите по своим норкам и тихонечко там что-нибудь себе ковыряйте». Это совершенно не для этого. У каждого своя позиция. И прав Дмитрий, что у каждого свой путь. Но надо думать всегда о будущем и надо думать о том, что за нами люди стоят, и что мы за этих людей отвечаем. Вот мы инициаторы, так скажем, каких-то действий. Да, с точки зрения пиара, например, можно было бы придумать очень много мероприятий и в Тюмени, и выходить с лопатами что-нибудь закапывать. Я знаю много таких примеров акций. Для меня они немножко популистские. Понимаете? Я хочу стабильности и хочу такой работы и построения такой системы работы с органами власти, чтобы это было в системе. Для того чтобы решать вопросы, нужно быть с ними на одном уровне компетенции и на одном уровне, или, может быть, даже чуть-чуть выше, интеллекта.

Светлана Толмачева: Спасибо вам, Анжелика Фратовна.

Дмитрий, ваше некоммерческое партнерство сложилось около года назад. Скажите, а у вас не было мысли поработать в рамках уже сложившейся общественной организации, ну, как «Опора России» например? В Екатеринбурге с десяток, наверное, общественных организаций, которые поддерживают предпринимателей. Они бы, наверное, поделились с вами примерно теми же мыслями, что и Анжелика Фратовна, и, может быть, предложили бы другие способы работы с властью, менее, так скажем, привлекающие прессу, но, может быть, более эффективные.

Дмитрий Головин: Понимаете, более эффективные – это подразумевается, что «давайте мы к власти в кабинет зайдем, о чем-то потихоньку договоримся, руки друг другу пожмем, никто об этом знать не будет, но денежки-то мы получим нормально с этого». Вот работа «Комитета-101», она строится на том, что мы не будем заходить в кабинет, мы будем публично задавать власти вопросы и публично требовать на них ответы. Все. Никаких договоренностей кулуарных с нами быть не может. Нет, конечно, можно мне по сотовому телефону позвонить и о чем-то договориться – проблем нет. Но я не буду эту информацию держать в себе и говорить: «Ах, вы знаете, я вам обещал, что никому-никому». Всем все должно быть прозрачно и открыто. Потому что эта власть действует на наши деньги, мы ее оплачиваем, извините.

Светлана Толмачева: Дмитрий, и все-таки возвращаясь к вопросу по поводу общественных организаций, которые созданы для поддержки малого бизнеса, для решения его проблем, для нахождения компромисса с властью, как вы оцениваете их работу? И почему вы не влились ни в одну из этих структур, а создали свою?

Дмитрий Головин: Ну, тогда без цитаты не обойтись. Цитата будет из письма Хаджи-Мурата. Хаджи-Мурат – это имам Чечни и Дагестана, о нем писал Лев Толстой. И он писал какому-то российскому военачальнику. Он писал: «Да (не знаю, как он его называл), Ваше Превосходительство, вы можете мне что-то говорить, но я не поверю ни одному вашему слову, потому что вы не любите храбрых». Так вот, чего мне лично не хватало в этих всех предпринимательских организациях – это храбрости. Вот и все. Вот единственное такое качество, которого им недостает. Да, кулуарные договоренности, да, компромисс, да, какой-то диалог с властью, но все время диалог как низшего с высшим. Им не хватает храбрости.

Светлана Толмачева: Ежегодно вы собираетесь проводить опрос предпринимателей, ежегодно составлять свой рейтинг. Скажите, пожалуйста, вот стоит ли это превращать в какую-то систему? Потому что, скорее всего, год за годом вы будете выявлять одни и те же проблемы.

Дмитрий Головин: Это будет системой. То есть можно помечтать, да, чего бы я хотел добиться этим рейтингом? Я бы хотел, чтобы, условно, лет через пять, назначая какого-нибудь начальника на какой-нибудь пост, люди, которые принимают решение, из властных структур брали бы в руки рейтинги, составленные «Комитетом-101» и говорили: «Знаешь, товарищ, вот никакой возможности занять этот пост у тебя нет, потому что у тебя рейтинги ниже низшего, то есть они как бы вообще ни в какие ворота. Поэтому, извините, этого не может быть». Ну, они, скорее всего, не скажут так, но принимать решение во многом будут исходя из рейтингов. Мне бы этого хотелось.

Светлана Толмачева: Вот скажите, желание объединиться и самостоятельно решать свои проблемы, не принимая навязываемые правила игры, вот чем это желание объединиться вызвано? Тем, что уже все, терпеть, собственно, сил нет, или это действительно формирование гражданского общества, о котором все говорят в России, и вот, наконец-то, дозрели умы предпринимателей Екатеринбурга до того, что надо уже подавать голос?

Дмитрий Головин: Видите ли, это нескромно звучит, я вот раньше думал, что таких, как Дмитрий Головин, по всем городам и весям великой России превеликое множество, но оказалось, что не очень много. То есть к 40 годам все люди, так или иначе, в систему встраиваются. В принципе, да, это попытка формирования гражданского общества снизу. Это во-первых.

Во-вторых, извините, у меня дети растут. И когда дети растут, понимаете, им говоришь: «Будь совестливым, будь честным, будь порядочным и так далее». А потом ребенок вырастает и говорит: «Папа, а что ты делал, когда все разворовывали Россию?». Не в смысле того, «почему ты кусок не украл?», а в смысле «почему ты это допустил, папа?». И я не то чтобы этих вопросов боюсь, может быть, я найду, что ответить, но я при этом покраснею и отведу глаза в сторону. Так вот, я не хочу, в таком случае, краснеть и отводить глаза в сторону.

Светлана Толмачева: От этих глобальных рассуждений, в принципе, что ответить сыну, давайте перейдем к тем делам, которые сейчас некоммерческое партнерство «Комитет-101» намечает. Я знаю, что вы уже близки к тому, чтобы создать единую информационную базу данных для членов «Комитета-101». Сайт у вас уже есть. И вы собираетесь обобщать некие сведения, которые есть у вас и у ваших партнеров, для того чтобы ваш бизнес, собственно говоря, дальше процветал. О какой информации идет речь, можно ли поподробнее?

Дмитрий Головин: Это такой глобальный... я его называю глобальным проектом об информационной открытости вообще, в принципе, государства. Юристы, которые связаны с «Комитетом-101», они занимаются сейчас планом разработки информационного кодекса некоего. Основная мысль этого кодекса – информация должна быть доступной для всех. Сейчас она недоступна.

Светлана Толмачева: Информация какого рода?

Дмитрий Головин: Любого, в принципе. Ну, кроме частной.

Светлана Толмачева: Но есть же информация, которая составляет государственную тайну, банковскую тайну и так далее.

Дмитрий Головин: Кроме государственной тайны, банковской тайны и частной информации, касающейся частной жизни, вот так скажем. Информация, допустим, о том, у кого какие квартиры, она не может подлежать закрытию. Информация о том, у кого какие машины, она тоже не может подлежать закрытию. То есть вот базы ГАИ, БТИ, ну, в принципе, все базы, которые сейчас торгуются из-под полы, они должны быть, с нашей точки зрения, открыты. Это во-первых.

Во-вторых, есть блок информации, касающийся нечестных работников, которые переходят с предприятия на предприятие и потихоньку воруют. Такой информацией тоже должны свободно обмениваться работодатели.

Светлана Толмачева: То есть вы пытаетесь на себя взять часть функций правоохранительных органов?

Дмитрий Головин: Ну, как бы да...

Светлана Толмачева: «Найти и обезвредить».

Дмитрий Головин: Скорее всего, найти, а вот обезвредить должны правоохранительные органы. Причем я выходил с этим предложением на правоохранительные органы, которые сказали: «Это нам не надо. Спасибо. Это не интересно. Мы и так всю информацию знаем». Я говорю: «А мы то... Там машина какая-нибудь с взрывчаткой стоит, может быть, как-то можно помочь вам, посмотреть, та ли эта машина, совпадают ли у нее номера, и если они совпадают, то вас вызвать?». «Ну, если что, вы звоните». Вот такие ответы левые. То есть я понимаю: кто владеет информацией – владеет миром. Вот они владеют миром, и им не хочется этим владением делиться со всеми гражданами.

И третий блок информации – это информация о мошенниках, которые по чужим паспортам, по поддельным паспортам, утерянным паспортам – вот эта информация тоже, на наш взгляд, должна быть обобщена и обнародована.

Светлана Толмачева: То есть пока вы начнете составлять эту базу данных своими собственными силами, исходя из тех знаний, которые есть на сегодня у вас?

Дмитрий Головин: Да.

Светлана Толмачева: Ну а когда вы приступите к реализации этого проекта? Когда можно будет говорить о том, помогает это кому-то, не помогает, какие трудности? Есть ли у вас претензии со стороны тех, кто, собственно, не пойман – не вор, что называется, но информацию о нем распространили нелицеприятную?

Дмитрий Головин: Просто тут это все разобьется на множество мелких боев. Можно сказать, что уже эта работа началась. Например, когда в мои руки попала информация о том, что человек по поддельному паспорту взял два кредита и взял бензогенератор в прокате строительных инструментов, я просто по e-mail отправил по 30 тысячам адресов «Осторожно! Мошенник!». Люди звонили и кричали: «Спасибо. Спасибо вам, что хоть вы этим занялись». Это один мелкий случай. Просто я об одном конкретно... Я прервал его преступную деятельность, он сейчас находится в розыске, возбуждено безфигурантное дело, что называется. То есть эта работа идет, она просто идет медленно из-за того, что сейчас мы пока другими делами заняты.

Светлана Толмачева: И последний, может быть, вопрос в нашей сегодняшней беседе. Дмитрий, скажите, вы не боитесь, что общественная работа засосет вас окончательно, и вам придется все-таки выбирать: или бизнес, или некоммерческое партнерство «Комитет-101»? Планов-то много.

Дмитрий Головин: Ну, планов-то много. Но, понимаете, в связи с последними законодательными инициативами они не очень реализуемы. Поэтому куда-то выйти в иные сферы я просто не смогу. Всегда буду стоять на земле, скорее всего, и заниматься бизнесом в том числе.

Светлана Толмачева: Будем следить за деятельностью вашей общественной организации. Во всяком случае, удачи вам в ваших добрых начинаниях!

XS
SM
MD
LG