Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Российский Союз молодежи отмечает 15-летие


Программу ведет Олег Вахрушев. В программе принимает участие Вадим Некрашевич, пресс-секретарь Свердловского областного Комитета Российского Союза молодежи.

Олег Вахрушев: Свое 15-летие празднует Российский Союз молодежи. Сегодня рядом со мной в студии Радио Свобода пресс-секретарь Свердловского областного Комитета Российского Союза молодежи Вадим Некрашевич.

Здравствуйте, Вадим.

Вадим Некрашевич: Добрый день.

Олег Вахрушев: Вадим, 15 лет – серьезный промежуток времени.

Вадим Некрашевич: Скажем так, это еще не возраст, но это уже срок.

Олег Вахрушев: Конечно, это уже срок. И вы находитесь сейчас в эдаком подростковом возрасте. Ну, если, конечно же, вспомнить историю, от истоков идти, от Ленинского комсомола, который организовался в 1918 году, конечно же, история впечатляет. Тем не менее, под новым брендом (модным словом это назовем) Российского Союза молодежи - 15 лет – можно, наверное, уже окинуть взглядом эту историю и провести какой-то анализ того, что было сделано?

Вадим Некрашевич: Да, конечно, можно. В принципе, 15 лет – это по нынешним временам, в общем-то, история.

Олег Вахрушев: Редкая общественная организация доживает до такого времени.

Вадим Некрашевич: Да. Ну, во-первых, все-таки это самый главный факт, то, что на сегодняшний день мы являемся самой крупной и самой влиятельной (не побоюсь этого слова) неполитической общественной молодежной организацией.

Олег Вахрушев: По России сколько членов состоит в организации?

Вадим Некрашевич: По России более 300 тысяч человек состоит в организации. По Свердловской области – более 15 тысяч человек. То есть это и школьники, это и студенты, это, что называется, и работающая молодежь, то есть это не только рабочие, но это и служащие, и чиновники иногда, и так далее. То есть, в общем, тут спектр очень широкий.

Олег Вахрушев: Как вы работаете для того, чтобы привлечь в свои ряды молодежь?

Вадим Некрашевич: Ну, во-первых, у любой общественной организации главная цель, по большому счету, - это донести свою идеологию, назовем это так, до как можно большего количества людей. Наша идеология заключается в том, что главная цель – это вырастить полноценного гражданина, не сторонника какой-либо партии или идеологии и так далее, а именно полноценного гражданина, который здраво может оценить то, что происходит вокруг, достаточно социально зрелого, чтобы принять тогда, когда придет время, какое-то решение, и уже тогда, уже с полным осознанием дела решать: либо он вступает в какую-то партию, либо он никуда не вступает, либо он просто хорошо трудится, в конечном счете, на благо своей Родины, на благо России.

В принципе, исходя из того, о чем я сказал, собственно говоря, привлекаем очень просто. Если брать по России, Российский Союз молодежи реализует более 200 местных и общероссийских программ. У нас на уровне области это порядка 20 программ и проектов. Как правило, люди приходят следующим образом. У нас не обязательно быть членом Союза молодежи, чтобы участвовать в наших мероприятиях. В них может участвовать любой. То есть если мы говорим, что у нас порядка 15 тысяч членов, то участвуют у нас ежегодно порядка 100 тысяч человек. Пожалуйста, люди приходят, присматриваются, смотрят, если им интересно уже не просто как-то разово поучаствовать, ну, и заняться другими делами, а хочется более плотно приобщиться к организации, как-то участвовать в ее жизни, то человек уже принимает решение – и, соответственно, вступает уже в организацию. Получает членский билет, значок, становится на учет, взносы не платит.

Олег Вахрушев: Взносы не платит?

Вадим Некрашевич: Нет.

Олег Вахрушев: За счет чего ж тогда живет Российский Союз молодежи?

Вадим Некрашевич: Ну, как положено, три составные части, три источника. То есть, во-первых, то, что касается... ну, допустим, если мы говорим об аппарате Свердловского областного Комитета Российского Союза молодежи, то это собственная экономическая деятельность. У нас есть экономический отдел. Потому что деньги, которые, собственно, направляются на реализацию программ, мы на себя тратить, в принципе, не имеем права. Вторая составная часть, и это в какой-то степени достаточно небольшая доля – это бюджетные средства, они выделяются очень, скажем так, квотировано, на конкурсной основе всегда. То есть если мы подаем какой-то проект, и он выигрывает конкурс, то вот на реализацию этого проекта выделяется какая-то сумма. Естественно, при условии строжайшей отчетности. И третья, и это, в общем, наверное, в какой-то степени основные вещи, и это то, за что мы благодарны, собственно говоря, обществу – это спонсорская помощь, это какая-то, скажем так, поддержка тех, кто разделяет заботу о том, что все-таки молодежь... кто понимает, что молодежь – это не затратная часть бюджета, а это вкладывание денег в будущее. Потому что пройдет не так много лет, и, собственно, те ребята, которые сейчас носят значок РСМ, встанут к станкам, войдут в какие-то кабинеты, займут места в законодательных структурах, и, собственно говоря, от них будет зависеть будущее России.

Олег Вахрушев: Неполитизированность вашей организации – это принципиальная позиция?

Вадим Некрашевич: Да. Это было еще в самом начале, когда в 1990 году Российский Союз молодежи создавался, это было одним из главных условий, что мы готовы сотрудничать практически с любыми политическими структурами. При условии, конечно, не нарушения ими законодательства, то есть что это не экстремисты, не фашисты и так далее. В принципе, мы готовы сотрудничать. Если они хотят действительно сделать... не «нарубить» электората, а именно реально что-то сделать для того, чтобы молодежи жилось лучше, мы согласны с ними сотрудничать. Но при этом мы ушли от идеологии, скажем так, от примата какого-то одного политического течения над молодежной организацией. И это еще очень важно потому, что у нас, в общем-то, изрядная часть, ну, практически половина, наверное, если навскидку сказать, членов Российского Союза молодежи – это люди, еще не достигшие 18 лет. Им, согласно действующему законодательству, нельзя участвовать в деятельности политических партий. И мы считаем, что это правильно. То есть человек должен созреть, а уже потом сделать свой выбор. Если мы сейчас будем, в том числе, и от их имени делать какие-то заявления в пользу тех или иных партий, то это, во-первых, будет просто нечестно. Поэтому, в общем, наша главная цель, она так и осталась – неполитическая организация.

Олег Вахрушев: И у нас телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Доброе утро. Владимир Иванович из Подмосковья. У меня к вам следующий вопрос. Конечно, приятно, что вы занимаетесь молодежью. Первый вопрос. Как вы смотрите на то, что нынешнюю молодежь надо спасать, скажем, от применения всяких наркотических средств - а это бич нынешней молодежи, от алкоголя? Реклама, скажем, алкоголя, реклама табачных изделий, отсутствие пропаганды здорового образа жизни.

И второй вопрос. Как вы смотрите на то, чтобы каждый гражданин Российской Федерации имел свой финансовый паспорт, на который бы зачислялись все средства, которые государство получает от продажи национальных богатств – нефти, золота, рыбы? Чтобы каждый житель страны, включая и молодежь, имел вот этот финансовый паспорт. Спасибо. Я вас внимательно буду слушать.

Вадим Некрашевич: Спасибо большое за вопросы. Ну, давайте начну с последнего. Если говорить о том, как я смотрю на то, чтобы вообще у нас страна жила лучше и богаче, то я смотрю положительно. По поводу конкретной формы – вот такого увеличения достатка через паспорт и так далее, это все-таки, наверное, вопрос, на который не следует вот так сейчас навскидку отвечать: да или нет. Это вопрос, который должен прорабатываться экономистами, политиками, наверное, в известной степени. Поэтому тут я ответа дать, наверное, не смогу.

Что касается второго вопроса – по поводу современной молодежи, а также различных напастей. Ну, во-первых, насколько я знаю, впервые записи о том, что «нынешняя молодежь никуда не годится, и если так пойдет дальше, то скоро они все развалят», были найдены чуть ли не в египетских пирамидах. Поэтому, наверное, не стоит всю молодежь подводить под один знаменатель. Да, конечно, негативные явления, они ярче, и они сразу бросаются в глаза, это так. Но нормальной, позитивной молодежи, ее значительно больше. Это первое.

Ну а что касается рекламы и всего прочего, на мой взгляд, тут главная проблема не столько в том, что рекламируются табачные изделия или алкогольные напитки, сколько в том, как вы совершенно правильно сказали, что нет пропаганды здорового образа жизни. То есть получается определенный вакуум. Культура здорового образа жизни, она сильно пострадала в результате тех изменений, которые у нас шли, и сейчас идут, как и вся социальная сфера. И там образовался определенный вакуум, который, естественно, не может долго существовать, он чем-то заполняется. К огромному сожалению, сейчас, когда пытаются наши законодательные и исполнительные власти как-то эти вопросы решить, они как-то все время забывают, что главное – заполнить этот вакуум, и начинают бить по «хвостам»: «давайте мы уберем рекламу».

Сейчас, я знаю, в Москве за моральное здоровье нации с гинекологическим уклоном кампания начинается: «давайте мы им всем запретим до вступления в брак иметь интимные связи», - то есть «давайте здесь запретим, давайте там запретим». На мой взгляд, по крайней мере, выход не в этом. Выход в том, что нужно дать именно позитивный выход этой энергии, давить не столько, скажем так, на формальное соблюдение моральных норм, сколько на развитие нравственности, как уважение к себе и к окружающим.

Олег Вахрушев: Вадим, министр внутренних дел России Рашид Нургалиев озвучил, на мой взгляд, страшные цифры: в России более 700 тысяч сирот, 2 миллиона подростков не умеют читать и писать, 6 миллионов живут в социально неблагополучных семьях, около 4 миллионов употребляют наркотики. Отношение любого человека к этим цифрам, оно понятно. Скажите, пожалуйста, Российский Союз молодежи разрабатывает ли какие-либо программы для того, чтобы таких подростков, такой молодежи было меньше?

Вадим Некрашевич: Я, наверное, скажу тут даже, может быть, не только за Российский Союз молодежи, в общем-то, все общественные и молодежные организации, по крайней мере аналогичные РСМ, - а их на сегодняшний день немало, их только по Свердловской области, в принципе, можно сказать, что порядка двух десятков существует, различной направленности, с различной спецификой деятельности и так далее, - они все, по сути... и это одна из задач, которые решаются в ходе их существования, - это как раз недопущение вот таких фактов. Тут надо просто достаточно четко понимать: мы не можем подменять своей деятельностью правоохранительные органы, органы здравоохранения, органы образования. Мы как раз должны делать то, что мы можем и, по большому счету, наверное, обязаны делать, это наш гражданский долг – мы должны дать альтернативу. То есть рискну сказать, что если человек участвует в общественной деятельности, в работе общественных организаций, вероятность его вливания в какие-то либо криминальные группировки, либо приобретение таких привычек, которые пагубно влияют на здоровье, эта вероятность уменьшается в разы. Поэтому, собственно говоря, вся наша деятельность – это одна большая профилактика подобных явлений.

Олег Вахрушев: Одной из сторон наверняка подобной профилактики, я так думаю, является и летнее трудоустройство подростков, молодежи. Три месяца – это все-таки достаточно большой срок для того, чтобы просто выбиться из колеи, скажем так, жизни, какой-то более-менее организованной.

Сейчас я хочу предложить послушать материалы екатеринбургского корреспондента Радио Свобода Ирины Мурашовой, которая расскажет о том, что в Екатеринбурге начала работу «горячая» телефонная линия. Это акция «Из школы - на работу», и это результат совместного труда общественной организации «Помоги советом» и городского Центра занятости населения.

Ирина Мурашова: В рамках акции «Из школы – на работу» официальные структуры и общественники объединили свои базы вакансий. Центр занятости населения традиционно предлагает школьникам озеленять и благоустраивать Екатеринбург, работать в архивах и библиотеках, служить курьером и помогать инвалидам и пожилым. У Центра «Помоги советом» варианты необычнее. Ребята могут устроиться промоутерами в рекламные фирмы, сотрудниками клиринговых компаний, стюардами и мойщиками посуды в ресторанах быстрого питания или расклейщиками объявлений. Иногда подростки находят работу сами. Так, например, как 15-летняя Елизавета, которой были нужны деньги на репетитора.

Елизавета: На двери висело объявление: «требуется укладчик продуктов, желательно подростки от 14 лет, оплата 15 рублей в час». От тебя требуется только умение ладить с людьми, гасить какие-то конфликты между кассиром и покупателями, которые бывают. Я мыла полки, я раскладывала товар и я работала как фасовщица. Это было все достаточно интересно. Поработала я два месяца и решила, что не мое это. Но из этого я извлекала очень ценный опыт общения с людьми.

Ирина Мурашова: Как правило, в государственных или муниципальных учреждениях детям платят меньше, но дают больше социальных гарантий. А в частных, наоборот, платят больше, зато условия работы намного жестче.

Председатель Комитета по делам молодежи одного из районов Екатеринбурга Елена Хрусталькова каждый год ищет работу для одних школьников и помогает защищать свои права другим.

Елена Хрусталькова: Пытаемся найти для них работу, чтобы у них было занято время, чтобы не волновались их родители, и чтобы дети поняли, что денежки даются только трудом.

Ирина Мурашова: Трудиться подростки имеют право с 14 лет, для начала не более 5 часов в день. Заработать в месяц они могут максимум 4 тысячи рублей. А тем, кто нашел место через Центр занятости, федеральный бюджет выдаст еще 800 рублей. Со стороны федеральных властей нужны не только пособия, но и законы, которые сделают детей выгодными работниками, считает заместитель главы администрации одного из районов Екатеринбурга Андрей Морозов.

Андрей Морозов: Государство принимает достаточно серьезные меры по отношению к работодателям, что нужно соблюдать в отношении ребенка меры безопасности, и это оформление документов. Это достаточно серьезные препятствия, и многие работодатели просто не желают обременять себя этими условиями.

Ирина Мурашова: Прошлым летом в Екатеринбурге смогли поработать 23 тысячи подростков. В этом году, кроме семи обычных трудовых лагерей, в городе открылись два специализированных – для детей, состоящих на учете в милиции. Подросткам предоставят работу, отдых, питание и психологические тренинги. Продолжительность пребывания в лагере школьники выбирают на свое усмотрение: от двух недель до трех месяцев.

Олег Вахрушев: Вот все-таки идет работа по тому, чтобы вовлечь в какую-то деятельность молодежь, она идет, постоянно происходит. Общественные организации, члены этих организаций, руководители постоянно что-то придумывают. Но все равно, тем не менее, статистика говорит о том, что неблагополучных людей становится все больше и больше. Это мой взгляд.

Чего не хватает, Вадим?

Вадим Некрашевич: Ну, вообще, собственно говоря, на этот вопрос ответ уже прозвучал непосредственно в репортаже. Действительно, к огромному сожалению, последние законодательные акты, которые на самом деле преследовали абсолютно правильную и благую цель – защитить подростка, когда он приходит на работу, обеспечить его социальные гарантии и так далее – получилось так, что они оказались крайне невыгодны для работодателя. Это вызвало резкий отток традиционных вакансий, которые, собственно говоря, всегда предлагались. Поэтому сейчас, насколько я знаю...

Просто я сразу оговорюсь, что непосредственно Российский Союз молодежи вопросами трудоустройства не занимается. У нас есть в чем-то похожая программа – это «Занятость подростков в летний период», но это, как раньше называлось, трудовые лагеря в Краснодарском крае и в Ростовской области, на уборке фруктов. То есть это все-таки немного другая специфика.

А по области, я знаю, молодежных бирж труда, в частности, существует система. В Екатеринбурге в каждом районе она есть и действует. По области, по-моему, все-таки не везде, но в большинстве муниципальных образований такие структуры есть. И вот одна из главных задач, которые перед ними стоят, - это сейчас выйти на какие-то новые формы работы, как-то адаптироваться в этих изменившихся условиях, поиск каких-то новых форм. Но работа идет, в принципе. Естественно, этот вопрос с повестки дня никто не убирал.

Олег Вахрушев: Вадим, вот говорилось в репортаже также и о юридической защите подростков, в том числе и от работодателей. Существует же, в принципе, чуть ли не на каждом шагу, по крайней мере в Екатеринбурге, юридические услуги, юристов много работает. Может быть, пора вводить подростковую юридическую помощь?

Вадим Некрашевич: Ну, вот в частности, как раз я присутствовал не так давно на совещании представителей молодежных бирж труда, и там как раз среди прочего поднималась такая мысль о том, что молодежная биржа труда должна стать как бы такой подрядной организацией, которая бы сама принимала подростка на работу, и уже на основании договора между МБТ и каким-то работодателем как бы брала подряд у коммерческих организаций, допустим. И расчеты уже шли бы не напрямую с подростком, а с молодежной биржей труда, которая бы уже, в свою очередь, соответственно, выдавала подростку, обеспечивала получение им заработной платы, обеспечивала соблюдение социальных гарантий. То есть как бы в таком ключе. То есть это могло бы усилить, с одной стороны, и социальную стабильность в отношении подростков, и с другой стороны, все-таки МБТ, как юридическое лицо, имеет больше рычагов воздействия на работодателя в случае не соблюдения им каких-то условий договора. Вот это один из вариантов, который, в общем-то, обсуждался. Пока, насколько мне известно, это еще в стадии разработки находится. Потому что, в принципе, вопросы, конечно, эти есть.

Олег Вахрушев: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Анатолий Николаевич. Скажите, Вадим, ваша организация по численности как выглядит на фоне остальных, таких, скажем, как «Наши», «Идущие вместе», «Яблоко», «нацболы»? Какова численность? Вы как-то с ними контактируете, не контактируете, в частности, в таких вопросах, как, например, у нас по России сейчас очень много беспризорников?

Вадим Некрашевич: Спасибо за вопрос. По численности, в принципе, я в самом начале это уже говорил. Численность Российского Союза молодежи по России – это более 300 тысяч молодых людей, по Свердловской области – это более 15 тысяч. В сравнении... понимаете, здесь вопрос очень хитрый. Вот все организации, которые вы перечислили, - это организации политические. И поэтому, честно говоря, сравнивать очень сложно. Тем более, рискну утверждать, что далеко не во всех есть фиксированное членство. Поэтому подсчитать как-то и какой-то учет вести, наверное, иногда сложно. Кроме того, скажем так, не всех них, наверное, которые вы перечислили, можно в полном смысле слова назвать общественными. В какой-то степени, да, конечно, все они общественные. Но, во-первых, это общественно-политические организации, во-вторых, там степень общественной составляющей разная. Поэтому, честно говоря, мы предпочитаем не сравнивать. Из неполитических, мы можем сказать четко, что мы на сегодняшний день крупнейшая организация, это однозначно. Но у нас совершенно разные задачи и совершенно разные цели, в общем-то, зачастую и методы не совпадают, поэтому просто нет смысла сравнивать.

По поводу контактов. Ну, честно говоря... «Наши» появились вот только-только, поэтому тут еще сложно говорить о каких-то именно... скажем так, неполитические мероприятия, я не помню, чтобы они где-то упоминались, в социальной сфере. «Нацболы» - это тоже, в общем-то, достаточно специфическая организация, с достаточно специфическими методами и целями. С партией «Яблоко» в свое время у нас были какие-то... ну, не то что длительное сотрудничество, но сотрудничали, если я не ошибаюсь. Наверное, с большинством политических партий и движений, так или иначе, мы все равно сотрудничали. С кем-то более плотно, с кем-то менее плотно, но работали.

То, что касается именно беспризорных, то я тоже уже на этот вопрос отвечал. Понимаете, когда человек беспризорный, конечно, если бы у нас была возможность ему помочь, мы готовы помогать. Мы работаем с детскими домами, они участвуют в наших программах, работаем, скажем так, с неблагополучными подростками, есть такие программы, по которым мы работаем. В частности, программы гражданско-патриотического направления. Очень часто ребята приходят, и, собственно говоря, возвращаются к нормальной жизни через это. Непосредственно уже с самими беспризорниками - к сожалению, это уже, скорее, сфера органов правоохранительных, органов опеки. Я уже говорил, мы не можем подменять собой государственные структуры. Это было бы, в общем-то, неправильно, а в каких-то случаях и незаконно. Потому что есть определенные законодательные нормы, которые регламентируют эту деятельность.

Олег Вахрушев: Тем не менее, Вадим, кто на сегодняшний момент имеет честь быть партнером, сотрудником Российского Союза молодежи из политических организаций?

Вадим Некрашевич: Я еще раз подчеркну, какого-то, в принципе, постоянного политического партнера у нас нет, и быть не может по определению. Например, у нас есть определенное направление работы, мы работаем с ветеранами молодежных организаций, то есть в первую очередь это ветераны комсомола, ветераны пионерии, многие из них сейчас уже очень пожилые люди. Мы как-то стараемся поддерживать с ними связь. День комсомола для нас – это тоже праздник, и ежегодно мы собираем людей во Дворце молодежи. Недавно 85 лет комсомолу отпраздновали. Допустим, в работе с ними, как правило, мы контактируем, так или иначе, с Коммунистической партией, потому что многие из них, собственно говоря, в ней состоят или ей симпатизируют. По каким-то другим программам, по другим направлениям, соответственно, там бывают иногда другие партнеры. Но я говорю, что это не в системе, то есть мы не можем сказать, что «мы вот здесь идем в русле этой, и это наш основной политический партнер». Нет, у нас такого нет. Мы с этого с вами начинали как раз наш разговор. Мы от этого ушли, и, собственно говоря, не жалеем об этом. Хотя попытки втянуть куда-то... «давайте вы за нас «Шайбу! Шайбу!» кричать будете, а не за кого-то другого».

Возможно, когда-нибудь появится политическая партия, посмотрев на которую, хлопнем мы в ладоши и скажем: «Вот они люди, которые всерьез думают о молодежи, которые в процессе своего избрания будут всерьез заниматься молодежью». Ну нет пока такой партии.

Олег Вахрушев: А прогнозы есть у вас на возникновение такой партии?

Вадим Некрашевич: Пока тенденций таких я не вижу. О молодежи начинают вспоминать либо когда надо нагнать массовку студентов, либо перед выборами, когда начинается предвыборная гонка, вспоминают и очень много говорят о том, что надо молодежь спасать. Но при этом говорят в основном общими словами. Самое детальное, что я слышал от политиков по поводу решения молодежных программ, - это «давайте мы в каждом дворе поставим песочницу и спортивную площадку, и молодежь будет просто загляденье, и все будет хорошо решено». Но как только расселись по своим ветвям власти, как правило, забыли.

Олег Вахрушев: Понятно. Вадим, последний вопрос. 30 лет исполнилось молодому человеку, по уставу он должен покинуть ряды Российского Союза молодежи. Человеку 30 лет, что ему дал Российский Союз молодежи для того, чтобы он шел дальше по жизни?

Вадим Некрашевич: Я считаю, во-первых, что это уже достаточно зрелый возраст – 30 лет. Но от Российского Союза молодежи он может получить умение общаться с людьми, организаторские навыки, скажем так, что можно в широком смысле назвать «знания жизни», и это, на мой взгляд, немало.

Олег Вахрушев: Это хорошо. В таком случае, удачи вам в работе с молодыми людьми.

Вадим Некрашевич: Спасибо большое.

Олег Вахрушев: Я думаю, что мы будем с вами встречаться в эфире достаточно часто, благо, что мероприятий, которые проводит Российский Союз молодежи, много, и они достаточно интересные.

Я благодарю вас, Вадим, за участие в программе «Время Свободы».

XS
SM
MD
LG