Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Проблема бродячих животных в России


Программу ведет Евгения Назарец. В программе принимают участие - Людмила Белоглазова, представитель Общества защиты животных в Екатеринбурге, Татьяна Роменская, председатель Сибирской ассоциации любителей животных, и корреспондент Радио Свобода в Томске Мелани Бачина.

Евгения Назарец: В качестве эпиграфа к теме сегодняшнего разговора предлагаю одну трогательную историю. Ее рассказывает Галина Савинова, секретарь Екатеринбургского отделения Союза писателей России.

Галина Савинова: Это не Нюрка, это Анна Дриковна. Потому что она уже дама пожилая. В доме нашем она живет 14 лет. А вот дата рождения вообще неизвестна, может быть, ей уже лет 20. Поэтому она у нас Анна Дриковна. Здесь я работаю три года. Женщина, которая намного раньше меня пришла сюда работать, она говорила, что до нее она еще появилась. И собачка эта всегда здесь живет. Она заходит, уходит гулять, погуляет, возвращается всегда на постоянное место жительства. Она много раз щенят приносила. Детского сада нет, это Дом писателя, поэтому щенята, видимо, просто здесь не могил существовать. Все ее любили. Вот здесь была галерея художественная, и художники портреты ее писали. Также проводился каждый год как бы праздник, именно выставка, посвященная этой Нюре. Бантик на нее одевали, еду вкусную приносили. Но вот немножко традиции нарушились, когда здесь писатели... Но мы ее тоже безумно любим. Она встречает всех нас очень радостно. Особенно у нее любимые двое мужчин – наш Алеша Сальников и Юрий Павлович, которых она просто обожает и считает их своими хозяевами.

Евгения Назарец: Может быть, все бродячие псы и попадают в рай, но лишь немногие дворняги при жизни попадают в Дом писателя и становятся музой художников.

Что делать с бездомными собаками? В Томске сегодня этот вопрос обсуждают на всех уровнях. Городская администрация выделила из бюджета 2 миллиона рублей на то, чтобы очистить улицы города от 10 тысяч бродячих животных. Но каким образом это сделать, пока не решили. Общественники и экологи пикетируют здание городской администрации с призывами не убивать собак. Они обвиняют «Спецавтохозяйство» в убийствах бездомных животных. Между тем, случаи нападения бродячих псов на людей в городе участились. В ситуации пыталась разобраться томский корреспондент Радио Свобода Мелани Бачина.

Елена Бондаренко: Я не предполагала, что что-то начнется, поэтому я даже не испугалась. И первая в стае собака, она кинулась на меня, вцепилась в рукав, в общем-то, с рыком, и подоспели остальные.

Мелани Бачина: На жительницу Томска Елену Бондаренко стая бездомных собак напала среди бела дня. Лена едва смогла от них отбиться. В этом районе города, как и во многих других, стаи собак живут рядом с мусорными баками. Жильцы своими силами пытаются с ними бороться.

Жительница Томска: Я брала какую-нибудь палку. Она кидалась на меня первой, а я, как бы настроившись, в ответ кидалась на нее. Я заставляла ее, чтобы она убежала. Как только она убегала – и за ней вся свора начинала тоже убегать. Я просто хотела сказать, что это животные не домашние, это животные дикие. Хоть это и собаки, но это дикие собаки.

Мелани Бачина: Вообще бродячих собак в Томске сегодня фактически никто не контролирует. Муниципальная организация «Спецавтохозяйство» ловит их только по заявлению томичей. Пойманных животных отвозят в пункт передержки на городской свалке. Там по закону их можно держать только 10 дней. Потом собак усыпляют. На этом все меры заканчиваются.

В пункте передержки 30 вольеров, а в Томске, по данным «Спецавтохозяйства», сегодня около 15 тысяч бродячих собак. Еще пять лет назад цифра была в 6 раз меньше. Говорит главный ветеринарный врач «Спецавтохозяйства» Виктор Виноградов.

Виктор Виноградов: По предварительным данным, четыре года назад численность бродячих животных составляла около 2 тысяч, потому что работа в этом направлении велась. А за эти последние четыре года, когда поручили, так скажем, определенным лицам, ну, в прямом смысле скажу, дилетантам, эту проблему запустили до такой степени... до катастрофической. Потому что сейчас та обстановка, которая сложилась в городе, она, честно говоря, настораживает. Можно было это предвидеть, и это было предсказуемо.

Мелани Бачина: Директор «Спецавтохозяйства» не так давно предложил мэрии Томска разработать новую программу для контроля над животными. Во-первых, ввести наказание за нарушение правил содержания собак. Оказывается, что в 1998 году Томская Дума предписывала регистрировать питомцев и одевать им ошейники с адресом и телефоном хозяев. Говорит Александр Донслаф.

Александр Донслаф: Просто черпать деньги из бюджета просто так и отдавать собакам - это как-то неразумно. Поскольку «источниками» вот этих собак, которые бегают по улице, являются все-таки жители, поэтому логично было бы ввести налог на владельцев собак, который бы сам начал регулировать всю эту проблему.

Мелани Бачина: Во-вторых, считает Александр Донслаф, нужны новые правила отлова и содержания собак. Мэрия Томска выделила 2 миллиона на решение проблемы. Но на что конкретно эти деньги потратить, не знают ни сами чиновники, ни «Спецавтохозяйство», ни даже ярые защитники животных.

Общественные организации и некоторые депутаты предложили несколько лет назад открыть приют. Нашли и купили за бюджетные деньги ферму в деревне недалеко от Томска. Начали привозить туда собак. Сегодня это пока единственный в Томской области такой приют для бездомных животных. Он существует на личные сбережения нескольких женщин и добровольные пожертвования. У приюта до сих пор нет официального статуса. На днях там побывала специальная комиссия мэрии Томска. Чиновники с удивлением узнали, что никаких бумаг и разрешений у приюта «Верный друг» нет. Говорит Николай Николайчук, председатель Томской городской Думы.

Николай Николайчук: Документы должны быть. Электроэнергия здесь должна быть, вода должна быть. Сейчас у Департамента недвижимости запросим документы, почему, на какой стадии остановились, почему эта муниципальная собственность не передана. Она должна быть в оперативное управление передана.

Мелани Бачина: За три года существования приюта «Верный друг» с периодичностью разгораются скандалы вокруг него. Жители деревни Новомихайловка, где расположен приют, жалуются во всевозможные инстанции, обращаются с просьбой закрыть приют для бездомных животных, так как собаки нападают на деревенских детей, разносят заразу и загрызают домашних животных.

Жительница деревни: Мы будем перегораживать дорогу. Сколько мы жаловались... мы уже третий год жалуемся. Территория у них только здесь загорожена. А кругом же не загорожено.

Мелани Бачина: Несмотря на многочисленные протесты и предписания санитарных врачей, приют продолжает существовать без соответствующих бумаг и разрешений. «Спецавтохозяйство» привозило сюда собак на основании устных договоренностей. Когда факт этот обнаружили контролирующие службы, начались проблемы. И отработанная уже было система между «Спецавтохозяйством», занимающимся отловом, и приютом в одночасье рухнула. Теперь «Спецавтохозяйство» невостребованных животных отдавать «Верному другу» не имеет права. Пока у «Спецавтохозяйства» остается один вариант: чтобы справиться с таким количеством бездомных собак, усыплять всех отловленных животных.

Защитники животных активно выступают против этого. Пока все стороны спорят, не могут прийти к единому мнению и решают, что делать с деньгами, выделенными мэрией, в армии бездомных собак прибывает.

Евгения Назарец: Теперь, полагаю, тема сегодняшней программы абсолютно ясна – бродячие животные и что с ними делать. Томские власти даже деньги на это нашли в бюджете, но легче пока никому не стало – ни людям, ни собакам.

В Екатеринбургской студии Радио Свобода я приветствую Людмилу Белоглазову, она представитель Общества защиты животных в Екатеринбурге.

Доброе утро, Людмила.

Людмила Белоглазова: Доброе утро.

Евгения Назарец: Людмила, вы слышали репортаж моей коллеги Мелани Бачиной из Томска. Смотрите, странная ситуация. Обычно, когда возникает проблема, говорят, что на ее решение нет денег. В данном случае деньги хоть какие-то, но есть, а решения нет. Как вы оцениваете эту ситуацию?

Людмила Белоглазова: Я считаю, что самое главное – это должна быть какая-то законодательная основа. А в нашей стране законов о животных вообще нет. И статус животных... ну, как вещь какая-то, частная собственность, как табуретка, как компьютер. Поэтому у владельцев безответственность полнейшая, что хотят, то и делают со своими животными.

Евгения Назарец: На самом деле, по статистике, только 2 процента уличных животных – это животные, выброшенные своими владельцами, а остальные – это так называемая популяция уже одичавших животных. Возможно, не во всем люди виноваты, я имею в виду в таком количестве бездомных собак?

Людмила Белоглазова: Нет, люди во всем виноваты. Потому что все равно эти животные, они как бы появляются... основная-то масса появляется из домов, из рук человека. А в популяции выживают единицы щенков у бездомных животных, во-первых. А во-вторых, сейчас очень много мест, где животные могут кормиться, где они могут прятаться, устраивать себе логово, выращивать потомство, щенков своих. Поэтому как раз все условия для животных создают люди. И сейчас, когда они стали более опасны, это тоже прилив крови вот этих бойцовых, опасных собак. Заводят собак бойцовых – стаффордширов, бультерьеров, ротвейлеров, воспитывают их агрессивными, злобными, а потом выбрасывают. И эти собаки учат диких собак...

Евгения Назарец: Может быть, не выбрасывают, а дают погулять вволю?

Людмила Белоглазова: Нет, выбрасывают. Они потом сами уже начинают бояться своих собак, потому что они загрызают даже хозяев. Выгоняют их, выбрасывают.

Евгения Назарец: И также с нами на связи из Томска корреспондент Радио Свобода Мелани Бачина и ее гость – Татьяна Роменская, председатель Сибирской ассоциации любителей животных.

Наш первый вопрос такой. Могут ли сейчас, на данный момент общественные организации принимать участие в решении вопроса, на что потратить томские деньги, которые предназначены для решения проблемы бродячих собак?

Татьяна Роменская: Евгения, я сейчас категорически не соглашусь с вашей гостьей, и, наверное, заявлю очень жесткую позицию. Как бы то ни было, но любую проблему должны решать специалисты. Ни о каких общественных организациях в данной ситуации речи быть не может. Меня, в принципе, удивляет позиция томских властей, когда деньги из бюджета, вопреки всем законам, вопреки, в том числе, и Бюджетному кодексу, выделяются незаконным получателям. Проблема Томска и проблема томского питомника именно с этим и связана, кода дилетанты берутся решать проблему достаточно серьезную.

Мелани Бачина: Татьяна, когда вы говорите «дилетанты», вы кого имеете в виду?

Татьяна Роменская: Я имею в виду конкретно общественные организации, в том числе и общественную организацию «Верный друг».

Мелани Бачина: Вы имеете в виду приют для бездомных животных, который является единственным на территории Томской области?

Татьяна Роменская: Да.

Мелани Бачина: Вы считаете, что вот то, как существует приют и вот этот вариант местонахождения бездомных животных, он неприемлем?

Татьяна Роменская: Абсолютно.

Мелани Бачина: Почему?

Татьяна Роменская: Давайте начнем с того, что в этой общественной организации нет ни одного зоолога. И исходя из нашего разговора, и исходя из заявления гостьи из Екатеринбурга, я так поняла, что она тоже не имеет специального образования. В этой организации нет ни одного ветеринарного врача. Для того чтобы организовать питомник, ни в коем случае нельзя покупать ферму. Извините меня, ферма – это скотомогильник, имеющий под собой достаточно большое количество паразитов, которые живут в земле огромное количество лет. Мы организовывали специально для наших читателей и слушателей небольшой экскурс, скажем так, в паразитологию. 98 паразитов из 112, существующих в Сибирском регионе, присутствуют...

Мелани Бачина: Понятно. То есть приют не приспособлен для того, чтобы там содержались животные. Какой вариант тогда возможен сегодня? Специалисты – это кто? Вот «Спецавтохозяйство» обвиняют в том, что они убивают животных, травят их по всему городу, по крайней мере, представители общественных организаций, защитники животных обвиняют в этом «Спецавтохозяйство» и говорят, что люди, сотрудники предприятия, которые занимаются вывозом мусора, не могут заниматься бездомными животными. Вы как считаете?

Татьяна Роменская: В «Спецавтохозяйстве» есть хотя бы главный ветеринарный врач, есть ветеринарная служба. Там есть специальное подразделение, которое занимается этой проблемой. Именно благодаря общественным организациям эта проблема в Томске встала так остро. Действительно, не все было хорошо в работе «Спецавтохозяйства» в прошлые годы. Но три года назад они вообще прекратили заниматься этой проблемой и все передали в общественные руки.

Евгения Назарец: Татьяна, я думаю, что, наверное, Людмиле Белоглазовой стоит побольше рассказать о себе, что она понимает под словом «дилетант», если они занимаются этой проблемой, относит ли она себя к такому определению дилетантов, которое дала Татьяна Роменская.

Людмила, действительно, согласны ли вы с такой трактовкой, которую дают наши томские собеседники?

Людмила Белоглазова: Я вообще-то ветеринарный врач. И я ничего такого дилетантского тут не сказала. Я считаю, что люди ответственны за проблему собак, и они должны решать эту проблему.

Евгения Назарец: Могут ли в этой роли выступить общественные организации в том состоянии, в котором они сегодня находятся – в организационном, в структурном? Одной ведь любви к животным недостаточно.

Людмила Белоглазова: Эту проблему должен решать как бы тройственный союз – администрация, ветеринарная служба и общественные организации. Они должны работать вместе, согласованно. Как раз в европейских странах, там решили эту проблему за несколько лет.

Евгения Назарец: Что думают томичи по поводу того, складывается ли у вас тот тройственный союз и необходим ли он, о котором говорит Людмила Белоглазова?

Татьяна Роменская: Однозначно, тройственный союз необходим. И я считаю, что большая вина томских властей в том, что они устранились на каком-то этапе от этой проблемы.

И вот в чем могу согласиться с Людмилой. В предыдущем своем выступлении она сказала, что именно люди создают условия содержания собак. Действительно, для Томска первая проблема – это не проблема приюта, а проблема кормовой базы. Собаки, как и любые животные, в первую очередь размножаются при наличии огромной кормовой базы. Если Томск загажен, извините, помойками, собакам есть чего кушать. И проблему, скажем так, отстрелом, усыплением или отловом собак, ее не решишь такими жесткими методами. Уберем собак... даже если вдруг идеально случится, что мы в один прекрасный момент утром проснулись – и нет ни одной бездомной собаки, ну, значит, на следующий день мы проснемся и увидим там огромное полчище крыс. Это то, что случилось в Москве. Там боролись именно жесткими методами с бездомными собаками, а в итоге получили полчища крыс на тех же самых помойках.

Прежде всего за рубежом, да, когда боролись с собаками, а это было уже почти 30 лет назад, но когда там боролись с собаками, они в первую очередь убирали мусор, убирали пищевые отходы с улиц города. Вот тогда можно это решить.

Евгения Назарец: Об опыте Екатеринбурга рассказывает корреспондент Радио Свобода Светлана Кулешова.

Светлана Кулешова: В Екатеринбурге из 2 тысяч собачьих укусов лишь десятая часть – это результат агрессии бездомных животных – такова среднегодовая статистика городской службы, куда обращаются все жители города, пострадавшие от укусов животных. И все-таки инфекционисты в тревоге: в 2002 году в Екатеринбурге впервые с 1957 года зарегистрирован случай заражения людей бешенством от укуса домашней кошки, которая всего сутки пробыла вне хозяйской квартиры. Собаки представляются людям более агрессивными. Соображения собственной безопасности и гуманизма по отношению к бездомным животным борются в душах екатеринбуржцев.

Жительница Екатеринбурга: Я не считаю, что их нужно на живодерню отводить. Я думаю, что все-таки надо какие-то создавать приюты для животных.

Жительница Екатеринбурга: Бездомные собаки – это уже дикие собаки, то есть их уже не воспитаешь. Я думаю, что их нужно вылавливать и уничтожать.

Житель Екатеринбурга: Говорят, что бездомные собаки – это самые лучшие собаки.

Жительница Екатеринбурга: В приюты какие-то их забирать, не убивать же их.

Житель Екатеринбурга: Уничтожать. Они же заразу разносят.

Жительница Екатеринбурга: Самое большое варварство – убивать собак.

Светлана Кулешова: В Екатеринбурге вызов бригады по отлову бездомных собак для граждан бесплатный, организация может «заказать» неугодную дворнягу за 400 рублей. Дальнейшая судьба пойманных собак – усыпление за счет городского бюджета. Специальное подразделение муниципальной «Спецавтобазы» Екатеринбурга придает такой участи по 8-12 собак в день. Служащие избегают общения с журналистами по поводу своей работы. Но одна из сотрудниц предприятия, не пожелавшая представиться, согласилась высказать свое мнение по проблеме взаимоотношения людей и бездомных животных.

Сотрудница «Спецавтобазы»: Иногда приезжаем в места, где дети на площадку не могут выйти, зато чуть ли не у каждой собаки миска подписанная – для каждой собаки своя миска. Потом эти же бабушки плачут: «Заберите их от нас – появился выводок из восьми собак, которых мы не можем прокормить». Свято место пусто не бывает. То есть через какой-то промежуток времени обязательно придет какая-то другая стая собак на это место.

Светлана Кулешова: К сознательности людей и к законам природы апеллирует и распорядитель единственного в Екатеринбурге приюта для бездомных собак Светлана Овчинникова.

Светлана Овчинникова: В больших городах, конечно, эти приюты, в принципе, это необходимость, но на эти приюты нужна спонсорская помощь. Так как у нас ее никто не осуществляет, никому это не надо, значит... Ну, собак можно стерилизовать – и проблема сама собой со временем уйдет. Это проще - один раз вложить деньги. Но в основном идут только разговоры. Реальной помощи никогда, по-моему, не было... и не будет.

Светлана Кулешова: Приют существует уже более шести лет на личные средства основателей. В нем постоянно пребывают около 20 собак разного возраста и судьбы - и привезенные добрые людьми дворняги, и особи чистых кровей, оставленные хозяевами. Но состав обитателей собачьего приюта постоянно меняется. Светлана Овчинникова говорит, что всем, кто попадал сюда, удалось найти достойных хозяев.

Евгения Назарец: В связи с прозвучавшим рассказом о реалиях Екатеринбурга - вопрос Людмиле Белоглазовой. Людмила, припомните, пожалуйста, последний случай заботы властей об этой проблеме их обеспокоенности, в чем он выражался?

Людмила Белоглазова: Они как раз разработали метод уничтожения собак путем отстрела пулями, начиненными препаратом обездвиживающим. Сделали новый скотомогильник, куда их можно будет свозить и там уже уничтожать трупы.

Евгения Назарец: Уважаемые собеседники в Томске, у меня сложилось впечатление, что в решении проблемы бездомных собак, в частности, существует только три пути – убивать, в резервации либо стерилизация. Я правильно поняла? Или можно предложить и четвертый, и пятый, и шестой путь?

Мелани Бачина: Евгения, вы знаете, действительно, есть несколько вариантов. И вот Татьяна, по-моему, придерживается одного из них. Так, Татьяна?

Татьяна Роменская: Да. Я считаю, что в первую очередь для решения проблемы все-таки нужно определиться, что для нас есть проблема бездомных животных. Конечно, очень приятно было слушать мнения екатеринбуржцев, которые очень добры, добросердечны, и предлагают животных пожалеть. Ну, в ответ я предлагаю поделиться с городом Екатеринбургом. Вот у нас 15 тысяч собак на улицах города, я предлагаю 7,5 тысяч перевезти в Екатеринбург, и посмотрю тогда, каковы будут мнения екатеринбуржцев.

Мелани Бачина: То есть вы считаете, что как-то все-таки нужно с этими животными бороться? Усыплять, стерилизовать, какой вариант?

Татьяна Роменская: В первую очередь люди действительно ответственны за численность тех созданий, которые живут в городе как в лесу. Однозначно, я согласна с мнением тех людей, которые говорят, что эти собаки не являются домашними. Это не домашние животные, это дикие животные, которые ни одно и ни два поколения существуют на улице.

Мелани Бачина: И нападают на людей стаями.

Татьяна Роменская: Нападают на людей стаями или поодиночке. Они будут охранять свою территорию, как любые дикие животные, охранять и свою кормовую базу. И поступать с ними нужно, соответственно, так же как мы поступаем с дикими животными. Регулировать их численность, безусловно, нужно. И питомники в данной ситуации ничего не решат в плане именно регулирования численности.

Евгения Назарец: По поводу диких животных и дикой природы. Насколько я понимаю, возможно, слишком упрощенно, но все-таки в дикой природе всегда существует тот, кто охотится на кого-то еще. Так получается тогда, что если эти собаки дикие, на них тоже должен кто-то охотиться, чтобы регулировать их численность. Простите, остаются только люди.

Татьяна Роменская: Евгения, я не говорю даже о том, что кто-то должен охотиться, хотя, действительно, кто-то должен регулировать численность, можно назвать это так. Но в первую очередь мы должны еще думать и о том, что эти собаки едят. В дикой природе животные размножаются тогда, когда есть большая кормовая база. Если у нас, извините, очень много... я не знаю, урожай кедровых орехов, соответственно, размножаются в огромном количестве белки. Следом за белками размножаются куницы, те же лисы, волки, то есть те животные, которые их употребляют в пищу. И там регуляция этой численности идет своим путем. То есть когда слишком много становится хищников, уменьшается кормовая база, вымирают...

Мелани Бачина: Понятно. Если мы уберем помойки, у нас будет меньше собак на улицах. Ну, сейчас у нас их 15 тысяч. Мы уберем помойки. И что, простите, эти собаки будут кушать? Людей?..

Татьяна Роменская: Первая же зима, во-первых, решит эту проблему. Во-вторых, вот я думаю, что Людмила подтвердит мое мнение, что собака все-таки уникальное животное. Они уникальны в том плане, что при отсутствии кормежки они не размножаются.

Евгения Назарец: Людмила, вам слово.

Людмила Белоглазова: Я вообще считаю, конечно, что надо воспитывать людей, надо повышать культуру отношения людей с животными. И в первую очередь воспитывать, подготавливать владельцев животных, чтобы они не размножали лишних и не бросали, более ответственно относились к ним.

Евгения Назарец: Людмила, я хочу с вами поспорить. Все-таки вернемся к тому, что уже из-за когда-то выброшенных людьми животных или как-то еще, но на данный момент мы имеем дело с популяцией диких животных.

Людмила Белоглазова: Ну, популяция диких... если взрослая, одичавшая собака, ее уже никак не воспитаешь, не переучишь. Но среди них очень много животных, которые еще ищут хозяина.

Евгения Назарец: То есть заглядывать в глаза собакам и смотреть, на что они способны?

Татьяна Роменская: Я не знаю, какая ситуация в этом отношении в Екатеринбурге, в Томске на сегодняшний момент как раз нет проблемы животных, оставленных хозяевами. И я считаю, что как раз животные, которые потеряли по какой-то причине свой дом, потеряли кров, потеряли хозяев, вот как раз ими должны заниматься приюты и питомники. Вот тут широкое поле деятельности для общественников. А то, о чем говорим сейчас мы, 15 тысяч животных – это однозначно дикая популяция. Никто не бегает у нас в Томске и не заглядывает в глаза и не просит взять его домой.

Евгения Назарец: И вот одной из мнений нашего радиослушателя. Владимир Иванович из Москвы предлагает гражданину России выделить по фазенде, как он это называет (видимо, по дачному участку), и тогда, как он предполагает, возникнет даже дефицит собак, которые должны будут содержаться на этих фазендах, чтобы их охранять. Но почему-то он считает, что охранять от чиновников, но я думаю, что от любых посягательств, в том числе и воровских.

Что вы думаете, Людмила, по поводу такой рекомендации?

Людмила Белоглазова: Не каждый человек готов держать собаку...

Татьяна Роменская: Дикие животные не будут охранять фазенды.

Людмила Белоглазова: В охране основная функция собаки – это подать сигнал, поднять шум. А уже такие собаки как раз больше всех шумят и вызывают на помощь.

Евгения Назарец: И я хотела бы еще затронуть такую тему - по поводу людей, которые хотят сами заботиться о собаках. Очень много таких людей, которые собирают у себя дома целые питомники из бездомных, но добрых животных. И прозвучала негативная оценка их деятельности со стороны специалистов «Спецавтобазы» в репортаже о Екатеринбурге. Вы тоже относитесь негативно к таким сердобольным гражданам?

Татьяна Роменская: Безусловно. Давайте говорить так. Вы знаете, это своего рода гордыня. То есть хочется быть добреньким для себя, удовлетворить свое чувство, скажем так... какое самоудовлетворение получить, чувство доброты за счет соседей, за счет посторонних людей.

Мелани Бачина: В Томске, кстати, есть прецедент, когда даже представители «Спецавтохозяйства» выезжали в дом, потому что жаловались все соседи на женщину, у которой было в квартире 43 собаки.

Евгения Назарец: Людмила, а вы как относитесь к этому проявлению человеческой доброты?

Людмила Белоглазова: Это, конечно, должно быть ответственное отношение к животным. И у нас тоже есть такие люди, которые... ну, они увеличивают поголовье своего питомника за счет того, что они там уже сами размножаются. Но есть некоторые люди, которые стерилизуют животных, которые их содержат в нормальных санитарных условиях. Хотя у них тоже их немало – по 18, по 30 животных бывает. Но все зависит от человека, от того, как он относится к животным.

Евгения Назарец: Пора подводить итоги сегодняшнему разговору о взаимоотношениях людей и собак. В качестве резюме хочу предложить нашим экспертам один вопрос.

Татьяна, скажите, если исходить из того, что собаки – это часть сложившейся новой урбанистической экосистемы, и если от них избавиться вообще, возможно, просто на место этой беды придет другая, экосистема не даст себя просто регулировать, что вы по этому поводу думаете?

Татьяна Роменская: Я уже не раз говорила, что необходимо убрать кормовую базу – и тогда можно будет спокойно снизить численность бездомных собак без опасности получить вместо них крыс.

Мелани Бачина: И в качестве резюме я хотела бы еще сказать, что, действительно, в последний год проблема бездомных животных в Томске очень активно обсуждается. Эта тема обрастает скандалами, общественники спорят со «Спецавтохозяйством», с чиновниками мэрии. В общем, тема активно обсуждается, но проблема не решается. И вот сейчас вдруг мэрия выделила достаточно серьезную сумму на решение этой проблемы.

Татьяна, почему именно сейчас?

Татьяна Роменская: Во-первых, 9 октября в Томске выборы в Городскую Думу. То есть давайте не будем исключать и политической составляющей этого момента. И во-вторых, в конце сентября у нас ожидается приезд Путина и Шредера (ну, или кого-то, кто будет выбран вместо Шредера), на российско-германский саммит. Я думаю, что именно в этом кроется причина...

Мелани Бачина: То есть вы считаете, что это опять просто политические разговоры, и проблема решена не будет? Или на 2 миллиона можно ее решить?

Татьяна Роменская: Вы знаете, на 2 миллиона, в принципе, можно, конечно, жесточайшим образом проблему эту попробовать решить или решить ее частично, то есть вывезти помойки и отстрелять собак. Решить ее в корне невозможно на эти деньги, конечно.

Евгения Назарец: И я хочу задать вопрос Людмиле Белоглазовой. Уберем собак, может быть, просто городская экосистема даст сбой и пострадает. Ваш прогноз?

Людмила Белоглазова: Конечно, полностью при нашей культуре убирать собак из города...

Евгения Назарец: Как и не получится полностью убрать помойки и пищевые отходы пока что.

Людмила Белоглазова: Да-да, пока культура такая. Но у нас был уже опыт в нескольких дворах, когда стерилизовали собак, и они уже жили одни, никакие стаи чужих собак они не привлекали своими так называемыми «свадьбами». Они берегли двор и от посторонних бомжей, бродяг и наркоманов. И люди прямо молились на этих собак. Они спокойно могли выпускать детей погулять во дворики. И я считаю, что стерилизация, контроль размножения и домашних, и бездомных собак – это самое главное решение.

Евгения Назарец: Благодарю наших экспертов за участие в сегодняшней программе.

Ситуацию с бродячими собаками мы обсуждали сегодня снова, в очередной уже раз. В Томске, я так поняла, бродячие собаки стали элементом предвыборной кампании, в Екатеринбурге - пока нет, слава Богу.

И я хочу в завершение привести мнение москвича Константина. Он сказал нам, что у него дома три собаки, и пять лет назад он подобрал спаниеля, жена ругала, но живет пес уже пять лет, а так погиб бы. «Люди не все плохи», - резюмирует Константин. Что ж, на этом и закончим.

XS
SM
MD
LG