Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дачные раздоры в Подмосковье


Программу «Итоги недели» ведет Дмитрий Волчек. Принимает участие корреспондент «Свободы» В Подмосковье Вера Володина

Дмитрий Волчек: В разгар дачного сезона вспомним о дачниках, для которых этот август превратился в кошмар – жителях подмосковного поселка "Екатерининские Валы", чьи дома решили снести власти, сославшись на то, что они находятся в зоне, запрещенной для строительства. Тщетно пытались жители коттеджного поселка, отразившего атаку ОМОна, отстоять свои права в суде - Солнечногорский суд отказал в иске о приостановлении исполнительного производства о сносе их домов. Иск подавали три человека - супруги Андрей и Алла Смирновы и Сергей Бурдаков. Не услышан остался и такой аргумент: коттеджи людей со скромным достатком сносят, и в то же время в природоохранной зоне собираются строить целый коттеджный комплекс для чиновников. Продолжит тему корреспондент «Свободы» Вера Володина

Вера Володина: Прокуратура Московской области, по публикациям в прессе, даже без заявления жителей поселка Екатерининские Валы, как рассказала пресс-секретарь Елена Рассохина, начала проверку того, что происходило здесь 4 августа. Одна из дачевладельцев Алла Смирнова рассказала, что в УВД и прокуратуру Солнечногорского района уже подано 12 жалоб на действия приставов.

Алла Смирнова: Но мы пишем в московскую областную потому, что местная прокуратура Солнечногорска является заинтересованным лицом. И просим, чтобы этим занималась областная прокуратура.

Вера Володина: В жалобах и медицинские справки об избиении. По-прежнему дачевладельцы заявляют, что Верховный суд еще 28 июля истребовал дело для изучения, и это, по мнению Аллы Смирновой, должно было остановить приставов.

Алла Смирнова: Просто творят самосуд. Они не дожидаются даже решения суда – приостановит, не приостановит, – они не дожидаются, как разъяснят гражданам, что именно сносить. Очень неясно решение суда, и неясность подтвердила судебная коллегия Мособлсуда. Там сказано, что в таком виде, в каком решение есть, оно, фактически, неисполнимо.

Вера Володина: Выяснилось, что согласившийся на добровольный снос дома Петр Воротильников присоединился теперь ко всем остальным и тоже теперь обжалует судебное решение о сносе. Его заявление мне зачитал Андрей Смирнов.

Андрей Смирнов: «Я дал согласие на снос своего дома 87 года застройки ошибочно, а, кроме того, под давлением с целью прекращения насилия против соседей. Я согласен с позицией всех должников по данном уделу, подавших жалобы с просьбами о возбуждении уголовных дел. Считаю, что действия приставов, а также вооруженных людей, ворвавшихся на территорию базы отдыха Екатерининские валы, избивавших людей и повредивших имущество, попадают под уголовно наказуемые действия».

Вера Володина: Так что на Екатерининских валах намерены продолжить самозащиту. Вот, как на это реагирует заместитель главы "Росприроднадзора" Олег Митволь.

Олег Митволь: В общем, какие перспективы? Зачем подавать в суд и зачем ждать решения этих судов? Если эти люди говорят, что кто-то виноват, что в 2000 году у них закончились все правовые отношения на землю, то обратите внимание, они в суд-то не подают. Если они считают виноватым хотя бы чиновника или предыдущих людей, у которых большинство из нынешних домовладельцев купили свои сооружения буквально за год до конца аренды, в общем-то, за бесценок, почему они не подают ни на кого в суд? Если они считают кого-то виноватым в этом, то есть правовые методы, и надо все решать через суд. Но здесь другая ситуация. Здесь люди просто в отношении себя не хотят исполнять закон. Потому что вот эти 140 исполнительных листов – как мы их исполним? Если мы сейчас обольемся керосином и вызовем журналистов – эти люди хотят предложить такой способ? К этим людям отношение изменилось сразу после того, как я видел, как они под тяжелую технику детей толкали…

Вера Володина: К той же собственности, конечно, иное отношение у Андрея Смирнова. Он перечисляет те этапы своей военной карьеры, когда государство обязано было обеспечить его жильем.

Андрей Смирнов: Когда перевели из Владивостока в Москву, когда увольняли по сокращению штатов уже из вооруженных сил, я тогда сказал, что не нужно мне ничего от государства, я заработаю. И теперь то, что я заработал, они хотят разрушить.

Вера Володина: Андрей Смирнов говорит, что у него просил прощения один из участников операции, когда увидел знаки отличия морского капитана-лейтенанта. Сказал, что их проинструктировали работать жестко и говорили о бандитах. Вот, что говорит Олег Митволь о неудавшейся попытке сноса 12 июля.

Олег Митволь: 12 июля я разговаривал с приставами. Они просто говорили, что когда они приехали безоружные, с дубинками, и приехали 20 человек бандитов, то приставы вынуждены были уехать. Вот тогда он сказал, что мы соберем все силы и сделаем, как положено. За государство обидно, за державу.

Вера Володина: Алла Смирнова сказала, что им пишут множество жителей Подмосковья, которые опасаются, что приставы придут и к ним.

Алла Смирнова: Каждого можно в этой ситуации в той или иной мере признать незаконным. В каждой сделке можно найти какое-то правонарушение. Например, занижают стоимость имущества. Так все делают, и это совершенно общепринято. Или, например, предприятие платит взятку администрации методом отчисления на социальные нужды – это ведь взятка, но она оформляется законным методом.

Вера Володина: Олег Митволь назвал бесперспективными попытки назваться добросовестными приобретателями.

Олег Митволь: Если бы у них договоры об аренде были до 2020 года, а в 2005 год государство попыталось бы их снести, да, действительно, действовал бы принцип добросовестного правоприобретения. Но, извините, у них в 2000 году правоотношения на землю закончились. Там люди покупали за копейки в 99 году у предыдущих владельцев. Продавали очень дешево, потому что знали, что у них закончится через год аренда. А эти люди исходили из того, что им удастся договориться с чиновниками. Они не могли себе представить, что в Российской Федерации будут исполняться законы.

Вера Володина: В Екатерининских валах, конечно, говорят о двойном подходе. У всех на памяти принадлежащие супруге министра здравоохранения Юлии Зурабовой 7 гектаров земли в водо-охранной зоне. Прокуратура назвала сделку аренды незаконной, но по ходу суда были представлены документы, в которых первоначальный термин «ведение дачного хозяйства» превратился в другой – «для рекреации». Высокопоставленным, - говорят Смирновы, – Митволь не страшен. Действительно, в эти дни, в соответствии со свежим решением правительства, в лесах у села Степановское Красногорского района, где все мыслимые охранные зоны, начинают строить пансионат для властей. А Ида Круглова с соседями успешно защищала заповедные земли, но с новым лесным кодексом из Генпрокуратуры ей теперь на новые жалобы приходит ответ: все по закону.

Ида Круглова: Это наша особо охраняемая зона, и то в нее влезли. Всю эту работу ведет управляющий делами президента. Они не нам дают жить, они же себе это строят под видом пансионата. Это будут коттеджи для высокопоставленных лиц. В таких заповедных местах! А где же простой человек будет отдыхать? На обочине? Да у нас народ и так весь на обочине живет!

XS
SM
MD
LG