Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Как повлиял теракт в Беслане на жизнь россиян?


Программу ведет Светлана Толмачева. В программе принимает участие Эльбрус Хостикоев, председатель Свердловского общества осетинской культуры «Алания».

Светлана Толмачева: Сегодня 1 сентября – День знаний. День и праздничный, и грустный одновременно. Сегодня нельзя не вспоминать о том, какими были для нас первые сентябрьские дни в минувшем году. И хотя официально в России все траурные мероприятия в память о жертвах Беслана пройдут в субботу, 3 сентября, невозможно сегодня не думать и не говорить о той страшной трагедии и ее последствиях.

Как повлиял теракт в Беслане на жизнь россиян? Мы будем говорить об этом с гостем Екатеринбургской студии Эльбрусом Хостикоевым, председателем Свердловского общества осетинской культуры «Алания».

Доброе утро, Эльбрус Ахметович.

Эльбрус Хостикоев: Доброе утро.

Светлана Толмачева: А наших слушателей мы просим высказываться по вопросу: как трагедия в Беслане повлияла на вашу жизнь, как повлияла на жизнь всего российского общества?

Эльбрус Ахметович, давайте начнем с того же самого вопроса: как события, которые произошли ровно год назад, повлияли на жизнь вашей семьи или повлияли на жизнь российского общества?

Эльбрус Хостикоев: Я должен сказать, что события, которые произошли год назад, они повлияли не только лично на меня, на мою семью, я думаю, что это на всех людей планеты повлияло. Потому что такой трагедии, я думаю, что в истории человечества такого никогда не было, чтобы возможно было поднять руку на детей. Очень многие люди многие вопросы осознали после этого. И я думаю, что какие-то определенные выводы были сделаны.

Светлана Толмачева: В конце прошлого года Общество осетинской культуры, которое вы возглавляете, в Екатеринбурге находилось в центре всеобщего внимания. Здесь были и вопросы гуманитарной помощи, и затем журналисты из Екатеринбурга ездили в Беслан, снимали фильм о том, как распределяется эта помощь, что происходит в Беслане. Потом было обсуждение вместе с представителями вашего общества. А затем интерес как-то угас или он переместился в сферу каких-то культурных интересов?

Эльбрус Хостикоев: Человеческая память, говорят, короткая. Я бы не сказал, что интерес угас. Он угас у отдельных людей. А большинство людей, которых эта трагедия задела, конечно, и следили за событиями, и принимали участие, оказывали помощь. И по сегодняшний день мы этим занимаемся.

Буквально 12-го числа отсюда едет делегация в Беслан, это по линии партии «Единая Россия». По их инициативе в одной из новых школ, которые открыты будут в Беслане, уже оборудование все там и класс географии. И вот 12-го числа, на открытии этого класса отсюда поедет делегация.

То есть вопросы оказания помощи, они продолжаются. И я думаю, что эта трагедия, она не замеченной не останется еще многие десятилетия.

Светлана Толмачева: А вот кроме этой трагедии, есть ли какие-то поводы, которые объединяют представителей осетинской диаспоры на Урале?

Эльбрус Хостикоев: Я скажу, что мы объединились не после этой трагедии. Наше объединение, оно уже существует десятилетиями. Осетинская диаспора – это в основном бывшие военнослужащие. Потому что для Осетии служба в армии, она испокон веков. В дореволюционной России только генералов-осетин в Российской Армии было более 80 человек. Ни у одного народа, даже у больших народов, я не беру русских, украинцев, я имею в виду народы Кавказа, такого нет. Поэтому у нас и диаспора сформировалась в основном из числа тех, которые по воле судьбы попали сюда и остались, связали, так скажем, свою судьбу с Уралом. Поэтому мы и стараемся соблюдать свои традиции, как-то поддерживать друг друга. Поэтому это событие, оно больше нас сплотило. А диаспора и до этого существовала, и мы занимались, работали.

Светлана Толмачева: Есть звонок от наших слушателей. Доброе утро.

Слушатель: Доброе утро. Николай Александрович из Санкт-Петербурга. Я очень внимательно и следил, и слежу и за прессой, и записываю на видеомагнитофон все, что было в Беслане, и не только в Беслане. И когда все это случается, и с Евдокимовым, я все это записываю очень внимательно и потом просматриваю несколько раз. И я вижу, что это чисто провокация ФСБ. То есть именно захватчики... или ведут их ФСБэшники, или полностью это состав ФСБэшный, или ведут вот тех, кто участвует в этой операции, это чисто ФСБэшниками организовано, с тем, чтобы лишить нас последнего, то есть создать условия, под которые потом лишили нас последней надежды на выборы. У нас хоть и немножко, но на местную власть можно было влиять. А сейчас уже все, нас лишили этой возможности. Я уж не говорю о том, что все больше и больше это влияет и на свободу слова. Вот тот же Бабицкий, как говорится, съездил, нашел Басаева, а тут уже наши правители кричат и пытаются запретить свободу слова, даже не только у нас, а уже и за рубежом.

Светлана Толмачева: Николай Александрович, спасибо вам большое, что высказали это мнение.

Действительно, и после трагедии в Печатниках в Москве появлялась эта версия о причастности ФСБ к тому, что происходило, именно к организации терактов. Вот хотелось бы у Эльбруса Ахметовича спросить его мнение.

Эльбрус Ахметович вы, как бывший военный, вообще разделяете хоть в какой-то мере это мнение?

Эльбрус Хостикоев: Честно говоря, я это мнение абсолютно не разделяю. Конечно, это мнение существует, и в прессе все это озвучивалось. Я скажу так. Не может такого быть, чтобы в ФСБ подбирали извергов. Насколько я знаю, и в советское время, и на сегодняшний день отбор и подбор людей идет наиболее, так скажем, преданных Родине. Тут можно сказать, что, может быть, с попустительства не только ФСБ, но и других органов, и милиции, которая должна была провести профилактику этого мероприятия. Я бы сказал, что с их попустительства, может быть. Но я далек от мысли, что у нормального человека возникнет такая мысль, чтобы организовать такую варварскую акцию.

Светлана Толмачева: Вернемся к теме нашего разговора. Мы говорим о том, как повлияли события сентября прошлого года на жизнь российского общества. Сейчас все, конечно, подчинено подготовке к 3 сентября, когда по всей стране пройдут траурные мероприятия в память о погибших год назад в Беслане.

В Екатеринбурге пройдет сразу несколько акций памяти, как религиозных, так и светских. Подробнее о них расскажет екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Денис Каменщиков.

Денис Каменщиков: Моздокская икона Божьей Матери была написана монахинями екатеринбургского Ново-Тихвинского женского монастыря специально для одной из церквей Беслана. Где именно разместят образ, должен решить Владыка Феофан, епископ Ставропольский и Владикавказский. Рассказывает сестра Ново-Тихвинского женского монастыря инокиня Сафрония.

Инокиня Сафрония: Чудотворная Моздокская икона Божьей Матери, которая была преподнесена царицей Тамарой как раз этому народу, была выполнена в Византийской традиции. И сестры попытались ее как подлинник восстановить, чтобы люди молились перед этой иконой, потому что противостоять злу можно только молитвой. Они очень надеются, что у них получиться добраться до Беслана, чтобы лично передать это там. Но они будут зависеть полностью от того, как их там примут.

Денис Каменщиков: Светские власти также организуют траурные мероприятия. 3 сентября в Екатеринбурге состоится молодежное шествие в память о погибших во время бесланской трагедии. С инициативой проведения шествия выступили общественные организации Свердловской области. Говорит один из организаторов акции Елена Хлыбова, заведующая отделом молодежных программ областного департамента по делам молодежи.

Елена Хлыбова: Мы ожидаем, что в шествии примут участие 300 человек. Каждый из участников будет нести в руке свечу, кроме того, понесут транспаранты с надписями «Нет – терроризму», «Молодежи – будущее. Терроризм – в прошлое».

Денис Каменщиков: По инициативе администрации Уральского государственного горного университета 3 сентября будет проведен молебен и вечер памяти по погибшим в Беслане. Горный университет зимой этого года принимал в Екатеринбурге детей из 1-ой бесланской школы. Школьники сыграли в футбол на областных свердловских соревнованиях, а тренировали их студенты Уральского горного университета. Говорит ректор университета Николай Косарев.

Николай Косарев: Мы пригласили ребят в наш Спортивный дворец. Провели мастер-класс. И они стали участвовать в чемпионате – и победили в чемпионате среди школ Свердловской области. Вот «горняки», они достаточно высокий заряд футболистам дали, который позволил школьникам стать чемпионами.

Денис Каменщиков: Футболом, однако, не ограничились. При Уральском горном университете был создан Центр содействия национально-культурным автономиям Свердловской области, с которым сегодня уже сотрудничает большинство екатеринбургских диаспор, в том числе Общество осетинской культуры «Алания».

Светлана Толмачева: Эльбрус Ахметович, вы несколько дней назад вернулись из Северной Осетии. Скажите, насколько чувствуется приближение этой траурной даты, как это отражается на настроении людей?

Эльбрус Хостикоев: Действительно, я из Осетии вернулся буквально три дня назад. Был и в Беслане, и с людьми встречался. Этот траур, который до сих пор сохраняется, особенно это чувствуется в самом Беслане. Этот город, после этих событий он как-то стал совсем другим. И люди там... я туда раньше приезжал – они были веселые, и музыка звучала. Сейчас, даже по прошествии года, в городе ни музыки не услышишь, ни смеха, так скажем. Поэтому это чувствуется. И я думаю, что именно в Осетии это еще долго не пройдет.

Светлана Толмачева: Обсуждаются ли вашими земляками события буквально прошедшей недели – приглашение Владимиром Путиным в Кремль именно 2 сентября женщин из Комитета «Матери Беслана»? Вот как вы считаете, могла ли эта встреча состояться раньше, позже, но не в эти первые сентябрьские дни?

Эльбрус Хостикоев: Я думаю, что эта встреча, она должна была состояться раньше. Не надо эти вопросы приурочивать именно к каким-то событиям. Потому что это не какая-то PR-акция. Это горе.

И вы, наверное, тоже знаете, что буквально неделю назад проводилась акция именно родителей, чьи дети погибли. И справедливо они требуют, чтобы разобрались в этом деле, привлекли не одного Кулаева, который... я выражусь грубо, урод, попал туда, а именно с виновниками этого события. А виновных очень много. Как я уже говорил, и спецслужбы, которые должны были знать и провести профилактику этого. А получается, что министр внутренних дел Осетии уходит в отставку, козырнув, что он офицер, поэтому уходит. Можно было бы и застрелиться офицеру после таких событий. Начальник управления ФСБ, насколько мне известно, оказался начальником управления ФСБ в одной из областей Центральной России, вместо того, чтобы отвечать за эти события. Когда с первого дня всему миру врали, что в заложниках 300-400 человек.

Светлана Толмачева: И есть звонок от нашего слушателя. Доброе утро.

Слушатель: Здравствуйте. Анна Григорьевна из Москвы. Вы знаете, это действительно ужасная трагедия. И люди с болью в сердце ищут причину. Я тоже хочу попытаться найти причину. Когда все поменялось в России, эта «перестройка», то ведь поменяли только флаг, поменяли красный флаг на царский. И логично было бы под царский флаг вернуть Шаховских, Трубецких и Голицыных. Но под царским флагом остались Гайдар и Сванидзе, которые в 17-ом уничтожали Россию. И они сегодня... Это все сознательно делается. Никакие не ФСБ. Это вот эти люди, которые уничтожали в 17-ом всю Россию, и именно революционные роды эти Гайдаров, Сванидзе и Чубайсы. И они все это делают нарочно. Потому что лишить людей 1 сентября... это был самый великий праздник, радостный, а сейчас что с этими детьми... Ведь, действительно, я согласна с вашим собеседником, это пиар. И вот эта церковь – это все пиар. Это все, знаете, как на могиле танцуют. А смысл именно в том, что если вы вернули царский флаг, то надо возвращать было и дворянство из Европы, а не оставлять вот этих озлобленных пролетариев, кухаркиных внуков.

Светлана Толмачева: Спасибо, Анна Григорьевна, за то, что высказались на тему, которую мы сегодня обсуждаем.

Тот же самый вопрос – как повлиял теракт в Беслане на жизнь россиян? – задавала прохожим на улицах Екатеринбурга наш корреспондент Дарья Здравомыслова. Давайте послушаем, что говорили екатеринбуржцы.

- Просто страшновато. И есть ощущение того, что это может произойти в любой точке нашей страны. Во всех странах борются, я считаю. Почему нам нельзя бороться? Я считаю, что надо и можно бороться. В первую очередь, конечно, со стороны государства и силовых структур, ну а потом уже граждане должны свою бдительность тоже как-то проявлять, присматриваться к людям, если какие-то подозрительные субъекты. Что мы еще можем сделать?.. Наверное, ничего больше.

- Никак не повлияло. Мир достаточно жесток и беспринципен. Ну, жесткий контроль, тоталитарное общество, возможно, только сможет помочь нам.

- Мы очень расстроились. Стали бояться за своих детей. Опасения всегда существуют, где угодно, даже на соседней улице. То есть мы всегда боимся каких-то неприятностей, которые могут случиться с нашими детьми. А после этих событий – особенно. Мы идем в 8-ой класс. Я с утра, к сожалению, работаю, поэтому ребенок у меня пойдет в школу один. У нас линейка начинается в 11 утра. Существуют определенные структуры, которые обязаны следить за этим порядком. И наше дело – только надеяться, что люди будут добросовестно выполнять свои обязанности.

- Ну, переживания внутренние, душевные. А в моей жизни ничего не изменилось. Беслан-то далеко. Переживания чисто человеческие. А мыслей новых, нет, не появилось.

- Безусловно, ни коим образом. Но это очень страшная вещь. Единственное, что могу сказать, я работаю в учреждении образования, и не конкретно на мою жизнь повлиял этот теракт, а на жизнь учреждения, и очень значительно. Мы стали более внимательны, поставили охрану. Конечно, предотвратить они не могут, но это все равно лучше, чем ничего.

- Просто стал осмотрительнее. Обыкновенная внимательность. Безусловно, стал замечать несколько необычное либо поведение, либо просто окружающих.

- Конечно, жалко очень детей. Тем более, такой день – 1 сентября. И он совпадает с днем рождения моей внучки. Поэтому вроде праздник в нашей семье, и в то же время дети очень пострадали. Поэтому даже отменили празднование дня рождения внучки, переносим на более поздний срок. Это общая трагедия.

Светлана Толмачева: Эльбрус Ахметович, «красной» нитью сегодня, 1 сентября, проходит тема Беслана. Я знаю, что один из ваших детей – ваш младший сын – идет сегодня в 11-ый класс, если я не ошибаюсь. Скажите, пожалуйста, вот нет ли в вашей душе терзаний, сомнений, опасений насчет безопасности школы?

Эльбрус Хостикоев: Честно говоря, действительно, сегодня у меня младший сын идет в 11-ый класс. Будет поздравлять детей, которые первый раз пришли в школу. Мы с ним об этом вчера говорили.

Опасения, конечно, есть, ну, не за него, а в целом за наши школы, за состояние. Хотя вот полумеры, которые были после этих событий приняты, они действительно... вот как сейчас женщина сказала, хоть что-то сделано.

Конечно, надо сделать многое. И все зависит не только от спецслужб, но и от нас, жителей городов, сел, зависит многое, как мы к этому относимся, как мы содействуем нашим спецслужбам, органам оказываем помощь именно в профилактике аналогичных, не дай Бог, конечно, событий.

Светлана Толмачева: И у нас есть звонок от нашего радиослушателя. Доброе утро.

Слушатель: Доброе утро. Меня зовут Михаил Александрович, я из Санкт-Петербурга звоню вам. Эльбрус Ахметович, во-первых, передаю вам соболезнование всему осетинскому народу.

Эльбрус Хостикоев: Спасибо.

Слушатель: И во-вторых, самое главное, самая простая мысль: почему вы все, мужчины-осетины, надеетесь на каких-то солдат, пьяниц и продажных? Где вы сами, отцы убиенных этих детей? Неужели вы не можете собраться и найти этого Басаева, где бы он ни находился? Вы осетины, кавказцы. Это даже неудобно... Я даже сейчас лежу, не сплю, думаю: «Ну как это?..». Вы соберитесь и найдите этого Басаева. Неужели это не ясно? Спасибо вам.

Светлана Толмачева: Действительно, Михаил Александрович, поднял эту тему. Очень многим, наверное, жителям России не понятно, почему фигурирует Комитет «Матери Беслана», почему не видна поддержка отцов Беслана.

Эльбрус Хостикоев: Я бы так не сказал, что не видно отцов Беслана. И вот то, что этот призыв найти Басаева... Ну, после этих событий такие мысли в Осетии были, и предложения были: «Дайте возможность нам разобраться». Но это была бы и межнациональная рознь, и очень много людей погибли бы, которые, может быть, и не виновны в этих делах. Поэтому так нельзя решать вопрос. Действительно, есть люди, которые должны этим заниматься, которые, грубо говоря, зарплату за это получают. То, что осетины могут разобраться и найти виновников, в этом даже сомнений нет. И я скажу, что если в ближайшее время какие-то меры не будут приняты, не только в плане того, чтобы найти Басаева...

Вот я сейчас был в Осетии. 60 процентов молодежи нигде не работает – негде работать. Безработица в Осетии. Об этом же не говорят. В прошлом году я говорил, что в одной из газет написали, что из Осетии уезжают русские, что за последние 10 лет оттуда уехали 30 тысяч русских. А в этой газете не написали, что за это же время из Осетии более 100 тысяч осетин уехали, потому что негде работать. Об этом не говорят.

Светлана Толмачева: И это толкает, действительно, на преступления, это толкает на то, чтобы действительно уйти в теневой бизнес.

Эльбрус Хостикоев: Жить-то надо людям.

Светлана Толмачева: Еще одно мнение в нашем эфире сейчас прозвучит. Накануне мы связались с президентом Уральской гильдии политконсультантов Константином Киселевым и попросили его высказать свое мнение, как политолога, на то, как прошел минувший год для России, что Россия сделала в плане того, чтобы разобраться, что же произошло после трагедии в Беслане в нашем обществе, что произошло в жизни каждого российского человека. Давайте послушаем, каково мнение политконсультанта.

Константин Киселев: Беслан заставил всех вздрогнуть, заставил людей вспомнить о таких понятиях, как совесть, как правда, как честность, как справедливость. То есть о тех понятиях, о которых в повседневной жизни, в суете мы вспоминаем не очень часто.

И, соответственно, власти была предоставлена возможность сделать так, чтобы общество действительно стало честнее, правдивее, чище, моральнее. Однако власть, мне кажется, избрала немного другой путь, а точнее, путь совершенно противоположный. И тот год, который прошел после Беслана, мне кажется, он был годом отхода как раз от нравственности, справедливости. И воспользовавшись вот этой трагедией, власть начала закручивать гайки. Была ужесточена цензура, было сделано все для того, чтобы не дать вот тому позитивному импульсу, который возник, нравственному импульсу, который возник в обществе, реализоваться.

Результат мы имеем сегодня налицо. Во-первых, в обществе стала процветать коррупция, благодаря тем решениям, которые были приняты после Беслана, ухудшился инвестиционный климат, была задушена практически вся остававшаяся свободной пресса, люди стали еще более циничны на самом деле.

Поэтому вот тот год, который прошел после Беслана, я оцениваю как год, который прошел не на пользу России. И самое главное, что меня пугает, даже не какие-то экономические категории, а меня пугает то, что сегодня власть не стала чище, не стала более совестливой, не стала более правдивой. И вот это страшно.

Светлана Толмачева: Эльбрус Ахметович, в чем вы согласны с Константином Киселевым, а в чем - нет?

Эльбрус Хостикоев: Я, честно говоря, во многом с ним согласен. Но я бы не сказал, что меры, которые были приняты, как он сказал, - это меры «закручивания гаек» и так далее. Давайте посмотрим, пройдет время – и узнаем, дало это результат или нет. Это его мнение, а мнение руководства государства, наверное, немножко от его мнения отличается. Я в чем-то и поддерживаю руководство, в плане закручивания гаек. Потому что у нас таких событий раньше не было. Когда началась эта демократия, так скажем, Гайдар и другие пришли к власти...

Светлана Толмачева: Но у нас был и Буденновск, и Каспийск, и много других страшных событий. Не будем говорить о мере трагедий, но, собственно говоря, были возможности привести в порядок и спецслужбы, и внутреннюю безопасность, и милицию.

Эльбрус Хостикоев: Я хотел бы как раз об этом сказать, что можно было, но не приводилось это в порядок. И как результат – уже дошло и до Беслана. И я думаю, что вот эти меры, которые сейчас принимаются... давайте посмотрим год-два-три, может быть, положительный результат от этого будет. Нельзя оценивать по одному дню действия.

Светлана Толмачева: И мы выслушаем еще одного слушателя в нашем эфире. Здравствуйте.

Слушатель: Добрый день. Во-первых, выражаю чувство глубочайшего соболезнования и сочувствия. И пожелание, чтобы никогда это не повторилось. Не кажется ли вам, что, к сожалению глубочайшему, эта бесланская трагедия становится в течение последнего времени неким политическим козырем, которым пользуются не всегда в благовидных целях?

Светлана Толмачева: Спасибо за вопрос.

Эльбрус Ахметович, попробуйте, пожалуйста, ответить на этот вопрос. Действительно ли память о трагедии превращается в некий козырь?

Эльбрус Хостикоев: Я, конечно, в чем-то опять согласен. Отдельными лицами это используется, и было использовано, и даже в принятии решений, конечно. Ну, куда деваться?.. Эти события даже на бытовом уровне используют. Вы помните, когда после трагедии фиктивные счета открывались. То есть на человеческом горе, и это испокон веков было...

Светлана Толмачева: Мародеры найдутся всегда.

Эльбрус Хостикоев: Да, всегда найдутся. И будут использовать в личных целях. Поэтому от этого человечество пока не избавилось.

Светлана Толмачева: Еще есть один звонок от слушателя. Здравствуйте.

Слушатель: Скажите, пожалуйста, уважаемый Эльбрус Ахметович, как вы думаете, это случайность или филигранная работа наших органов, что всегда в живых остается только один преступник, чтобы его отдать под суд? Так было в «Норд-Осте», теперь так стало в Беслане. Спасибо.

Эльбрус Хостикоев: Ну, я не знаю. Вряд ли специально, скорее, это совпадение. Вот сейчас идет суд над Кулаевым, это, может быть, в какой-то мере немножко и фарс, показать, что вот у нас правосудие есть. Месяца два-три еще будут его пытать, судить. Хотя он никакой информации не даст. Ну, дадут ему 25 лет, пожизненно – но это же не решение вопроса будет. А то, что он один остался, я думаю, что это совпадение.

Светлана Толмачева: Вы надеетесь, что услышите правду, узнаете правду о том, что произошло с 1 по 3 сентября 2004 года в Беслане? Или же у вас и у ваших земляков все меньше и меньше уверенности в этом?

Эльбрус Хостикоев: Я думаю, что правду полностью мы все равно не узнаем. Потому что вот то, что и в средствах массовой информации, и официальные лица заявляют – это, конечно, полуправда. А всю правду, конечно, мы никогда не узнаем. Ее знают только люди, которые там были и пострадали. Но их правду никто не услышит.

Светлана Толмачева: Спасибо вам, Эльбрус Ахметович. Я знаю, что вы спешите сейчас в школу, чтобы поздравить своего младшего сына с поступлением в 11-ый класс, с началом нового учебного года. И также вы собираетесь поприсутствовать в школе номер 48 города Екатеринбурга, где заложена роща в память о жертвах Беслана. Я вас не буду задерживать. Благодарю вас за участие в нашей программе. И надеюсь, что на Радио Свобода мы будем встречаться и по радостным поводам, а не только по печальным событиям. Спасибо вам большое.

Эльбрус Хостикоев: И вам спасибо. Если можно, я бы хотел поздравить сегодня все-таки, хоть и дни тяжелые для нас, всех детей, родителей. Это действительно великий праздник. Поэтому дай Бог, чтобы наши дети никогда даже не слышали о таких событиях.

XS
SM
MD
LG