Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новый сезон внешкольного образования


Программу ведет Татьяна Валович. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Татьяна Вольтская. Гости студии - заведующий лабораторией морского бентоса городского Дворца творчества юных Вадим Хайтов и психолог Наталья Карпова.

Татьяна Валович: Начался новый учебный год, и вместе с ним - новый сезон для внешкольного образования. В петербургском Дворце творчества юных идет набор в кружки. В этом году он начался на пять дней раньше, чем обычно.

Татьяна Вольтская: Дворец творчества юных давно зарекомендовал себя как место, куда каждый год стремятся попасть тысячи питерских школьников, желающих заниматься всем, чем угодно, от хореографии до лингвистики и от бокса до геологии. В этом году дворец работает по 356 образовательным программам, а учебных групп здесь около 1200. Непопулярных направлений практически нет, но интересы детей год от года меняются. Говорит заместитель генерального директора по учебно-воспитательной работе дворца Мария Катунова.

Мария Катунова: Кто был еще, например, пару лет назад говорил о том, что он хочет стать геологом? Сегодня в Горном институте один из самых больших конкурсов в Санкт-Петербурге. А наши ребята, которые участвуют в геологических олимпиадах, конкурсах, они очень успешны при поступлении вот в такие профильные вузы, потому что их там уже хорошо знают.

Татьяна Вольтская: Во дворце хорошо развиты всевозможные творческие направления: театры, студии, оркестры, музыкальные классы, дизайн-центр, студия изобразительного искусства, Театр юношеского творчества, театральная студия "Розыгрыш", а также техническое творчество.

Мария Катунова: Из новых программ, что мы в этом году предлагаем, Юношеский клуб общественных наук - мы предлагаем такую программу для старшеклассников, где начало юриспруденции, политологии, социологии.

Татьяна Вольтская: Оказывается, детей, интересующихся этими дисциплинами, становится все больше. Дети занимаются и математикой, и физикой, и филологией, и иностранными языками. Кроме школьников, приходят во Дворец и малыши, начиная с четырех лет, в школу раннего развития.

Посетительница Дворца: Мы хотим танцами заняться, пением, спортом.

Татьяна Вольтская: Говорит бабушка маленькой Полины. Да и сама она, кажется, хочет заниматься всем сразу.

Полина: Я петь буду, танцевать и физкультурой заниматься.

Татьяна Вольтская: И все-таки больше всего во дворце подростков от 11 до 18 лет. Кстати, 60 процентов из них мальчики. Здесь, между прочим, гордятся тем, что сохранили у мальчишек любовь к космонавтике, в последние годы утратившейся популярность. Кроме того, опять становятся востребованными спортивные секции, в которые еще недавно было никого не зазвать.

Татьяна Валович: А сегодня у нас с гостях заведующий лабораторией морского бентоса городского Дворца творчества юных Вадим Хайтов и психолог Наталья Карпова.

Прежде всего, у меня вопрос к психологу, который, наверное, вам чаще всего задают и сами себе задают родители. Сейчас, когда говорится о том, что постоянная нагрузка в школах возрастает, нужно ли еще ребят дополнительно обучать в кружках, и с какого возраста? Может быть, первоклашек не надо трогать, у них и так очень сложный год, начать со второго класса. Как помогает, может быть, дошкольное образование, наоборот, сориентироваться и улучшить успеваемость в школе?

Наталья Карпова: Дело в том, что интерес у ребенка начинает появляться в 9 лет. То есть 9 лет - это тот возраст, когда ребенку необходимо дополнительное образование. До этого конечно для детей лучше какая-то нагрузка физическая: танцы, бассейн, спортивные секции. Потому что когда ребенок идет в школу, очень много сидит за партой, для него это неестественно. И хорошо бы, чтобы ребенок двигался. Не всегда у нас есть возможность во дворах активность ребенку обеспечить, поэтому хорошо секции двигательные.

А в 9 лет у ребенка, как цветы, расцветают интересы. Интерес может длиться месяц, полгода, год, а может быть на всю жизнь. И задача разумного родителя - обеспечить эти условия. Лучше всего, конечно, прийти к специалистам в системе дополнительного образования.

Татьяна Валович: Мы слышали репортаж, там была маленькая совсем участница внешкольного образования. А что делать, если драмкружок, кружок по фото, а мне еще и петь охота?

Наталья Карпова: В этом случае тоже хорошо. Как правило, в школу раннего развития приходят дети, которые не ходят в детский сад.

Татьяна Валович: Или в школу. У них есть свободное время, не такая нагрузка в школе. А если в 9 лет, скажем, хочется заниматься и тем, и тем, и тем, как беседовать с таким человек и объяснять, что, может быть, ему надо сконцентрироваться сначала на чем-то одном?

Наталья Карпова: Беседы с ребенком психолога, беседы с родителями позволят определить приоритеты, что же в первую очередь, по фото или петь. Ребенку иногда очень тяжело расставить акценты и мы помогаем это сделать.

Татьяна Валович: Бывает так, например, девочка хочет заниматься мотоспортом, мама ни в какую. Как тут учитывать и интерес ребенка, чтобы его вообще не отвратить от чего-то, и в то же время найти общий язык между ними?

Наталья Карпова: Опять же, поговорить и с тем, и с другим.

Татьяна Валович: Но категорически запрещать нельзя.

Наталья Карпова: А как же запрещать? Я знаю, сколько женщин в 40 лет, матери семейства, байкеры. Что в этом плохого? То есть важно поговорить и с мамой, и с девочкой и помочь им просто договориться друг с другом. Есть такая поговорка: куда ребенок повернулся, туда и дуй. В конце концов, она пойдет в этот мотокружок, понюхает эти мотоциклы, подержит руль в руках. Я верю в то, что здравый смысл всегда побеждает. То есть, даже оценив свои способности, ребенок сам, наверное, откажется, если это не для него. Но понюхать надо.

Татьяна Валович: Вадим Михайлович, ваша лаборатория называется строго научно - Лаборатория морского бентоса. Во-первых, расшифруйте для наших слушателей, которые не посвящены в вопросы биологии, что это такое. Во-вторых, такое научное название говорит о том, что у вас занимаются только старшие школьники?

Вадим Хайтов: Уточню, наша лаборатория называется Лаборатория экологии морского бентоса или гидробиологии. Она существует более 40 лет. Возникла изначально при Зоологическом институте, потом прошла очень долгую эволюцию и, наконец, оказалась во Дворце творчества юных.

Пару слов о названии. Начну со слова "экология". Многие сейчас используют это слово как слово, которое обозначает все, что угодно, связанное с охраной природы. Мы занимаемся наукой экологией, биологической наукой экологией, которая занимается изучением взаимоотношений в живой природе: взаимоотношениями между организмами, между организмами и средой их обитания.

Что касается бентос? Бентос - это население морского дна, вообще дна любого водоема. Креветки, крабы, морские звезды, морские ежи, камбалы - это все наши объекты.

Что касается того, с какими ребятами мы работаем, то правильно сказала Наталья Сергеевна, нельзя ориентироваться на какой-то узкий спектр интересов. К нам приходят самые разные ребята, причем обычно мы лучше всего работать начинаем с детьми, которые учатся в 6-7 классе, то есть это еще не старшие школьники. Довольно много ребят уходит от нас, потому что понимают, что это довольно специфическая, сложная среда. Это хорошо, потому что они понимают в дальнейшем, что занятие полевой биологией или наукой для них не годится. А если человеку нравится коллектив или то, чем мы занимаемся, он остается и далее уже начинает специализироваться, и к 11-му классу очень многие ребята уже имеют самостоятельные публикации даже в международных журналах. Так что они довольно рано вливаются в этот сложный, но интересный мир науки.

Татьяна Валович: Наталья Сергеевна, как вы считаете, вообще название секции, кружка как-то влияет, предопределяет выбор ребенка? Скажем, если ребенок только пришел, он не знает, куда он хочет, и вдруг он видит какое-то название или, с одной стороны, это может его оттолкнуть, если он не понимает, с другой стороны, наоборот, "ой, я хочу, что это такое непонятное, я буду этим заниматься".

Наталья Карпова: Так однозначно нельзя сказать. Есть люди, которые любят непонятное, тогда их может привлечь это слово. А в основном дети, конечно, реагируют на то, что они уже определили свой интерес, они знают, как он называется, они ищут эти слова и ориентируются на них.

Татьяна Валович: Для младших школьников, помимо двигательных секций, говорят, очень помогает для развития и мелкая моторика, то есть лепка, резьба по дереву. Как с этим?

Наталья Карпова: Мелкая моторика очень хороша для дошкольников, младших школьников, чтобы развить руку, потому что это еще и прямая связь с развитием интеллекта, развитие мелкой моторики и крупной тоже. Но именно в дошкольный, в начальный школьный возраст больше работает мелкая моторика, поэтому это хорошее дело.

Татьяна Валович: Вадим Михайлович, безусловно, очень интересны, наверное, те ребята, кто любит природу, читают до сих пор еще Жюль Верна. Приходя к вам, они хотят все-таки и руками потрогать тех морских звезд, а не только посмотреть на картинке. Такая возможность существует? У вас есть какие-то наглядные пособия или вы только фильмы показываете?

Вадим Хайтов: Конечно, у нас в первую очередь все направлено на то, чтобы потрогать и поработать. Самое большое место, где можно потрогать, это экспедиция, в которую у нас ребята ездят в обязательном порядке, где они включаются в настоящую исследовательскую работу биологов. Вот мы сейчас привезли морских звезд, морских улиток, все это можно посмотреть, потрогать руками. Есть огромная коллекция препаратов, которые ребята могут воочию посмотреть. У нас много фильмов и рассказываем мы много.

Татьяна Валович: Вадим Михайлович, вы сказали о том, что ездите в экспедиции. Они, наверное, в летнее время проходят?

Вадим Хайтов: Нет. Наша лаборатория выезжает и зимой. Уже 18 лет мы проводим экспедиции в одно и то же место, где проводим наблюдение за состоянием донных сообществ, и каждое лето у нас два выезда на Белое море. В последнее время стали ездить еще на Баренцево и Черное море, сейчас как раз у нас экспедиция на черноморском побережье.

Татьяна Валович: Организация экспедиций, с экономической точки зрения, ложится на плечи родителей или как-то помогает кто-либо?

Вадим Хайтов: Помогает в основном Летняя оздоровительная компания, которая проводится каждое лето: 30 процентов финансируется из государственного бюджета, соответственно, оставшееся - это родительские взносы.

Татьяна Валович: Лаборатория существует давно. Кстати, вы сколько уже там работаете?

Вадим Хайтов: Как преподаватель я работаю уже 13 лет, а в лаборатории уже 20.

Татьяна Валович: Как интерес меняется? В какие годы приходило больше, меньше ребят? Как вы сейчас ожидаете?

Вадим Хайтов: Динамика существует очень интересная и определенная совершенно. Во-первых, сейчас стали приходить более младшие классы. Если раньше к нам приходили седьмой-восьмой класс, то сейчас пятый-шестой. Вообще, надо сказать, седьмой класс, самый наш любимый возраст, он почему-то куда-то пропал.

Теперь что касается интересов. Сейчас все больше стали приходить ребята, которым интересно все, а не специально что-то по биологии. Так что изменилась очень сильно.

Татьяна Валович: Наталья Сергеевна, Вадим Михайлович сказал о том, что сейчас в его секцию стали приходить дети более младшего возраста. О чем это свидетельствует? О том, что действительно научный прогресс и та информационная аура, которая существует вокруг российских детей? Как эта нагрузка сказывается с психологической точки зрения на ребенка?

Наталья Карпова: Нагрузка информационная?

Татьяна Валович: Да.

Наталья Карпова: Неоднозначно, на мой взгляд, она сказывается. Все зависит от того, какого рода информацию получает ребенок. Все-таки очень много негативной информации - это нехорошо. Как правило, многие дети умеют отсекать ее, но есть те, которые не умеют этого делать, и вот это тогда становится проблемой. Допустим, исследования говорят, что влияние поп-культуры однозначно очень отрицательно влияет на развитие личности. Вместе с тем сейчас очень много такой информации. И задача взрослых - позаботиться о том, чтобы меньше этого делать.

Татьяна Валович: Как раз тут задача, наверное, дополнительного образования, чтобы отвлечь от телевизора и занять чем-то другим.

Наталья Карпова: Да. Система дополнительного образования необходима в нашей стране. Ребенок должен иметь альтернативу.

Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста.

Слушатель: Здравствуйте. Все-таки практика показывает, что в 9 лет у ребенка бывают случайные, как бы прихотливые увлечения, которые он потом бросает. А вот лет в 13 уже осознанно, в этом возрасте надо вовсю выявлять еще и научными способами его способности, потому что это очень важная часть современной жизни, образования. Спасибо.

Татьяна Валович: Такая реплика нашего слушателя обращена именно к Наталье Сергеевне. Наверное, если в 9 лет не начать чем-то заинтересовывать, то в 13 уже будет поздно.

Наталья Карпова: Чтобы в 13 было осознанно, важно в 9, чтобы ребенок, там, там и там побывал.

Татьяна Валович: То есть ничего страшного для родителя, например, нет, если сегодня он пойдет в один кружок, через полгода пойдет, попробует себя в другом кружке.

Наталья Карпова: Это нормально.

Татьяна Валович: То есть не нужно этому противиться и говорить, что у ребенка нет цели в жизни.

Наталья Карпова: Да. Единственное, что неоднозначно, если ребенок занимается в музыкальной школе. Бывают такие моменты у детей, когда они готовы бросить. Тут конечно не так однозначно, нужно помочь ребенку все-таки продолжить. Другое дело, если там совсем все очень плохо, тогда заставлять ребенка не надо.

Татьяна Валович: Вадим Михайлович, как же вы справляетесь с теми ранними приходами к вам? Насколько вы готовы? Понятно, если человек приходит раньше, не в седьмом классе, а уже в пятом, то и программы нужно подстраивать как-то по-другому. Насколько у вас гибки те программы, которые вы предлагаете школьникам?

Вадим Хайтов: Мы стараемся подстроиться под эту тенденцию, хотя это, конечно, нам трудновато в этой ситуации, потому что у нас все педагоги специализированные, уже много лет работали с более старшими ребятами. Но на самом деле опыт показал, что то, что мы предлагаем ребятам, что мы рассказываем, им нравится и интересно и в этом возрасте, они с удовольствием втягиваются. Так что наша программа оказалась вполне адаптированной к этому.

Татьяна Валович: Занятия, которые у вас проходят, абсолютно бесплатные или все-таки что-то платится?

Вадим Хайтов: Что касается оплаты, то с этого года введена обязательная плата 100 рублей в месяц за уборку территории дворца и охрану, плюс, когда мы выезжаем, естественно родители делают взносы. Все остальное бесплатно.

Татьяна Валович: Это понятно, чтобы оплатить ту же дорогу, которая не всегда бывает доступной.

Кстати, а вот изучая природную среду, говорите ли вы о тех природных катаклизмах и о том, насколько нужно соблюдать правила поведения на природе, не нарушать ту экологическую среду? Потому что то, что происходит сейчас, например, выезжая на водоемы отдыхать, видишь, какой ужас там творится.

Вадим Хайтов: Это непременный совершенно компонент нашей работы с ребятами. У них перед глазами очень хороший пример. Мы с ними работаем на территории заповедника, где охранный режим очень строгий. И когда мы попадаем в какую-то другую среду, ребята сразу видят контраст и понимают, что можно сделать с этой самой природой, в которой они живут.

Что касается природных катаклизмов и так далее, то, с научной точки зрения, они сами по себе интересы. Мы с ребятами пытаемся это анализировать. Потому что прессе очень много каких-то эмоций, а вот научный анализ с ребятами тоже очень важно проводить. Скажем, мы пытаемся разобраться с тем, что происходит сейчас в биосфере, откуда берутся ураганы, тайфуны, это ведь тоже все неслучайно. Очень важно, чтобы ребята с этим разобрались на научном уровне, попытаемся с ними в этом году поговорить об этом.

Татьяна Валович: У нас есть вопрос от слушателя. Пожалуйста, вы в эфире.

Слушатель: Здравствуйте. Могу сказать с полной уверенностью, что наши учителя, в общем-то, не знают наших детей, абсолютно не знают. Поэтому такие катаклизмы и происходят с нашими детьми. Наших детей прекрасно знает ЦРУ, "Моссад", разные неформальные разведгруппы, которые влияют на наших детей, но не наши, к сожалению, педагоги.

Татьяна Валович: Ну... как комментировать такой вопрос?

Вадим Хайтов: На мой взгляд, уважаемый слушатель тоже не очень разбирается в наших детях. Потому что, судя по тому, что я знаю, это абсолютно здесь не причем.

Татьяна Валович: Наталья Сергеевна хочет добавить.

Наталья Карпова: Я хочу сказать, что влияние действительно очень сильное. Те люди, которые оказывают влияние, они знают детскую психологию. Но это неправда, что детей не знают родители, педагоги. Я считаю, что все педагоги, которые работают и в нашем учреждении, и многие педагоги Санкт-Петербурга, и всей нашей страны, выполняют великую миссию - защиту наших детей от какого-то ненужного, нехорошего влияния. Я считаю, что очень серьезную поддержку они оказывают всей нашей нации, и всем им за это большое спасибо.

Татьяна Валович: Вот городской Дворец творчества юных существует, хотя несколько лет назад ходили слухи, что его могут выселить. Однако все-таки система всего дошкольного образования, как в Петербурге, так и в России, особенно в глубинке, сокращается. Вы знаете, Наталья Сергеевна, как вообще в Петербурге в этом году по районам? Можно ли говорить о том, что из-за того, что в районах сокращается эта система, все идут в городской Дворец творчества юных? С этим ли связано, что на пять дней раньше стали принимать заявления?

Наталья Карпова: Вы знаете, сокращается в средствах массовой информации. Послушаешь телевидение, почитаешь газеты, там написано, что ничего не происходит. Неправда. Система дополнительного образования нисколько не изменилась. Она имеет очень широкую сеть и не только народное образование. Практически в каждом вузе существуют секции для детей, во многих музей. Где-где, а в Санкт-Петербурге очень любят детей и заботятся о них.

Татьяна Валович: Наверное, тут говорится о сокращении системы бесплатного дополнительного образования.

Наталья Карпова: И это неправда. Если плата существует, то она, в общем, какая-то условная.

Татьяна Валович: Доступная для большинства родителей, вы считаете.

Наталья Карпова: Да. Бывают, конечно, элитные какие-то, где очень высокие цены, языковые курсы или еще что-то. Но это уже, мне кажется, дело вкуса, потому что есть семьи, где считается неприличным платить мало денег. Поэтому семье, которая не имеет возможности платить, все равно у нее есть возможность широких услуг образовательных бесплатных или за какую-то минимальную плату. Я считаю, что 100 рублей в месяц любая семья может найти.

Татьяна Валович: Будем надеяться, что в Петербурге это действительно так.

Вадим Михайлович, такой интересный вопрос. На прошлой неделе было сообщение РИА "Новости" о том, что в Нижнем Новгороде поймана достаточно интересная рыба, которая не должна существовать в Волге. Оказалось, что действительно это окунь какой-то американский. Как он проник в наши воды, непонятно. Таких замечаний или открытий у вас не происходит в связи с изменениями и климата, и того, что перемешивание какое-то экологическое идет?

Вадим Хайтов: На самом деле тут надо очень четко отделять зерна от плевел, дело в том, что очень много всяких журналистских уток бывает. Но на самом деле такие перемещения животных, совершенно нетипичные для каких-то мест, это совершенно обыденное явление, с ним мы сталкиваемся сплошь и рядом. Скажем, в нашем Финском заливе наблюдается совершенно явная экспансия моллюска дресена полиморфа, который живет гораздо южнее.

Татьяна Валович: Это с чем связано?

Вадим Хайтов: Главным образом перевозится балластными водами. Балластные воды в каких-нибудь кораблях, судно переходит из одной акватории в другую, там вода сливается, и оказалось, что этот моллюск может прижиться здесь. Он очень хорошо себя чувствует в теплых водах, сливающихся с электростанций, вот в таких местах.

Татьяна Валович: Насколько это может повлиять на изменение вообще ареала распространения других моллюсков, животных и так далее?

Вадим Хайтов: Бесспорно, это может повлиять. Одна из серьезнейших проблем, которая сейчас наблюдается в Баренцевом региона, связана именно с этим. Был акклиматизирован камчатский краб, он там размножился в неимоверных количествах. В Норвегии давно уже его добывают, а у нас добывать его запрещено, по крайней мере, без какой-то очень серьезной лицензии. В итоге, этот краб начал серьезно выедать донную фауну, которой он питается, что составило серьезную конкуренцию, скажем, гаге, которая ею тоже питается. В итоге численность птиц в районе Баренцева моря стала сокращаться. Вот, пожалуйста, это результат такого вмешательства в дела природы.

Татьяна Валович: А почему не разрешают добывать? Это связано с тем, что не могут, не умеют или в "Красную книгу" занесены?

Вадим Хайтов: Пограничная зона.

Татьяна Валович: Вмешивается политика. Скажите, пожалуйста, у вас есть какое-то сотрудничество с институтами? Насколько я понимаю, уже одиннадцаклассники особенно вовлечены в такую научную деятельность и хотят и в дальнейшем продолжить в этом направлении свою работу.

Вадим Хайтов: Бесспорно, мы сами по себе не могли бы существовать, потому что мы работаем для кого-то. В первую очередь это Кадаушский государственный заповедник, с которым мы уже более 40 лет сотрудничаем, кроме того, Санкт-Петербургский государственный университет. Это самые мощные наши партнеры. Мы сами все выпускники университета и с ним конечно связь поддерживаем. И Зоологический институт Академии наук, тоже наши любимые партнеры. К сожалению, сейчас там сложная ситуация.

Татьяна Валович: Финансовая, вы имеете в виду.

Вадим Хайтов: В первую очередь, да. Поэтому они очень заинтересованы, чтобы проходили наши ребята, выпускники к ним потом работать. Но пока в государстве не изменится отношение к науке, которое сейчас имеется, это безумно трудно делать. Конечно престиж, тем более зоологии, которая имеет очень отдаленное прикладное применение...

Татьяна Валович: Нет сиюминутной отдачи, как всегда хотят получить.

Вадим Хайтов: Отдача есть, но она получается очень-очень нескоро, это фундаментальная наука.

Татьяна Валович: Из тех выпускников, кто в этом году у вас выпустились, приходили к вам, говорили, кто куда поступил?

Вадим Хайтов: Конечно. В первую очередь они к нам прибегают и говорят. Очень много поступило на биофак.

Татьяна Валович: То есть все-таки по профилю.

Вадим Хайтов: На самом деле у нас специализации какой-то жесткой нет, есть выпускники, которые в ФСБ работают, есть бизнесмены. Очень многие идут на биофак и в медицину. В этом году как раз такие выпускники.

Татьяна Валович: Вместе с тем, достаточно мало ребят, выпускников школ смогут ориентироваться в профессиональных навыках.

У меня вопрос к Наталье Сергеевне, как к психологу. Скажите, пожалуйста, чем можно объяснить то, что достаточно значимая часть выпускников не может найти сразу себя? Отсутствие той системы профориентации, которая существовала в Советском Союзе?

Наталья Карпова: Несколько факторов и этот в том числе. Прежде всего, у детей нет информации. Мы говорили, с одной стороны, что информации очень много, с другой стороны, информации о профессиях практически нет. Меня удивило в этом году на приеме, что у девочек одна из самых популярных профессий в ряду других - няня. Я спрашиваю: почему няня. "Ну, фильм показывают, там так интересно и весело, такая веселая работа".

Помните, в советское время (можно по-разному к этому относиться) были фильмы про сталеваров, автозаводчиков, еще про кого-то. Сейчас вообще этого нет. И информации нет. Вот парадокс нашего времени. То есть, если бы были целенаправленные программы, то, что сейчас переходит наша система образования из непрофильного в профильное, хочется верить, что все хорошо получится и тогда конечно ситуация изменится.

Татьяна Валович: Не как говорил господин Черномырдин: "Хотелось как лучше, а получилось как всегда".

Наталья Карпова: Хочется. Я все-таки верю, что здравый смысл победит, вопрос времени просто.

Татьяна Валович: В каком возрасте можно говорить о том, что подходить как-то осознанно к профессии? Как психологи с помощью каких-то тестов могут помочь определить направления?

Наталья Карпова: Тут все неоднозначно. Существует стереотип, вот приходят родители, ребенок маленький, пытаются очень пристрастно со мной разговаривать, "помогите определить талант ребенка". Говорят, что талант очень рано проявляется. Тут все наоборот. Действительно, если талант есть, в четыре года он уже вылезет, в пять, в шесть. Если таланта явно нет, пытай, не пытай, у ребенка другие способности появятся позже. То есть не надо в шесть лет стараться это понять. Следующий этап - это вообще образование ребенка. Что такое образование? Это передача всего того, что накопила культура. Сам процесс обучения ребенка очень важно.

Следующий этап - это 9 лет, когда начинают интересы расцветать, как цветы, и каждому цветку нужно найти свое место. И потом уже, где-то на рубеже 14-16 лет, когда уже, в общем-то, личность сформирована, интеллект сформирован, тогда можно говорить о диагностике, особенности личности, интересам, мотивации. Мотивация, интеллект, личность и интересы - вот эти четыре вещи.

Татьяна Валович: Спасибо, Наталья Сергеевна и Вадим Михайлович.

XS
SM
MD
LG