Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Уральский государственный педагогический университет отмечает 75-летний юбилей


Программу ведет Олег Вахрушев. В программе принимают участие – Борис Игошев, ректор Уральского государственного педагогического университета, и Надежда Чикалева, проректор по учебной работе Омского педагогического университета.

Олег Вахрушев: Уральский государственный педагогический университет отмечает 75-летний юбилей. В Екатеринбурге и за его пределами этот вуз славится не только высоким уровнем подготовки специалистов, но и активной внеучебной жизнью своих студентов. О том новом и неординарном, чем привлекают к себе абитуриентов руководители педагогических учебных заведений, мы и будем говорить сегодня с экспертами в Омске и Екатеринбурге.

Сегодня рядом со мной в студии Радио Свобода – Борис Игошев, ректор Уральского государственного педагогического университета, заслуженный работник высшей школы Российской Федерации, профессор.

Здравствуйте, Борис Михайлович.

Борис Игошев: Доброе утро.

Олег Вахрушев: Борис Михайлович, во-первых, я, конечно же, поздравляю вас и ваш университет с этой круглой датой. Один из старейших университетов, педагогических учебных заведений России. И, естественно, приятно, что вы находитесь в нашей студии.

Борис Игошев: Спасибо за поздравление.

Олег Вахрушев: Борис Михайлович, скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, сегодня, в современной России профессия педагога престижна?

Борис Игошев: Профессия педагога престижна в России была всегда, как и во всем мире. Это связано с тем, что каждый ребенок нуждается в профессиональной поддержке, для того, чтобы его личность могла развиться, быть успешной, счастливой, подготовленной к тем реалиям жизни, которые существуют во всем мире и в России, может быть, прежде всего. Чрезвычайно престижная профессия, особенно качественно работающего учителя.

Знаете, во многих школах и дошкольных учреждениях есть определенная очередь родителей, которые хотели бы отдать ребенка именно данному педагогу. В ход пускаются знакомства, спонсорские взносы, подарки, потому что понимает каждый взрослый человек, что вот то, что будет заложено в ребенка в детском возрасте, в возрасте становления, развития личности, окажет самое позитивное, или не позитивное, если этого не получится, влияние на всю его последующую жизнь.

Кстати, профессия учителя, она и самая уважаемая, или одна из самых уважаемых и самых престижных. И такой, вероятно, она останется всегда, до тех пор, пока дети или подрастающее поколение в глазах общества, родителей будет приоритетным, будет самым главным объектом внимания.

75 лет нашему вузу – и это большой срок. И многое из того, что требует от нас государство и общество, мы сейчас делаем.

Еще раз спасибо за поздравление. И я поздравляю своих коллег - 17 тысяч студентов, 1,5 тысячи работников – с этим знаменательным юбилеем. Думаю, что многое, что мы планировали, то, что предполагается с точки зрения вхождения дальнейшего нашего университета, как ведущего педагогического вуза Уральского региона, и его становления, как одного из вузов, связанного с крупными международными программами, произойдет. И может быть, юбилей – это просто повод для того, чтобы еще раз сказать: мы должны сделать больше, и мы можем это сделать.

Олег Вахрушев: Говоря о престиже, вы, Борис Михайлович, более все-таки моральную сторону этой проблемы затронули. Понятно, что не хватает денег учителям, понятно, что президент России Путин выдвинул несколько идей по поводу того, чтобы в финансовом плане эта профессия была престижна. Мы об этом, естественно, будем разговаривать.

И нас интересует мнение наших слушателей о том, как повысить престиж профессии педагога не в моральном плане и не только, наверное, в финансовом плане.

Уральский государственный педагогический университет один из старейших вузов Урала. Спустя 75 лет после основания независимые эксперты включают его в список ста лучших вузов России.

Но 17 тысяч студентов Уральского педагогического университета занимаются не только учебой. О том, что их ждет за рамками лекций, рассказывает екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Ирина Мурашова.

Ирина Мурашова: 24 студенческих отряда, вокальная студия, коллектив современного танца, школа брейк-данса, театр-студия, студенческий театр мод, центр авторской песни «Ладонь», ансамбль современной музыки… Список того, чем студенты Педагогического университета могут заниматься во внеучебное время, можно продолжать еще долго. Их не останавливает даже отсутствие актового зала. Заведующая сектором культурно-массовых мероприятий университета Ольга Сурикова говорит, что в год в вузе проходит до сорока акций различного масштаба. Многие из них выходят за рамки университета. Тысячи людей смеются над шутками команды КВН УрГПУ.

Ольга Сурикова: «Девочки, вот у меня парень манную кашу хочет. Как научиться готовить манную кашу без комков?». Ей все советуют: «Лучше парня смени. Потому что очень сложно приготовить манную кашу без комков».

Ирина Мурашова: Команда КВН УрГПУ - полностью женская. Такова особенность вуза - девушек здесь больше. Однако присутствие мужчин в этом специфическом университете все же заметно. Например, Музей памяти воинов-интернационалистов «Шурави» 14 лет назад создали студенты, прошедшие Афганистан. Инициатором открытия музея, который получил статус муниципального, был ныне проректор по социальной и воспитательной работе Владислав Середа. Он тоже воевал в Афганистане. И сейчас своим главным долгом он считает заботу о студентах - чтобы нуждающиеся могли жить в общежитиях, а неравнодушные - заниматься творчеством.

Владислав Середа: Мы сначала проводим анкетирование первокурсников и выясняем их творческий потенциал, их возможности, а с другой стороны, востребованность тех или иных мероприятиях.

Ирина Мурашова: Сотрудники Педагогического университета – реалисты, и понимают, что все их студенты вряд ли станут учителями. Но специфика вуза отражается и в мероприятиях, которые он проводит. В рок-фестивале «На крыше» кроме 2,5 тысяч студентов университета участвовали и школьники, и учащиеся колледжей. Они не только слушали музыку, но и незаметно для себя становились участниками педагогической акции против наркотиков.

Владислав Середа: Создание благоприятных условий для развития именно личности мы ставим во главу угла. Личность, способная к саморазвитию, к самовыражению, а не куда-то уходить в подвалы, уходить в себя и так далее. И вот мы стараемся создать такую среду, чтобы они, общаясь с нашими студентами, видели, что можно отдыхать, чем-то увлекаться, но не надо губить свое здоровье.

Ирина Мурашова: С подачи Педагогического университета проходят многие известные сейчас в Екатеринбурге акции. Возможно, скоро в городе появится еще одна - общевузовский выпускной вечер.

Олег Вахрушев: Борис Михайлович, 17 тысяч студентов, масса зданий по всему Екатеринбургу, но нет актового зала. Что происходит?

Борис Игошев: Актовый зал предполагался на территории теперешнего главного корпуса. На стыке «Уралмаша» и «Эльмаша» у нас есть 14 гектаров земли, прекрасный сад, посаженный в соответствии с биологическими законами и специалистами нашего географо-биологического факультета. Есть проект этого актового зала, но, как всегда, в период перестройки, до времени изменения и планового финансирования строительных работ актовый зал не был построен.

Зато мы успели построить и в прошлом году пустить в ход прекрасный учебно-спортивный комплекс – зал для игровых видов спорта, для общефизической подготовки, для аэробики, для подготовки специалистов, которые могли бы иметь массу тренировочного времени. И это, видимо, достаточно уникальный зал.

А что касается актового зала, мы пытаемся сейчас сделать соответствующие заявки в Федеральное агентство по образованию. У нас есть место, и это очень важно, что есть пустой кусок земли, на котором сейчас можно будет просто начать строительство. Но, к сожалению, строительство очень дорогое – 50-60 миллионов рублей. Есть разграничение между бюджетами. Даже область сейчас не может нам помочь, учитывая 122-ой закон, тут есть странное следствие этого закона, которое разделило бюджеты разных уровней.

Но у нас есть возможность использовать находящийся рядом Дом культуры имени Лаврова, Дворец культуры «Уралмашзавода», где нам предоставляют за очень скромные, понятно, арендные деньги помещения.

Кроме того, аудиторный фонд университета, а это больше холлы, во второй половине дня используется, наверное, на 200 процентов нашими студентами. Вечером даже в коридоре, в небольшом холле рядом с ректоратом и с моим кабинетом работает одна из студий. Приходят молодые, веселые, задорные девушки и юноши, которые осознают, что важно знать не только предмет, который они будут преподавать, или предметную область, а просто быть интересными личностями, и вообще прожить студенческую жизнь интересно.

Я думаю, во многом университет свою деятельность строит еще и таким образом, чтобы жизнь студентов была достаточно полной, не замыкаясь только на том образовательном процессе, который существует.

Конечно, образовательный процесс очень сложен. Государственные стандарты современного уровня даются студентам достаточно напряженным трудом, и это правильно, они должны успеть за пять лет получить все, что необходимо для будущей жизни. Но вот это качественное образование, на которое, собственное, и идут абитуриенты в наш университет, оно требует массу усилий. Но требуется и личность. В жизни вообще нужна личность – личность, умеющая одеться, умеющая представить себя, умеющая обеспечить свою личную жизнь, и вообще живущая интересно. Я думаю, вот этот гуманитарный, гуманный принцип отношения к студентам как к личности, не как к субъектам или объектам образовательного процесса, - это главное для нашего университета. И это получается.

Сегодня, перед приходом в студию, я показывал «Комсомольскую правду», где наша студентка, первокурсница, мастер спорта по художественной гимнастике победила в престижном конкурсе месяца «Комсомольская правда» России». В сентябре она является «Мисс «Комсомольская правда». Разве это плохо для девушки быть такой личностью, да, даже внешне личностью и быть потом достаточно успешным человеком? Я думаю, вот это самое главное, на что ориентируется университет.

А что касается большого количества студентов, то это очень хорошо. То есть люди осознали, что качественное гуманитарное образование, которое еще дает возможность навыков управления людьми: умеешь управлять детьми в классе – сможешь управлять и взрослым коллективом, - и стала, наконец-то, доходить эта простая, может быть, или не очень простая истина до значительного количества людей, и не только из системы образования.

Конечно, мы берем «целевиков» 200 человек, они потом вернутся. У них есть договор. Они имеют колоссальную льготу. Им достаточно сдать экзамены – и они уже студенты. При конкурсе на некоторые специальности 20 человек на место это колоссальная льгота, и за нее нужно заплатить потом трудом, может быть, с не очень высокой заработной платой. А все остальные стремятся получить вот то образование и, может быть, тот дух, который существует в университете, уважения к студентам.

Олег Вахрушев: Тем не менее, Борис Михайлович, в последнее время с некоторым скепсисом из министерских кабинетов в Москве смотрят на гуманитарное образование. Считают, что сейчас гуманитариев слишком много стало и не к чему такое количество людей, получивших именно гуманитарное образование.

Борис Игошев: Я хочу сразу сказать, что ведь изменение отношения к гуманитарному образованию – это мировая тенденция. Дело в том, что, так или иначе, трудовые функции каждого человека требуют его переучивания каждые 5-10 лет, радикального переучивания. И в этом смысле вот эта гуманитарная составляющая формирует в человеке возможность, во-первых, более широкого взгляда на вещи, кроме того, возможность креативного осмысления того, что происходит.

Более того, именно западные и американские инженерные вузы, например Массачусетский технологический, ввели впервые, несмотря на некоторые возражения всех, в том числе и общества, и родителей, значительное количество гуманитарных курсов, для того, чтобы не было узкотехнического зашоривания, может быть, направленности мозгов. Потому что гуманитарное образование дает широкий уровень интеллекта, прежде всего, и возможности анализировать. Ведь закон Ома, он и в Африке закон Ома, там нечего анализировать. Но анализ литературного произведения позволяет человеку проявить себя как личность в этом смысле. И это не профессиональный навык, это навык личности, который необходим в дальнейшем для нее.

Поэтому гуманитарное образование – это некоторое благо, которое, как это ни странно, может быть, неосознанно, но осознается людьми как возможность выжить в современном мире при любых его социально-экономических раскладах, а особенно не всегда внятных или расширенных в России. А гуманитарное образование по новому стандарту...

Кроме того, многих интересует и государственная система. Система образования, являясь государственной и муниципальной, она достаточно устойчива. Всегда найдется образованному человеку место педагога в школе. Может быть, и это привлекает ребят к нам. Ну а уровень зарплаты, к сожалению, вот он таков, о котором мы все говорим.

Олег Вахрушев: И у нас на телефонной связи из Омска Надежда Чикалева, проректор по учебной работе Омского педагогического университета.

Здравствуйте, Надежда Викторовна.

Надежда Чикалева: Здравствуйте.

Олег Вахрушев: Надежда Викторовна, скажите, пожалуйста, как на ваш взгляд, все-таки можно повысить престиж профессии педагога, но не в том моральном ключе, о котором Борис Михайлович уже говорил?

Надежда Чикалева: Я думаю, что Борис Михайлович прав по тем моментам, о которых он упомянул. И все-таки я считаю, что повысить престиж нашей педагогической профессии может и должен сам учитель, прежде всего, качеством своего труда. Это первое.

Второе. Наверное, мы все понимаем, что материальная подпитка, поддержка учителя – это чрезвычайно важно, но это не единственное. Потому что сегодня существуют и могут существовать другие формы стимулирования хорошей, качественной работы – это, конечно, жилье, прежде всего. И я должна сказать, жилье для молодых специалистов. И в нашей Омской области, и в городе Омске сегодня и губернатор, и мэр нашего города предпринимают усилия для того, чтобы выделить жилье для молодых специалистов. Я думаю, что это очень серьезный факт, который может повлиять на дальнейшую судьбу молодых учителей.

Олег Вахрушев: Надежда Викторовна, скажите, пожалуйста, после выхода из стен вашего университета, примерно каков процент выпускников сразу же идут в школы?

Надежда Чикалева: Я бы хотела сказать, что наши выпускники идут в сферу образования, а не только в школы. А это и профессиональное образование, профессиональные училища, колледжи, университеты. Часть из них идет в дополнительное образование. И поэтому около 60 процентов выпускников идут работать в сферу образования. Другой вопрос, сколько остается. Но это, наверное, уже отдельная тема, и тоже очень серьезная.

Олег Вахрушев: И что касается престижа профессии. Пессимистичное послание от слушателя Доброго на пейджер: «Если среди учителей есть немногие, которые совершают развратные действия по отношению к ученикам, вынуждают к взяткам родителей за свои услуги, весь этот престиж летит к чертям, сколько им ни плати». Ваш комментарий, Борис Михайлович.

Борис Игошев: В любом случае, любое неправомерное правонарушение или неправомерное этическое действие, нарушающее этику работу учителя, как и в любой другой сфере, - это плохо, это отвратительно, и это должно находить, безусловно, профессиональную оценку системе как образования, так и профессиональную оценку, видимо, системе правоохранительных органов. И я не думаю, что это связано в целом с профессиональной направленностью или даже бедностью человека. Бедные люди, как и богатые, есть честные, бесчестные, есть этически выдержанные, не выдержанные, есть воспитанные и не воспитанные.

Это плохо. С этим нужно бороться. Людей нужно увольнять, профессионально ограничивать их деятельность вообще с детьми. Хотя, конечно, есть некоторые мнения в обществе, которые иногда проводятся как высказывания коллективов людей и на телевидении, и на центральном телевидении, где говорят: «Это же бедность». И она в какой-то мере оправдывает или непрофессиональное поведение, или нечестные поступки со стороны людей в системе образования, здравоохранения, культуры, бизнеса – где угодно.

И я думаю, что человек должен быть честен перед собой и перед обществом всегда. Если тебя не устраивает заработная плата в школе, в любой другой системе образования... ты подготовлен, ты работаешь в открытом, демократическом обществе, ну, уйти оттуда, найди другое место, где тебя в большей степени оценят. Но не порти жизнь ни себе, ни будущему поколению.

Я согласен со слушателем, это безобразие и это отвратительно.

Курсы этики, которые преподаются в нашем вузе, позволяют ориентировать студентов на то, каким образом профессионально вести себя, в том числе профессионально зарабатывать деньги за то высокое качество...

Я согласен с Надеждой Викторовной. Я рад ее слышать. Мы коллеги. Я помню, Надежда Викторовна, как вы были несколько лет назад у нас на аттестационном процессе. И наш коллектив с удовольствием вспоминает профессиональное общение с вами.

И я думаю, что это должно, во-первых, пресекаться. Во-вторых, должно воспитываться нормальное отношение со стороны всех. Не можешь, не умеешь, не хочешь – надо уходить. И в этом нет ничего плохого. Люди, которые не справляются в одной сфере, могут справиться в другой сфере. Но сфера образования – это очень тонкая сфера. Она связана с ребенком. Ребенок может получить из рук человека, которого по статусу он должен уважать, слушать, воспринимать, может быть, в чем-то копировать, передавая обратно точки зрения контроля знаний, которые он получает... Это очень тонкая сфера. И нельзя губить душу ребенка в самом начале.

Я согласен с нашим слушателем, что это отвратительно, и с этим надо, безусловно, бороться.

Другое дело, что не всегда такие действия находят достаточную оценку. Иногда родители испытывают некоторое беспокойство за ребенка, не будет ли система образования в лице школы, коллег каким-то образом влиять отрицательно, что называется, мстить за своего коллегу. Я думаю, что в открытом, демократическом обществе такие процессы должны происходить открыто, гласно. И это позволит уберечь детей, самое главное, от разного рода действий, о которых говорил наш уважаемый слушатель.

Олег Вахрушев: В одном из своих интервью Борис Михайлович Игошев высказал некоторое неудовольствие (наверное, я так это назову) качеством образования дистанционного, именно вот в этом ключе. И я хочу задать вопрос Надежде Викторовне. Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, действительно ли это достаточно порочное образование, когда человек, студент пытается получить образование без контакта с мастером, скажем так, с человеком, который его старше, который богаче знаниями? И как это происходит в Омском педагогическом университете, расскажите, пожалуйста.

Надежда Чикалева: Сегодня любой педагогический университет, и вообще любое высшее учебное заведение заинтересовано в том, чтобы использовать новые технологии в работе со студентами. И мы рассматриваем дистанционное образование как одну из технологий, которая может быть применима в высшей школе. Я не считаю, что это панацея от всех бед. Я не считаю, что это единственный способ получения высшего образования. Дистанционное образование может быть использовано наряду с другими технологиями, что мы сейчас и делаем. И мне кажется, что дистанционное образование применимо в тех случаях, когда школьник или студент отдален от места обучения, и для получения консультаций, для использования тех методических материалов, к которым сегодня нет активного доступа, он может в этом плане работать. Дистанционное образование, мне кажется, сегодня должно все большее значение приобретать в работе с людьми, у которых есть ограниченные возможности, физические возможности, и они могут сегодня дома, имея компьютер, получать образование.

Я солидарна с Борисом Михайловичем. И, в свою очередь, хочу воспользоваться этой ситуацией и поздравить весь коллектив с юбилеем. Это действительно известный вуз в стране, и с очень хорошими, добрыми традициями. И я желаю процветания университету и дальше.

И мы понимаем сегодня, все высшее образование, что и в этом деле – в дистанционном образовании – есть, извините за выражение, халтура. Есть вузы, которые имеют массу, большое количество на сегодняшний день таких дистанционных точек, где они как будто бы осуществляют образование. Я считаю, что нам нельзя снижать планку.

И мы сегодня в нашем университете... у нас есть центр дистанционного образования, у нас есть сегодня технические возможности для организации этой деятельности. Но самое главное, над чем мы сейчас работаем, это даже не техническая сторона, а содержательное наполнение: что мы можем сегодня предложить нашему студенту. Мы можем просто дать ему консультацию или мы можем сделать такой учебно-методический комплекс, который даже сегодняшний студент очного отделения или заочного отделения может им воспользоваться.

Я думаю, что у дистанционного образования есть будущее, но оно должно быть очень качественно выполнено.

Олег Вахрушев: Борис Михайлович, выскажете свое мнение по поводу качества образования, что касается именно дистанционного образования.

Борис Игошев: Я совершенно согласен с Надеждой Викторовной. В любом образовательном процессе должны применяться разные технологии. Ведь это зависит от того студента, школьника, молодого человека, который принимает участие в образовательном процессе. Кто-то проще воспринимает знания с точки зрения лекционного процесса, кому-то удобнее и лучше поработать с книгой, кто-то, может быть, зайдет на соответствующий сайт университета и посмотрит информационные материалы.

Мне кажется, что здесь есть общее мнение педагогических вузов, которые считают, что подготовка учителя должна вестись в мастер-классах. И вот лучший педагог в вузе, работающий... или лучшие педагоги в течение пяти лет фактически своим примером формируют вот эту учительскую профессиональную часть самого будущего педагога, студента. Это очень важный процесс. Без личностного общения сделать качественное образование нельзя.

С другой стороны, совершенно очевидно, что необходимо работать и после учебного процесса. И дистанционное образование, как технология, позволяющая самостоятельно доучивать, допонимать, довоспринимать те знания, расширять свой кругозор, чрезвычайно важно. И очень важно, в том числе, когда люди находятся в отдаленных территориях и не могут часто приезжать в центральный офис, главный учебный корпус. И в этом смысле и заочное образование для тех людей, которые после окончания педагогического колледжа фактически доучиваются, доформируют свою фундаментальную часть, вот эта часть для них приоритетна.

Конечно, очень важно, чтобы такая система существовала и внутри самого вуза, чтобы студент мог в компьютерном классе своего факультета, института, дома зайти на сайт университета и посмотреть, что там происходит, скачать информационный материал, поработать с ним самостоятельно. Это тоже чрезвычайно важная технология обучения прямо здесь, на рабочем месте.

Так или иначе, переучиваться придется всю жизнь. Дети, общество меняются настолько интенсивно, что учитель должен учиться непрерывно для того, чтобы соответствовать тем требованиям, веяниям, вообще обществу, для которого он готовит людей. Я думаю, что такое сочетание разумное дистанционных форм обучения или передачи информации и все-таки работа с педагогом, который явным образом, налицо демонстрирует те методы, приемы, может быть, какие-то авторские штрихи того, что можно потом мультиплицировать, передать при работе дальнейшей со студентами, это достаточно важно.

Наш университет придерживается этого, как, впрочем, и Омский педагогический университет. И я думаю, что такая взвешенная политика, без халтуры, как говорит Надежда Викторовна, она вполне разумна.

Олег Вахрушев: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Георгий, Санкт-Петербург. Мне думается, что престиж педагога может только поднять само время в его совокупности явлений. А вот уважение к личности педагога, конечно, зависит от самого педагога, от того багажа, который он имеет, от умения общаться с учениками, от той пользы, которую он реально может принести учащимся. Вот такое мое мнение. Тем более, я сам из этой профессии. Спасибо.

Олег Вахрушев: На пейджер пришло сообщение. «Борис Михайлович, ваш вуз готовит педагогов, которых в России называют учителями. Однако наш Бог Иисус говорит: «А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас учитель – Христос» (Матфей)». Согласны ли вы, что нам нужно просвещение, а не образование?

Борис Игошев: Все-таки надо иметь в виду, что разные уровни образовательных учреждений ставят перед собой разные цели. Допустим, педагогический университет, как и другие профессиональные учебные заведения, сочетает в себе высококачественное, фундаментальное образование и квалификацию, которая позволяет реализовывать конкретно трудовые функции на рабочем месте.

Дошкольное образование формирует ребенка, вводя его в тот мир, в котором он будет жить, ориентируя его, может быть, на достаточно простые, но очень понятные и, может быть, очень сложные для ребенка категории: категории добра и зла, категории права, категории государства, категории отношения к обществу, к родителям, к старшим, к младшим, к брату, к сестре, к семье.

Средняя школа дает общее образование, которое позволяет ориентироваться в мире науки, в мире социальных процессов, в мире того, что можно называть творчеством. У каждого образовательного учреждения своя цель и свои задачи, соответственно, и свои технологии, и организация образовательной деятельности.

Безусловно, во всех процессах становления людей... и всегда, впрочем, играла роль как религия, так и атеизм. И в данном случае слово «учитель» трактуется достаточно по-разному. Учитель – это может быть название профессии, то есть те функции, которые выполняет человек. В данном случае нет никакого противоречия ни с Матфеем, ни с другими религиозными источниками.

Учитель в высшем смысле слова может восприниматься как человек, который знает все, который понимает все, это высший авторитет, это гуру, это тот, к которому приходят как к источнику некоторого высшего знания, возможно, духовного. И для людей, которые ощущают в религии возможность своей личной поддержки, это благо. И государство не должно этому мешать. Личность и ее права, и вообще движения души личности должны уважаться. Я думаю, здесь нет противоречия. Тем более, как и советская школа, так и российская школа с уважением относятся собственно к гуманистическим принципам. Даже в Кодексе строителей коммунизма гуманистические принципы, уважение к личности, правда, в большей степени ориентированные на интересы государства, все-таки уважались.

Я думаю, что уважаемый слушатель совершенно прав. Но он с какой-то стороны не все оценивает, что происходит сейчас в государстве, особенно в системе образования.

Олег Вахрушев: Тем не менее, на таком достаточно глобальном рассмотрении вопроса образования и учительства мы заканчиваем нашу беседу.

Я благодарю наших экспертов, которые участвовали в сегодняшнем разговоре.

XS
SM
MD
LG