Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Воронеже убит студент из Перу


Программу ведет Андрей Шарый. Принимает участие корреспондент Радио Свобода Лиля Пальвелева.

Андрей Шарый: В Воронеже убит студент из Перу. Двое иностранных студентов из Перу и Испании жестоко избиты, они госпитализированы с черепно-мозговыми травмами. По данным правоохранительных органов, нападение совершено группой молодых людей численностью до 20 человек, возбуждено уголовное дело. В Воронеже это уже далеко не первый подобный случай.

Коалиция гражданских и правозащитных организаций Воронежская "Гражданская ассамблея" 10 октября провела экстренное заседание, посвященное очередному убийству иностранного студента в Воронеже. Участники встречи заявили, что они уже давно предупреждали руководство области о необходимости системных мер по борьбе с ксенофобией и расизмом. Однако, по мнению собравшихся, власти предпочитают мероприятия исключительно правоохранительных органов, которые показывают слабую эффективность, или встречи с бутафорскими общественными структурами вместо того, чтобы попытаться решить эту проблему с реально действующими региональными гражданскими, правозащитными и антифашистскими организациями. Корреспондент Радио Свобода Лиля Пальвелева беседовала с жителем Воронежа, президентом Международного молодежного правозащитного движения Андреем Юровым.

Лиля Пальвелева: Чем вы объясняете, что именно в Воронеже так часто происходят такого рода события?

Андрей Юров: Здесь два очень серьезных объяснения. Первое, я уверен, что Воронеж, может быть, не самый главный, но входит в первую пятерку городов, где очень сильны ксенофобские и, я бы сказал, профашистские настроения, причем сильны в обществе, и они много лет поддерживались если не властью, то, по крайней мере, близкими к власти силами, с одной стороны.

С другой стороны, это все-таки достаточно вялая реакция правоохранительных органов. Только в последний год, насколько я знаю, стали впервые приниматься дела по поводу нападения на иностранных студентов, которые стали квалифицироваться не как хулиганство, а все-таки как нападения на расовой почве. И это произошло только после первого трагического случая - убийства год назад африканского студента. До этого правоохранительные органы смотрели на все это сквозь пальцы и считали обычным бытовым хулиганством, хотя уже банды скинов и нацистов разгуливали по городу и терроризировали огромное количество иностранных студентов.

Лиля Пальвелева: Известно, кто виновен в нынешнем инциденте?

Андрей Юров: Сейчас идет следствие. И не факт, что именно это является нападением на расовой почве. Тут все может быть. Может быть, конечно, и бытовое преступление, и какие-то экономические вещи. Но то, что в любом случае речь идет о некой системе и о том, что далеко не все благополучно в ситуации с иностранными студентами в Воронеже и еще в нескольких городах, - это совершенно очевидно.

Кстати, именно поэтому в ближайшую неделю будет запущен специальный сайт по консультациям иностранных студентов, чтобы они могли получить быстро правовую помощь при случаях особенно нападения на них, когда не принимаются заявления от них в органах милиции и так далее. Многие из них чувствуют себя, действительно, незащищенными и не имеют возможности вовремя и быстро реагировать на подобные угрозы. Сайт будет организован международным молодежным правозащитным движением. В нескольких городах к нам обращались правозащитники и иностранные студенты с этими проблемами. Ситуация ухудшается.

Лиля Пальвелева: Какие самые важные рекомендации готовы дать студентам, обучающимся в России?

Андрей Юров: Самая важная рекомендация - это, конечно, умение общаться с правоохранительными органами. Потому что наибольшее количество ситуаций возникает либо когда сами правоохранительные органы, скажем так, не совсем законно действуют против иностранных студентов, я имею в виду не только проверку документов, но и многие другие вещи. И второе - это когда иностранные студенты сталкиваются с тем, что правоохранительные органы не приходят к ним на защиту. Милиция отказывается заводить дела, принимать заявления. И в этом случае очень важно, чтобы иностранный студент либо знал очень хорошо процедуру, например, писал заявление в двух экземплярах и обязательно на втором экземпляре просил расписаться того, кто должен принять заявление. Иначе доказать, что действительно были какие-то случаи правонарушений, просто невозможно. По крайней мере, быстро мог обращаться в какую-либо правозащитную организацию (в каждом регионе или в крупном городе, где учатся иностранные студенты, есть какие-то правозащитные организации), чтобы потом невозможно было, допустим, правоохранительные органам заявить, что никаких таких преступлений не было, это первый случай. Например, в ряде городов мы слышали о том, что уже сотни раз иностранные студенты пытались обращаться в милицию (там не было, конечно, убийства, не было тяжелых увечий, но были очень неприятные столкновения со скинами), милиция каждый раз либо отказывалась это делать, либо говорила, да, а потом заявления исчезали бесследно. Так получилось, что в последние годы многие политики, которые в Воронеже пользовались общественной популярностью, достаточно часто использовали либо ксенофобскую, либо антисемитскую, либо кавказофобскую риторику, притом, что власти региона, если не попустительствовали им, то, по крайней мере, никак не реагировали на эти вещи.

Классический пример - тот же господин Рогозин, который баллотировался от Воронежской области. Конечно, на федеральном уровне он не допускал очень многих жестких ксенофобских высказываний, но в Воронежской области, конечно, отличался этим. И, видимо, именно это связано было с его популярностью. Конечно, несколько лет такой усиленной пропаганды многое сделали.

То же самое касается и нескольких изданий, которые достаточно часто использовали ксенофобскую пропаганду. При этом власти региона и города на протяжении последних пяти лет практически никогда не пытались идти на контакт с реальными гражданскими правозащитными или антифашистскими организациями. Они предпочитали отделываться либо созданием каких-то бессмысленных общественных советов, которые созывались в первый и последний раз в течение трех лет, после чего ничего не происходило, либо создавали какие-то бутафорские структуры, хотя вроде бы власти должны были быть заинтересованы в том, чтобы эту проблему все-таки быстро решить.

Мне кажется, что единственный способ решения - взаимодействие с гражданским обществом. Исключительно полицейскими мерами эту проблему в Вороне уже не решишь, совершенно точно. Слишком сильны ксенофобские настроения, слишком много скинов, всегда этот город было оплотом еще РНЕ и многих других подобных неприятных организаций.

XS
SM
MD
LG