Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

16 ноября - Международный День толерантности


Программу ведет Никита Татарский. Принимают участие корреспонденты Радио Свобода Михаил Саленков, Татьяна Вольтская и Ян Рунов.

Никита Татарский: 16 ноября - Международный День толерантности. 10 лет назад в этот день ЮНЕСКО была провозглашена декларация принципов толерантности. На эту тему наш корреспондент побеседовал с директором Института толерантности Натальей Копелянской.

Михаил Саленков: Наталья Георгиевна, хотел бы вас попросить дать подробное определение толерантности.

Наталья Копелянская: Есть подробное определение, которое написано в Декларации принципов толерантности ЮНЕСКО, которое умещается мелким почерком на двух страницах. Я думаю, что нет смысла его приводить. Есть очень хорошее определение, которое принадлежит великому историку Михаилу Яковлевичу Гефтеру, которое мне очень близко. Оно заключается в двух словах: толерантность - это чтобы было разнообразие, и толерантность - это труд.

Михаил Саленков: Но в то же время терпимость.

Наталья Копелянская: Я бы оперировала словом "открытость".

Михаил Саленков: 16 ноября является Международным Днем толерантности, поскольку в этот день 10 лет назад ЮНЕСКО провозгласил Декларацию принципов толерантности. А вы можете назвать эти основные принципы толерантности?

Наталья Копелянская: Основной принцип толерантности - это уважение разнообразия и стремление к диалогу. Существуют два основных метода толерантности: правовой - когда в стране появляется то или иное право, которое уменьшает дискриминацию, и второй - через образование, которое базируется на принципах уважения чужого и иного взгляда, религии, отношения.

Михаил Саленков: На ваш взгляд, каков уровень сегодня толерантности в России?

Наталья Копелянская: Сложно измерить, откровенно говоря. В разных ситуациях по-разному. Проводились исследования различными социологическими институтами, такими как "Левада-Центр", как Независимый Центр социологии в Петербурге. Последние опросы показали, что, например, уровень толерантности в городе Москве к иным национальностям гораздо выше, чем, например, отношение к таким явлениям, как пьянство, наркомания и тому подобное. Люди гораздо более толерантны к соседям, которые являются представителями других национальностей, других конфессий, чем к соседу-алкоголику.

Михаил Саленков: В России есть Федеральная целевая программа "Толерантность". Слышали ли вы о ней и о ее работе, ее результатах?

Наталья Копелянская: Да, конечно. Это один из первых шагов, программа была основана в 2001 году, ею руководил профессор Московского государственного университета Александр Асмолов. И ее результаты - в большом количестве публикаций, в работе большого количества университетов по этой проблеме. И я знаю, что существуют очень успешные практики по работе с беженцами, подростками, одним словом, это очень плодотворная программа. Только жаль, что непонятно ее будущее и будущее всех ее разработок. Но, безусловно, наработан очень важный опыт.

Михаил Саленков: Чем занимается ваш Институт толерантности?

Наталья Копелянская: Институт толерантности поддерживает образовательные и культурные инициативы, которые связаны с диалогом культур, с диалогом религий, с доступом к информации и работой с детьми. Мы стараемся в основном действовать через культуру. Мы считаем, что библиотеки, музеи, другие культурные институты гражданского общества зачастую в провинции подменяют роль общественных организаций. Мы поддерживаем публикации, выставки, образовательные программы с детьми. Отдельно еще работаем с музеями по изменению образа региона через культуру. Последний наш большой проект связан с работой в Московской области. Здесь мы объявляем грантовый конкурс Министерства культуры Московской области, одного, как нам кажется, из самых уязвимых регионов, который очень сильно расслоен, не имеет своей идентичности. У нет центра, поскольку центр Московской области - это город Москва. Основными исполнителями наших проектов, которые будут реализованы в течение следующего года, выступают учреждения культуры.

Михаил Саленков: На ваш взгляд, есть ли у толерантности негативные стороны? И нельзя ли в качестве примера привести сегодняшнюю Францию?

Наталья Копелянская: Вы знаете, я бы не говорила про негативные стороны. Я бы задала вопрос по-другому: почему не работает? Потому что есть различные проявления толерантности. Нам до 11 сентября казалось, что Америка весьма успешна в продвижении идей толерантности, а после 11 сентября нам казалось, что Европа гораздо более успешна и что в Англии и во Франции это продвигается, я бы так сказала, более приближенно к человеческому размеру. Но после Англии этим летом нам казалось, что, может быть, политика Франции по отношению к эмигрантам более успешна. А последние события нам показывают, что нужно искать какие-то новые решения, потому что наши попытки, которые были сделаны в течение 10 лет, не могут быть признаны удачными.

Никита Татарский: По статистике, каждый второй иностранный студент в России хотя бы раз подвергался насилию. Количество убийств на почве национальной ненависти растет, и Петербург занимает в этой печальной статистике одно из первых мест.

Татьяна Вольтская: По официальным данным, только в 2005 году в Петербурге совершено около 20 нападений на иностранных студентов. Последним погиб музыкант, участник многих пацифистских акций Тимур Кочарава, убитый неизвестными 13 ноября.

Всего в российских вузах учатся почти 100 тысяч иностранных граждан, Россия зарабатывает на этом около 150 миллионов долларов. В дальнейшем при благоприятных обстоятельствах эта сумма может увеличиться до полумиллиарда долларов. Но благоприятные обстоятельства вряд ли наступят скоро. По данным Центра Юрия Левады, только 20 процентов опрошенных россиян считают, что в России могут жить без каких-либо ограничений представители всех без исключения наций. Половина опрошенных уверены, что нужно ограничить проживание в России выходцев с Кавказа, столько же мечтают вытеснить из страны китайцев и вьетнамцев, 30 процентов опрошенных косо смотрят на выходцев из стран СНГ и цыган, 18 процентов не прочь избавиться от евреев. Несмотря на стремительное уменьшение населения страны, на вступающий в свои права демографический кризис, 40 процентов россиян желали бы ужесточить миграционные законы. Основными очагами растущего насилия на почве национальной ненависти являются Москва и Петербург, за ними идет Кубань и еще 24 российских региона.

Говорит координатор организационного комитета Движения "За Россию без расизма", недавно возникшего в Петербурге, Александр Винников.

Александр Винников: Напряжение в городе растет. И это напряжение постоянно прорывается в разных местах. Убийство иностранцев, убийство Тимура Кочаравы - это следствие этого процесса. Боюсь сейчас вдаваться в длительные рассуждения о корнях этого процесса, он очень давно подготавливался, и боюсь, что так быстро это не рассосется. Для того чтобы предотвратить дальнейшую эскалацию агрессии, насилия, которое сейчас начинает в городе принимать все более масштабный характер, необходимы, с моей точки зрения, консолидированные усилия всей общественности.

Татьяна Вольтская: Известно, что правоохранительные органы и городские власти очень часто не спешат признавать, что причиной избиений и убийств иностранных студентов является национальная ненависть. Тем не менее, Александр Винников уверен, что дело не столько во властях, сколько в самом обществе, потому что без участия самого общества, особенно всех его демократических сил, такие проблемы решить невозможно.

Никита Татарский: Соединённые Штаты Америки считают себя одним из наиболее толерантных государств мира. "И для этого есть основания", считает американский эксперт, с которым беседует наш нью-йоркский корреспондент Ян Рунов.

Ян Рунов: Ошибочно думать, что американское общество было изначально терпимым в отношении меньшинств - расовых, религиозных, этнических, говорит вице-президент исследовательской правозащитной организации "Дом Свободы" Арч Паддингтон.

Арч Паддингтон: Исторически, конечно, мы рассматривали себя как самое терпимое и гостеприимное государство в отношении иностранцев, беженцев, иммигрантов. С одной стороны, это действительно так, но с другой - мы были совсем не толерантны в отношении прежде всего чёрного населения Америки. Терпимость мы приобретали с каждой новой волной иммиграции и с расширением борьбы расовых меньшинств за гражданские права. Например, протестанты, выходцы из Великобритании не были мирно настроены в отношении католиков - ирландцев, итальянцев, поляков, затем нетерпимостью были встречены евреи - иммигранты из Восточной Европы. Потом были иммигранты из Азии, из стран Ближнего Востока - их культура и религия отличалась от доминирующей культуры и религии в США. Наше общество очень хорошо знает, что такое дискриминация. Но по мере того как иммигранты находили работу, давали образование детям, покупали дома, при этом сохраняя свою веру и свои традиции, американское общество становилось всё терпимее, всё толерантнее. Это - исторический процесс.

Ян Рунов: А когда правительство взяло курс на толерантность как интенсивную национальную политику?

Арч Паддингтон: Первым шагом на этом пути стала отмена в 60-х годах XX века законов, дискриминирующих афро-американских граждан страны. Тогда же были изменены иммиграционные законы. Раньше предпочтение отдавалось иммигрантам европейского происхождения, а в 60-х годах была запрещена дискриминация по расовым, национальным или религиозным признакам в эмиграционной политике. Расизм, религиозная, этническая нетерпимость у нас теперь преследуется и на рабочем месте, и в учебных заведениях, и в средствах массовой информации. Наши успехи в этом очевидны, если сравнивать с другими государствами, с той же Францией и рядом других стран Европы, которые столкнулись сейчас с проблемами. У нас дискриминация не только запрещена законом, но этот закон постоянно действует. Когда люди видят, что могут быть наказаны, они подчиняются закону. Но главное, толерантность вросла теперь в нашу культуру - в этом суть успеха, а не только в законах. Во Франции можно сколько угодно принимать законы против дискриминации, но если сами французы не хотят принять в своё общество живущих в соседнем доме мусульман, ничего не получится. То же самое в России.

Ян Рунов: Это был Арч Паддингтон, вице-президент правозащитной исследовательской организации "Дом Свободы".

XS
SM
MD
LG