Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Доступность медицинской помощи в России


Программу ведет Евгения Назарец. В программе принимают участие - Игорь Вяткин, врач общей медицинской практики, и Алексей Гусаров, главный терапевт Омской области.

Евгения Назарец: Доступность медицинской помощи в сельских районах Свердловской области, да, наверное, и не только в Свердловской области, сегодня ниже, чем в 40-е годы прошлого века. Например, в Свердловской области за последние 10 лет закрылись 67 участковые больницы. Врачи и власти региона еще в 1992 году заговорили о возрождении земства – так до революции называли службу, которую сегодня реформируемая медицина именует общей врачебной практикой. Тему продолжает екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Ирина Мурашова.

Ирина Мурашова: Сейчас здоровье жителей села хуже, чем у горожан. Чаще случаются самоубийства, алкогольные отравления, здесь больше травм. А возможностей получить помощь – намного меньше. За последние 10 лет в регионе закрылось 67 участковых больниц, 17 амбулаторных кабинетов, 72 фельдшерско-акушерских пункта. В провинции нужны не столько новые больницы, сколько новые врачи – эту не очень затратную доктрину реформы российского здравоохранения власти Свердловской области подхватили охотно. Хирург, гинеколог, кардиолог, гастроэнтеролог, невролог, дерматолог, с десяток других узких современных специализаций – все это в начале XX века совмещал в себе земский врач, в начале века XXI главный терапевт Свердловской области Зинаида Бобылева называет такого специалиста врачом общей практики.

Зинаида Бобылева: 80 процентов проблем со здоровьем, которые возникают у человека, может решить врач общей практики. Зашить рану, например, все, что касается глаз.

Ирина Мурашова: Врачи-универсалы пока работают только в 24-х медицинских учреждениях региона. По норме на каждого из них приходится по 2 тысячи пациентов. Сначала жители деревень восприняли новшество с недоверием. Они уже привыкли ездить на прием за сто километров и не сразу поняли преимущества врачей общей практики. А вот у коллег-медиков сомнения есть до сих пор – объясняет терапевт центральной районной больницы Красноуфимска Наталья Связева.

Наталья Связева: Здравоохранение просто не готово к этому. А у нас больницы с трудом выплачивают зарплату своим сотрудникам. У нас, например, кабинет, он не имеет нормального оборудования.

Ирина Мурашова: Врачей общей практики в Свердловской области учит кафедра семейной медицины Уральской государственной медицинской академии. Сельских врачей стараются готовить так, чтобы уровень их подготовки позволял стать универсалом. Переподготовку можно пройти за полтора года. Но большинство медиков в глубинке – пенсионного или предпенсионного возраста. Скептический настрой переживших не одну реформу российских врачей может свести на нет все благие намерения нынешних реформаторов – анализирует историю своей больницы лучший главный врач Екатеринбурга 2004 года Михаил Фадеев.

Михаил Фадеев: У работающего персонала была апатия, не было желания идти на работу, больница выглядела неприглядно, люди туда не хотели уже идти лечиться. Вот в таком состоянии в 1997 году, 21 мая я принял больницу.

Ирина Мурашова: Правительство Свердловской области мечтает привлечь в провинциальную медицину молодежь. Для этого вузам предлагает возродить целевой набор студентов-медиков из села на льготных условиях, а сельским властям – подумать над тем, как привлечь будущих врачей – деньгами или жильем.

Евгения Назарец: Сегодня беседа в прямом эфире также будет посвящена реформе оказания медицинской помощи. Организация общей медицинской практики на селе и создание служб семейного врача в больших городах среди основных направлений реформы.

В Екатеринбургской студии я приветствую врача общей медицинской практики с 10-летним стажем Игоря Иосифовича Вяткина.

Игорь Иосифович, доброе утро.

Игорь Вяткин: Здравствуйте.

Евгения Назарец: Ирина Мурашова подготовила краткую справку о состоянии вот этой отрасли, новой пока что отрасли медицины для Свердловской области и для России - общей врачебной практики. Насколько верно мы осветили эту картину?

Игорь Вяткин: Все, что было сказано, действительно, соответствует действительности. И хотелось бы добавить, что начав свой путь в 1992 году, общая врачебная практика в сельских районах на сегодняшний день до сих пор не может пробить себе путь в условиях города.

Евгения Назарец: Мы обязательно побеседуем о том, каким образом вы встали на этот путь. Вы 10 лет уже работаете врачом общей практики. А пока познакомимся с гостем в студии Омской телерадиокомпании «Антенна-7». С нами на связи главный терапевт Омской области Алексей Гусаров. Алексей Иванович, доброе утро.

Алексей Гусаров: Здравствуйте.

Евгения Назарец: Как вы думаете, что было главным в принятии решения о развитии земства или общей врачебной практики в провинции, да и не только в провинции, а вообще в России? Это соображения экономии или целесообразность какая-то другая?

Алексей Гусаров: Скорее всего, и то, и другое. Но в большей степени все-таки повышение доступности медицинской помощи для жителей села, проживающих в отдаленных населенных пунктах.

Евгения Назарец: Как обстоят дела в Омской области? Сколько работает врачей общей врачебной практики? И насколько легко идет эта реформа?

Алексей Гусаров: В нашей области, пожалуй, несколько благополучнее ситуация. У нас работает 84 врача общей практики в 66 офисах. Большая часть из них работает в сельской местности – 46 врачей. И несколько меньшее количество врачей работает в городе Омске.

Евгения Назарец: Сколько лет реализуется эта программа в Омской области?

Алексей Гусаров: У нас реализуется эта программа с 1997 года.

Евгения Назарец: В связи с темой разговора о земстве и семейных врачах мы хотим знать мнение слушателей. Помогут ли, на ваш взгляд, эти службы сделать медицинскую помощь более доступной и качественной? Игорь Иосифович, я обещала вернуться к тому, как вы стали врачом общей практики. Расскажите, пожалуйста.

Игорь Вяткин: Закончив Свердловский медицинский институт...

Евгения Назарец: Который сейчас стал академией.

Игорь Вяткин: Да, сейчас он стал академией. И я поехал в сельскую местность, в Белоярский район, село Камышево для работы. Начал работать в качестве заведующего врачебной амбулаторией. И на месте я понял, что учили одному, а в жизни-то совершенно другое. И было это совершенно другим настолько, что просто опускались руки и хотелось бежать назад в городские условия. Буквально через год после того, как я начал работать, вышла справка за подписью министра здравоохранения Свердловской области, в которой рекомендовалось открывать на местах общие врачебные практики. Тогда это было делом новым. И были указаны проектные территории. Мы в этот список не входили. Но, тем не менее, всем желающим можно было обращаться. Подумав немножко... я, действительно, думал недолго, потому что терять было нечего абсолютно, я пошел с предложением к главному врачу Центральной районной больницы. И мы приехали в министерство. Оказалось, что ни те проектные территории, которые были там указаны, никто другой не откликнулись больше на эту рекомендацию. Оказалось, что я был первым, действительно. И с 1995 года по 2005 год я уже работал в качестве врача общей практики.

Евгения Назарец: Первоначально как вас воспринимали пациенты? Есть такое мнение, что сначала относятся настороженно, и в репортаже Ирины Мурашовой это прозвучало.

Игорь Вяткин: Несомненно, да. Даже когда просто приезжаешь и ничего не меняешь на месте, а работаешь в том качестве, которое пациенты там привыкли видеть, и даже в этом случае будут обращать внимание и проверять, насколько ты являешься специалистом на самом деле. Такое было и у меня. Были и проверки, и недоверие. Но все это в прошлом.

Евгения Назарец: Алексей Иванович, насколько легко удается привлекать врачей для работы вот в этой новой отрасли? Или можно сказать, наоборот, в старой, потому что в России до революции и в начале XX века это было распространено. Врачи как к этому относятся?

Алексей Гусаров: Врачи воспринимают это адекватно, с пониманием. И вот я уже сказал, что у нас работают 84 врача, хотя подготовили мы более 100 врачей. То есть нам довольно легко удалось привлечь врачей. У нас в Медицинской академии две кафедры общей врачебной практики. И, в общем-то, подготовка поставлена на достаточно хорошую основу.

Евгения Назарец: А средний возраст врача общей практики каков?

Алексей Гусаров: Мы старались пригашать, конечно, врачей молодых – 30-35-летнего возраста. Поскольку в этом возрасте и при небольшом стаже работы можно сформировать как бы стереотип врача общей практики. Врачи с большим стажем, они не в состоянии, к сожалению, психологически перестроиться на оказание вот такой широкой медицинской помощи населению.

Евгения Назарец: Игорь Иосифович, для того чтобы организовать вот эту службу, которую вы в селе, в Белоярском районе Свердловской области поставили одним из первых, да и, наверное, первым в Свердловской области, наверное, потребовались какие-то финансовые средства. Кто оказал финансовую помощь?

Игорь Вяткин: Надо сказать, что установка общей врачебной практики в селе Камышево имела поддержку как Министерства здравоохранения Свердловской области, так и Территориального Фонда обязательного медицинского страхования. Более того, на тот период был готов пакет документов с претензиями на федеральный уровень по открытию и развитию земской врачебной практики – такое интересное название было дано этому документу. Но, к сожалению, по ряду причин этот документ не был принят. И в дальнейшем развитие нашей практики шло... ну, будем так говорить, из различных источников финансировалось. В том числе надо упомянуть и Международную программу ТАСИС, в рамках которой прошли подготовку доктора в Северной Ирландии.

Евгения Назарец: И вы учились по этой программе, тоже проходили подготовку?

Игорь Вяткин: Да. И очень благодарен всем организаторам той программы за возможность не только поучиться, но и посмотреть, увидеть, как работает врач общей практики в столь развитой стране, как Великобритания.

Евгения Назарец: Игорь Иосифович, семейный врач и врач общей практики – это одно и то же или нет? Такой вопрос у меня возник после общения с медиками, которые работают в Екатеринбурге в отделениях семейной медицины. Они говорят, что они занимаются другим делом. Но, с другой стороны, я вижу, что на кафедре семейной медицины в Государственной медицинской академии в Екатеринбурге готовят врачей общей практики. Поясните, пожалуйста.

Игорь Вяткин: Если рассуждать только о понятиях – семейный врач и врач общей практики, то, несомненно, это одно и то же. И по всем выкладкам, которые существуют на сегодняшний день, этот специалист занимается оказанием медицинской помощи в первичном звене, расширенной медицинской помощи, которая включает в себя различные смежные специальности. Но при этом обладает также офисом, обеспеченным современными медицинскими технологиями.

Евгения Назарец: Может быть, разное понимание среди врачей понятий «семейный врач» и «врач общей практики» связано с тем, что в городе, собственно говоря, вот такой врач-универсал не очень нужен? Потому что в пределах доступности имеются специалисты, к которым можно записаться на прием. И семейные врачи, как они объясняют свою функцию, они просто в курсе состояния здоровья целого семейства, и это что-то вроде элитной услуги медицинской, которая, разумеется, оплачивается.

Игорь Вяткин: Возьму на себя смелость заявить, что различные медицинские учреждения, которые называют себя семейными центрами или центрами семейной медицины, на сегодняшний день в Екатеринбурге они просто используют вот такое популярное название с целью привлечь дополнительный контингент к себе.

Евгения Назарец: Алексей Иванович, вы можете добавить что-нибудь к той теме, которой мы сейчас коснулись? В Омской области тоже существует такое разделение – врачи общей практики, в том понимании, в котором мы говорим, они на селе, а в городе – вот такие отделения семейной медицины хозрасчетные, и это, скорее, элитная услуга медицинская?

Алексей Гусаров: По номенклатуре специальностей эта специальность звучит таким образом – «врач общей практики (семейной медицины)». Но фактически все-таки разница, на мой взгляд, некоторая есть. Семейный врач – это врач, который обслуживает полностью семью, начиная с детей младенческого возраста и заканчивая пожилыми пациентами. Врач общей практики, он оказывает, прежде всего, помощь взрослому населению. И в нашей области, я считаю, работают преимущественно врачи общей практики. Помощь детскому населению оказывает достаточно большая армия врачей-педиатров.

Евгения Назарец: Я к тому, о чем мы сейчас говорили, прочту и сообщение с пейджера. Один из наших слушателей пишет: «Создание института семейных врачей не сделает медицину доступной для широкого круга жителей, имеющих низкий уровень». Я думаю, это сообщение как раз иллюстрирует то, что и среди людей, потенциальных пациентов, понимание понятия «семейный врач» не всегда связано с понятием «врач общей практики», то, о чем мы сейчас говорим. Алексей Иванович, общая врачебная практика в Омской области, она бесплатна для пациентов? Это в рамках страховой медицины или есть и хозрасчетные отделения?

Алексей Гусаров: Это совершенно бесплатная медицинская помощь. У нас нет хозрасчетных офисов общей врачебной практики.

Евгения Назарец: А это было организовано на бюджетные деньги, на деньги какого бюджета – областного, федерального? Может быть, были привлечены средства инвесторов или гранты?

Алексей Гусаров: Это было организовано за счет областного бюджета и бюджета муниципальных образований. Мы, к сожалению, не участвовали в международных проектах.

Евгения Назарец: Можете ли вы сказать, насколько дорого это обошлось бюджетам? Сколько стоит оборудование, например, одной такой точки - одного кабинета или одного пункта - в среднем?

Алексей Гусаров: Полноценное оборудование офиса стоит где-то около 350 тысяч рублей. Но мы обошлись, конечно, значительно меньшими вложениями. Сейчас у нас есть надежда на то, что в рамках реализации приоритетного национального проекта «Программа «Здоровье» нам удастся оснастить офисы врачебной практики вот так полноценно, как я уже сказал, на необходимую сумму.

Евгения Назарец: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Я звоню из Санкт-Петербурга. Давайте начнем со специалистов все-таки. Доктор Рошаль, который, в общем-то, признан, наверное, во всем мире, то есть он высказывается против этого. А на ваш вопрос мой ответ такой. Да, будет, может быть, доступно, но это будет качество низкое или вообще нулевое качество.

И вопрос к Игорю Иосифовичу. Согласны ли вы со мной... будем так говорить, стоит ли вот это действительно продолжать? Потому что ведь специалисты узкие, они действительно это принимают в штыки. Спасибо. До свидания.

Игорь Вяткин: С удовольствием отвечу на этот вопрос. Дело в том, что институт врачей общей практики абсолютно не подменяет узких специалистов, а наоборот, ставит их на более высокую ступень. Узким специалистам не придется заниматься рутинными делами у себя в офисе. А тех пациентов, которых будет направлять врач общей практики к ним... а он и будет их направлять, потому что он всю задачу не решает абсолютно. Так вот, те пациенты, которых врач направляет, - это будут пациенты с действительно серьезной патологией, касающейся смежных специальностей. И специалист в данном случае будет как профессионал, а не как на сегодняшний день – очереди к хирургам с любой мелочью, очереди к офтальмологам и так далее.

Евгения Назарец: Игорь Иосифович, когда вы начинали работать в общей врачебной практике, вам понадобилось каким-то образом менять свою врачебную квалификацию, расширять ее? Насколько много усилий это от вас потребовало?

Игорь Вяткин: Самое интересное, что в сельской местности, проработав год в качестве просто врача-терапевта, приходилось оказывать помощь и по смежным специальностям. То есть сама жизнь там диктовала необходимость изменения существующей на то время технологии. И общая врачебная практика, как нельзя кстати, подходит как раз для сельских районов, что на сегодняшний день, можно отметить, меняется коренным образом, и в положительную сторону. Хочу сказать также, что в городских условиях общая врачебная практика будет вполне востребована. В первую очередь, конечно, это приближение первичной, расширенной, качественной медицинской помощи к населению. Та помощь, которая на сегодняшний день оказывается в поликлиниках районных, она хороша, качество достаточное, но давайте хотя бы о доступности поговорим. Одна районная поликлиника, может быть, на весьма большой район. И не каждый пациент может прийти и получить талончик и вообще чисто физически преодолеть вот это расстояние. Общая врачебная практика, в первую очередь по ее сути, должна располагаться в непосредственной близости от своих пациентов.

Евгения Назарец: Игорь Вяткин вынужден будет нас сейчас покинуть, очевидно, для того, чтобы приступить к своим профессиональным обязанностям. Мы подводим итоги разговора о реформе оказания медицинской помощи. Российская провинция возрождает земство. В сельских районах появляются врачи общей практики. В то же время в основном в крупных городах начинает работать служба семейного врача. По сути, как нам объяснили специалисты, это должно быть одно и то же.

И поступило еще одно сообщение на пейджер. Целиком я его не буду зачитывать, но скажу, что суть его в том, что ни одна из реформ в России с 1985 года не привела к улучшению жизни народа.

Алексей Иванович, что вы думаете по этому поводу?

Алексей Гусаров: Я надеюсь на то, что качество, уровень оказания медицинской помощи населению в связи с тем реформированием, которое осуществляет Министерство здравоохранения и социального развития Российской Федерации и Министерство здравоохранения Омской области, только лишь улучшится. То есть я смотрю с достаточно большим оптимизмом в будущее.

Евгения Назарец: А каким образом, например, если говорить о земских врачах, об общей медицинской практике, в состоянии (или как это уже происходит) Министерство здравоохранения Омской области контролирует их работу – качество, доступность, количество обращений?

Алексей Гусаров: Контроль осуществляется многоуровневый. Прежде всего, это контроль главного врача и его заместителей. Это контроль Министерства здравоохранения. Это контроль страховых компаний. Это контроль Территориального Фонда обязательного медицинского страхования.

Евгения Назарец: И есть ли какие-то обобщенные данные вот этих многочисленных проверок?

Алексей Гусаров: Я хочу сказать, что в нашей работе есть такой раздел, как разбор обращений граждан, жалоб. И вот за 11 лет своей работы в Министерстве здравоохранения мне ни разу не приходилось разбирать жалобу на врача общей практики.

Евгения Назарец: Немного о самих врачах хотелось бы поговорить. Во-первых, насколько укомплектован штат врачей общей практики? И если так нельзя говорить об укомплектованности штата, то сколько еще нужно общих врачебных практик Омской области, чтобы их было столько, сколько необходимо по норме?

Алексей Гусаров: В сельских районах необходимо, по меньшей мере, еще 200 общих врачебных практик. В городе это число может быть меньшим. То есть нам еще нужно много и много работать в этом направлении.

Евгения Назарец: В самом Омске сейчас уже тоже работают общие врачебные практики? В Екатеринбурге нет ни одной пока.

Алексей Гусаров: Да, конечно.

Евгения Назарец: Вот то, что пока только 80 с лишним таких участков или таких пунктов по Омской области, а не столько, сколько необходимо – около 300, это связано с тем, что необходимо подготовить специалистов или преимущественно с тем, что необходимы на это деньги?

Алексей Гусаров: Это связано с тем, что необходимо подготовить специалистов. И подготовка сейчас осуществляется через клиническую ординатуру – это двухгодичная подготовка. Квоты, или места, в клиническую ординатуру выделяет Министерство здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Но, к сожалению, мы пока получаем 6-8 мест в год. Этого, конечно, не достаточно для того, чтобы подготовить еще за ближайшие годы около 200 врачей. И мы сейчас подготовили программу «Семейная медицина», в которой предусматривается подготовка врачей общей практики на коммерческой основе в нашей Омской государственной медицинской академии. На это предполагается выделить около 9 миллионов рублей.

Евгения Назарец: У нас есть еще один телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Доброе утро. Александр Николаевич, Москва. Вы знаете, это, конечно, парамедики, как в Америке их называют, вот тех врачей широкой практики. Вообще говоря, это медицина для бедных. Для богатых там совсем другие... Они не будут пользоваться этими услугами. И ничего хорошего вся эта система народу не принесет в нашей российской специфике. Потому что у нас нет таких программ обширных, тех, которые есть в Америке, программы для бедных – «Medicaid», всякая страховая медицина. Потому что у нас народ, в общем-то, бедный, нищий. Так что вымирать будем и дальше. Спасибо.

Евгения Назарец: Да, «прекрасное» заявление для утра. Но все-таки прокомментируем его. Алексей Иванович, вам слово.

Алексей Гусаров: Я не могу согласиться с таким утверждением. Да, эта общая врачебная практика – это самая доступная часть медицины. И пока на том этапе, когда мы не внедрили более широко этот раздел медицины, участвуют в оказании медицинской помощи и участковые врачи-терапевты. У нас достаточно много участковых врачей-терапевтов. У нас сохраняется институт специалистов узких, как мы их называем. У нас сохраняется институт врачей-педиатров. И вот я повторяю еще раз, что в развитие инициатив президента Российской Федерации предполагается значительное укрепление первичной медико-санитарной помощи, как раз терапевтической службы, укрепление материально-технической базы, подготовка кадров. И я совершенно уверен в том, что уровень медицинской помощи у нас, по меньшей мере, в области возрастет, и возрастет существенно.

Евгения Назарец: У нас есть еще один телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Доброе утро. Владимир Иванович, Москва. Я, конечно, вижу трагическое положение медицины в самой организации этой службы. Было бы очень хорошо, если бы самоорганизация государства начиналась с медицины, чтобы доктору был присвоен, скажем, государственный чин, и он был бы человеком государственным. А после этого начиналась бы чиновничья служба. Потому что человек без медицины, тем более в Российской Федерации... я имею в виду понятие планетарное, он живет в северной стране, и риски заболеть повышены, по сравнению, скажем, с какими-то южными районами. Что ваш гость думает по этому поводу? Спасибо за внимание.

Евгения Назарец: Алексей Иванович, что вы думаете по поводу статуса врачей? Что бы вы к нему добавили еще?

Алексей Гусаров: Я не думаю, что врач должен быть государственным чиновником, государственным служащим. У врача достаточно определенный статус. Но я согласен в том плане, что здоровье населения – это общегосударственная задача. И государство, прежде всего, должно определять политику в отношении здоровья человека.

Евгения Назарец: Спасибо вам большое, Алексей Иванович.

XS
SM
MD
LG