Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Молодых ученых всей России вскоре объединят в один большой Союз


Программу ведет Евгения Назарец. В программе принимает участие Ольга Важенина, председатель «Союза молодых ученых» Свердловской области.

Евгения Назарец: Молодых ученых всей России вскоре объединят в один большой Союз. В Москве уже создана Общероссийская общественная организация «Союз молодых ученых». На минувшей неделе и в Екатеринбурге на базе Академии государственной службы было организовано ее Свердловское отделение. Такие же будут созданы и по всей России. Туда войдут представители местных «Советов молодых ученых», которые существуют при всех вузах и научных институтах. Теперь региональные проблемы науки можно будет решать на уровне федеральных властей. Подробнее об этом - екатеринбургский корреспондент Радио Свобода Дарья Здравомыслова.

Дарья Здравомыслова: На сегодняшний день в Екатеринбурге примерно 80 «Советов молодых ученых» разных отраслей: от экономики до биологии. Все они существуют при вузах или научных институтах и действуют с 2002 года. В ноябре был создан Общероссийский Союз. С его появлением представлять и защищать профессиональные интересы можно будет на федеральном уровне. Чтобы считаться молодым ученым в Екатеринбурге, нужно иметь высшее образование и быть не старше 35 лет. В Москве этот статус можно носить и до 40 лет. По словам председателя «Совета молодых ученых» Института экономики Уральского отделения Российской Академии наук Светланы Гавриловой, появление Союза – событие актуальное.

Светлана Гаврилова: Просто были времена, когда молодежи не было в науке. И была очень большая «проблема старости». Основной контингент научных сотрудников был за 50 и выше. И когда ребята стали приходить в науку, необходима была какая-то поддержка, чтобы они сориентировались. Вот, собственно, и цель создания. То есть это просто объединение молодых ученых и помощь им на каких-то ступеньках.

Дарья Здравомыслова: Основная помощь региональных «Советов молодых ученых» заключается в организации различных семинаров и конференций, а также информирование об объявленных грантах. Но Светлана Гаврилова считает, что для будущей успешной карьеры главное не это.

Светлана Гаврилова: Общение и публикация своих работ - это очень важный момент для молодых ребят. Потому что пробиться с публикацией в какой-то журнал или в книгу – достаточно тяжело. Поэтому одна из наших основных задач – дать возможность ребятам публиковать свои результаты исследований. Это дает возможность постоянно «светиться», общаться. Естественно, это способствует дальнейшему росту, безусловно.

Дарья Здравомыслова: К созданию Союза Светлана относится положительно. Ожидает от него поддержку научной молодежи. Например, финансирование совместных конференций. Однако в его уставе прописаны несколько иные цели и задачи.

Светлана Гаврилова: Они ставят в качестве своих основных направлений очень интересные позиции. Например, выступление с инициативами, связанными с вопросами переустройства общества в целом. Или, например, участие в избирательных кампаниях. Вот с этим я не согласна. Это слишком глобальные цели, которые, в принципе, «Союзу молодых ученых» ни к чему. Извините, ну не можем мы этим заниматься. Мы еще молодые и конкретно не специалисты в этих сферах.

Дарья Здравомыслова: Тем временем работа Свердловского отделения общероссийского «Союза молодых ученых» уже началась. Сейчас идет прием заявлений. Первое общее собрание пройдет в феврале. Там же будет принят собственный устав регионального отделения.

Евгения Назарец: Итак, сегодня в Екатеринбургской студии Радио Свобода – Ольга Важенина, она председатель «Союза молодых ученых» Свердловской области. Была избрана на эту должность недавно. И с этим, собственно, я и поздравляю Ольгу.

Ольга Важенина: Спасибо.

Евгения Назарец: Ольга, вы послушали вместе со мной рассказ о том, как понимают работу «Союза молодых ученых» всероссийского в Институте экономики Уральского отделения Российской Академии наук. Насколько верно поняты академическими учеными, молодыми учеными задачи этой большой организации?

Ольга Важенина: Задача понята абсолютно верно, и то, что это действительно консолидация молодых ученых ради достижения целей формирования в России общества нового, основанного на знаниях. А кроме того, это действительно не помощь, как происходит в «Советах молодых ученых» в рамках научно-исследовательских институтов или при вузах, не конкретная помощь конкретно молодым ученым, а консолидация молодых ученых ради того, чтобы достичь каких-то общенациональных целей.

Евгения Назарец: Не отвлечет ли ученых от науки, собственно говоря, достаточно серьезная общественная работа – переустройство общества?

Ольга Важенина: Я думаю, не отвлечет. Наоборот, все свои научные знания и опыт необходимо направить на то, чтобы создать в России это новое общество. То есть все достижения, которые на сегодняшний день есть у молодых ученых, можно в той или иной мере направить именно на эти цели.

Евгения Назарец: Я напомню нашим слушателям, что в связи с темой разговора – о роли и месте молодых ученых в современной России, мы, как обычно, хотим знать и мнение тех, кто нас слушает. Какую роль вы отводите ученым в общественной и политической жизни страны?

Ольга, каковы ваши научные интересы, и насколько они мешают либо способствуют тому, чем вам предстоит заниматься в качестве председателя отделения «Союза молодых ученых»?

Ольга Важенина: Конкретно мои научные интересы – это в сфере политологии я занимаюсь темой «Административный ресурс».

Евгения Назарец: И вы работаете, осуществляете свою научную деятельность в Академии государственной службы?

Ольга Важенина: Да.

Евгения Назарец: Правильно ли наш корреспондент отметила, что на базе Академии государственной службы создается региональное отделение или это, условно, просто место было выбрано для собрания так?

Ольга Важенина: Это неправильно. Действительно, просто было выбрано место для первого собрания, так как, скажем так, все учредители на первом этапе были в Академии государственной службы. Но это не значит, что отделение создано на базе Академии государственной службы.

Вообще региональное отделение не создается на базе каких-то вузов. Это отдельная организация, которая существует сама по себе.

Евгения Назарец: Хорошо, это не значит, что оно создано на базе Академии государственной службы, но на мой взгляд, это значит, что в процессе создания «Союза молодых ученых» заводилами все-таки являются обществоведы, в большей степени, нежели ученые естествознания, предположим.

Ольга Важенина: Да.

Евгения Назарец: И с чем вы это связываете?

Ольга Важенина: Я думаю, гуманитарии всегда активнее в общественно-политической деятельности, нежели технари. Я думаю, с этим связано.

Евгения Назарец: То есть, значит, все-таки то самое декларированное непротивопоставление физиков и лириков в рамках «Союза молодых ученых», оно объективно-то существовать все-таки будет. Обществоведы, наверное, и политологи, вроде вас, или философы, они будут занимать какие-то более активные позиции в этом Союзе. Правильный я прогноз делаю, на ваш взгляд?

Ольга Важенина: Я думаю, нет. Потому что если даже посмотреть по первому собранию, то у нас было очень много представлено ребят с техническими специальностями. Поэтому это все будет зависеть от каждого конкретно взятого вуза или научно-исследовательского института.

Евгения Назарец: Хорошо. Тогда сформулируем вопрос так. В чем интерес самих молодых ученых для участия в этом Союзе, для активного участия, а не просто для состояние там с членским билетом? Кстати, о членских билетах чуть позже спрошу. Итак, интерес самих ученых чем обусловлен?

Ольга Важенина: Во-первых, это некая методологическая поддержка со стороны Общероссийского Союза. Как у нас высказывались мнения на нашем первом собрании, когда существует «Совет молодых ученых» в отдельно взятом вузе сам по себе – это одно дело, но когда за его плечами уже стоит общероссийская организация – это совсем другое дело. На него смотрят совсем по-другому. Во-вторых, это продвижение своих идей, своих целей к власти. Я недавно общалась с председателем «Совета молодых ученых» Медицинской академии, и он сказал, что его основные надежды в том, что... они сами по себе к власти не могут пробиться – власть их не слышит. Его надежда на то, что все вместе мы сможем что-то сделать.

Евгения Назарец: Но разве это невозможно было сделать не через «Совет молодых ученых», а через существующие структуры, вплоть до Общественной палаты? Что вы по этому поводу думаете?

Ольга Важенина: Видимо, было невозможно. Потому что, действительно, ребята пытались что-то сделать – и не получалось. Власть просто не слышит или не хочет идти на контакт.

Евгения Назарец: Что не хочет, но должна услышать власть от ученых?

Ольга Важенина: Наши представления о будущем России.

Евгения Назарец: Ну, это очень широко. Обычно, когда начинаешь говорить о том, с чем молодежь, состоящая в каком-либо союзе, хочет обратиться к власти, особенно если этот союз не ярко выражено политический, они говорят о каких-то материальных вещах, вплоть до денег, квартир, жилья, решения каких-то своих проблем, помощи на этапе становления профессионального. У ученых все более возвышенно или и это тоже присутствует?

Ольга Важенина: Конечно, эти проблемы тоже касаются молодых ученых, как и всех молодых граждан России. Но не только с этими целями и идеями хочется обращаться к власти, но и за поддержкой именно науки, той или иной области.

Евгения Назарец: А как же вы будете решать, какую область нужно поддерживать в первую очередь? Каждый будет тянуть одеяло на себя. Мне кажется, все-таки это происходит примерно одинаково как в творческой среде, так и в научной – каждому его личный интерес кажется превалирующим, и это естественно.

Ольга Важенина: Да, действительно, это естественно. Но я думаю, мы будем вырабатывать какую-то общую концепцию, которая затрагивает общие проблемы во всех областях науки.

Евгения Назарец: Давно собиралась спросить о том, как будут становиться членами Союза. То есть вот если молодой, если занимаешься наукой, никто тебя не спросил – сразу член Союза, или нужно как-то декларировать свое намерение участвовать в работе организации, получить членский билет, может быть, платить взносы?

Ольга Важенина: Членских билетов и членских взносов, сразу скажу, у нас нет. У нас действительно нужно просто заявить о своем желании, заполнить анкету и написать заявление о том, что «прошу принять меня в «Российский Союз молодых ученых» - и все. А для этого есть только одно ограничение – это возраст. Как уже говорилось в сюжете, от 18 до 40 лет.

Евгения Назарец: Хорошо. Если с возрастом все примерно понятно, то с тем, является человек ученым или не является, мне кажется... ведь удостоверения «ученый» нет. Может быть, это какой-то студент, может быть, я могу написать заявление такое. А ученый-то кто?

Ольга Важенина: Вот этого «Российский Союз молодых ученых» и его устав не оговаривает, то есть кто такой «молодой ученый». Потому что, действительно, когда писался этот устав, было сложно определить это понятие, потому что ни в законодательстве, нигде у нас это не определено и не оговорено. Но вот как бы об этом беседовали на нашем заседании, действительно, этот человек хотя бы должен иметь высшее образование и интересующийся наукой, научной деятельностью. То есть не обязательно даже публикации иметь какие-то. А хотя бы для начала нужно иметь интерес. А уже потом публикации и все остальное.

Евгения Назарец: А если человек занимается астрологией и считает это наукой?

Ольга Важенина: Интересный вопрос. Ну, я думаю, здесь, возможно, главное, может быть, еще и то, чтобы человек хотел построить в России какие-то гражданские институты, помочь этому своей деятельностью.

Евгения Назарец: Ну, это, в общем, это также можно отнести и к астрологам. Все они уверены, что очень сильно помогают и странам, и людям.

Ольга Важенина: В принципе, да.

Евгения Назарец: Ладно, оставим это на ваше очередное заседание, может быть, обсудите, кто ученый, а кто – нет.

С 2002 года, как сказала наш корреспондент, существует, работает «Союз молодых ученых», например, в Институте экономики Уральского отделения Российской Академии наук. Наверное, где-то в это же время организовывались и в других научных организациях «Союзы молодых ученых». Почему нужда к объединению возникла только сейчас? Или, может быть, кто-то эту идею подсказал?

Ольга Важенина: Не знаю, подсказал или нет. Может быть, просто раньше не получилось. И сейчас возникли силы, которые поддержали нас. В частности, Национальный комитет «Интеллектуальные ресурсы России» Сергея Михайловича Миронова, который, в принципе, финансово и методологически поддержал создание нашего Союза. Я думаю, возможно, в этом причина того, почему раньше не было. Может быть, просто раньше никого это особо не волновало, а сейчас задумались о будущем России, как о стране, которую нельзя построить и развить без участия молодых ученых, в частности, и вообще ученых и науки.

Евгения Назарец: Ольга, а как вы думаете, несколько власти заинтересованы, и в чем заключается их заинтересованность в том, чтобы был такой Союз общероссийский?

Ольга Важенина: Я думаю, заинтересованность с той точки зрения, что это определенный взгляд специалистов, еще и молодых специалистов, которые, кстати, более всего способны мыслить инновационно, что необходимо для построения, скажем так, сильной экономики. Не экономики, основанной на продаже ресурсов и не обработанных материалов, а на экономике, способной создавать новые, высокотехнологичные продукты и продавать именно их.

Евгения Назарец: Вам, как политологу, не кажется, что создание этого общероссийского Союза – это, в том числе, и инструмент политического влияния властей на научную общественность?

Ольга Важенина: Я думаю, что это будет зависеть от того, как будет работать сам Союз. Если он позволит собой манипулировать, позволит властям это делать, то, действительно, это станет очередным инструментом для власти в достижении своих определенных интересов. Если же Союз поставит собственную точку зрения, найдет свою позицию, я думаю, что этого не произойдет.

Евгения Назарец: Ну, если Союз не будет слушать власть, то власти перестанут слушать Союз с его просьбами и обращениями по поводу мироустройства. Это же все очень просто.

Ольга Важенина: Наверное, да. Но здесь надо будет, я думаю, пытаться найти какую-то общую точку соприкосновения и просто работать взаимовыгодно.

Евгения Назарец: У нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Здравствуйте. Меня зовут Анатолий, я звоню из Москвы. Очень хотелось бы, чтобы девушка, которая с вами беседует, рассказала бы хоть что-нибудь о себе, вот до того, как она стала представлять «Союз молодых ученых». Это первый вопрос. Может быть, она тоже ученая?

И второй вопрос. Считает ли она, что существует какая-то отечественная наука, имеет ли наука национальность?

Евгения Назарец: Спасибо, Анатолий.

Итак, Ольга, мы до сих пор выяснили только то, что ваша специальность – это политология, а теперь о вашей роли в науке, по просьбе нашего радиослушателя.

Ольга Важенина: Ну, о моей роли в науке... Я сначала расскажу о том, что я окончила Уральский государственный экономический университет, у меня диплом с отличием. Занималась проблемами вступления России в ВТО. В принципе, на сегодняшний день я не оставляю эту проблему, потому что проблема актуальная и интересная. И получаю второе высшее образование в Уральской Академии государственной службы по специальности «государственное и муниципальное управление наукой». И занимаюсь этим активно.

Евгения Назарец: Вы сейчас ведете какую-то научную работу, пытаетесь получить ученую степень или она у вас уже есть?

Ольга Важенина: Нет, ученой степени у меня еще нет. Я просто получаю второе высшее образование.

Евгения Назарец: Второй вопрос Анатолия из Москвы по поводу национальности науки, есть ли она.

Ольга Важенина: Я думаю, что, безусловно, есть. И эту национальность формируют те ученые, которые работают в той или иной стране, те научные школы, которые создаются в различных отраслях науки. Это во-первых. А во-вторых, вообще особенностью той или иной национальной науки и то, что обуславливает эту особенность, мне кажется, являются сами те условия, в которых существует та или иная наука, в которых она работает, что-то создает. Возьмем, скажем так, абстрактный пример: в африканских странах им не интересно развитие рыночной экономики, их в первую очередь волнует вообще то, как выжить. И, естественно, если у них была бы, например, наука (ну, я думаю, может быть, она и есть), то они в первую очередь свои достижения направляли бы на то, как выжить.

Евгения Назарец: Ну, в России, в общем, этот вопрос тоже в каком-то ракурсе стоит – как выжить?

Ольга Важенина: Ну да.

Евгения Назарец: И опять-таки ученые собираются этим заняться.

Снова о науке и политике, о властях и науке. Участие в избирательных кампаниях - прямым текстом буквально сказано о том, что это одна из целей создаваемого Союза. Как вам самой это нравится? Вашей коллеге из Института экономики, о чем мы услышали в материале Дарьи Здравомысловой, это не нравится. А вам?

Ольга Важенина: Я вас, Евгения, хочу для начала поправить. Это не одна из целей, а одно из направлений деятельности. Конечно, здесь нужно сказать, что, прежде всего, всем молодым ученым, большинству молодых ученых, кто смотрел устав «Российского Союза молодых ученых», не нравился этот пункт, и понятно почему. Потому что люди хотят работать ради своей какой-то научной деятельности, а не ради того, чтобы участвовать в каких-то политических кампаниях того или иного субъекта и помогать ему, тем самым как бы объединяясь в Союз, помогать ему достичь каких-то своих целей.

И здесь хочу всех успокоить, вот этот пункт, он не связан с прямой обязанностью всех, кто вступает в «Российский Союз молодых ученых», - участвовать в тех или иных избирательных кампаниях. Это лишь одна из возможностей получить финансовые ресурсы Союзу. И кроме того, в уставе очень многое соответствует закону об общественных организациях, и именно этот пункт взят из этого федерального закона просто как одна из возможностей заработать деньги.

Евгения Назарец: Ольга, не так давно мне приходилось беседовать, по случаю, с молодыми биологами, которые собирались уехать работать за рубеж, потому как там им были предоставлены лучшие условия материальные, и не в смысле даже оплаты их труда, а в смысле обеспечения базы для исследований. Как вы полагаете, эта тенденция действительно прекратится в России, например, благодаря работе «Союза молодых ученых»? Способны они решать эти проблемы или нет?

Ольга Важенина: Это одна из целей – решить именно такие проблемы – остановить так называемую «утечку мозгов» за рубеж. Потому что, действительно, это очень большая проблема на сегодняшний день. И правильно вы сказали о том, что уезжают именно потому, что предоставляется хорошая материальная база как для исследований, так и вообще для жизни.

Вообще, есть такие показатели о том, что Россия сегодня тратит на науку в 100 раз меньше денег, чем все остальные так называемые цивилизованные страны, то есть те страны, которые уже развиты, и те страны, в которые, собственно, и уезжают все молодые ученые. И эту проблему необходимо решать. И я думаю, что «Российский Союз молодых ученых», объединившись, будет пытаться решить эту проблему - донести это до власти.

Но, в принципе, уже первые шаги к тому, чтобы что-то решить в этой проблеме, есть. Сергей Михайлович Миронов еще на самом съезде в октябре 2005 года сказал, что зарплату ученым поднимут.

Евгения Назарец: И у нас есть телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Доброе утро. Сергей Иванович из Борисоглебска. Я хочу по поводу вашей беседы сказать следующее. Вот то, о чем вы говорите, это не ново для нашей страны. В советское время существовали так называемые Советы молодых ученых. Они были в любом вузе, в любом НИИ. Ну, как правило, председателями Советов молодых ученых были авторитетные люди, как правило, имеющие ученые степени, звания научные. Но это, конечно, не обязательно, человек может и не иметь этих степеней, а быть, тем не менее, достаточно авторитетным человеком. Например, председатель нашей Верхней палаты Сергей Михайлович Миронов, он ведь пять высших образований имеет, хотя ученых степеней у него нет, насколько мне известно, пока. А вот на уровне нашей страны председателями Советов молодых ученых были такие выдающиеся люди, как, например, академик Велихов, Николай Геннадьевич Басов был председателем Совета молодых ученых, лауреат Нобелевской и Ленинской премий. А на какого распространялась власть вот этих Советов? Да, они проводили конкурсы различные, то есть поощряли как-то научную деятельность молодых работников. А кто эти люди? А это молодые люди, до 34 лет, которые работали молодыми преподавателями в вузах, научными сотрудниками в НИИ, в институтах Академии наук и так далее. И в «почтовых ящиках» то же самое было, то есть в военных научных учреждениях. Вот так раньше было.

Евгения Назарец: Сергей Иванович, спасибо вам большое за то, что напомнили и заметили вот это сходство между тем, что происходит сейчас, и тем, что происходило ранее. Я надеюсь, Ольга скажет нам об отличиях.

Ольга Важенина: Я бы хотела сказать, что, действительно, есть сходство. И, возможно, создание «Российского Союза молодых ученых» - это некое возрождение той традиции, которая существовала в советское время. Потому что нельзя сказать, что в советское время все было плохо и нужно все отрицать. Возможно, очень многие институты к нам возвращаются оттуда. И отличие единственное – это то, что в советское время, может быть, тем Советам молодых ученых, которые создавались, было проще существовать, потому что...

Евгения Назарец: Не надо было участвовать в избирательных кампаниях, все было предсказуемо.

Ольга Важенина: Ну, может быть, и это. Но я хотела сказать о том, что они создавались сверху, то есть они создавались властью, а не самой молодежью. А здесь же инициатива идет снизу, это инициатива самих молодых ученых. И они будут обращаться к власти, а не власть будет говорить, что делать.

Евгения Назарец: А что по поводу роли старших товарищей или старших ученых со степенями в работе Союза, опять-таки сравнивая с советскими временами, о которой упомянул Сергей Иванович?

Ольга Важенина: Ну, здесь, действительно, тоже отличие есть. Возглавляют Союзы не старшие товарищи, а сами молодые ученые, сами и руководят. Я думаю, с этой точки зрения даже «Российский Союз молодых ученых» будет более выигрышным, потому что все равно у старшего поколения свой взгляд на проблемы молодых ученых, и очень часто не совпадающий с тем видением, которое представляет молодежь. Но, естественно, это не значит, что нужно отказываться от того опыта, который есть у старших товарищей, и понимать его. Хотя, я думаю, вот те люди, которым от 30 до 40 лет, и которые будут входить в «Российский Союз молодых ученых», как раз и поделятся этим опытом.

Евгения Назарец: Да, и у них тоже будет за время работы в науке и в Союзе стать старшими товарищами кому-то.

И у нас есть еще один телефонный звонок. Здравствуйте.

Слушатель: Доброе утро. Я звоню из Санкт-Петербурга. Скажите, пожалуйста, ведь Жорес Иванович Алферов вносил свое предложение сделать типа «силиконовой долины» у нас, под Санкт-Петербургом. Что-то я не слышала, чтобы молодые ученые поддержали, чтобы как-то с инициативой, может быть, со своей выступили, где-то его, может быть, и поправили. Но я вот такого не слышала. И будут ли деньги для этого выделяться? Ставили ли вы вопрос об этом? Спасибо.

Евгения Назарец: Спасибо нашей слушательнице из Санкт-Петербурга.

Итак, Ольга, по поводу того, что в громких инициативах, которые исходят от старших ученых, с именем, не слышно поддержки хора молодых ученых.

Ольга Важенина: Да, вопрос этот, к сожалению, пока не обсуждался. Но я думаю, что это связано пока лишь только с тем, что на съезде и на самом учредительном собрании «Российского Союза молодых ученых» пока обсуждались проблемы, которые очень остро затрагивают самих молодых ученых, и проблемы организации вот этого Союза. И я думаю, что на ближайшем заседании Совета «Российского Союза молодых ученых» или полностью «Российского Союза молодых ученых», может быть, будет стоять и эта проблема, и мы обсудим, и выскажем свою точку зрения в отношении этого.

Евгения Назарец: То есть сейчас только время первых организационных заседаний, и не надо так строго с вас спрашивать – вы это хотите сказать, да?

Ольга Важенина: Да.

Евгения Назарец: Ну что ж, спасибо вам большое за то, что в столь ранний час посетили нашу студию, ответили на наши вопросы и на вопросы наших радиослушателей.

XS
SM
MD
LG